Ментовский вояж: Везунчики. Рейдеры. Магелланы

Рустам Максимов
Ментовский вояж: Везунчики. Рейдеры. Магелланы

– Евпатий-Коловратий, не, ну и дураки же мы! – выслушав доклад наблюдателей, сплюнул Ковалёв. – Сами пустили врага в свой дом, а теперь враг возьмёт нас тёпленькими!

– Успокойтесь, товарищ капитан, – обернулся в сторону моего напарника Соловьёв. – Пиндосы, конечно, те ещё суки, но и у них есть определённый кодекс чести. Уверен – к посёлку едут не их дружки, а кто-то другой.

– Сейчас разберёмся: вон, «хамви» Дэвида впереди нас, – произнёс я на подъезде к повороту на базу. – Что-то не вижу четвёртой машины, той, на которой катается Джулия.

– Ага, капитанши нема, – подтвердил Руденко. – А Кейт здесь, вон, у грузовика.

– Вечно ты одних баб замечаешь, – со злостью буркнул Михаил.

– Миша, остынь! Не заводись на пустом месте, – я посмотрел прямо в глаза своему напарнику. – Рус, он не со зла.

– Проехали, – отозвался с заднего сиденья оперативник. – Эх, надо было пулемёт на колокольню поставить.

Больше всего я опасался, что американский БТР развернёт башню и превратит из своего «бушмастера» наши машины в дуршлаг, набитый остывающим мясом и сочащийся соляркой и кровью. Однако морпехи лишь взглянули в нашу сторону, но даже не притронулись к своим М-16. Мы подъехали почти вплотную к «хамви» подполковника, остановились примерно в десятке метров.

– Костя!!! Бегом! – вылезая из машины, рявкнул я. – Друг Дэвид! Ты ничего не хочешь нам сказать? А то, млять, народ в полном ауте от таких финтов! Костя, последнее не переводи, не надо.

– Хай, Владимир, – Коллинз шагнул мне навстречу, поднимая вверх обе руки. – Товарищи, не пугайтесь, всё в полном порядке – сюда едут наши союзники.

– Какие, к чёрту, Дэвид, союзники? – я готов был испепелить американца взглядом. – Это ваши морпехи? Натовские войска?

– Нет-нет, не морская пехота США, и даже не солдаты Альянса, – отрицательно покачал головой хирург. – Сюда идёт колонна южноафриканских наёмников, такие, же как и мы, бедолаги, угодившие в иной мир.

– Чего? Какие наёмники? Откуда? – я был буквально ошеломлён новостью, так как ожидал совершенно иной ответ. – Дэвид, ты лично знаешь этих наёмников, или нет?

– Нет, сам я не знаком ни с одним из них, – Коллинз покосился на переводчика. – Я лишь знаю, что этот отряд наёмников дислоцировался где-то на границе Конго и Замбии, а потом они оказались здесь.

– Стоп. Костя, спроси-ка, как он узнал о наёмниках? – я глянул на Григорьева, а затем бросил быстрый взгляд в сторону американцев. – По рации?

– Да, сразу после катаклизма мы буквально просеивали весь эфир, и среди множества отрывочных контактов смогли установить нормальную связь с отрядом «солдат удачи», – подтвердил подполковник. – Затем мы поехали на соединение с наёмниками, но по пути услышали стрельбу. Дальше ты знаешь, Владимир.

– Вы связывались с юаровцами вчера, прямо перед вечеринкой, – я не спрашивал, я утверждал. – И знали, что они приедут сюда.

– Да, вчера вечером мы связались с ними по рации, сообщили, что задерживаемся на некоторый срок, – не стал отрицать Коллинз. – Они ответили, что утром вышлют нам навстречу колонну машин. Владимир, тем парням, как и вам, так же нужны доктора, нужны медикаменты. И, кстати, они вовсе не юаровцы – просто белые.

– Предлагаю прокатиться и встретить гостей на окраине, – поняв, что амеры переиграли нас по всем статьям, я решил, если что, использовать Дэвида в качестве заложника. – Пусть ваш бэтээр с грузовиком останутся здесь, а я поеду в твоей машине.

Коллинз не стал спорить, отдал необходимые распоряжения и сел в «хамви», ожидая меня. Я кивнул своим парням, которые слышали нашу беседу почти слово в слово, и когда те подошли, попросил их внимательно следить за эфиром. Если услышат, что я пошлю кого-нибудь… пешком в увлекательное сексуальное путешествие – пусть валят пиндосов и делают ноги прочь из Данилово. Отряд «диких гусей», увы, нам не по зубам. Хорошо было бы отобрать у янкесов их БТР, но, боюсь, без базуки его не вскроешь. А внутри него – одним местом чую – засел лейтенант из числа морпехов, готовый покрошить незваных трофейщиков в мелкий фарш.

– Костя, есть вероятность, что мы сгинем ни за хрен собачий, – прикинув, я предложил Григорьеву сделать выбор. – Поедешь со мной?

– Так точно, Владимир Иванович, – на лице старшего лейтенанта проступила холодная решимость идти до конца. – Я готов ко всему.

Мы отъехали примерно на полкилометра и остановились, увидев впереди головную машину новых «гостей». «Гости», в свою очередь, углядев комитет по встрече, на ходу перестроили свою колонну. Идущая впереди помесь ежа с ужом притормозила, пропуская относительно небольшой трёхосный броневичок с очень серьёзной для его размеров пушкой. Проехав с десяток метров, броневик повернул и остановился, своим корпусом перекрыв почти половину шоссе. Башня пришла в движение, и орудие взяло на прицел близлежащий кустарник.

…Как же его звали-то: «сарацин» или «саладин»? – я припомнил, что уже видел похожую технику где-то в Интернете. Наследие британского колониализма, давным-давно снятое с вооружения в бывшей метрополии. Пушка, похоже, не родная, слишком здоровенная для такой машины… Вон, какой мощный дульный тормоз. Плюс крупнокалиберный пулемёт на башне. Всё по-взрослому, господа, всё по-взрослому…

Следом за сарацинистым саладином, или саладинистым сарацином – потом разберёмся – появился второй шестиколёсный броневичок, шустрый, с маленькой башенкой, из которой торчал ствол пулемёта. БТР прокатил разделяющие нас метров двести, остановился, заглушив мотор.

На башне откинулась крышка люка, и оттуда показалась чья-то загорелая до черноты лысая голова с тактическими очками на носу и в наушниках с микрофоном у рта. Несколько секунд незнакомец рассматривал нас, словно мартышек в зоопарке, затем буркнул что-то в гарнитуру связи и исчез в люке.

Раздался лёгкий скрежет металла, и из чрева БТРа появился новый персонаж – облачённый в тропический камуфляж поджарый мужик лет сорока пяти. Загорелый, с гладко выбритым лицом, причёской «суперкороткий ёжик», с кобурой на бедре и ножом на поясе. Покрутив головой, мужик пошагал прямо к нам мягкой, пружинистой походкой очень опасного человека.

– Жерар ван Клейст, капитан в отставке, бельгиец, – подойдя, на неплохом английском первым представился наёмник. – Вы – подполковник Коллинз?

– Да, Дэвид Коллинз, морская пехота США, – кивнул американец. – Рядом со мной русские полицейские – майор Иванникофф и старший лейтенант Григорьефф. Они представляют местные силы самообороны.

– Русские? – на лице бельгийца не дрогнул ни один мускул. – Знаком с вашими – крепкие ребята, дерутся отменно, умеют пить, безжалостные, любят деньги. В моём отряде есть один тип с Украины, тоже русский.

– Жерар, майор здесь старший, он считает, что мы хотим оккупировать его землю, – Коллинз сразу же перешёл к главному. – Объясни ему, пожалуйста, что это не так.

– Зачем мне его земля? Она запущенна, необработанна, требует вложений труда и времени, – ван Клейст моментально положил нас на лопатки. – В лучшем случае вы начнёте возделывать каждый клочок земли, и едва сумеете прокормить самих себя, в худшем – сдохнете с голоду в ближайшие же полгода.

– Кхм… У нас ещё есть море, – я решил не сдаваться и бросил на стол предпоследний козырь. – Если станет совсем плохо, то прокормимся рыболовством.

– У вас есть траулеры, сети, опыт рыбной ловли в открытом море? – наёмник окончательно загнал меня в угол. – У вас остаётся лишь одна охота, но в этом мире нет огромного поголовья мясных животных.

– Откуда вам это известно, капитан? – поинтересовался я. – Вы уже исследовали этот мир вдоль и поперёк?

– Увы, лишь ближайшие окрестности, – ни голос, ни взгляд серых глаз бельгийца не выражал абсолютно никаких эмоций, словно ван Клейст был каким-то инопланетным роботом. – И это стоило нам пяти пострадавших от местной фауны.

– Мы отделались всего одним раненым, – переглянувшись со мной, заметил подполковник. – А русские вообще не понесли никаких потерь.

– Не совсем так, Дэвид, – поморщился я. – Какие-то «тигры» растерзали семью фермера Макеева, убив его жену и дочь. Сын каким-то чудом умудрился спастись, но, похоже, полностью замкнулся в себе от испуга.

– Неудивительно. Скорее всего, ваших людей убил леозавр – так мы назвали этот вид хищников, – ван Клейст сунул руку в карман, вытащил айфон и протянул его мне. – Вот так выглядит этот зверь.

– Да, да, точно такой напал и на нашу колонну, когда мы ехали по местному лесу, – кивнул Коллинз, посмотрев изображение. – Ужасный зверюга, бесстрашный и наглый.

– Мда, ситуёвина, – произнёс я, возвращая айфон хозяину. – А шерстистые слоны вам не встречались? Ну, почти как мамонты?

– Нет, мои люди не видели подобных животных, – отрицательно качнул головой бельгиец. – Перейдём к нашим делам: подполковник, вы готовы ехать с нами, или русским всё ещё требуется помощь?

– Нет, Жерар, теперь русские обойдутся собственными силами, – ответил американец. – Владимир, вашим раненым уже не требуется моё непосредственное присутствие. На всякий случай я попрошу сержанта Райли задержаться на денёк-другой, пока бойцы капитана не съездят на наш полигон.

– Не понял. Дэвид, ты же говорил, что на полигоне вы были одни, – прищурившись, я наблюдал за реакцией собеседника. – Зачем туда возвращаться?

– Господин майор, вскоре настанет время, когда любая железка из старого мира станет огромной ценностью, – не меняя интонации и взгляда, произнёс ван Клейст. – Пока у нас есть топливо и боеприпасы, необходимо вывезти с полигона несколько единиц старой и разбитой техники. Надеюсь, вы, русские, не будете возражать, если мы сократим путь через вашу землю?

– Ага, значит, вам нужен транзитный коридор через Данилово? – усмехнулся я. – А если мы будем против этого?

– У вас нет выбора, – доставая рацию, пожал плечами наёмник. Бельгиец произнёс несколько слов на незнакомом мне языке и отошёл чуть в сторону.

 

Взревели сразу несколько двигателей, и вот уже второй броневик покатился в нашу сторону. Следом за ним двинулась остальная колонна, поднимая лёгкое облако светлой пыли. Чёртов Жерар решил продемонстрировать нам бронированные мускулы.

Да, вблизи этот второй миниатюрный БТР наёмников смотрелся солиднее американского LAV-25 с его автоматической скорострелкой. Следом за этой машиной мимо нас прокатился очередной вариант скрещивания различного оружия – родимая БМП-2 с серьёзным орудием в неродной башне, и с парой блоков НУРСов, возвышающихся над этой самой башней. Подобные блоки, помнится, я не раз видел на пилонах наших вертолётов в Таджикистане, где НУРСы применяли по наземным целям. Предприимчивые «солдаты удачи» соорудили некий гибрид РСЗО и лёгкого танка, способный решать определённые тактические задачи.

Третьей и четвёртой машинами в колонне шли трёхосные БТРы юаровского производства, «ратели», кажется. Вполне удачная техника для перевозки бойцов по саванне или в буше, слабо бронированная, конечно, и вооружённая в первичной конфигурации двадцатимиллиметровыми автоматическими пушками. Здесь же имел место очередной вариант модернизации относительно посредственной техники – оба «рателя» были перевооружены на скорострельные «вулканы» вместо своих оригинальных «пукалок».

Замыкал колонну танк – английский «центурион», похоже, серьёзно модернизированный в плане усиления вооружения, да в довесок ещё и оснащённый бульдозерным отвалом. Как позднее оказалось, в двух точках маршрута колонны сей «центурион» действительно поработал бульдозером – сделал проходы для техники на границах миров. Кроме этого, танк играл роль не бьющегося ничем джокера, рядом с которым наш МГ в лучшем случае смотрелся голимой «шестёркой».

– Господин майор, мне бы не хотелось проливать кровь русских, которые не сделали нам ничего плохого, – глядя мне в глаза, произнёс ван Клейст. – Дайте отбой своим полицейским, которые засели с пулемётом у поворота дороги.

– Хорошо, ваша взяла, господин капитан, – мне пришлось признать, что наёмники нам не по зубам. – У вас очень весомые аргументы.

Я вызвал своих парней и приказал им даже не думать о том, чтобы вступить в бой с «солдатами удачи». Объяснил, что «гости» вооружены на несколько порядков лучше амеров, не говоря уже о нас, грешных. Наши «калаши» никак не катят против танка и БТРов с их «металлорезками», да и с пехотой наёмников, похоже, лучше не ссориться. Вон, как те быстро доложили бельгийцу, что Соловьёв выбрал позицию за поворотом дороги. Без тепловизора здесь не обошлось. Профи, чёрт подери, да ещё и оснащённые по последнему слову техники.

– Владимир, если ты не доверяешь Жерару, то его колонна не станет входить в посёлок, – Коллинз решил подсластить мне горечь бессилия и поражения. – Техника дойдёт до поворота к особняку твоего друга, а затем обойдёт Данилово по окраине.

– У меня нет никаких причин доверять, либо не доверять господину ван Клейсту, – я решил вновь поиграть с бельгийцем в гляделки. – Если господин капитан хочет, чтобы мы доверяли ему и его людям, то пусть он покажет, что с ним можно ходить в разведку.

– Хорошо. Я возьму вас, майор, в разведку, – похоже, Костя перестарался с переводом. – Прямо сегодня, на полигон морской пехоты. Готовьте своих людей и транспорт.

Выслушав командира наёмников, подполковник слегка поморщился, но ничего не сказал. Я практически не обратил на эту гримасу никакого внимания, развернулся и занял место в машине Коллинза. Американец сел за руль и, не проронив ни слова, погнал «хамви» обратно.

Видели бы вы лица моих оперов, когда мы подъехали к повороту в усадьбу. Парни, похоже, успели приготовиться к своему последнему бою, и даже придумали, как нейтрализовать американский БТР – решили его таранить и опрокинуть пиндосовским же грузовиком. Организовали засаду, разобрали между собой морпехов, приготовили отвлекающий маневр, и тут… я вышел на связь и всё испортил. А затем вообще привёл за собой целую армию незваных гостей с серьёзной «бронёй», которую хрена лысого возьмёшь тараном грузовика.

А дальше произошло то, чего я никак не ожидал. Ван Клейст подождал, пока из «рателей» выберутся десяток его бойцов, подошёл к нам, представился и, проявив прямо-таки дипломатический этикет, попросил несколько минут внимания. Мы не нашли весомых причин отказать бельгийцу в его просьбе, и тот неожиданно блеснул ораторским искусством. Слушая речь Жерара, я осознал, что командир наёмников разбирается в стратегии на порядок выше нас и американцев, обладает высоким уровнем интеллекта, отлично знаком с людской психологией. Видимо, только такой человек и мог встать во главе двух-трёх сотен безбашенных мужиков, плюющих на законы и готовых резать кого угодно ради прибыли и острых ощущений.

Коротко поведав, кто он, откуда и как угодил в ряды «солдат удачи», ван Клейст перешёл к рассказу о том, что делали наёмники после того, как их база угодила в чужой мир. Если точнее, то угодила не только их база, но и приличный кусок земного ландшафта в несколько десятков квадратных километров. Далее бельгиец буквально шокировал нас заявлением о том, что американцы и мы не единственные земляне, с кем уже успели пообщаться наёмники. После этих слов капитан достал из нагрудного кармана нарисованную от руки карту, развернул её на капоте джипа и принялся нас просвещать.

– Вы находитесь вот здесь, на побережье моря, – с этими словами ван Клейст ткнул пальцем в один из кружочков, расположенных на карте в шахматном порядке. – Чуть восточнее вас, примерно в десяти километрах по прямой, оказался кусочек Польши с частью их деревушки. Всего несколько десятков человек, крестьяне. Вчера мы заключили с поляками договор: защита и помощь в обмен на продовольствие.

– Позвольте спросить, господин капитан, а паны добровольно перешли под ваше крыло, или вы их, как и нас, убеждали в своих благих намерениях? – усмехнувшись, ехидно спросил Ковалёв. – Костя, переведи точнее.

– После того, как леозавры растерзали несколько деревенских коров, поляки готовы были носить моих парней на руках, – без какой-либо тени сарказма ответил бельгиец. – Восточнее поляков – ещё через десять километров по прямой – расположена немецкая ферма и часть железнодорожного полотна.

– Извините, господин капитан, а что это за звери такие – леозавры? – мой напарник, похоже, решил достать Жерара вопросами.

– Леозавры выглядят так, – ван Клейст протянул Михаилу айфон, а сам продолжил. – В момент катаклизма по железной дороге проходил товарный состав, и теперь мы имеем некоторое количество отличных рельсов, плюс три покорёженные цистерны. Фермер-немец посидел взаперти целые сутки и перешёл под нашу опеку, чтобы не оказаться жертвой местной фауны. У немца очень хорошее хозяйство и ему требуются рабочие руки. Поляки, кстати, также готовы принять поселенцев.

– Всё ясно. Вы намерены забрать у нас всех пассажиров-иностранцев, – я мгновенно сложил два и два. – Могу заверить, что мы не станем вам препятствовать в этом деле.

– Вообще-то мы планировали предложить спасшимся переселиться в добровольном порядке. У вас, насколько я вижу, попросту не хватит ресурсов, чтобы прокормить столько людей, – произнёс бельгиец. – Поляки и немец готовы предоставить людям еду и кров, если те согласятся работать в поле. Кроме этого, рабочие руки в скором времени понадобятся и общине амишей, которые с частью Пенсильвании оказались севернее нашей базы.

– А это ещё кто такие? – искренне удивился Лёня, один из охранников Еремеева.

– Это такие сектанты, живущие восемнадцатым веком, миролюбивые до невозможности, – секунду подумав, ответил капитан. – У нас не было времени вникнуть в подробности их религии, но думаю, что они наиболее приспособлены к этому миру, чем остальные земляне. Если не станут добычей хищников, конечно.

– Снова леозавры? – спросил Ковалёв, возвращая наёмнику айфон.

– Не только они. Амиши оказались ближе всех нас к здешней реке, – ван Клейст указал на извилистую линию на карте. – В прибрежных зарослях этой реки водятся большие нелетающие хищные птицы, наверное, такие же, как и в древности на Земле. Сектанты уже потеряли шесть человек погибшими, и, думаю, это ещё не конец. Птички намного опаснее леозавров. Кроме этого, в реке водятся местные крокодилы и подобные им твари. Мы подстрелили в воде одного из них, но он был сожран его же сородичами.

– Река, как я понимаю, впадает в море, – я чуть склонился и стал рассматривать карту. – А что здесь, по соседству с нами?

– Какой-то земной ландшафт, похоже, необитаемый. Густой лес, европейского типа, – ответил бельгиец. – Мы решили на какое-то время отложить разведку данной местности. На всё не хватает сил, да и необходимо экономить топливо.

– А к нам пожаловать горючее нашлось, – вновь съехидничал Ковалёв.

– Ещё раз уточню то, что сказал майору Иванникову: русские нас абсолютно не интересуют. У вас много необработанной земли, есть заброшенное поселение и очень много голодных ртов, – во взгляде наёмника проскользнуло сочувствие, что ли. – Моя цель – как можно скорее сопроводить отряд подполковника Коллинза на нашу базу, а затем посетить полигон американской морской пехоты. Всё.

– Спокойно, Миша, не заводись, – произнёс я, видя, что мой напарник готов начать перепалку с бельгийцем. – Жерар прав: у нас полно пустующих полей и есть проблемы с жилищным фондом. Ну, и запасы еды не бесконечны. Костя, это переводить не надо.

– Ладно, Володя, хорош разводить лирику. Стрелять друг в друга, как я понимаю, никто не собирается, – вступил в разговор Саша Барулин. – Чего конкретно хотят наши гости?

– Нам нужен беспрепятственный транзит через русскую территорию, – ван Клейст сунул свою самодельную карту обратно в карман. – У вас есть оружие, поэтому не думаю, что вам требуется защита от местной фауны. Считаю, что мы могли бы наладить взаимовыгодные коммерческие отношения, но у вас нет ничего, что могло бы нас заинтересовать. В то же время я не нахожу причин для конфликтов.

– Согласен, между нами нет никаких проблем, – решив, что не стоит тянуть кота за хвост, я рискнул сделать шаг навстречу наёмникам. – Посему готов гарантировать господину капитану свободный транзит через Данилово. В обмен на невмешательство ваших бойцов, Жерар, в нашу жизнь. Кроме этого, я бы предложил заключить оборонительный союз между нашими анклавами. Кто знает, какие проблемы появятся у землян завтра?

– Предложение принимается, – подумав пару секунд, бельгиец протянул мне руку. – Белые не должны проливать кровь таких же людей, как и они сами.

…Чёрт, похоже, мы начинаем дружить с расистами, подумал я, пожимая руку ван Клейсту. В Данилово вроде нет ни азиатов, ни негров, да и среди пассажиров я не встречал цветных…

Пока мы перетирали вопросы с командиром наёмников, я игнорировал все вызовы по рации. Поэтому неудивительно, что осведомлённый наблюдателями с колокольни Никитин послал вестового на мотороллере с одним-единственным вопросом: что, чёрт возьми, происходит? Пришлось выйти на связь и успокоить нервничающего Василия, чтобы тот не натворил каких-нибудь глупостей.

Сразу же после разговора с главой со стороны Замятино показался «уазик», с торчащими из окон стволами ружей. «Солдаты удачи» оперативно засекли приближение незнакомой машины, ещё до её появления развернув башню одного из «рателей», и сразу же взяли УАЗ на прицел. Лишь теперь мы сообразили, что где-то поблизости затаилась разведгруппа наёмников, так и не обнаруженная нами. Это вновь напомнило нам, что бойцы ван Клейста имеют очень солидный боевой опыт, и, слава богу, мы не довели дело до боестолкновения. Я сообщил бельгийцу, что это едут свои, вызвал по рации Семён Семёныча и пересказал мужикам все новости.

Тем временем по Данилово растеклись слухи, что пожаловали очередные пиндосы – весть об этом разнесли вездесущие пацаны – и в сторону усадьбы Еремеева потянулся любопытный народ. В основном иностранные граждане, которых ещё не успели распределить на работы. Мы и глазом не успели моргнуть, как какая-то бабёнка бросилась ван Клейсту на шею, вопя, что она родом из Бельгии. Затем кто-то из наёмников произнёс пару фраз по-итальянски, и это вызвало новый всплеск энтузиазма среди спасшихся пассажиров. Господа иностранцы искренне радовались, встретив соотечественников, пусть и с сомнительным родом занятий.

Видя, что количество гражданских всё увеличивается, Жерар отдал несколько отрывистых команд на незнакомом нам языке (позднее выяснилось, что это бурский), и его парни мигом разбежались по своим машинам. К этому моменту американцы перегрузили в грузовик коробки с медикаментами из «хамви» женщины-сержанта Райли, определились, кто едет на полигон, а кто отправляется вместе с Коллинзом. Подполковник забирал с собой четверых, в том числе и пострадавшего от когтей леозавра бойца. Лейтенант Мэтт Фридман и ещё один морпех получили приказ взять БТР и сопровождать наёмников на полигон.

 

Затем Дэвид тепло попрощался с каждым из нас, попросив, чтобы российская полиция как зеницу ока берегла и охраняла хорошую девушку из Монтаны по имени Кейт Райли. Пришлось пообещать, что сержантшу никто и пальцем не тронет, хотя фигура у неё самая та для начинающих голодать по сексу мужиков.

Взревев моторами, колонна разнородной техники двинулась в обратный путь к базе наёмников. Помимо американского «хамви» с турельным пулемётом грузовик с драгоценными медикаментами сопровождала пара трёхосных бронеавтомобилей английского производства – «сарацин» и «саладин». Полагаю, ни один леозавр не рискнул бы связываться с подобным эскортом, даже самый оголодавший.

– Господин майор, ваши люди готовы к рейду? – подойдя, поинтересовался ван Клейст.

– Да, господин капитан, мы готовы, – я кивнул, подтверждая наше согласие участвовать в поездке на американский полигон. – Мы поедем вчетвером на моём «мерсе».

– Хорошо, в путь, – командир наёмников энергично помахал рукой своим людям и нырнул в одну из колёсных БМП.

Мы тронулись в путь, обходя Данилово по окраине. Головным шёл американский БТР, экипаж которого знал маршрут. Следом за LAV-25 катили оба «рателя» наёмников, затем мы, и замыкала колонну гусеничная техника – модернизированная в штурмовую самоходку БМП-2, и танк «центурион». Последний, как уже говорилось, играл роль вооружённого и бронированного бульдозера, без наличия которого, по словам американцев, было сложно пересекать границы миров. В этом мы вскоре смогли убедиться на собственном опыте, когда подъехали к той самой границе, где и задержались примерно на полчасика, пока танк ровнял и укатывал слишком крутой спуск.

– Володя, а тебе не кажется, что амеры нас дурят? Вот скажи, зачем им нужна здесь хорошая дорога? – спросил Ковалёв, глядя, как «центурион» срезает верхний слой почвы. – Поясняю: их «хамви» способны залезть на метровую вертикальную стену, бэтээр так же без проблем преодолевает подобное препятствие. Когда они ехали сюда, то провели через подъём даже набитый тяжестью грузовик. Зачем им понадобился пологий спуск?

– Хороший вопрос, господин капитан, – учитывая, что в машине сидела девушка, я решил немного поприкалываться. – Может, американцы настолько привыкли к асфальту на своих авеню, что решили соорудить здесь настоящий хайвэй?

– Да ну тебя. Я серьёзно, а он шутить вздумал, – Михаил сделал вид, что жутко обиделся.

– Пиндосы хотят провести здесь колонну с грузом, – произнёс сидевший у меня за спиной Руслан. – Другого объяснения нет.

– Мужчины дорогие, объясните, пожалуйста, ещё раз, зачем вы меня похитили? – задала вопрос переводчица, которую мы действительно… почти похитили. – Словно маньяки, взяли и заманили девушку в машину, пообещав интересное и незабываемое путешествие. От вас, товарищ майор, я не ожидала ничего подобного.

– Мариночка, золотце, ну, прости, нас, неотёсанных. Честно, совершенно не было времени, чтобы объяснять, куда едем и зачем, – я извинялся уже, наверное, в десятый раз. У нас действительно не было времени уговаривать девушку, и Ковалёв просто посадил её в машину. – Ты единственная, кто в совершенстве владеет несколькими языками, и нам без тебя никуда. Вон, Костик допереводился до того, что мы практически навязались Жерару в попутчики. Или в разведчики, теперь уже и не разобрать.

– Марина, вы, главное, внимательно слушайте, кто и о чём будет говорить, и всё запоминайте, – мой напарник вновь стал наставлять переводчицу. – А мы потом разберёмся, что важно, а что нет.

Девушка возмущённо фыркнула, тряхнув гривой рыжих волос, и на её лицо легла гримаса недовольства. В то же время в глазах Марины промелькнули весёлые искорки, которые она не смогла скрыть. Переводчица, как быстро выяснилось, имела склонность к поездкам и приключениям, была, как говорится, легка на подъём.

– А если они заговорят на незнакомом мене языке, на каком-нибудь африканском наречии? – подумав, девушка задала весьма коварный вопрос. – Бурского, например, я совершенно не знаю.

– Ну, это вряд ли, – прищурился Михаил. – Тот лейтенант, Фридман, что ли, не владеет бурским и ни в зуб ногой по-зулусски… Поехали, Володя.

«Центурион» завершил укатывать спуск, и мы, наконец, тронулись вперёд, держась за «рателями». Двигаясь по следам американской колонны, углубились в местный лес и почти сразу же ощутили чуждость этого мира нашей цивилизации. Нас окружали огромные деревья незнакомых пород, под колёсами и гусеницами хрустел чужой подлесок, в воздухе стоял непривычный запах какой-то плесени или ещё какой-то здешней сырости. Ревущая дизелями техника никак не вписывалась в это царство величественных древесных исполинов, словно атоллы, окружённые синеватыми морями мхов и лишайников. Даже здешний кустарник имел совершенно другой вид, чем тот, что произрастал на побережье.

– Смотрите, чем наёмники придумали помечать дорогу, – прервав молчание, я указал на впереди идущую машину. – Просто и гениально.

– Подумаешь, пукалка от пейнтбола и шарики с краской, – поморщившись, буркнул Ковалёв. – Были бы крутыми – могли бы какие-нибудь хитрые чипы по деревьям развешать.

– Чипы стоят приличных денег, – усмехнулся я, не отрывая взгляда от ландшафта. – А краска, скорее всего, несмываемая, да ещё и светящаяся в темноте. Я бы использовал именно такую.

– Ой, ящерица! – неожиданно пискнула Марина. – Смотрите, какая большая!

– Етижи-пассатижи, да в ней будет метра два, не меньше, – произнёс Руслан, проводив взглядом зверушку. – Маскировка отличная… Мариночка, как ты её увидела, а?

– Мне показалось, что на корнях дерева какой-то странный нарост, – переводчица только сейчас сообразила, что встреча с ящерицей один на один не предвещала бы ничего хорошего. – Ой, вторая! Ещё больше первой!

– Да у них тут целая колония, – наводя на цель айфон, заметил мой напарник. – А зубки приличные, как раз для того, чтобы рвать мясо. Интересно, на кого они здесь охотятся?

– Спросим при личной встрече, – усмехнулся я. – Чёрт, встали… Мэтт, похоже, решил заработать орден имени Сусанина.

– Тогда уж орден имени Моисея, а не Сусанина, – хмыкнул Михаил. – Слушай, Володя, а у наёмников, похоже, радиостанции лучше, чем у наших летунов.

– Это ты к тому, что ван Клейст свободно «базарит» с морпехами, а наши пилоты немы, как рыбы? – я мгновенно сообразил, куда клонит Ковалёв. – Да, странно как-то и не логично.

– Анисин, помнится, рассказывал, что в эфире стоял сущий кавардак, а потом неожиданно заглохли целые диапазоны, – припомнил Руденко. – Соломатин вот уже двое суток тралит эфир, пытался наладить связь хоть с кем-нибудь… Может, уже наладил, но скрывает от нас – не доверяет тем, кто водит дружбу с пиндосами… Надо Марину к лётчикам подослать, чтобы она разговорила этих тихонь и молчунов.

– А Марина-то согласится? – не удержался от подколки мой напарник.

– Алло, мужчины, я вообще-то всё ещё здесь, – сразу же вскинулась девушка. – Если хотите со мной сработаться, то не держите за бабу-дурочку, вся ценность которой заключена в том, что с нею приятно в постели. Договорились?

– Уделала. Считай, что ты прошла проверку, и теперь официально в команде, – произнёс я, посмотрев в зеркало на переводчицу. Ох, красива, чертовка, когда злится. – Вернёмся на базу, выдадим тебе оружие – основное и вспомогательное. С экипировкой, правда, пока туго.

– Должны бы знать, товарищ майор, что основное оружие переводчика – это его знания языков, – скривив рожицу, Марина показала мне свой розовый язычок, а затем демонстративно отвернулась к окну.

– Шах и мат, – во весь голос захохотал Руслан. – Шеф, сдавайся.

– Гитлер капут, – под общий смех ответил я. – Так… Мэтт определился, куда ехать. Не видать ему орденов имени Сусанина и Моисея.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47  48  49  50  51  52  53  54  55  56  57  58  59  60  61  62  63  64  65  66  67  68  69  70  71  72  73 
Рейтинг@Mail.ru