PowerfulAnd PowerfulAnd Не веста

Глава 3

Пришлось отлежаться в постели весь вчерашний день. Деревенским никак не объяснить, что жар быстро спал. То ли из заботы, то ли чтобы я за ними вечно не следила, все порешили, что я отлежусь дома. Весь день ко мне бегали то крепостные, то дворовые и все просили указаний или работы. Мама и Таимир недовольно забились в угол у печи, пытаясь согреться и в тишине поработать, пока я расположилась на своей кровати с депешами, грамотами и списками поместья.

По моему распоряжению самую большую избу семьи Ольги, местной няньки, отдали под нужды дружинникам. Её муж лесоруб, как и большинство в имении, а сама Ольга занимается всеми детьми деревни, приучая к письму и чтению вместе с барыней. Они с Марфой Игнатишной почти одногодки и хорошие приятельницы, не смотря на то, что Ольга крепостная. И к тому же, все беспризорные дети, которые попадают в деревню или остаются без родителей, остаются в доме Ольги. В шутку барыня называет таких детей “Ольгиными сиротками”. Сейчас на её попечении больше десяти детей, но всех, и детей и семью Ольги, пришлось распределить к семьям Тихона и Весемира, так как барыня пожаловала няньке самую большую избу на деревне.

Также царевичи, увидев бедственное положение поместья изъявили желание пойти на охоту, чтобы притащить какого-нибудь зверя. Большинство хороших охотников поместья полегло в год гибели отца, почти восемь лет назад. Тогда в лесу лютоволки и железные-медведи воевали за территорию, почти грызли друг друга за каждую скотину или дикую добычу. Все хорошие охотники так или иначе пострадали от них, но большинство убили. Сейчас же все мужики деревни предпочитают ходить на лесоповал. Добыча дерева даже с перевозками в Портовой стоит дешевле, чем потеря жизни. Но противиться слову царевичей никто не смел и я наказала Весемиру собрать мужиков, которые хотя бы немного помнят, как охотились их братья или отцы. И то, скорее чтобы не заблудились в лесах.

Также вчера вечером вскрылась интересная особенность царевичей, которая может серьезно ударить по поместью. Оказывается, наследникам необходимо мыться каждый день, а поскольку у нас нет купели, как в замке, нужно топить баню. А бани топятся с дров, которые поместье продаёт в Портовой. Мало мне того, что на носу масленичные гуляния и мужики будут отдыхать вместо рубки, так ещё и царевичи хотят мыться каждый день.

Я натянула на ноги носки из собачьей шерсти. Сегодня отлежаться мне не удасться, так что я сменила сарафан на привычные холщовые штаны и тонкую рубаху. Я часто бегаю до дома барыни в лёгкой одежде, ведь внутри тепло, иногда даже жарко. А постоянно снимать с себя и заново натягивать вещи я слишком не люблю. Русые волосы по поясницу заплела в косу и заколола шлифованными щепками, собрав в рогалик на затылке. Уши немного торчат, зато волосы не мешаются и под шапкой хорошо лежат.

Дома никто не проснулся, когда я вышла за дверь. Вчера весь день Агнешка носилась по дворам и ела сладости, которые привезли царевичи. Сегодня она долго проспит, как и мама с Таимиром. Им пришлось лечь не вовремя из-за поздних визитов дворовых.

Солнце только-только выглянуло из-за горизонта, приятный алый рассвет дарит покой. Я часто встаю еще до рассвета, успевая застать его на заднем дворе барыни, откуда лучше всего видно солнце.

Но в этот раз времени любоваться нет и я быстрее иду к задней двери терема. В задней кухне сонные служанки сварили яйца и поставили на огонь травяные настойки. Их волосы повылезли, под глазами мешки, а руки еле-еле движуться. Они сонно здороваются со мной, пока составляют на подносы еду. Я распорядилась встать пораньше и подать царевичам завтрак в постель. По словам барыни, они встают ни свет ни заря, чтобы потратить время с пользой.

Пока они разбирались с едой, я занялась печью в прихожей. Её нужно растопить посильнее, потому что потом нужно будет готовить обед и ужин, да и изба остыла за ночь. Приятный жар углей опалил лицо и я загрузила дрова внутрь. А когда уже закрыла заслонку и попыталась убрать угольные разводы на руках с помощью рубашки, сверху послышался шум.

Звук битой посуды, грохот. Я подскочила, а потом ускорила шаг, подбегая к лестнице на второй этаж. Едва не споткнулась о Мельку, сидящую на полу. Она побледневшая уставилась на распахнутую дверь старшего царевича и схватилась за грудь. Рядом с ней разбитая посуда, мокрый пол из-за отвара и дымящиеся овощи с солью.

- Что случилось? - я заглянула в спальню царевича, отмечая словно нетронутую постель и абсолютно пустую комнату. То, что царевич здесь был ночью, подтверждает только пустой кувшин с водой.

- Что за шум? - двери в коридоре распахнулись и Мелька попыталась быстрее вскочить на ноги. Младший царевич Алексей придержал женщину, когда она покосилась от неловкости. Велислав тоже вышел из комнаты и за спинами царевичей я заметила взволнованных служанок. Из комнаты барыни послышался шум и Марфа обеспокоенно выглянула из самой дальней комнаты.

- Где же… Где же царевич Колояр, ваше величество? - Мелька чуть не задохнулась, пытаясь выговорить слова. - Неужто черти какие решили кровью царской побаловаться?

- Вы простите её, ваше величество, в наших краях верят, что ночью людей нечисть уводит. - строже смотрю на женщину, намекая на глупость её возгласов. Думаю, так на ней отразились вчерашняя болтовня крепостных о том, что нечисть очень уж не любит наших царевичей и придет по их душу в такой-то глуши. Я не предала этому значения, потому что эти были лишь сплетни, но видимо зря.

Мелька закрывает глаза и тихо молится Зиме, умоляя сохранить её от сглаза, кражи и морока. Две служанки рядом опускают глаза, соблюдая правила приличия. И только я поджав губы, пялюсь на то, как Велислав закатывает глаза, а Алексей устало выдыхает. Царевичи ловят мой взгляд и я сразу опускаю глаза в пол, покосившись на Марфу Игнатишну. Она недовольно качает головой.

- Колояр обычно встает раньше всех в замке. - сухо выговаривает Велислав. Кажется, оба царевича любят поспать, потому что недовольны. Вдруг тон среднего царевича становится каким-то заговорческим. - У него с утра тренировки и прогулки на свежем воздухе.

- Оставьте завтрак царевича у печи, чтобы еда не остыла. Мелислава, Марфа, уберите в коридоре и принимайтесь за купальные процедуры царевичей. - коротко приказываю служанкам, учтиво склонившись перед царевичами и барыней. - И прошу, относитесь ко всему спокойнее. Великий царевич может за себя постоять, а пропадать из спален по утрам правителям не свойственно.

Мужчины хмыкнули и прошли по своим комнатам, принимая у служанок завтраки. Я же аккуратно переступила через грязь на полу и двинулась к выходу из дома, чтобы найти царевича. Может, я бы так сильно не удивилась, обнаружив пустую комнату, но оставлять царевича, пусть и старшего, без присмотра тоже не позволительно. А если я шла в дом и никого не встретила, значит царевич ушел куда-то далеко. Только… куда?

Натянула дублёнку одной из служанок, заправила волосы в шапку и огляделась по заднему двору барыни. А вот сегодня стоило бы не лениться и надеть одежду потеплее холщовых тряпок для работы. Слева за спиной находится зала, дальше по узкой тропинке конюшни. Прямо нужник и загоны для скота, сарай и барские склады. Собаки на привязи повылезали из будок, потягиваются на солнышке и лезут к дверям конюшен, потому что оттуда выходит Тихон, который их кормит. Из деревянных оконцев как раз слышится ржание лошади, коня и их жеребёнка, а за ним и лязг посуды. С другой стороны огороды барыни, ещё заваленные снегом. А по узкой тропинке, которая ведёт к наспех сколоченым сарайчикам с животными не ступала ни одна нога. На них ни следа. Там как раз начинают носиться крепостные девки, собирать яйца и кормить скот.

Зато тропинка к бане потоптана. Я двинулась по ней, даже не задумавшись, чем царевич может там заниматься.

И зря. Из двери вышел Колояр.

Его голые плечи и грудь задымились, как кипяток на морозе. Мышцы живота и рук перекатываются и блестят под лучами только поднявшегося солнца. Кожа бледная и почти искрится, но это скорее из-за того, что она мокрая. На бёдрах, слишком низко, на хлипкой веревочке висят штаны, хотя эта тряпка только силуэтом на них похожа. Влажные волосы ещё больше завились от воды, а серые глаза серьёзно уставились на меня.

Пар ушёл от кожи и я увидела длинные бледные шрамы. Ни единый мускул не дрогнул на лице. Широкий шрам, будто царевича пытались разрубить надвое, тянется от роста шеи и правого плеча до самого низа живота. Руки, которые пару секунд назад заставили меня дышать чаще, покрыты бледными, не похожими друг на друга шрамами. Словно кто-то ради забавы полосовал его ножом то тут, то там. Но в действительности, скорее царевич прикрывался руками от атак.

- Это уже наглость, крепостная. - мужчина растянулся в улыбке и наклонился к ближайшему сугробу. Он в десяти шагах от меня, потому повышает голос. С визгом крепостные девки бросились прочь и я оглянулась на них, пытаясь придумать хотя бы одну причину, почему пялилась на него всё это время. Трое крепостных ускакали назад в сарай к скоту и на этот раз я опустила глаза, поклонившись и разглядывая ноги царевича. Снег начал падать с его ладоней на землю и я поняла, что он растирает колючими снежинками свою итак нездорово бледную кожу.

От таких действий буквально побежал мороз по самим костям.

- Прошу прощения, царевич Колояр, - я поджала губы, даже не зная как оправдать то, что я вообще пошла его искать. Не скажу же я ему, что пережевала, что он набедокурит? Вырвет чьё-то сердце или опозорит дворовую, которая будет потом плакать по нему неделями, - мы вас потеряли и я забеспокоилась, что вы потерялись на… Прогулке.

Кто вообще, бесы бы его побрали, гуляет в такую рань?

- Ты забеспокоилась? - передразнил царевич, открыто посмеявшись. Я дёрнулась, но вовремя себя остановила и глаз не подняла. Пусть смеётся. Он уедет через пару дней, неделю или две. Это не важно. Важно лишь то, что моя голова останется при мне, когда Колояр со своей свитой покинут имение.

- Барыня велела мне заботиться о вашем благополучии. - вру я, хотя отчасти это и правда. Переминаясь с ноги на ногу чувствую, как руки и ноги медленно замерзают.

- И ты заботишься? - в горле застрял ком раздражения. Цепляться за слова, видимо, его увлечение, но я не смею дерзить. Пусть просто вернется в дом и позавтракает.

- Моё дело исполнять приказы, выше высочество. - шаги Колояра близятся и царевич встаёт напротив, решив не отвечать на мои слова. - Велеть ли мне подать вам завтрак? Или желаете ещё прогуляться по деревне?

Не хочу даже знать почему он ходит по морозу почти раздетым. И где вообще был. Пусть просто зайдет в дом и начнет заниматься тем же, чем вчера. Болтать с братьями и дружинниками, рассуждать о охоте и красоваться, как он сейчас исправит все дела в поместье. Никто мне так и не объяснил, какого лешего здесь оказалась царская чета, но я таких вопросов и задавать не должна.

Длинные пальцы вдруг вцепились в подбородок, он подошёл быстро и близко, и Колояр резким движением поднял моё лицо к своему. Серые, прозрачные глаза уставились в мои. Тело застыло. Губы приоткрылись и я сдержала возмущенный писк в глотке, пытаясь не отбросить руку Колояра. Сердце забилось от близости к нему. Запах свежего тела и снега попал в нос. Холод заколол кожу ощутимо сильно, как-то по необычному сильно.

О, матерь Зима! Всплеск в животе ударил по ребрам. Его серые глаза вдруг мигнули белым светом, магически жутким. Как сверкает лед под солнцем. Я бесконтрольно толкнулась, ведомая страхом и силой, моментально вспыхнувшей в груди. Но это не сработало. Жёстко, даже больно, вдруг его мощная рука обхватила талию и прижала к ледяному телу. За спиной Колояра стал мутнеть воздух, как вода с молоком. Его лицо опустилось ко мне ближе, брови нависли над глазами. Пришлось проморгаться, чтобы поверить в видимое, но воздух начал густеть на глазах, превращаясь в метель, а бани за спиной царевича уже не разобрать из-за большого мутного, движущегося пятна снега.

Магия.

Волосы выбились из под шапки, попали на губы и только в этот момент я поняла, как сильно кружит вокруг нас ветер со снегом. Пристальный царский взгляд пробудил тревогу в животе и я, вдруг сама этого не ожидая, уперлась руками в грудь царевича.

- Невероятно… - тихо сказал он. Может надеялся, что я не услышу, но я услышала. Тело как по щелчку напряглось от того, что в глазах Колояра что-то изменилось. И когда во второй раз я набралась наглости и толкнула его в грудь, царевич меня отпустил. Снег моментально утих, оставил мои волосы и мы просто остались стоять на тропинке в нескольких шагах друг от друга. И я уже не опустила взгляд, тяжело дыша из-за жара в горле. Пар клубами повалил изо рта.

Мысль, что он что-то понял, неприятно кольнула прямо в сердце. Но я точно поняла, что оказаться в руках наследника, означает умереть.

- Может ты и не можешь замерзнуть, брат, - крик за спиной отрезвил и я опустила глаза в пол, - но если пропустишь завтрак, загнешься где-нибудь на охоте от голода. Прекрати мучать дворовую и иди поешь.

Голос Велислава оказался спасением. Я быстрее обогнула мужчину по узкой тропинке, чтобы пройти к бане. Сбежать от него куда-нибудь, единственная здравая мысль.

- Старшая, - окликнул меня царевич и я остановилась у входа в баню. Там ещё сохранились толики тепла, которые могут мне помочь. Взгляд зацепился за выбившуюся щепку и не поворачиваясь, я прислушалась к царевичу Колояру, - забери из бани мои вещи и распорядись, чтобы все были готовы к охоте через пару часов.

- Слушаюсь, ваше высочество. - я присела в реверансе и сразу же зашла в баню. Пальцы вцепились в дубленку и я стянула вещь с себя. Жар в груди начал разрастаться из-за быстро бьющегося сердца. Губы сжались, пытаясь совладать с горячим дыханием. - Зима, помоги мне.

Я забежала в баню в рубахе и штанах. В глазах помутнело и я вцепилась в остывшую печку, стараясь расслабиться. Вдыхаю и выдыхаю, как учила барыня. Носом втягиваю сухой воздух, стараясь согреться в почти остывшей бане, и медленно выдыхаю через рот. Пальцы болят, но я игнорирую это, втягивая воздух глубже и глубже. Глаза закрываются и через пару минут ощущаю, что становится легче. Звук кипения воды прояснил сознание и я медленно отошла от печи. Вода внутри задымилась, клубы пара повалили вверх.

- Великая Зима, - фыркнула я, разворачиваясь к двери, чтобы выйти, - дай мне сил справиться с присутствием твоих сыновей.

__________________________

Царевичи, все дружинники и Весемир с Тихоном отправились в лес, как и приказал Колояр. Пришлось стоять с барыней на крыльце, смотря за избы до тех пор, пока все не скрылись за кромкой леса. Я могла бы попытаться объяснить им, что сейчас нет никакого смысла ходить за дичью. Зайцы, кабаны и вся слабая дичь давно ушла на юг из-за февральских морозов в начале месяца. А те, кто просыпается из спячки или возвращается с севера из-за отсутствия еды, далеко не дичь, а самые настоящие хищники. Всем известно, что могу-лоси уходят с севера на юг по весне, потому что просыпаются железные медведи, а ближе к нашей деревне их ждут лютоволки. Им придётся далеко зайти или знать тропы…

Но Весемир и Тихон лесорубы, а не охотники. Когда-то они и ходили со своими отцами и братьями в лес по дичь, но теперь эти дни давно забыты.

Барыня отчитала меня за грубость царевичу на заднем дворе. Сказала, что он пожаловался на строптивую старшую за завтраком. После веления барыни заменять каждый день постельное бельё и приступить к готовке ужина, я оставила её с Ольгой в библиотеке. Они собирались проработать занятия для обучения детей. Именно на это сослалась Марфа Игнатишна, когда я аккуратно полюбопытствовала зачем приехали царевичи. И она и я поняли, что это просто отговорка, но продолжать не стали. Хоть мы и близки с ней, но она с грустными глазами отказывает мне в ответе на вопросы, которые неустанно кружат в голове.

Весь день я и дворовые выполняли свою работу, подготавливая поместье к масленице. Крепостные девки же после утреннего ухода за скотом и завтрака, побежали петь веснянки. Останавливать их не было никакого смысла, пока глотки не обдерут не успокоятся. Давно заученные слова эхом разносились по морозу.

Мать Зима уходи! Снег холодный забери!

Деревья зеленью одень, пусть теплее станет день

Весна, весна красная!

С радостью, с радостью, с великой милостью

Приходи поскорее, согрей Зимних детей!

А когда они вернулись, я подслушала, что им жаль, ведь царевичи не слышали их пения. Все они сели за вышивки платков для праздника, уже просто напевая себе под нос. Дворовые начали заниматься заквасками для блинов, составлением блюд для масленичных плясок, а так же ставили браги и настойки с драгоценным самогоном. Конечно успевая поворчать на молодых девушек, распевающих песни.

Я пожалела, что не велела собрать обед царевичам в дорогу, потому что они не вернулись, когда солнце стояло выше всего. Когда вернуться, будут злые, как голодные волки. Ещё и ничего не поймают и совсем сойдут с ума.

Поймала себя на мысли, что пялюсь в окно на лес, вместо чтения, когда солнце уже близилось к закату. Старая книга семейных древ правящих династий мира хлопнула в руках и я поднялась на ноги. Ничего нового в ней всё равно не написано. Барыня с Марфой так и сидели в библиотеке, даже отобедали внутри. Поэтому заходить к ним, чтобы поставить книгу на место, идея не лучшая. Вместо этого я решила положить больше дров в печь, уже утомленная ожиданием царского возвращения. Натасканные поленья сосен приятно пахнут. Утренняя закладка почти прогорела. И когда я закладываю последнее полено, дверь из сеней в прихожую открывается. Как обычно, вечером ребятня без спроса ввалилась в прихожую терема. Холод с улицы заполз в дом и я съежилась, недовольно глянув на детей.

- Драгия, Драгия, а сегодня сказки будут? - из сеней в комнату завалилось десять детей, с головы до ног в снегу. Барыня часто к вечеру зовет их на сказки, но сегодня от неё распоряжений не поступало. Двое из них вышли на чистый брус и растянулись в извиняющейся улыбке, во все свои выпавшие зубы. Я только нахмурилась из-за того, что они запускают в избу холод.

- Я вам мамка что ли? - заворчала я. Сегодня никакого настроения. Скорее всего из-за того, что с утра сделал Колояр. Дети заныли и я встряхнула головой, выгоняя из мыслей этот кружащий вокруг нас ворох снега и его руку на моей талие. Чувство, что всё привиделось…

Обычно я не рассказывала им сказки, но однажды, когда барыня слегла, решила сделать это за неё. Теперь же, как только Марфа оказывается занята, они морочат голову мне.

- Только ты страшные сказки рассказываешь! - голос Агнешки послышался в сенях и я ругнулась, уже закрывая печь заслонкой. Глянула на свечу с засечками часов и выпрямилась в полный рост. - Ну давай, Драгия, расскажи сказку!

Дети зачирикали, как голодные цыплята по весне. Первые два уже все в снегу завалились почти в центр прихожей. Почитать мне всё равно не удасться, а помогать с готовкой нужды нет.

- Ладно, только сначала всем на крыльце отряхнуться! Хоть снежинку на пороге увижу, сразу высеку! - дети засмеялись и юркнули прочь из сеней на крыльцо. Пару минут, пока я прижималась к печи поближе и в круг выставляла лавки, все дети вошли в избу, бросая свои вещи прямо на пол недалеко от порога. Все десять пар красных щёк уселись на скамью, предварительно, как я и учила, разложив рукавицы и носки рядом с печью. - Про что сказку то хотите?

- Про лешего! Про лютоволка с девицей! - завопили все по очереди. Девочки схватились за косы, поглядывая на мальчиков, которые просили страшные сказки. - Про дружинников и кикимору! Сказку про Лето и Зиму! Про войну, про войну!

- Сказок о войне не бывает, - холодно отчеканила я мальчику, который меньше всех любил заниматься, но больше всех любил рассказы про сражения и битвы, - научишься читать, у барыни в книге и прочтёшь. А если лениться будешь, век тебе не видать таких историй и рассказов.

- Тогда про царевичей и принцев сказку! - мальчики зашипели и зафыркали, сетуя на романтичные сказки о принцах и царевичах. - Ничего они не скучные, зато не страшные!

- Почему это не страшные? - изумилась я, лукаво улыбнувшись. - И про наших царевичей есть страшные сказки.

- Про царевичей? - изумились дети и я вспомнила, как впервые читала книгу “Небывалые истории матушки Зимы”. Сборник сказок для высокородных детей, которые на самом деле оказались явью. Ничего страшного в них на самом деле нет, если не вдумываться, а дети хотя бы понемногу будут узнавать историю.

- Ну конечно. - я пожала плечами и уставилась наверх, делая вид что это совсем скучно и не интересно. Но они тут же оживились, заискивая как бы узнать что там случилось. Может учиться они и не любят, но точно знают, что две сказки я не расскажу. Так что тщательно выбирают ту, что хотят услышать. - Ну так что? Про царевичей или что-то другое послушать хотите?

- Она точно страшная? - самый старший из них, сын Весемира, которому исполнилось почти двенадцать с недоверием глянул на меня. Отец его не многословен, но вот мать мастак выдумать какую-то сказку, так что он тут избалованный ребенок.

- Давным-давно, - начала я уже игнорируя его замечание, - когда брат и сестра, Зима и Лето ещё были дружны и не разлучались друг с другом, а на свете все люди жили в мире, на свет родилось два брата. Были они не простыми братьями, а близнецами, как две капли воды похожими друг на друга. Волосы черные, кожа румяная, а голоса звонкие. Родились они в семье князя, который прославился на всю землю вокруге, как щедрый, справедливый и честный правитель. Южнее его княжества были жаркие пустыни, а севернее холодные горы. Мальчики росли под сенью матери Зимы, когда выпадал снег, и под крылом Лета, когда солнце обжигало щёки.

Девочки восторженно распахнули глаза, теребя косы, а мальчики скучающе зазевались. Не расскажешь же им, что эта летопись правдива и стара, как сам мир.

- Когда мальчики подросли, то отец сказал им, что самый сильный из них станет князем и поведет народ дальше к величию. - я указала на мускулы на руках и пара детей засмеялись, демонстрируя дырки от выпавших зубов. - А кто из них будет во главе княжества, решит поединок на восемнадцатилетие. После этого мальчики начали готовиться к схватке. И некогда дружные братья, стали холодно сражаться за право стать такими же достойными правителями, как их отец. Младший, имя которого было Изагиэль, ушёл из дома на юг в пустыню со всеми целителями и знахарями, чтобы сделать свое тело сильнее в песках, где в оазисах царствовал Лето. С его красотой не могли сравнится никакие мужчины, язык и душа его были чисты, а душа горела, как солнце. Жарко и пылко. Он принимал сильнейшие яды, занимался с самыми успешными учителями и солдатами всего юга. Мастерски овладел копьем, луком и мог преодолеть пустыню на своих лишь ногах.

На этот раз все дети открыли рты, слушая историю про далёкие далёкие земли. Они редко думают про земли, в которых никогда не побывают. Уголки губ дрогнули и услышала, как в задней кухне служанки заворошились пуще прежнего. Все мы любим сказки, даже такие тётки, как они или я. За моей спиной слегка приоткрылась дверь, но я удержала внимание детей и не обернулась.