Юрий Германович Изотов Черные Клены

Глава 9. Опять туда?

Свет в глазах стал красным, затем жёлтым и наконец, холодные лучи ноябрьского солнца прорвались через заспанные веки лейтенанта Синявского. Сильная боль сжимала голову, грудь горела.

Просторное светлое помещение. Напротив медицинская койка. Капельница слева. Справа два больших окна… за ними сетчатый забор. Антон с трудом полностью раскрыл глаза и, хотел было приподняться, но резкая боль в груди не дала ему этого сделать.

– Ай! – взвыл он и снова лёг.

Дверь в комнату приоткрылась, и в проёме показалась голова доктора Лаптевой. Увидев, что пациент очнулся, женщина улыбнулась и подбежала к нему.

– Как самочувствие, больной? – спросила она и принялась распутывать окровавленную повязку.

– Голова болит и грудь, – ответил Антон.

– Это нормально, после огнестрельного ранения и наркоза.

– Даже не знаю, что и хуже, – чуть усмехнулся Антон.

– Юмор, значит. Это хорошо. Идёшь на поправку, – доктор отрезала длинную полосу бинта и попыталась посадить Антона.

– Ай–ай, – крикнул он и уставился в ничего не выражающее лицо Лаптевой.

– Потерпи, сейчас всё будет готово, – проговорила доктор. – Ну, вот и всё, – она закончила бинтовать и довольно посмотрела на свою работу.

– Долго я был без сознания? – спросил Антон.

– Это зависит от того, когда ты его потерял.

Синявский смутно вспомнил аптеку, наркомана, выстрел, руль машины…

– Ну, в таком случае, – сказала она, – не больше часа. Остальное время просто спал. Парень этот, как его…

– Женя?

– Да. Он смышлёным оказался. Вовремя привёз тебя. И кричит, мол, открывайте ворота и так далее, – засмеялась Лаптева.

– Правда? – улыбнулся Синявский. – Молодец он.

– Ладно, мне пора. Поправляйся.

Лаптева вышла в коридор и тихо прикрыла за собой дверь.

Через три дня Антон мог сидеть, а на четвёртый ему разрешили прогуляться. Лейтенант вышел из корпуса, и свежий морозный воздух ударил ему в нос. Он огляделся и не спеша пошёл в сторону посёлка рабочих. Рядом с домом кастеляна что-то строили. Антон подошёл ближе и увидел, как дядя Рома и Женя пилили доски и собирали каркас новой пристройки.

– Эй! – крикнул Синявский.

Женя обернулся, дядя Рома видимо не услышал.

– Антон? – парень выпучил глаза. Женя быстро слез со стремянки, подбежал к Синявскому и обнял друга. Антон вскрикнул от боли и Женя мгновенно отскочил.

– Ой, извини.

– Да ничего, – улыбнулся Антон. – Я должен тебя поблагодарить. Ты мне жизнь спас. Ещё бы немного и…

– Ты бы сделал то же самое, – махнул рукой Женя.

Антон посмотрел на деревянный каркас. Дядя Рома, наконец, отвлёкся от капризной балки, что не хотела вставать на место, и заметил Синявского.

– Поправляешься боец? – спросил он и протянул руку.

– Да. Уже почти как новый, – ответил Антон. – Что вы строите?

– Склад расширяем. Генерал приказал, – ответил дядя Рома.

Антон, Женя и дядя Рома поговорили ещё минут десять. Неподалёку от них остановились генерал Дорохов и доктор Лаптева. Они о чём-то спорили. Генерал посмотрел на Антона, сморщился и, покачав головой, пошёл дальше. Доктор Лаптева почти сразу забыла о генерале и его плохом настроении, быстрым шагом приблизилась к лейтенанту и сказала, что им надо поговорить.

– Что опять с генералом? – спросил Синявский.

– Да разворчался, как всегда. Говорит, что я пложу лентяев, – она посмотрела с намёком на Антона.

– А… – протянул Синявский.

– Так вот, у меня есть для тебя одно задание, – доктор Лаптева взяла под руку лейтенанта и проводила его до угла своего корпуса. Она огляделась по сторонам и серьёзно посмотрела на Антона. – Мне нужно, чтобы ты съездил за кое–какими документами. В Москву.

– В Москву? – Антон вытаращил глаза.

– Да.

Синявский немного подумал и спросил:

– Какие документы?

– В Москве жил один профессор, Михаил Фёдорович Чижов. Так вот…

– Чижов? – перебил Антон.

– Да. Ты его знаешь? – в этот раз удивилась уже доктор Лаптева.

– В экспедицию вместе ездили, – ответил Синявский.

– Хм, интересно. Ну да ладно. Так вот Чижов исследовал бактерии, которые погубили все растения. И мне очень нужны результаты его исследований.

– Бактерии? – снова переспросил Антон, но заметив скрываемое Лаптевой раздражение, решил больше не задавать вопросов, и продолжил слушать.

– Бактерии плодятся в воде. У нас в Комплексе установлена система фильтрации, но, боюсь, она долго не протянет. Кое у кого руки кривые были… – Лаптева на мгновение задумалась. – Я полагаю, что Чижов мог найти способ уничтожать бактерии, не прибегая к фильтрам и кипячению воды. Поэтому езжай в Москву, покопайся в его бумагах, может и найдёшь что-нибудь полезное.

– Хорошо, – задумчиво произнёс Синявский. – А где мне их искать? Москва большая.

– Чижов работал в здании Академии наук на Воробьёвых горах, – Антон понимающе кивнул. – Ещё он подготовил доклад на конференцию, которая была в измайловской гостинице. В Дельте. Поэтому на всякий случай проверь оба адреса, если найдёшь что-то, вези ко мне.

– Я понял, – ответил Антон.

– И возьми с собой кого-нибудь. Того же Женю. Пусть поможет. Одному в мёртвый город нечего соваться.

– Хорошо, я ему передам.

– В таком случае, дня через три можете выдвигаться.

Лаптева ушла, Антон подбрёл назад в рабочий посёлок.

Прошло три дня. Ранним утром Антон и Женя грузили вещи во внедорожник. Тётя Люба принесла сумку с едой, а Дядя Рома канистру с бензином.

– Извините, ребятки, – сказал он, – только одна, да и эту еле выпросил у Аркадьича.

Откуда-то вынырнул Колобков и плывущей походкой подошёл к внедорожнику. В руках у него были два пистолета.

– Надеюсь, знаете, как пользоваться? – он протянул оружие.

– Очень смешно, – буркнул Женя.

– Смешно – не смешно, но они подотчётные. Если потеряете, то получите дисциплинарку, – Колобков строго посмотрел на путников и отошёл в сторону. Подошла доктор Лаптева. Она поговорила с Антоном и пожелала удачи.

Лейтенант завёл мотор, ворота Комплекса открылись, и они отправились в путь.

Глава 10. Секрет Видного

Автомобиль мчался в Москву. Первый день зимы был солнечным. Тонкий слой снега покрывал лёгкой вуалью серые поля. За окном проплывали заброшенные посёлки. Дорога была пуста.

– Никогда не думал, что платная дорога – это хорошо, – сказал Антон. – Ни раньше, ни сейчас машин нет.

– И не говори, – ответил Женя.

Через три часа сельская местность осталась позади, и на горизонте выросли многоэтажные дома, потянулись вереницы брошенных автомобилей.

– Бензин кончается, – заметил Синявский.

– Сольём у кого-нибудь?

Внедорожник остановился на обочине. Разведчики вышли, потянули затекшие спины и разошлись в поисках бензина. Ближайшие машины оказались пусты.

– Блин, и что теперь делать? – проворчал Женя. – До Москвы не доедем.

Антон огляделся.

– Может в городе есть, – сказал он и посмотрел в сторону многоэтажек.

– Поехали.

Видное был типичным замкадышем, где старые дома начала XX века соседствовали с огромными человейниками. Автомобиль свернул на городскую улицу. Слева тянулись трёхэтажные кирпичные дома с угловатыми крышами, справа – белые хрущёвки. Внедорожник остановился на небольшой заставленной машинами площади.

– Дальше ехать опасно, – сказал Антон.

Друзья вышли на улицу. Женя достал из багажника шланг и пошёл к первому брошенному автомобилю.

– Есть! – крикнул он и начал переливать бензин в канистру.

Антон остался в автомобиле, достал из бардачка карту и стал искать дорогу к измайловским гостиницам. Через минуту он услышал стук по стеклу машины. Думая, что это Женя он медленно повернулся, и вдруг его рука дёрнулась к пистолету. Снаружи стоял мужик с красным распухшим лицом, за ним был другой в шапке. Последний держал пистолет у головы Жени. Недалеко тёрлась низкорослая рыжая женщина, она наблюдала за дорогой и постоянно оглядывалась.

– Выходи, – приказал мужик.

Антон медленно открыл дверь. К нему подбежала женщина, быстро ощупала холодными руками и вытащила пистолет.

– Во! Смотри! – прохрипела она.

– Позже насмотришься, – буркнул мужчина. – Вяжи его.

Женщина достала из кармана моток бечёвки и крепко связала Антону руки.

– Теперь вперёд! – грабитель подтолкнул лейтенанта.

Пленников повели по улице вглубь города. Похитители остановились у большого сине–белого здания, на крыше возвышалась покосившаяся вывеска «Курс. Торговый центр». У входа стояла старая железная бочка, из которой пахло жжёным мясом, вокруг неё скамейка и два деревянных стула. В грязи у бочки валялись кости и прочие объедки.

Один из мужиков постучал в дверь. В окне мелькнула перекошенная женская рожа. Сторожиха размотала цепь и открыла дверь. Внутри были ещё трое мужчин. Пленников провели через просторный холл в другой конец здания, где раньше располагался продуктовый магазин. Похитители прошли мимо пустых покорёженных полок и оказались на кухне.

С потолка свисали три железных крюка для свиных туш. Грабители подвесили на них Синявского и Женю, а затем, довольные уловом, удалились. Пленники оглянулись: из раковин торчали куски мяса, на полу лужа крови, столешница была измазана в чём-то, на ней валялись окровавленные ножи. Воняло жутко.

Вдруг из-за стены послышался мужской дрожащий голос. Сначала это было непонятное лепетание, затем истошный крик. Женя и Антон морщились после каждого надрыва голоса. И вдруг стоны замолкли. Послышался тяжёлый стук. Через полчаса из дверей вышел полуголый толстяк в запятнанном кровью фартуке. Его обвисшая грязная кожа шлёпала по ногам. Перед собой он толкал железную тележку с надписью «Сырая продукция». Мясник проехал мимо, Антон краем глаза заглянул в тележку. Голова закружилась, начался приступ тошноты. Синявский закрыл глаза и стал дышать. Быстрый вдох и медленный выдох. Женя увидел, как лицо Антона исказилось и побледнело, парень понял, что было внутри, и почему замолчал тот бедолага за стенкой. От этой мысли стало дурно.

Мясник приказал одному из товарищей стеречь пленников, а сам накинул куртку, достал пачку сигарет и потолкал тележку к выходу.

Охранник недолго походил вокруг да около и приблизился к пленникам.

– А вы аппетитные, – сказал он, уставив своё уродливое худое лицо на Синявского. – Особенно вот этот молоденький, – он оглянулся на Женю. – Я раньше любил есть молочных поросят. Они только родились, хрюкают такие, а их сразу на сковородочку, – хихикнул людоед, затем улыбка с его лица исчезла, и оно стало грустным. – Сейчас мясца стало не хватать, хорошо хоть вы любопытные попадаетесь… А вы жирненькие, не то, что ходят тут скелеты на один укус.

Каннибал снова ухмыльнулся и подошёл ближе к Антону. – Знаете, а мы вас приготовим по-особому. Я попрошу мясника пощекотать вас перед разделкой, мясо должно получиться посочней, – он причмокнул губами. – Потом он достанет нож из холодильника… – людоед закатил глаза, представляя будущее гастрономическое блаженство. – Его обязательно надо остужать, а то тёплый… Синявский резко хлопнул ногами по вискам людоеда, послышался хруст, и тот упал.

– Круто ты его уделал, – вытаращил глаза Женя.

– Давай выбираться, – проворчал Антон.

Синявский подтянулся и резким движением вверх сорвался с крюка. Потом он подбежал к Жене, подсадил его, и парень смог освободиться. Пленники перерезали путы и осмотрелись. За кухней была дверь, через которую раньше принимали продукты. Синявский и Женя выбрались на улицу и, озираясь, побежали к машине. Каннибалы тем временем стояли у входа и топили бочку. Не успев как следует отдышаться, Женя схватил канистру и спешно стал заливать бензин в бак. Вдалеке послышались беспокойные крики. Людоеды обнаружили потерю и погнались за сбежавшей добычей.

– Заводи быстрее! – крикнул Женя.

Внедорожник зарычал, и путники на полном ходу вылетели из города.

Глава 11. 2745

Автомобиль медленно вилял по МКАДу, десять полос которого были заставлены машинами; Антон поэтому поводу то и дело не по-офицерски ругался. Женя смотрел в окно на Москву. Проезжали Совхоз им. Ленина.

– Да, клубнички в этом году не поели, – усмехнулся Синявский, глядя на простирающиеся вдалеке поля.

Женя не ответил.

– Ты чего?

– Да, так, вспомнил, – уныло ответил парень.

– Понимаю. Сам из Москвы не при лучших обстоятельствах уезжал, – Антон вспомнил разграбленные магазины, брошенные автомобили, разъярённую толпу, мужика с проломленной головой, его пожилую жену, рыдающую над телом мужа и призывающую к совести, которой у толпы никогда и не было.

Автомобиль выехал на северо–восточную хорду – широченную магистраль, наискось пересекающую город. Здесь было свободнее. У станции Выхино за внедорожником увязалась стая собак, но они вскоре отстали и ещё долго обиженно лаяли вслед. Справа и слева тянулись мрачные кварталы Выхина и Вишняков. Показалось огромное чёрное поле, посреди него были видны пруд и усадьба Кусково. Шпиль колокольни блестел в редких лучах солнца, которым удалось прорваться сквозь дыры в тяжёлых зимних тучах.

Впереди показались четыре высоченных белых здания, стоящих в форме креста. Измайловские гостиницы. Автомобиль остановился на просторной пустой стоянке у входа в гостиницу «Дельта».

– Так, приехали. Возьми фомку, кто знает, что там внутри, – сказал Антон и потянулся на заднее сиденье за рюкзаком. Женя вышел из машины, мрачно посмотрел вверх и двинулся к входу. Антон шёл следом и постоянно оборачивался по сторонам: вдруг опять какой-нибудь людоед выскочит.

В гостинице никого не было. На полу лежали осколки стёкол, мебель была опрокинута, в лобби залетал снег. Чем дальше от окна, тем было темнее. Слабый зимний свет солнца едва дотягивался до стойки регистрации. Антон пощёлкал выключателем света. Лампы не загорелись.

– Электричества нет, – сказал он. – Без него мы не сможем включить компьютер и найти номер профессора.

– Зачем он только сюда поселился, – проворчал Женя, – если жил в Москве?

– Может конференция была долгая? – предположил Синявский. – Он старый был, возвращаться домой для отдыха – не вариант.

– И как мы включим свет?

– В подвале должны быть аварийные генераторы, – сказал Антон, включил фонарик и путники стали искать дверь. В мрачных коридорах Дельты было тихо, только ветер завывал сквозь разбитые окна. Друзья обогнули давно неработающий фонтан у парадной лестницы и открыли дверь в подсобное помещение. За ней оказалась кладовка.

– Ищем дальше, – сказал Антон.

Прошло ещё минут десять, пока путники, наконец, не нашли служебную лестницу.

– Вроде здесь, – сказал Синявский и пошёл вниз.

В конце лестницы была железная дверь. Наудачу она была не заперта. Два бледных луча блуждали в непроглядном мраке, пока не остановились в углу – за решёткой стояли три жёлтых генератора. Антон пролез внутрь и дёрнул за рычаг. Внутри машины что-то заурчало и загудело. В подвале замигали лампочки.

– Есть, – сказал Синявский. – Теперь надо быстро найти номер, пока все в округе на свет не слетелись.

Разведчики поспешили наверх. Антон перелез через стойку регистрации, включил компьютер и забегал глазами по небольшим значкам на экране.

– Так, – думал он вслух, – вроде здесь.

На экране высветился список номеров и зарегистрированных постояльцев.

«Когда была конференция?» – пытался вспомнить лейтенант. «Так, это была весна, май… ко мне тогда прибежал Гуськов, потом… парад» – Точно! – вырвалось вслух, – Девятого мая был парад, он умер седьмого, значит заехал шестого, – Антон ввёл дату в компьютер и перед ним высветился список. – Теперь сортируем по фамилии, а вот и он, – на экране всплыло окошко «Чижов Михаил Фёдорович, ком. 2745». Синявский улыбнулся.

– Он? – пресно спросил Женя.

– Да.

Разведчики погасили свет и пошли вверх по лестнице.

– Фух, я сейчас сдохну, – задыхался Женя.

– Давай, ещё немного осталось, – подбадривал Антон.

Наконец добрались до 27 этажа. Перед ними предстал длиннющий коридор. Слева и справа тянулись двери номеров.

– Так, и куда дальше? – спросил Женя.

– Надо оглядеться, – Синявский растерянно уставился на ряд одинаковых дверей. – Пойдём налево или направо? – спросил он.

– Давай налево, – ответил Женя.

– Налево говоришь? – Антон слегка усмехнулся.

– Да иди ты, – Женя понял шутку и на мгновение улыбнулся, но потом опять прокис лицом.

Друзья немного прошли по коридору, и Антон остановился у двери, разделяющей его на две части.

– Что? – спросил Женя.

– Здесь цвет у ковра другой, – задумчиво сказал Антон.

– И что?

– Да то, блин, – с досадой ответил Синявский, – это уже «Гамма», два корпуса в одном здании. Понастроили блин. Давай в другую сторону.

Разведчики снова вышли к лестнице. Через одну дверь они увидели заветные цифры «2745».

– Наконец, – сказал Женя.

На двери был электронный замок.

– Нужна карточка, – сказал Антон. – Придётся идти вниз к стойке регистрации.

– Ага, сейчас, – Женя прислонил фомку к двери, поднавалился, и дверь с треском распахнулась.

– Хм, можно и так, – заметил лейтенант.

В номере дышать было нечем: кислый запах резал нос.

– Фу, открой форточку, – поморщился Синявский.

Женя подёргал ручку:

– Заперто.

Он снова хотел было использовать фомку, чтобы разбить окно, но лейтенант его остановил.

– Ладно, ладно, – сказал он, – вижу, что понравился инструмент. Давай по-быстрому найдём документы и уйдём отсюда.

Женя смотрел под кроватями и в тумбочках. Антон рылся в ящиках письменного стола.

– Вот, смотри, – Антон указал на небольшой сейф, приделанный к крышке стола. Лейтенант попытался его открыть, но тот был заперт.

– Кодовый? – спросил Женя. – Тогда мы до утра с ним проковыряемся.

– Да не драматизируй, наверняка, наш профессор просто хотел посмотреть, как он работает. Старик был полностью погружён в науку и, вероятно, не мог запомнить мудрёный код, – заметил Антон и принялся перебирать заводские комбинации: 1111, 2222… 9999.

Сейф не открывался.

– Ё-моё, – вздохнул Антон. – Или всё–таки придумал код?

– А может это, – Женя присел у сейфа. – 2745? – парень ввёл цифры и дверка открылась.

Синявский посмотрел на Женю:

– Ты просто мастер–медвежатник.

В сейфе лежала папка с аккуратно сложенными и прошитыми бумагами. Сверху была надпись «М. Ф. Чижов. Доклад «Происхождение и влияние бактерии GT385 на растительный и животный мир». Антон сел на кровать, рядом с ним сел Женя. Они начали читать.

«Коллеги, сегодня я хотел представить вам результаты моего исследования, посвящённого изучению новой бактерии GT385. Как известно, климат планеты меняется, а вместе с ним развиваются новые формы жизни. Но открытые нами бактерии оказались куда древнее, чем мы думали.

Они появились на Земле задолго до человека. Я полагаю, что именно они стали причиной Великого пермского вымирания. Около 250 миллионов лет назад, когда 96 % всех видов живых существ погибли по неизвестным до сегодняшнего дня причинам. Бактерия GT385 имеет интересные свойства. Она поражает исключительно растения, и представители разных сортов погибают с разной скоростью. Например, в ходе экспериментов было установлено, что самым слабым сортом оказался клён остролистый обыкновенный, а наиболее устойчивым сосна обыкновенная. Полагаю, что Великое вымирание живых существ произошло вследствие массового исчезновения растений, а вовсе не из-за вулканической активности, как считалось ранее.