Василенко Полина Седьмая версия

Вот куда податься одинокой женщине в будний день? Дачи нет, кино смотреть не хочется, любые концерты проходят после семи вечера. А как же книги и пасьянсы – друзья скучающих? Антонина поморщилась: «Нет, не вариант».

Антонина таращилась в окно и силилась придумать себе хоть одно достойное развлечение.

Была бы она влюблена и сразу жизнь бы расцветилась, разукрасилась. Но недавно, прогуливаясь в одиночестве по санаторию, Тоня поняла, что даже не представляет как и где можно познакомиться с достойным, холостым мужчиной. Как это вообще — искать себе нового ухажера? Стрелять глазами, улыбаться, заигрывать, томно вздыхать... Или лучше сразу облачиться в блузку с соблазнительным глубоким вырезом? Навык флирта отсутствовал напрочь, а мысли о нежностях и поцелуях с чужим мужчиной (какие уж тут пастельные страсти) вызывали панику. Она безнадежно застряла в прошлом, и если всё останется как есть, то одинокая унылая старость гарантирована на сто процентов. И дочка с подругами не в счет. Не то это все, не то! Душа определенно требовала новой пьянящей, легкомысленной влюбленности.

Тут Тоня вспомнила неудачный весенний опыт романтических мечтаний о любви, поломанную руку и загрустила еще больше.

Электрический чайник, выпустив в потолок плотную струйку жаркого пара, мягко щелкнул и отключился. Нюся на автомате кинула в кружку пакетик травяного чая, залила кипятком, достала банку с медом и включила телевизор.

Новости города: новая аппаратура для реанимационного отделения областной больницы, открытие долгожданного садика в микрорайоне «Тихий берег», интервью с социальным педагогом детского загородного лагеря «Ласточка», борьба с телефонными мошенниками и приезд в город строительного магната Василия Петрова.

- О! – воскликнула Тося и привычно поздоровалась с телевизором. – Привет, Василий! Вернулся, значит, на родину? Грандиозный проект готовишь! Хотя, у тебя все грандиозное. А у меня, знаешь ли, тоска и уныние. Как думаешь, скоро все изменится? Я готова к переменам, даже к грандиозным, но пока ничего не происходит. От кого это зависит? Думаешь, только от меня? Но что же еще сделать? Только не говори: «Слушай свое сердце». Сердце молчит, а душа снова в сумерках. Мне пятьдесят один год и, поэтому, количество приличных вариантов не так уж и велико. К сожалению.

Тося, смотря сюжет про олигарха, закончила нерадостный монолог и тяжело вздохнула. Праздника захотелось еще больше.

Зоя позвонила весьма кстати.

- Привет, – по-деловому поздоровалась подруга. – У нас на работе свет отключили.

- Это хорошо или плохо? – уточнила Тося, прикидывая, зачем ей данная информация.

- Уйти на два часа раньше с работы – всегда хорошо! Я сегодня на приёмах в поликлинике сидела. А кабинеты у нас без окон, поэтому даже осматривать пациенток не было возможности. Всех на завтра перенесли, – без перехода продолжила Зоя, – пошли в «Галактику».

- Ну не знаю, – уныло заупрямилась Антонина

- Хватит стонать. Сейчас везде распродажи. Одевайся, через десять минут буду у тебя.

Антонина пожала плечами, поморщилась, но поплелась в гардеробную за платьем. Какая разница где грустить? Можно и в торговом центре. Опять же распродажи…

Распродажи Антонину не впечатлили, а скорее разозлили. Только название одно!

- Смотри, смотри! – шипела Антонина, показывая Зое переклеенный несколько раз ценник. – Кофта до так называемой «распродажи» стоила на четыреста рублей дешевле.

- Не мелочись! – легкомысленно отмахнулась Зоя. Ее прекрасное настроение не могли испортить никакие четыреста рублей. – Кофта все равно классная! Будешь мерить? Нет? А я возьму.

Антонина переходила из одного магазинчика в другой, но ничего не вдохновляло на покупку. Минут через сорок она уже искренне жалела о решении выйти из дома. Сидела бы себе спокойно на диванчике, грустила под любовный сериал и жалела себя. Страдание – вот сладостное занятие для одиноких, брошенных дам.

Кофты, туфли, сапоги... Только Зоя не унывала и, примеряя бесконечное количество вещей, развлекала подругу забавными случаями из своей врачебной практики:

- Нет, ну ты представляешь! — оживлённо рассказывала она. — Я думала, такого уже не бывает. Прихожу на приём, сидит передо мной пациентка — вся такая модная: руки увешаны кольцами с бриллиантами, новенький айфон последней модели, шмотки дорогущие. И заявляет, мол, лечение не помогает, да и таблетки такие омерзительные, вообще невозможно принимать! Фыркает, глазки закатывает...

Я аккуратно интересуюсь, почему же препараты «такие мерзкие». Выясняется, эта дамочка пытается грызть вагинальные свечи вместо обычных таблеток! Хотя в инструкции указано чётко и ясно, на упаковке подробно описан способ применения, да и я лично объясняла всё отдельно на приёме!

- Ты хочешь сказать, она свечи кусала и проглатывала?! — ахнула Тоня, кривя лицо.

- Представь себе! — кивнула Зоя, продолжая мерить очередные босоножки. —Удивляет, что эта барышня с таким отношением к лекарствам не загремела сразу в токсикологию с серьёзным отравлением! Ну а потом наверняка обвинила бы врача, что инструкцию недостаточно доходчиво изложили!

- А у нас в финансово-экономическом отделе такая тоска! – вздохнула Тоня. – Даже вспомнить нечего.

- Меньше воспоминаний о работе – меньше стресса. Кстати, ты таблетки мною назначенные от климакса пьешь? Молодец, тут важна схема и упорядоченность. Мы дамы не молодые, нам о себе думать надо. – Зоя потянула Антонину в следующий бутик. – А я вот на своей работе скоро с ума сойду от нагрузки. Круглосуточно дергают по телефону.

В это самое время Зоин телефон заиграл нежную мелодию.

- Блин, накаркала! – Зоя ответила на звонок, внимательно выслушала, нахмурилась и ответила. – Поняла, выезжаю.

А на удивленный взгляд Антонины сказала:

- Прости, подруга. Моей пациентке поплохело. Надо ехать.

Зоя поспешно чмокнула Антонину в щеку и моментально испарилась.

И что теперь делать? Антонина растерянно покрутила головой. Хотя, уж коли пришла, можно походить и по другим этажам торгового центра. Они с Зоей успели одолеть только малую часть.

Антонина мысленно махнула рукой и, решив выпить кофе, поплелась к очень современному, полностью прозрачному лифту.

Хорошо, когда лето. Девчонки сплошь в лёгких платьях-сарафанчиках, зимние мрачно-озабоченные выражения лиц сменяются на улыбчиво-игривые, бесконечные проблемы несколько рассеиваются, уступая место планированию отпусков и шашлычно-мангальных выходных.

Василий неспешно шёл по улице, и что уж совсем нехарактерно для него, ни о чём не думал! Совсем! Мозг самостоятельно ушёл в «спящий режим». Именно поэтому Василию было необычайно легко, словно в детстве: никаких планов, никаких обязательств, никому ничего не должен. Может у него быть выходной день или нет? Рабочий телефон Василий отключил сразу после выхода на прогулку, а семейный аппарат, к счастью, пока молчал. Григорий Савельич, его бессменный заместитель уже много лет, обещал звонить только в экстренных случаях. Громадная империя Василия Петрова работала словно прекрасно отлаженный механизм: четко, ровно, выверенно.

Оглядываясь по сторонам, он натолкнулся на крупный торговый центр. Среди прочих вывесок на стенах были названия нескольких кафе и ресторанчиков быстрого питания. Страшно захотелось перекусить и обязательно обильно, чем-то калорийным.

Посреди огромного холла торгового центра стояла не менее впечатляющая электронная информационная доска. Василий задумчиво постучал пальцами по сенсорному экрану. Чем же все-таки перекусить? На ум пришли мамкины голубцы-молодцы в сметано-томатной подливе и огромные, круглые, пышные котлеты, уложенные на горку хорошо промятого с маслом пюре. Но здесь-то такого точно не подадут. Жаль!

Фуд-корт находился на третьем этаже. Немногочисленные потенциальные покупатели не торопясь переходили из одного магазинчика в другой. Приятный мягкий женский голос вещал из динамиков о новом поступлении товаров и долгожданных сезонных скидках. Из находящегося рядом с входом парфюмерного магазина доносились приятнейшие ароматы. Передумав ехать на петляющем между этажами эскалаторе, Василий пошел к лифту. Красиво, современно, стильно как в столице. Василий одобрительно ухмыльнулся и протянул руку к кнопке, но его опередила задумчивая, женщина в удобной полуспортивной одежде. Стрижка «каре», минимум макияжа, миловидная, из той категории «уютных» дам, которые сразу внушают спокойствие и умиротворение. Василий не успел рассмотреть больше – приехавший стеклянный лифт празднично распахнул двери, а нежный голосок колокольчиком провозгласил: «Первый этаж».

Вначале зашла женщина и, не спрашивая, потянулась к кнопке третьего этажа. Поскольку Василий сделал тоже самое, их руки случайно столкнулись. Женщина резко подняла глаза. На ее лице отразилось изумление.

- Мне тоже третий этаж нужен, – счел нужным пояснить Василий.

А женщина неожиданно искренне, светло улыбнулась и приветливо сказала:

- Привет, Василий!

- И вам не хворать, – автоматически откликнулся Василий, лихорадочно вспоминая, откуда он знает эту женщину и почему она кажется столь знакомой.

- Ой, прошу прощения, — внезапно смутившись, пробормотала дама и мгновенно съежилась, уставившись себе под ноги.

- Да не за что пока прощать, – Василия развеселила реакция спутницы.

Тем временем двери скоростного лифта беззвучно открылись, и мелодичный звонок известил пассажиров:

- Третий этаж.

Женщина молча выскользнула из лифта, а Василий внезапно осознал, что случайная попутчица удивительно напоминает его первую любовь Ирочку: улыбкой, взглядом, робкой радостью. Словно сразу в детство теплое, звонкое окунулся. Но возможно ли такое совпадение?

Повинуясь внезапному импульсу, Василий громко сказал вслед уходящей женщине:

- Постойте!

Женщина как бы нехотя остановилась и с недоумением посмотрела на спешащего к ней Василия.

- Вы так со мной поздоровались, будто знаете давным-давно. Может, я вас не помню?

- Ах, это… – женщина виновато улыбнулась. – Простите, само вырвалось. Нет, мы лично не знакомы, но вас часто показывают по местному телевиденью.

- Понятно. Так и вижу рубрику: «Лучшие люди нашего края», – рассмеялся Василий, и внимательно рассмотрел женщину. Очень похожа на Иришку. И пахнет от нее вкусно – яблоками и зеленым, цветущим лугом. – А как вас зовут?

- Антонина, – женщина была несколько смущена.

- Приятно познакомиться. – Василий обернулся и показал рукой на сеть закусочных. – Знаете, очень хочется есть. Вы не против пообедать со мной в кафе.

- Пообедать? – Антонина смутилась еще больше. Одно дело – мечты, а другое – материализовавшийся из ниоткуда миллионер. Вероятность встречи была равна нулю. Нет, даже нулю в минусовой степени, если такой, конечно, бывает. И вдруг Василий стоит перед ней живой, реальный. Пожалуй, будет слишком глупо отказаться от предложения и словно робкая первокурсница сбежать с неожиданного свидания. Елки-палки! Если б знала, то оделась бы красивее, макияж поправила и прочее! Хотя, чего теперь-то дергаться?

Мысли вихрем пронеслись в голове. Василий, уловив сомнения спутницы, улыбнулся:

- Просто поедим. Вы меня уже знаете. Моя очередь познакомиться ближе.

- А вы точно тот самый миллионер или просто похожи? – Антонина еще не до конца верила в происходящее.

- Точнее не бывает! – расхохотался Василий и, быстро достав паспорт, показал женщине. – Смотри! Василий Петров. Тут прописка, а тут дети записаны. Шесть штук пока. Один к одному красавцы, все в меня!

То ли от волнения, то ли от отчаянья стало Антонине совершенно всё равно как она выглядит. В душе волной нарастало любопытство и давно позабытый азарт. А почему бы и нет? Чего терять-то в пятьдесят лет? Тем более, она никогда, совершенно никогда не сидела в кафе с чужим мужчиной!

- Пойдемте, – решительно сказала Тоня. – Кафешку я выберу. Или есть предпочтения?

- Только одно – чтобы было съедобно!

Антонина выбрала известный в их городе сетевой ресторанчик. Соотношение цены и качества. Молодой вышколенный официант быстро принял заказ и через двадцать минут Василий, удовлетворенно окинув взглядом принесенные блюда, пододвинул к себе тарелку с солянкой:

- Попробуем. Уровень ресторана я определяю по салату оливье и солянке. Предупреждаю, что буду громко и жадно чавкать, а ты расскажи о себе. Мы же перешли на «ты»? Нет? Значит с этого мгновения переходим.

Антонина, наблюдая за тем, как Василий с аппетитом уплетает салат, крепко задумалась. Что рассказывать? Родилась, школу окончила, долго была замужем, развод... Всё!

Василий резко перестал есть и вопросительно посмотрел на Тоню:

- Чего молчишь? Мне же интересно. И почему не ешь? Сырники не вкусные?

- Вкусные, вроде бы, – отломила вилкой румяный сырник, окунула в густую сметану и, чуть помолчав, ответила. – Мне нечего о себе рассказать.

- Быть того не может! – не поверил Василий и подвинул тарелку с солянкой. Окунул ложку, придирчиво осмотрел содержимое и отхлебнул. – Очень, очень недурственно. Моя кухарка, конечно, вкуснее готовит, но это я тоже съем.

- А у меня борщи всегда вкуснючие получаются! Даже самой нравятся. – Антонина жевала сырник и до сих пор не верила в реальность происходящего. Мимо них проходили посетители торгового центра. Некоторые из них узнавали Василия и исподтишка фотографировали.

- Вот! А жалуешься, что рассказать о себе нечего, – Василий потянулся за новой маленькой хрустящей чесночной булочкой и ободряюще улыбнулся Антонине. – Мне правда интересно. А ты голубцы умеешь готовить? Такие большие, со сметано-томатной подливкой?

- Умею. Я только так и готовлю.

- Здорово! – Василий быстро поменял тему разговора. – Ты не замужем?

- Была. Я долго была замужем. Сорок лет вместе. Со школы дружили. Родили дочь. А потом Славка мне изменил. Мы развелись. – Антонина телеграммным текстом коротко изложила историю жизни и к удивлению обнаружила, что пересказ печальных фактов никак не сказался на ее настроении. Совсем никак! Словно страницу в учебнике по истории пересказала.

- Бывает, – понимающе кивнул Василий. – Я четыре раза разводился.

- Почему? Жены плохие попадались?

- Жены хорошие. И я отличный мужик. Просто не сложилось, – Василий доел солянку и откинулся на спинку стула. – Зато у меня шестеро детей! И жены бывшие, кстати, повторно замуж повыходили. Вроде счастливы.

- «И тибе и мине хорошо». – Антонина процитировала строчку из народной песни.

- Точно! – согласился Василий. – По кофейку?

Постепенно, за легким разговором Тоня расслабилась. Нормальный мужик, ничего сверхъестественного.

- Странно, тебе не звонит никто, – заметила Тоня.

- Точно! Спасибо! – воскликнул Василий и хлопнул себя по лбу. – Я оба телефона отключил на время переговоров, а потом закрутился и с тобой заболтался! Вот как благотворно город детства действует на меня.

Василий хохотнул и достал телефоны.

Сообщения сыпались не прекращаемым потоком.

- Как думаешь, сколько их пришло?

- Сто пятьдесят четыре! – Антонина назвала первое пришедшее на ум число.

- Почти угадала! Сто пятьдесят восемь как бы неотложных сообщений и еще более сорока пропущенных звонков. – Василий взял один из телефонов. – Подожди меня немного. Есть парочка действительно срочных дел. Быстро переговорю и пойдем.

Он немного отошел в сторону, а Антонина озадачилась последней фразой: «пойдем». С ним пойдем? Куда пойдём и зачем?

Василий не обманул и через пять минут стоял рядом с Антониной. Подозвав официанта, быстро расплатился и приглашающе взмахнул рукой:

- Я помню, раньше в этом районе был небольшой парк. Хочешь прогуляться.

- С удовольствием, – легко согласилась Антонина. – Я в отпуске, торопиться некуда.

- И я как бы в отпуске! Давай расскажу о новом проекте?..

Они немного погуляли по парку, сфотографировались около фонтана. Василий много рассказывал о своем детстве и у них с Антониной даже нашлась парочка общих знакомых.

- Слушай, а ты комнату не сдаешь? – посреди непринуждённого разговора совершенно невпопад спросил Василий.

- Даже и в мыслях не было, – опешила Антонина от странного вопроса. – Зачем? Не люблю чужих людей.

- Я пробуду в городе ещё несколько дней. Хочу организовать встречу с одноклассниками, на кладбище к бабушке и дедушке съездить, еще раз обсудить проект в мэрии, – начал объяснять Василий.

- Хорошая программа.

- Но от гостиниц уже воротит. Можно остановиться у тебя? – Спросил Василий.

- У меня? –удивилась Антонина.

- Ну да. А чего такого? Я, ведь, уже не совсем чужой. Ей богу, расслабься. Просто хочу жить в домашней обстановке и голубцов с борщом хочу.

- То есть, тебе ещё и готовить?

- Если не сложно. Я был бы очень признателен! – Василий вплотную приблизился к Антонине и умоляюще смотрел на нее сверху вниз.

- Ты давишь на меня своим авторитетом. – Антонина отошла на шаг назад и пожала плечами. – Знаешь, я в совершенном шоке от этой ситуации. Сколько мы знакомы? Пару часов, а ты уже на ночлег просишься. Я, правда, в растерянности.

- Честно? Для меня это тоже внове, но так даже интереснее.

- Ты можешь снять любую квартиру.

- А чем это будет отличаться от обычной гостиницы? – не отступался Василий.

- Ничем, – подумав, ответила Антонина.

- Вот! – Василий протянул руку. – Договорились? Плачу двойную цену. Хотя нет, тройную. Ты приготовишь мне голубцы? В свою очередь обещаю вести себя тихо, по большей части отсутствовать и чужих тёток домой по ночам не водить.

- Ладно, – с сомнением в голосе ответила Антонина. – Но это чистой воды авантюра!

- Согласен. Но что нам терять кроме иллюзий?

Антонина и Василий пожали друг другу руки.

«Голубцы, голубцы, голубцы» – крутилось в голове у Антонины, пока она старательно выскабливала квартиру. Кухня, комнаты, туалет, швабра, пылесос, диффузор. Придирчивый взгляд, сквозное проветривание, заказ продуктов. А еще надо в душ успеть! Зачем, зачем она согласилась? Совершенно идиотская ситуация!

У нее скромная «трёшка» в обычном спальном районе, с типичным «евроремонтом». Люстра, палас и типовая кухня на заказ. Чем тут можно удивить человека из списка «Самые успешные люди столетия»? Неужели, правда, голубцами? Как ни крути, но восхитительными внешними данными ей уже никого не поразить.

Антонина думала о будущей встрече и все больше огорчалась. Бойтесь своих желаний, ибо они исполняются! Шанс встречи – один на миллиард и вдруг он случился. Что теперь делать с материализовавшимся миллионером? Может, он передумает? Нет, скорее так – хоть бы он передумал.

К обговоренным девятнадцати часам вечера голубцы были приготовлены, кекс-торт с вишней испечен, в дочкиной комнате, где планировалось разместить гостя, кровать застелена чистым бельём. Вроде всё, можно расслабиться, но изнутри била нервная дрожь. Авантюра! Она ввязалась в откровенную авантюру и уже сожалела об этом.

Василий, побродив ещё некоторое время по городу, зашел в гостиницу. Устало выдохнул и, вытянувшись на огромной широкой кровати, закрыл глаза. Странная штука сегодня произошла. То ли ностальгические школьные воспоминания повлияли, то ли просто звезды так легли, но он и сам не ожидал, что поддастся внезапному порыву и напросится на постой к совершенно незнакомой женщине. Главное, зачем? Слом всех шаблонов. Но при этом, что удивительно, никакой неловкости или опасности не ощущалось. Скорее, им правил некий азарт, жажда необычного, нового.

Он ничего не теряет. Переночует и, если не понравится, «свалит».

Размышляя, Василий неожиданно уснул, а когда открыл глаза было уже без пятнадцати семь вечера. «Ох, ты, елки-палки!» – выругался мужчина и, быстро собирая сумку с необходимыми вещами, вызвал такси.

Как он не торопился, а всё равно не успевал к назначенному времени. Понятно, что не на министерский приём едет и в обще имеет право передумать, но очень не хотелось разочаровывать Антонину. Почему-то вдруг представил её одиноко стоящей у окна и сердце неприятно ёкнуло. Втянул женщину в историю и умудрился нарушить договоренности. Бардак!

Уже сидя в такси, позвонил Антонине и предупредил об опоздании. А затем попросил шофера остановится у магазина с цветами. Не с пустыми же руками ехать, ей богу!

В это самое время Антонина нервно поглядывала на часы. Восемнадцать пятьдесят. Восемнадцать пятьдесят пять. Восемнадцать пятьдесят девять. Девятнадцать ноль четыре! А гостя нет! Может не приедет?

Антонина уже стала облегченно выдыхать, но зазвонил телефон. Василий. Опаздывает минут на пятнадцать. Ну что ж, пусть будет как будет.

Антонина, нервничая, еще раз обошла квартиру, проверила голубцы и присела на краешек кресла. Господи, куда она вляпалась?

- Тоня, да ты не волнуйся. Меня все совершенно устраивает, – успокаивал Василий постоянно хлопочущую хозяйку квартиры. – И комната хорошая, светлая, и район приятный, уютный и голубцы удались на славу! Не суетись. Лучше положи мне добавки и присядь. Поверь, как рядовой квартиросъёмщик я вполне непритязателен: была бы чистая пастель, домашняя еда и относительная тишина. Тебе букет понравился?

- Да, очень, – Антонина смущенно улыбнулась.

- Вот и хорошо. Давай попробуем вино. Купил, конечно, на свой вкус, но это хорошая марка…

Постепенно неловкость растворилась. Антонина расслабилась.

Уют вечернего застолья: красивая вышитая скатерть на столе, сочные, сладкие помидоры, нарезанные крупными частями, сыр в мелкую дырочку, аккуратно разложенный на цветастом блюдечке, свежий мягкий лаваш на деревянной доске, а рядом кусочки копченого, ароматного сала. Своей очереди ждет ваза с персиками и сладкий арбуз.

Светло-янтарное вино красиво смотрелось в резных хрустальных, еще маминых фужерах. Даже жаль пить. Антонина посматривала на гостя, поддерживала непритязательный разговор и размышляла. Странное дело – утром она грустила, а сейчас сидит на кухне с миллионером из «телевизора» и кормит его голубцами. В жизни, пожалуй, Василий симпатичнее, чем на экране и проще. Простой, спокойный, юморит даже. Неужели принцы бывают. Вряд ли. Бизнес – дело жёсткое и жестокое. На белом коне и только с благородными порывами империю не построишь. Словно специально у Василия зазвонил телефон. Посмотрев на номер, оно мгновенно переменился: меж бровей пролегла недовольная морщинка, голос сделался резким, а во взгляде читалась настроенность.

Василий вышел из-за стола и направился зал. Разговор, видимо, выдался не особо приятный. Снова сев за стол, мужчина некоторое время сосредоточенно молчал, затем сделал еще один звонок, командным голосом дав невидимому собеседнику непонятные для Антонины инструкции.

За столом повисла тяжелая тишина.

- Проблемы? – почти шепотом, осторожно поинтересовалась Антонина. Вид грозного Василия-начальника не вызывал желания разговаривать по душам. Наоборот, хотелось спрятаться под стол. Вот тебе и принц на белом коне.

- Да, – отрезал Василий, резко встал из-за стола и коротко сказал. – Спасибо. Я сыт.

И гость сразу ушел в свою комнату.

«А чай? А торт? А вишнёвое варенье? А, может, кофе?» – вопросы Антонины так и повисли в воздухе. Задать их уже было некому. Она грустно пожала плечами и начала убирать со стола. Нет, так нет. А на что, собственно говоря, тут можно рассчитывать? Ситуация и так из области сюрреализма. Чем она, даже если бы захотела, смогла бы заинтересовать или увлечь Василия? Ей пятьдесят один год, во внешности – ничего выдающегося, таланты и кругозор – на среднем статистическом уровне.

Антонина тяжело вздохнула, прибралась, приняла душ и поплелась в спальню. Уже сквозь сладкую дремоту, под тихое бормотание включённого телевизора, слышала, как Василий выходит из комнаты, кипятит чайник, снова с кем-то переговаривается и громко хлопает дверьми. «Пусть бродит, скучает!» – подумала она. «Может, завтра передумает и съедет обратно в гостиницу?» Антонина усмехнулась. Вспомнила строки: «Вот и встретились два одиночества...» Не вспыхнуло между ними ни огня, ни искры.

Выключив телевизор, Антонина решила больше не заниматься самоедством и моментально уснула.

К Василию же, наоборот, сон не шёл. Всё лежал, вспоминал детство, летние каникулы в деревне, новогодние ёлки у папы в институте, весёлые семейные праздники, дружных одноклассников и свою первую любовь Ирочку, благодаря которой сегодня он «вышел из зоны комфорта», оказавшись в гостях у совершенно незнакомой женщины. Чудно. По телу тёплыми волнами набегали подзабытые эмоции радости и нежности по ушедшему времени. Это было приятно. Ближе к бледно-розовому рассвету Василий уснул.

«Что день грядущий нам готовит?»

Антонине снился страшный сон – в её дом ворвались грабители! Незнакомцы свободно перемещались по квартире, шумно открывали шкафы, били посуду и громко переговаривались между собой. И самое ужасное – они совсем не обращали внимания на хозяйку дома! Как будто она была невидима. Антонину охватило сильное раздражение и страх. Она пыталась закричать, позвать на помощь, но голос отказывался повиноваться: язык присох к нёбу, а легкие свело судорогой. Грабители продолжали спокойно расхаживать по квартире, оставляя следы грязи на полу и перевернув всё вверх дном. Господи, почему никто не приходит на помощь?!