Возчик

Виктор Иванович Калитвянский
Возчик

СЕМЁНОВ. Понимаю, товарищ уполномоченная.

КОВТУН. Вот и хорошо. И Петренке разъясни. А теперь – сначала в горком, а потом эту Аньку мне.

СЕМЁНОВ. Сей прямо час?

КОВТУН. А что такое?

СЕМЁНОВ. Ночь на дворе. Какой горком? Поспать надо. И вам, и нам.

Пауза.

КОВТУН. Хорошо. Ступай. Я здесь лягу.

Семёнов идёт к двери.

Постой. Зайди на телеграф. Дай депешу в Иркутск. По второму секретарю и его жене.

Пишет на листке. Отдаёт листок Семёнову. Тот уходит.

Ковтун ложится на лавку.

Из левой двери появляется Возчик. Стоит и, по своему обыкновению, что-то бормочет под нос.

КОВТУН (приподнимаясь). Кто здесь? А, ты… Что у тебя за привычка бродить по ночам? Что ты там бормочешь? Уж не спятил ли ты, в самом деле? Сколько же ты их перевозил-то, а?

Пауза.

ВОЗЧИК. Много.

КОВТУН. О, немые заговорили. И куда ты их возишь?

Пауза.

ВОЗЧИК. Есть место.

КОВТУН. Да уж, такое место всегда находится. Значит, если мне выпадет здесь… ты меня повезёшь?

Пауза.

ВОЗЧИК. Я.

КОВТУН. И давно ты возишь?

Пауза.

ВОЗЧИК. Давно.

КОВТУН. При становом тоже возил? (Возчик не отвечает.)А что ты думаешь обо всей этой истории с его исчезновением? (Возчик не отвечает.) Ну что мне с тобой делать? Все вы тут малохольные. Куда вам с классовыми врагами тягаться. (Возчик уходит.)Чего молчишь? (Приподнимается на локте.)Ушёл. Ну и работнички у меня.

КОНЕЦ 3-ей СЦЕНЫ

Сцена 4

Утро. Ковтун спит на лавке.

Входит Петренко. Видит спящую Ковтун. Стоит в нерешительности, затем, стараясь не шуметь, спускается по лестнице в подвал.

Ковтун поднимает голову. Смотрит в сторону малой двери.

Никого.

Снова опускает голову.

Проходит некоторое время. Слышно, как в подвале Петренко растапливает печку.

Открывается дверь. Входит Семёнов, за ним – молодая женщина, Анька.

Семёнов видит спящую Ковтун, останавливается на пороге. Из двери валит пар.

АНЬКА. Ну… чего там?

СЕМЁНОВ. Тише.

КОВТУН. Я не сплю.

Семёнов проходит, снимает полушубок.

СЕМЁНОВ (Аньке). Раздевайся!

АНЬКА. Прямо так сразу?

СЕМЁНОВ (вполголоса).Ты не очень-то… Не на посиделках.

Ковтун садится на лавке.

АНЬКА. Холодно тут у вас.

СЕМЁНОВ. Вон какой морозюка-то на дворе. Ничего, сей минут разогреется.

КОВТУН (Аньке). Чай сумеешь сварить?

АНЬКА (бойко). Дело нехитрое.

СЕМЁНОВ. Чайник в подвале.

Анька бежит в подвал.

КОВТУН. На телеграфе был? Прислали?

СЕМЁНОВ (подавая телеграмму). Прислали.

Ковтун читает.

КОВТУН. Иди в горком. Сравни с личным делом. И бегом назад. И… смотри, могила.

СЕМЁНОВ. Обижаете, товарищ уполномоченная.

КОВТУН. Чего мнёшься?

СЕМЁНОВ. Чаю хочется.

КОВТУН. Коли замёрз, спирту налей.

Семёнов вздыхает, надевает полушубок, подходит к шкафу. Открывает дверцу. Скрип. Семёнов наливает из штофа, выпивает, крякает.

Уходит.

Анька выходит из подвала, ставит на стол чайник.

КОВТУН. Видела, кто там сидит?

АНЬКА. Нет. А кто?

КОВТУН. Савватей, шофёр горкомовский.

АНЬКА. А за что ж его?

КОВТУН. Да уж не за то, что он тебя в сенном сарае пользовал.

АНЬКА (наливая чай, не смутившись). Вот ведь какие они, мужики. Ты им добро, а они тебе – вон…

КОВТУН. Ты, гляжу, девка бывалая. Откуда родом?

АНЬКА. Из-под Минусинска мы.

КОВТУН. А как сюда занесло?

АНЬКА. Видать, судьба у меня такая. Заносчивая.

КОВТУН. Ну да. А большая семья?

АНЬКА. Трое братьёв да я.

КОВТУН. Ну и где они, твои братья? Вместе с батюшкой?

АНЬКА (остро взглянув на Ковтун).Да кто где.

КОВТУН. Уж не в Норильске ли? (Пауза.)Раскулачили? (Пауза.)Не трясись, мне до тебя дела нет. Отвечай только правду, вот и всё.

АНЬКА. Да я, товарищ уполномоченная… Да я заради советской власти… Чего надобно-то?

КОВТУН. А ты мне расскажи вот что. Как там семейство второго секретаря?.. Дружно ли живут?

АНЬКА. Дружно. Ничего не скажу, хорошо живут. Он мужчина видный, к жене всей душой.

КОВТУН. Любят, значит, друг друга?

АНЬКА. Любят. Особенно товарищ второй секретарь.

КОВТУН. Так… А каких она кровей, жена второго секретаря?

АНЬКА (сообразив, куда ветер дует). Вроде как из сельских учителей…

КОВТУН. Вроде?

АНЬКА. Она сама мне говорила.

КОВТУН. А ты вроде как сомневаешься?

АНЬКА (пожимая плечами).Не то чтобы сомневаюсь, но…

КОВТУН. Так… Насчёт белой кости… Я это слышала от твоего дружка. Что в подвале сидит. Правда?

АНЬКА. Истинная, товарищ уполномоченная! Да по ней же видно. Особливо когда одна сидит. Иль книгу возьмёт. Иль задумается.

КОВТУН. Понятно. А муж… Может, он не знает, что она господского сословия?

АНЬКА. Знает, ещё как знает.

КОВТУН. Тогда вот что, Аня… Давай-ка, вспоминай. Случаи какие, разговоры, встречи… Вспоминай… коли не хочешь в соседнюю камору к Савватею.

АНЬКА. Ой, не хочу, товарищ уполномоченная!

КОВТУН. Ну так старайся, заглаживай своё непролетарское происхождение.

Пауза. Анька ест глазами Ковтун.


АНЬКА. Много всего было, сразу и не упомнить… (Пауза.)В прошлом годе в район ездили, на юг…

КОВТУН. Кто ездил? Зачем? Куда? К кому?

АНЬКА. Мы с хозяйкой ездили. Целый день на дорогу, к ночи приехали. А утром – обратно.

КОВТУН. С кем виделись?

АНЬКА. Какой-то родственник…

КОВТУН. Чей? Её или его?

АНЬКА. Хозяйкин. Пятая вода на киселе. Она так сказала… Мужчина такой представительный. Видела его всего ничего. Может, и пятая вода на киселе, а у хозяйки всю обратошную дорогу глаза на мокром месте…

КОВТУН. О чём говорили? Хозяйка с родственником?

АНЬКА. Не слыхала, врать не буду… Я в избе сидела, а они у речки прохаживались.

КОВТУН. Может, любовник?

АНЬКА. Не, не похоже. Да и муж, товарищ секретарь, он хозяйку провожал, расцеловались, всё чин чинарём. Нет, не похоже, что любовник.

КОВТУН. Так, ещё раз, сначала. Какая деревня?

АНЬКА. Ой, как её… Верхняя… а какая верхняя, не помню.

КОВТУН. Ладно, разберёмся. На юг, говоришь?

АНЬКА. На юг, товарищ уполномоченная, на юг.

КОВТУН. Целый день добирались, поговорили они у речки, и всё?

АНЬКА. И всё. Родственник уехал сразу, а мы переночевали.

КОВТУН. А куда он уехал?

АНЬКА. Врать не буду, не знаю.

КОВТУН. Но если бы ему нужно было сюда, на север, он отправился бы вместе с вами поутру? Верно?

АНЬКА. Не знаю. Наверно, так.

КОВТУН. А если он сразу отъехал, значит, ему нужно было на юг. На железку… Или… Или за кордон.


Анька крестится, спохватывается, машет рукой.


Так, так… А тебя-то на кой ляд хозяйка брала?

АНЬКА. А почём я знаю? Мне то что: я на службе.

КОВТУН. Так ведь муж мог кого-нибудь приставить…(Анька жмёт плечами.) Значит, нельзя было… (Громко.) Петренко! (На лестнице появляется Петренко.)Возьми-ка эту Аню да напиши с её слов протокол, как они с её хозяйкой ездили на юг, в этот… в Верхний…в Верхнюю… как её?

ПЕТРЕНКО. Верхняя Талда?

АНЬКА. Талда, Талда! Там ещё речка такая…

ПЕТРЕНКО. И речка Талда.

КОВТУН. Всё подробно запиши. Ступайте.


Петренко и Анька уходят по лестнице вниз. Лестница чуть постанывает.

Ковтун сидит, опустив голову на ладони.

Появляется Возчик.


КОВТУН. Ты когда-нибудь работаешь? (Возчик не отвечает.) Нет, выходит, работы… Всё спокойно в районе, ни одного врага… Ничего, разберёмся… А ты бы мог по хозяйству… Петренке, вон, помочь. Дверца у шкафа скрипит.


Пауза.


ВОЗЧИК. Она всегда скрипела.

КОВТУН. Так веретённого ж масла нет.

ВОЗЧИК. Медвежьим салом можно.

КОВТУН. Так ты скажи Петренке, чтоб он помазал. (Возчик не отвечает и уходит. Ковтун какое-то небольшое время сидит без движения.) Опять ушёл не спросясь. (Берёт лист бумаги. Пишет.)


С улицы входит Семёнов.


СЕМЁНОВ. Докладываю, товарищ Ковтун. Расходятся данные. Скрыла жена второго секретаря отдельные факты своей биографии.

КОВТУН. Понятно… Так ведь, небольшая беда. Подумаешь. Вон, Анька тоже скрыла, что её семейство раскулачили. Что ж теперь, всех в лагерь отправлять?

СЕМЁНОВ (озадаченно). Так то оно так… Да только Анька – одно дело, а супруга второго секретаря райкома – другое.

КОВТУН. Правильно говоришь, Семёнов. Поэтому беги опять на телеграф да отправляй новый запрос. В Иркутск. И в Верхнюю Талду. Знаешь такое село?

СЕМЁНОВ. Как не знать. У меня там дядька. У нас тут многие из Талды. Да вот и у второго секретаря там отец…

КОВТУН. А отцовская изба не у речки ли?

СЕМЁНОВ. У речки. А вы откуда знаете, товарищ Ковтун?

КОВТУН. Выпускай Савватея, он своё дело сделал. Гони их с Анькой в шею. Да припугни, чтоб язык держали за зубами. Да вели им каждую неделю тебе отчёты писать.

СЕМЁНОВ. Петренке?

КОВТУН. Тебе.

СЕМЁНОВ. Так Петренко у нас по агентуре.

КОВТУН. Ну да, был Петренко по агентуре. Всю жизнь. А кто будет на агентуре, когда жизнь у Петренки закончится? Петренко ведь не вечный. (Пауза.) Так что пусть тебе пишут, Семёнов.

СЕМЁНОВ (пристально глядя на Ковтун).Так точно, товарищ Ковтун.


Уходит в подвал.

 

Ковтун неподвижно сидит на лавке, спиной к дверям.

На лестнице появляются Анька и Шофёр. Они кидаются к дверям, но замечают Ковтун и неловко, каждый по-своему, кланяются ей. Затем – выбегают наружу.

По лестнице поднимается Семёнов. У дверей мешкает, оглядывается на Ковтун, подходит к шкафу, осторожно, без скрипа, открывает дверцу, достаёт штоф, наливает и выпивает.

Уходит.

Из подвала появляется Петренко. Подходит к шкафу, тянет дверцу. Дверца скрипит. Петренко возится с ней.


КОВТУН(не оглядываясь). Что ты делаешь?

ПЕТРЕНКО. Петлю мажу. Чтоб не скрипела.

КОВТУН. А чем ты мажешь? Масла ж нет веретённого?

ПЕТРЕНКО. Медвежьим жиром помазал.

КОВТУН. Ах, да. Конечно, медвежьим.


Петренко открывает-закрывает дверцу. Дверца не скрипит.


ПЕТРЕНКО. Ну вот, теперь порядок.

КОВТУН. А где он у вас там располагается?

ПЕТРЕНКО. Кто?

КОВТУН. Возчик.

ПЕТРЕНКО. Возчик? (Хмыкает).А чего ему располагаться? Приехал, уехал. Сами знаете, у нас не разгуляешься.

КОВТУН. Не любишь ты его, Петренко.

ПЕТРЕНКО. Кого?

КОВТУН. Возчика.

ПЕТРЕНКО. Люблю, не люблю… Он, поди, не девка.


Ещё раз пробует дверцу. Дверца не скрипит. Уходит в подвал.

Ковтун подходит к саквояжу, достаёт склянку, наливает на ладони, протирает руки.

Идёт к шкафу. Тянет дверцу. Дверца не скрипит. Ковтун достаёт штоф, наливает, выпивает.


КОВТУН. Ладно, разберёмся.


КОНЕЦ 4-ой СЦЕНЫ

Рейтинг@Mail.ru