- Рейтинг Литрес:5
Полная версия:
Натали Герц Огонёк и Саламандра
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
— Извините, я отойду, — Рома встал, — хочу подышать свежим воздухом.
— О, тогда может мы будем понемногу собираться? — предложил Дима.
Все кивнули.
— Я пойду закрою счёт, и попрошу завернуть торт нам с собой. Вы можете выходить, девчонки, подождите меня возле выхода, — Дима подмигнул девушкам и кивнул Огневу. После чего пошёл к барной стойке, рядом с которой ему улыбалась во все тридцать два зуба симпатичная официантка.
— Это надолго, — рассмеялась Влада, закатив глаза.
Огнев уже вышел, а Полечка всё суетилась возле зеркала.
— Ну ты скоро? — Влада тоже хотела подышать воздухом.
— Извини, я ещё загляну в уборную, ты не пойдёшь?
— Нет, я подожду тебя на улице.
Влада поспешила отправиться вниз на лифте. Выйдя на улицу, она не обнаружила Огнева у входа в здание. Она огляделась по сторонам и увидела его, стоящим чуть дальше. С сигаретой. Она направилась прямо к нему.
— И давно ты куришь?
— Не-а. Вот недавно решил попробовать, — он вертел сигарету в руках, не поджигая её.
— Осуждаю. А как же спорт?
— Спорт в прошлом, — в его голосе слышалась горечь, и Влада решила отложить этот разговор на потом.
— Зачем тебе это?
— Да вот думаю, как заменить одну зависимость другой, — он пристально посмотрел на девушку, остановившись на её губах. Влада не была уверена, что они всё ещё говорили о спорте.
— Но это же не выход, — Влада вытащила из его пальцев ещё не зажжённую сигарету и выкинула её в ближайшую мусорку.
— А у тебя есть варианты получше? — ухмыльнулся парень, но так и не приблизился к Владе ни на шаг.
— Ну, всегда есть альтернатива, — замялась Влада, она нервно заправила волосы за ухо и посмотрела в сторону выхода из здания.
Ребята всё ещё не вышли, а разговор как-то не клеился. Огнев, как и обещал не трогал её, и между ними осталось только неловкое напряжение.
— О да, Влада, у тебя полно альтернатив, — съязвил Рома и тоже посмотрел в сторону выхода.
— О чём ты говоришь? Что опять не так? — вскинулась Влада. Она не считала, что заслуживала от него подобных язвительных комментариев в свою сторону.
— Ты сказала мне, чтобы я не притрагивался к тебе, пока ты сама этого не захочешь, ответил он. — И я знаю, что ты права, поэтому у меня нет права злиться. Все свои права я растерял, когда посмел поцеловать тебя.
— Да о чём ты, говори прямо, какое твоё право я уже успела отобрать?
— Ему ты позволяешь, — его взгляд стал куда холоднее. — Иной раз, слишком много позволяешь.
— Господи, ты о Диме говоришь? — рассмеялась Влада.
— О Диме, — передразнил Огнев.
— Да он мне как брат, — растерялась девушка, — это нелепо. Даже не сравнивай его с…
— Кем?
— С тобой, — Влада отвернулась, а Огнев всё же подошёл к ней ближе.
— Почему? — настаивал парень.
— Просто это разные вещи, — вспыхнула Влада, ей совсем не нравилось, когда на неё давили. — И вообще, кто бы говорил? Роман Александрович, а когда у вас день рождения? — пропищала Влада, кривляясь на манер хрустальной девочки.
Огнев прищурил глаза, уголок его губы пополз вверх. Теперь они стояли вплотную, и девушка с вызовом смотрела на него снизу вверх, не собираясь отступать.
— Не думал, что ты помнишь дату, — его взгляд стал ещё более заинтересованным. — Влада, у тебя нет ни одного повода, чтобы сравнивать себя с ней, — он изучал её лицо, с какой-то надеждой. — Я уже говорил тебе о том, чего хочу. А ты?
— Что? — она надменно вскинула голову и достойно встретила его взгляд.
— Разве ты сама не знаешь чего хочешь, Влада?
А она не знала. Ей претила мысль сдаться в его лапы. Между ними было уже слишком много всего, чтобы начинать с чистого листа. Раньше она никогда не думала о нём и теперь не была уверена, что действительно хочет разрешать это недопонимание между ними. Влада опустила глаза и отвернулась, нервно заправляя волосы за ухо. Больше держать удар она не могла.
— Понятно… — Огнев отступил на шаг назад, и теперь между ними была пропасть.
В этот момент её глаза наткнулись на Полечку, которая только выбежала из здания и искала их. Заметив их, девушка радостно поскакала навстречу.
Влада молниеносно дёрнула Огнева обратно к себе. Она схватила его за воротник и притянула к своему лицу. Секунда раздумья. Его зрачки моментально расширились. И Влада зажмурила глаза, прижавшись к его губам.
Получилось не слишком аккуратно, так можно и губы разбить. Или зубы... Опыт неприятный уже был.
Пульс подскочил, дыхание перехватило.
Я поцеловала его. Сама.
Это было неправильно, но внезапно Влада поняла, что иначе она просто не может. Позволяя себе вдохнуть, она приоткрыла глаза. Его дыхание опаляло её лицо.
— Извини, я…
— Ничего, я научу.
Рукой он направил её лицо к своему, и их губы слились. В этот момент её тело пробило зарядом тока. Ощущения были совсем иными. Не как в первый раз, когда она боролась с ним, и иначе, чем когда они просто столкнулись губами. Они целовались. Стоя посреди улицы.
Где-то неподалёку всё ещё была Полечка, и скоро должен был выйти Дима. Но происходящее вокруг медленно таяло, оставляя в её голове лишь его тепло. Сердце скакало в груди с бешеной скоростью, и Влада растворялась в этом ритме.
Казалось, ещё секунда и у неё начнётся переизбыток всего, за исключением воздуха. Кислородное голодание кружило ей голову, и Влада поняла, что у неё медленно подгибаются ноги. Таким был её первый настоящий поцелуй. Сумасшедшим.
Она даже не понимала, как и что делает. И если бы не рука Огнева, оказавшаяся на её талии, она уже осела бы прямо на асфальт. Губы покалывало. Влада вцепилась в его плечи, чтобы окончательно не улететь с волнами захлёстывающих её ощущений.
Рома оторвался от её губ, и Влада приподняла тяжёлые веки. Она думала, что сейчас он рассмеётся, заставив её захотеть провалиться сквозь землю. Но Огнев лишь крепче прижал её к себе, помогая удержаться на ногах. Его дыхание всё ещё было частым, как и её. И в его взгляде не было ни намёка на смех.
— Господи, скажи, что ты настоящая, и это не очередной сон, — его глаза скользили по ней, будто удостоверяясь в действительности.
— Сумасшедший, — Влада улыбнулась.
Она медленно приходила в себя, когда поняла, что Огнев фактически держит её в своих руках. Отпусти он её хоть на миг, и она тут же свалится на землю. Поэтому девушка всё же нашла в себе силы стоять ровно. Она немного отстранилась, и он тут же с подозрением подхватил её за руку.
— Всё в порядке. Не преувеличивай. Просто секундное помутнение рассудка.
— Я бы это так не называл, — пробурчал Огнев и всё же взял её под руку.
Он огляделся по сторонам.
— Пойдём со мной. Теперь только со мной.
Они шли не ко входу в здание ресторана. Их траектория была направлена мимо. Влада увидела, как из дверей выходит Дима, накидывая на плечи пальто. Она лишь растерянно посмотрела на него, когда их глаза встретились, и он вопросительно поднял брови. Она и сама не понимала, что происходит.
Видок у меня соответствующий.
— Огнев, куда вы? — окликнул их Дима, когда они прошли мимо.
Влада развернулась и увидела Полечку, потерянно прибившуюся за спиной у Димы.
— Нам надо поговорить, я сам довезу её до центра. Возвращайтесь первыми, — бросил Огнев, даже не оборачиваясь.
— Ну ладно, — пожал плечами Дима, — будьте осторожны.
Рома тащил её за угол здания, где была припаркована его машина. Он открыл ей дверь и усадил на переднее сиденье. Пристегнул ремень и проверил надёжность крепления.
— Ты ещё каску мне надень и капу в рот вставь.
Огнев рассмеялся.
— Это для твоей же безопасности.
— Ну сидеть я пока не разучилась, вроде бы, ты не настолько крышесносно целуешься, — съязвила Влада.
— Всё, Влада, не язви, я же о тебе забочусь.
— Влада, не язви, — пробурчала девушка, передразнивая серьёзность парня.
Он лишь покачал головой и закрыл дверь, после чего обошёл машину и сел за руль.
— Знаешь, я бы поспорила о моей безопасности в твоём присутствии, — продолжала подначивать девушка.
Огнев вскинул глаза к крыше машины и, устало простонав, опустил голову на локти. Он был другим рядом с ней. Расслаблен, угрюмость уступила место улыбке.
— Ну и что мне прикажешь делать с тобой, если ты ведёшь себя, как ребёнок, — он развернулся, всё ещё облокачиваясь на руль, и теперь просто смотрел на неё.
— Юридически, ещё недавно была. Всего два дня, как взрослая. Но в прошлый раз тебя ничего не смущало. Ты украл у меня первый поцелуй задолго до этого, — о, да я сам дьявол.
— О боже… — снова простонал Рома и зарылся лицом в руки. — Гореть мне в аду…
— Не стоит. В этот раз я сама поцеловала тебя.
Секунду помолчав, он снова развернулся и посмотрел на неё как-то растерянно.
— Я всё ещё не верю.
— Ой, Огнев, не драматизируй. Сколько лет мы друг друга знаем. Тебе самому всего двадцать, а ведёшь себя так, словно совершил все семь смертных грехов.
— Я не об этом.
Они оба молчали. Влада не решалась спросить его о том, почему простой поцелуй с ней стал для него таким невероятным. Но любопытство всё равно было написано у неё на лице.
— Я ведь влюблён в тебя, Влада, — выдохнул он наконец.
Влада оторопела, она не была готова к тому, что он настолько обнажит свои чувства.
— Влюблён до безумия. И уже давно, — он говорил серьёзно. — Вначале я хотел просто подружиться. Мне было стыдно за твой зуб. Но мы росли. Недопонимания множились между нами, а ты даже не смотрела в мою сторону. Я не мог позаботиться о тебе, но ты всё время занимала мои мысли. И вместе с нами росли и мои чувства к тебе, так постепенно и незаметно, что я не понял этого, пока не переехал. Я думал, что больше никогда тебя не увижу, только если мельком на каких-нибудь соревнованиях. Но всё равно не мог забыть. Твой образ преследовал меня даже во снах. А когда я увидел тебя в центре, то подумал, что окончательно сошёл с ума. Хотя, впрочем, это недалеко от правды. Я даже каким-то немыслимым образом смог украсть у тебя поцелуй. Что это если не безумие?
Влада молчала, не понимая, что может сказать в ответ на его чувства. Которых было так много, что она не могла их уместить у себя в голове. Всё, что она знала об их отношениях было слишком далёким от навалившейся реальности. Весь его образ перекраивался внутри неё. Теперь она тоже сомневалась в своём благоразумии.
— Я… — начала она, неуверенная в том, что сможет закончить.
Но он перебил её раньше.
— Тебе не надо ничего мне объяснять. Рядом со мной не выдавливай из себя слова, которых пока что у тебя нет. Ты всё сделала правильно. Если на ком-то и будет вина, то только на мне. Всё будет в порядке, даже если ты просто будешь рядом. Этого достаточно. Этого даже слишком много для такого, как я.
Он пристегнул свой ремень безопасности и завёл машину.
— Куда мы?
— Просто прокатимся по городу, чтобы немного прийти в себя.
Ночной город мелькал за окном, машины, дома, остановки, фонари. И так же быстро в голове Влады мелькали мысли.
Глава 4.5. Ты разве не знаешь чего хочешь?
6 ноября 2024 г.
Я не знаю, что хочу написать, но, кажется, таким образом я пытаюсь попрощаться с самым дорогим для меня человеком. Мне не дали сделать даже этого. Слишком жестоко. Спорт в очередной раз забирает у меня то, что драгоценно.
Я уже много лет не вела свои записи в дневнике. Но когда узнала, что…
Я не могу этого написать. Просто не могу.
Последние дни я едва помню. Теперь это всё несущественно. О чём думала вчера, что меня беспокоило? Что я чувствовала? Пока не узнала.
Сейчас я не чувствую ничего. Даже мои чувства у меня забрали. Я не имею права грустить.
Прости меня, бабушка. Я плохая внучка. Я даже не смогла уехать, чтобы попрощаться с тобой. Я перечитывала твоё письмо и… Прости, что так и не приехала в этом году… Я так сильно скучаю по тебе. Я так сильно люблю тебя. Без тебя в моей груди зияет огромная дыра, и я не знаю, как мне теперь дышать.
И я просто не могу написать, что ты…
Бабушка умерла.
***
5 ноября 2024 г. За несколько часов до.
Поздним вечером Владе позвонил Дима. Он позвал её к себе на разговор. И это не могло не напугать её, ведь на часах уже было 22:18. Последние два дня её беспокоило множество мыслей об их с Ромой отношениях. Она не знала, что делать с глубиной тех его чувств, на которые не могла ответить.
Они постоянно сталкивались на тренировках, и взгляд Огнева всё ещё не оставлял её, но больше они не разговаривали. С Полечкой общение тоже больше не клеилось, но это беспокоило Владу меньше всего. Хрустальная девочка просто больше не лезла к ней со своими воздушными замками.
Влада шла по административному этажу. В коридоре уже выключили свет — рабочий день даже для тренеров был завершён. Кабинет Димы был рядом с кабинетом Огнева, в конце коридора. Именно там темноту прорезала тонкая полоска света.
Влада замерла, когда увидела Рому, подпиравшего стену прямо у двери. Он стоял ещё более угрюмый, чем обычно, скрестив руки на груди. Стоило ей подойти ближе, и он мгновенно поднял голову, но на этом всё. Огнев смотрел на неё замерев.
— Что ты здесь делаешь? Что вообще происходит?
— Заходи.
Он сказал это так холодно, что Влада не стала возражать. В кабинете за столом сидел Дима.
И он тоже мрачнее тучи.
— Неужели меня выгоняют? — спросила Влада с иронией, разряжая обстановку хотя бы для себя. Она заправила волосы за уши, так как начинала переживать.
Дима достал телефон и набрал кому-то.
— Она пришла. Передаю…
Он молча встал и подошёл к ней.
— Возьми, — он протянул ей мобильник, и Влада удивлённо изогнула бровь, ведь у неё был и свой телефон. — Твои родители, — это заставило девушку вмиг стать серьёзной.
Что-то произошло. Внезапные звонки посреди ночи никогда не сулят ничего хорошего.
— Просто знай, что я буду рядом, — произнёс Дима, когда Влада уже подносила трубку к уху.
На том конце была тишина.
— Влада, бабушка… Она умерла.
И вновь тишина. Кажется, кто-то звал её. Она даже слышала, как папа продолжал ей что-то объяснять. Но она не понимала. Ничего.
— Я завтра приеду. Вы в деревне?
Тишина.
— Почему ты молчишь, папа?
— Нет, Влада. Не приезжай.
— Что?
— Ты остаёшься в центре.
— Папа, но как так можно…
— У тебя на носу соревнования за рейтинг. Если ты поедешь сейчас, то выпадешь из графика и вылетишь в этом же месяце. Ты приедешь, когда отбор в сборную будет завершён.
— Папа!
— Это твоё будущее! В любом случае, сейчас уже ничего не изменить.
— Нет! — закричала Влада и бросила трубку.
Дима стоял рядом со стеклянными глазами. Влада хотела уйти, но поняла, что он крепко держит её за руку.
— Отпусти! — угрожающе прохрипела она.
— Влада, ну куда ты? Сейчас уже ночь, тебе опасно…
Влада выкрутила руку с такой силой, что на ней наверняка останутся следы и зашагала прочь.
— Стой, давай я побуду с тобой.
Влада вырвалась из кабинета и воткнулась лицом в грудь Огнева. Дима застыл за её спиной, и она оказалась в ловушке. Даже будь она в своей наилучшей форме, она не смогла бы справиться с двумя здоровенными спортсменами.
Она попыталась вырваться в сторону, но её плечи уже крепко сжали.
— Отойди, Огнев.
— Нет, ты сейчас одна никуда не пойдёшь.
— Отойди, — зарычала Влада от отчаяния.
— Ты можешь посидеть с Димой или со мной, если захочешь… — монотонно он продолжал гнуть свою линию.
Влада уже знала эту его черту. Он был непробиваемым, особенно в таком режиме. Он озвучивал списком все варианты, которые у неё были. Это были единственные предложенные им опции. Сбежать он ей не даст.
— Ты можешь делать всё, что захочешь… Мы можем прогуляться или посидеть в кабинете, если хочешь я принесу нам еды.
— Я хочу остаться одна! — закричала Влада.
— Нет.
Ей хотелось выть от отчаяния. Слёзы жгли глаза, но она не выпускала их, пытаясь держаться.
— Огнев! Ты понимаешь, что сейчас творишь? Это моя жизнь, и не касается вас двоих. Неважно, что сказал отец, но я сейчас говорю вам, что я уже всё решила, — Влада не могла сдерживать ярость, рвущуюся наружу.
— Нет.
У неё просто не оставалось никакого выбора.
— Я поеду к своей бабушке. Я должна… Хотя бы попрощаться.
— Нет, Влада. Ты останешься в центре, это уже решено.
Влада зарядила ему пощёчину.
— Кто ты такой, чтобы решать за меня?!
У Огнева не было на лице ни следа эмоций. Он, словно робот, выполнял приказ, и ему было плевать на её чувства. Ярость выплеснулась из неё обжигающими слезами и уступила место отчаянию.
— Пожалуйста, Огнев, ты ведь можешь помочь мне уехать. Только один раз. Выбери в этот раз, как я прошу. Мне нужно туда… К ней…
— Прости, Влада.
Она была зла на него за то, что он был таким непробиваемым. На себя за то, что была такой бессильной. На отца за то, что сделал за неё очередной выбор, решив, что важнее. Зла, что не смогла попрощаться с бабушкой, и что не приехала этим летом.
Эти чувства копились в ней так долго, что, вырвавшись, они полностью захватили её. Больше она не могла ни думать, ни решать. Она захлёбывалась в рыданиях, не в силах завершить ни одного из тех слов, что продолжали рваться у неё изнутри. Поток из бессвязного бормотания и слёз выливался из неё неконтролируемо. Она больше не могла остановиться.
Сзади на её плечо опустилась чья-то рука.
— Я побуду с ней, спасибо за помощь — Дима обращался к Огневу, понемногу притягивая Владу за плечо и отстраняя их друг от друга.
Девушка напоминала себе безвольную тряпичную куклу. Она больше не была способна управлять собой. Влада почти забыла, что они всё ещё были здесь не одни. Она забыла, что находилась сейчас у кабинета Димы, что сейчас ночь, и что она всё ещё была в центре. Всё померкло, кроме отчаяния. Она смотрела на единственный оставшийся ориентир у неё перед глазами.
Лицо Огнева по-прежнему было безэмоциональной маской. Он оценивающе прошёлся по ней глазами и разжал руки на её плечах, передавая под опеку Димы, которого Влада всё ещё просто не ощущала. За её спиной была пустота. Всё вокруг опустело, но впереди стоял Рома.
Ступив шаг назад, она словно лишилась тепла, исходящего от него. Ноги затряслись, и она бросилась навстречу к нему, зарываясь носом в его расстёгнутую олимпийку. И он тут же укрыл её в своих объятиях. Она выбрала Рому. И внезапно, она почувствовала, что больше не должна даже стоять.
Влада полностью отпустила контроль. Потому что знала — он будет рядом, удержит её. Даже пол под ногами стал твёрже, хотя она больше в нём не нуждалась. Она не упадёт, даже если не будет чувствовать ног.
— Я позабочусь о ней, не переживай, — она слышала его низкий голос, прижавшись к груди парня, словно он раздавался у неё внутри, прорываясь к ней сквозь рыдания.
Влада почувствовала, как его сильные руки прижимают её к себе. Он сгрёб её в охапку, и через секунду за ними уже закрылась дверь его кабинета. А ещё через секунду они рухнули на диван.
Влада сидела у него на руках. Она всё ещё плакала. Всё ещё не могла трезво мыслить, и от одного воспоминания о бабушке внутри болело так, будто сердце вырывали. Она сама и её мысли сейчас были глубоко внутри. И только бесконечное горе и слёзы выливались наружу.
Но рядом был он. Огнев будто забирал себе часть её кошмара, просто держа в своих объятиях. Она была готова потеряться и исчезнуть в беспамятстве, но пока чувствовала его тепло, оставалась в сознании. Словно нить тянулась между ними. Такая крепкая, что не разорвалась от всей её ярости, и даже под грузом отчаяния.
И она просто плакала. Плакала, пока могла. Пока внутри не осталась лишь пустота. Огнев молчал. Он просто был рядом. И постепенно она возвращалась к способности думать. Это всё ещё было больно и порождало новый поток слёз, но понемногу она чувствовала, как опустошалась досуха.
Она прятала своё лицо у него на груди, свернувшись клубком. Её сердце замерло, но она слушала, как билось его, сосредоточившись лишь на этих мыслях. С каждым ударом к ней возвращались силы. Способности контролировать себя, оценивать ситуацию, принимать решения.
Она действительно не могла уже ничего изменить, но это по-прежнему было слишком жестоко. Просто остаться в центре и стараться жить дальше, казалось неправильным, немыслимым. Она не могла принять это, испытывая вину перед бабушкой. Ей не хотелось думать ни о каком будущем. Будь её воля, она бросила бы всё и уехала. И действительно потеряла бы своё место в Переменной. Но ведь решение уже было принято за неё.
— Ты тоже считаешь, что так будет лучше? — ей всё ещё трудно было выдавливать из себя слова, но она была уверена, что он поймёт её, даже если она будет просто молчать.
— Да.
— Понятно…
Влада больше не хотела говорить.
— Я думаю, что ты не должна упускать этот шанс. Ты можешь продолжать бороться, храня её в сердце, — Влада слушала, как из груди доносился его голос.
Ей нравилось ощущение их цельности в таком положении, и потому она не стала прерывать его, хотя и не хотела, чтобы её переубеждали. Быть может, если бы он спрятал её от всего мира, где-нибудь у себя под сердцем, она бы поверила ему.
— Влада, я верю, что близкие люди всегда будут приглядывать за нами. Твоя бабушка не там, куда ты так стремишься. Её любовь уже внутри тебя, она будет беречь тебя и поддерживать. Не вини себя ни за что, потому что все близкие люди хотят для тебя лишь счастья.
— Но кто сказал, что я буду счастлива здесь?
— А где? Ты разве не знаешь, чего хочешь, Влада? Я не говорю, что пребывание в центре должно быть для тебя абсолютным счастьем. Но ведь сейчас ты идёшь к своей цели. Если ты поедешь туда, ты станешь счастливее? Скажи, что станешь, и я сам отвезу тебя. Где бы ты сейчас ещё могла находиться, чтобы это сделало тебя счастливой? Я отвезу тебя в любое место, которое назовёшь.
Но Влада не знала такого места. Больше нет. Ведь бабушка уже умерла.
Она не знала ничего, кроме льда. Прежде, чем научилась писать и читать, она уже встала на коньки. Долгие годы, она училась, истязала себя тренировками, потому что была талантлива.
Ей нравилось кататься, нравилось нестись, словно на скорости света, чувствуя себя больше, чем просто человеком. Нравилось выжимать свой максимум, преодолевая сопротивление не только воздуха, но и своё. Но она никогда не стремилась к пьедесталу. Долгие годы это было её задачей. Но ничего другого у неё и не было.
Она загадала на день рождения счастье. Но не знала где искать его. Быть может, ей стоит всё бросить и отправиться на поиски себя. Но Влада уже знала, что и там она не найдёт счастья. Пока не найдёт его внутри себя.
— Я пойду в свою комнату.
Она почувствовала, как он напрягся, и тело тут же стало жёстким, крепче прижимая её к себе.
— Всё в порядке, — и она действительно слышала свой голос спокойным и ровным. — Рома, спасибо, что был рядом, — Влада отстранилась и посмотрела на него. — Теперь, я хочу побыть одна. Я никуда не сбегу, просто пойду в свою комнату.
Она видела, как Огнев оценивает её состояние, как он убеждается, что снова может вернуть ей контроль над собой.
— Хорошо, но я провожу тебя до двери.
