Возчик

Виктор Иванович Калитвянский
Возчик

Сцена 5

Ковтун сидит за столом, накинув пальто.

Открываются двери, входит Семёнов. За ним – Жена второго секретаря. За её спиной – Шофёр.

Увидев Ковтун, Жена останавливается сразу за порогом.

ЖЕНА (громко). Почему мне не позволили сообщить мужу? Я арестована?

Пауза. Из двери валит пар.

КОВТУН. Дверь прикройте.

ЖЕНА (поспешно). Савватей, так передайте, пожалуйста… то, что я просила.

Шофёр смотрит на Ковтун, кивает, выходит. Дверь прикрывается.

КОВТУН (Жене). Садитесь.

ЖЕНА. Я не получила ответа на свои вопросы.

КОВТУН. Вы жена ответственного работника. Должны знать, в НКВД по пустякам не зовут.

ЖЕНА. Я знаю. Но ведь это очень простые вопросы…

КОВТУН. Вопросы буду задавать я. И оттого, как вы на них ответите, зависит очень многое. Садитесь. Если вы не враг, вам ничего не грозит.

ЖЕНА. Ну, тогда я спокойна.

Садится на самый край скамьи.

Семёнов усаживается за малый стол, готовится писать.

КОВТУН. Ваше происхождение? Откуда вы? Чем занимался ваш отец до семнадцатого года?(Пауза.) Почему вы молчите? Ведь это очень простые вопросы.

ЖЕНА. На эти вопросы я давно уже ответила.

КОВТУН. Ответьте ещё раз. А мы занесём в протокол ваш ответ. (Пауза).В чём дело? Почему вы молчите? Ведь это так просто: подтвердить, что ваш отец был сельским учителем в Хабаровском уезде Приморской области… (Пауза).Я понимаю вас. Не на все простые вопросы существуют простые ответы. Вы не хотите ещё раз солгать. Потому что ваш отец не был сельским учителем. Он был дворянин, не правда ли? (Пауза).Вы скрыли этот факт своей биографии, выдумав сказку о мещанском происхождении.

Пауза.

ЖЕНА. Я не хотела навредить карьере мужа.

КОВТУН. Понятное желание. Но правда всегда выходит наружу.

ЖЕНА. Мой муж ничего не знал. Я скрыла и от него.

КОВТУН. Важный факт… Теперь ещё один простой вопрос: с кем вы встречались в Талде в прошлом году?

ЖЕНА. В Талде?..

КОВТУН. Да, в Талде. В Верхней Талде. Нижней Талды нет в нашей округе…

Пауза.


ЖЕНА. Я встречалась с родственником.

КОВТУН. Кто он? Кем он вам приходится?


Пауза.


ЖЕНА. Я не могу ответить.

КОВТУН. Не можете… А ведь это очень простой вопрос. С кем вы встречались в Талде? Зачем он приезжал? Откуда он приезжал? Куда он уехал?

ЖЕНА. Я встречалась в Талде с дальним родственником. Я не видела его много лет. Он попросил о встрече.Я не могла ему отказать.

КОВТУН. Кто он? Фамилия? Чем занимается? Откуда приехал? Куда уехал?

ЖЕНА. Я не помню, откуда он приехал. Это не имело значения. И куда он поехал, тоже. Кажется, в Красноярск…

КОВТУН. А может быть, в Читу?

ЖЕНА. В Читу? Почему в Читу?

КОВТУН. Потому что Чита находится в противоположной стороне от Красноярска. И ещё – потому что Чита рядом с китайской границей…


Пауза.


ЖЕНА. Не понимаю. Да, Чита рядом с китайской границей. Но какое это имеет отношение…

КОВТУН. Вы поймёте… У вас ведь есть сестра?

ЖЕНА. Да, у меня есть сестра.

КОВТУН. Где она сейчас?

ЖЕНА. Я не знаю.

КОВТУН. Не знаете.

ЖЕНА. У меня нет сведений о сестре.

КОВТУН. А разве этот дальний родственник ничего не сообщил вам?

ЖЕНА. Нет.

КОВТУН. Почему вы не хотите назвать его? Разве вы не отдаёте себе отчёт, какие подозрения возникают?..

ЖЕНА. Я не хочу подвергать опасности ни в чём не повинного человека.

КОВТУН. Вот как? Вы не хотите подвергать опасности ни в чём не повинного человека…А вы понимаете, что подвергаете опасности себя? И свою семью?

ЖЕНА. Я готова отвечать за то, что скрыла своё происхождение. Но мой дальний родственник не имеет к этому никакого отношения.

КОВТУН. Может быть, не имеет. А может....


Открываются двери.

Входят Секретарь и Второй секретарь.


СЕКРЕТАРЬ. Товарищ Ковтун, что здесь происходит?


Ковтун подходит к малому столу, забирает у Семёнова лист бумаги, подаёт его Секретарю. Тот читает. Опускает лист, качает головой.


КОВТУН. Необходимо снять показания с товарища второго секретаря.

СЕКРЕТАРЬ. Ты хочешь арестовать его?

КОВТУН. Я хочу задать товарищу второму секретарю несколько вопросов.

СЕКРЕТАРЬ. Хорошо. В моём присутствии.


Ковтун показывает Второму секретарю на другой конец той же скамьи, на которой сидит Жена. Чуть помедлив, Второй секретарь садится.


КОВТУН. Скажите, товарищ второй секретарь, как бы вы отнеслись к поступку своего товарища по партии, если бы он скрыл происхождение своей жены? Скажем, она дворянка, а записалась мещанкой. Например, дочерью сельского учителя.


Пауза.


ВТОРОЙ СЕКРЕТАРЬ. Это большая ошибка.

КОВТУН. Вы, товарищ второй секретарь, посмотрите, пожалуйста, на свою жену. У меня такое чувство, что она хочет вам что-то сказать.


Второй секретарь и Жена смотрят друг на друга.


ЖЕНА. Да, я хочу попросить у моего мужа прощенья.

КОВТУН. За что же вы хотите просить прощенье?

ЖЕНА. За то, что скрыла от него своё дворянское происхождение.

КОВТУН. Вы слышите, товарищ второй секретарь? Ваша жена просит у вас прощенья.

ВТОРОЙ СЕКРЕТАРЬ. Хватит. Прекратите.


Пауза.



КОВТУН. Хорошо… Итак, вы не знали, что ваша жена вовсе не дочь сельского учителя?..

ВТОРОЙ СЕКРЕТАРЬ. Я догадывался.

КОВТУН. Догадывались? А спросить – что, стеснялись? В какую-нибудь тихую семейную минуту?

ВТОРОЙ СЕКРЕТАРЬ. Я догадывался. И проверил.

КОВТУН. Проверили? Каким образом?

ВТОРОЙ СЕКРЕТАРЬ. Я организовал запрос. И мне ответили.

КОВТУН. Кто ответил? Какая организация? Что ответили?

ВТОРОЙ СЕКРЕТАРЬ. Это было давно. ГПУ. Они дали мне сведения, из которых следовало, что отец моей жены был не сельским учителем, а депутатом губернской думы. Он был дворянин.

КОВТУН. Вы забыли назвать город, где батюшка вашей жены был депутатом губернской думы…


Пауза.


ВТОРОЙ СЕКРЕТАРЬ. Томск. Это было в Томске.

КОВТУН. Верно. (Улыбается). Верно, депутат томской думы. А вам в том же ответе из ГПУ не сообщали разве, что потом, при Керенском, он стал уездным комиссаром… (Пауза.)А потом, у Колчака, – членом томского правительства. Не сообщали вам об этом из ГПУ?

ВТОРОЙ СЕКРЕТАРЬ. Нет, не сообщали.

КОВТУН. Странно. Тогда, может быть, вам всем будет интересно узнать, что батюшка отступал вместе с белыми на восток. И умер в Харбине в тридцатом году. (В сторону Жены.) Приношу вам свои соболезнования.


Пауза.


СЕКРЕТАРЬ. Так что, можно считать дело законченным?

КОВТУН (с улыбкой). Законченным?

СЕКРЕТАРЬ. Ну, по твоей епархии…

КОВТУН. А как же сокрытие информации? Обман партийных и других органов?

СЕКРЕТАРЬ. Да, это ошибка. (В сторону Второго секретаря.) Ты, Иван, совершил большую ошибку. И за это будешь отвечать. По партийной линии.

КОВТУН. По партийной?

СЕКРЕТАРЬ. Парткомиссия разберёт его персональное дело и примет решение.

КОВТУН. Парткомиссия?

СЕКРЕТАРЬ. Да.

КОВТУН. Какое решение примет парткомиссия?

СЕКРЕТАРЬ. Об его ответственности.

КОВТУН. А, поняла. Но, видите ли, товарищ первый секретарь, рановато ещё подводить черту.

СЕКРЕТАРЬ. Какую черту, товарищ Ковтун?

КОВТУН. Окончательную. Это ещё не всё.

СЕКРЕТАРЬ. Не всё? А что ещё?

КОВТУН. Отца мы уже прошли. Ну да, дочь за отца не отвечает. Тем более, если отец умер. Если, конечно, дочь не разделяет взглядов отца. Если она не участвует в каких-то действиях, которые направлены против советской власти.

ВТОРОЙ СЕКРЕТАРЬ. Моя жена – человек, полностью лояльный советской власти.

КОВТУН. Лояльный… Хорошее слово. Так вот, отец умер… что ж, все мы смертны. Но были и другие члены семью. Как это бывает. Братья, сёстры… Родные, двоюродные, троюродные. Пятая вода на киселе… И все они друг друга любят, поддерживают. (Жене.) Так?

ЖЕНА. Бывало, и так.

КОВТУН. Вот и у нас в семье, то есть, у вас в семье… была ещё сестра. Старшая. (Жене.) Так?

ЖЕНА. Да. Надеюсь, она жива и здорова.

КОВТУН. А наверное вы не знаете?

ЖЕНА. Не знаю.

КОВТУН. И дальний родственник ничего вам не сообщил о судьбе вашей сестре?

ЖЕНА. Не сообщил. У него не было этих сведений.

КОВТУН. Не было. Что ж, бывает.

СЕКРЕТАРЬ. Какой ещё родственник?

КОВТУН. Какой? Видите ли, некий дальний родственник как-то навестил супругу товарища второго секретаря…

СЕКРЕТАРЬ. И что?

КОВТУН. На первый взгляд, ничего особенного. Ну, навестил дальний родственник супругу партийного начальника в Верхней Талде… что в этом особенного?

СЕКРЕТАРЬ. В Талде? Почему в Талде?

КОВТУН. В родном доме товарища второго секретаря. На берегу одноимённой речки…

СЕКРЕТАРЬ. Вот как… Ну, в конце концов, почему бы и не в Талде?

КОВТУН. И в самом деле, почему бы не в Талде? Талда такой же советский населённый пункт, как и все другие. Разве что ближе к Чите и китайской границе. Разве что ближе к Харбину…

СЕКРЕТАРЬ (озадаченно). К Харбину?.. (Жене.) И кто он, этот родственник?


Пауза.


КОВТУН. В этом и загвоздка. Супруга товарища второго секретаря почему-то упорно не желает назвать его имя.

СЕКРТЕТАРЬ (переводя взгляд с Жены на Второго секретаря.) Почему?

 

Пауза.


КОВТУН. Потому что есть простые вопросы, на которые нет простых ответов.

СЕКРЕТАРЬ. Я не понимаю…

КОВТУН. Вы поймёте, товарищ первый секретарь. Минуту терпения. Вернёмся к старшей сестре супруги товарища второго секретаря… Как это случается со всеми барышнями, старшая сестра однажды выходит замуж. Хорошая партия. Дворянин. А тут гражданская война, адмирал Колчак отступает, белые покидают Томск, батюшка супруги товарища второго секретаря покидает Томск вслед за белыми частями, а вместе с батюшкой и сестра с мужем…

СЕКРЕТАРЬ. Откуда у тебя эти сведения, товарищ Ковтун?

КОВТУН. Работаем, товарищ первый секретарь. Сносимся с учреждениями, организациями. Они нам присылают справки из своих архивов. Вон, Семёнов, чуть не каждый час на телеграф мотается. Не устал, товарищ Семёнов?

СЕМЁНОВ. Никак нет, товарищ Ковтун.

КОВТУН. Хорошо… Так вот, поскольку батюшка добрался до Харбина, то можно предположить, что и старшая сестра с мужем – тоже… (Жене.) Как вы думаете, может ваша сестра жить там, в Харбине, в самом сердце белой эмиграции?

ЖЕНА. Я ничего не знаю о судьбе моей сестры с тех пор, как мы расстались в девятнадцатом году.

КОВТУН. И никогда не виделись ни с сестрой, ни с её мужем? После девятнадцатого года?


Пауза.


ЖЕНА. Нет, не виделась.

КОВТУН. Понятно. Это важный факт.

СЕКРЕТАРЬ. Ну, хорошо. Сестра, муж… Важный факт. Но что это меняет?

КОВТУН. Весь вопрос, товарищ первый секретарь, заключается в том, кто этот муж?

СЕКРЕТАРЬ. И кто же этот муж?

КОВТУН. Колчаковский офицер. Контрразведчик.

СЕКРЕТАРЬ(оглядываясь на Второго секретаря). Офицер? Контрразведчик?

ЖЕНА. Это неправда. Он никогда не служил в контрразведке.

КОВТУН. Никогда? Никогда – это когда? В гражданскую? С тех пор прошло много лет. Вы уверены, что он не служит в разведке сейчас? Например, в японской? Манчжурия -это недалеко. И от Харбина недалеко. И от нашей границы…

ЖЕНА. Я не знаю. Я даже не знаю, жив ли он.

КОВТУН. Вы не знаете, жив ли он… А между тем, по показаниям очевидцев, муж старшей сестры и ваш этот дальний родственник, навестивший вас в Талде, примерно одного возраста…

СЕКРЕТАРЬ. Иван, ты знал обо всём этом?

ЖЕНА. Моему мужу ничего не известно о том, что мой родственник служил в армии Колчака командиром роты.

КОВТУН. Всё, хватит. Больше ни слова! Итак, товарищ первый секретарь, вы по-прежнему настаиваете на парткомиссии? Или… (Опускает сжатый кулак на стол.) Или это всё-таки моя епархия?


Пауза.


СЕКРЕТАРЬ. А прокурор?

КОВТУН. Вы думаете, он не подпишет ордер, который ему принесут через полчаса?


Секретарь машет рукой.


Я арестовываю их обоих. Её – за подозрение в контактах с белоэмиграцией и, возможно, с агентами зарубежных разведок. Его – за укрывательство и недонесение. Пока – недонесение… Семёнов!

СЕМЁНОВ. Я, товарищ Ковтун!

КОВТУН. В камеру их. В разные! В противоположные!


КОНЕЦ 5-ой СЦЕНЫ

Рейтинг@Mail.ru