Мастер У Техновор

Кай вздохнул:

‒ Если кратко, то я в полной заднице.

‒ Я был уверен, что ты там живёшь.

‒ О Боже, ‒ взмолился Кай. ‒ Этой шутке уже лет десять!

Пока он пересказывал события вчерашнего дня, на другом конце линии хранили многозначительное молчание. Кай не стал вдаваться в подробности собственных переживаний, однако старался не упустить ни одной значимой детали.

‒ Что ж, это явно не простой наёмник, раз уделал тебя вместе с твоим великим нейрочипом. Видимо, у «Ковчега» ресурсы и впрямь грандиозные.

‒ Какое мне дело до их ресурсов! ‒ рявкнул Кай, обгоняя еле плетущийся грузовик, который тут же был облаян Тиком. ‒ Они показали мне, кто здесь главный, взяли Мину, и выбора у меня теперь нет: я берусь за этот заказ. Но мне нужна информация. Всё, что сможешь раскопать ‒ ты уж постарайся.

‒ Это займёт время, ‒ предупредил Кристиан. ‒ «Ковчег» не оставляет следов, да и каналы шифрования у них…

Послышался быстрый перестук клавиш и гул запустившихся серверов.

‒ Впервые такое вижу…

‒ Но?

‒ Но обещаю попробовать. Не дави на меня! И… будь осторожен, Кай. Если за тобой следили вчера, то сегодня ты уж наверняка не один.

Кай машинально взглянул в зеркало заднего вида: несколько позади, в потоке машин он заметил мотоцикл. Ничего особенного: серый, среднего класса. Вот только этот байк ехал за ним уже минут десять, от самого поворота на шоссе. Кай перестроился вправо и сбавил скорость ‒ водитель мотоцикла тут же повторил его манёвр.

‒ Ты прав, ‒ прорычал Кай. ‒ Вызову чуть позже.

Не дожидаясь ответа, он разорвал связь, плавно прибавил газу, и байк с рёвом полетел вперёд. Тик тоже ускорился. Он легко и без усилий мчался рядом, будто был привязан к хозяину тонкой невидимой нитью. Короткие мощные лапы ритмично отталкивались от асфальта. Кай проверил обстановку: серый мотоцикл вырвался из общего потока машин, но дистанцию не сокращал.

Игра началась. Кай резко свернул вправо и оказался на плохо освещённом проезде, петлявшем по царству складов и заброшенных цехов. Секунду спустя чьи-то фары разрезали сумерки за его спиной. Он улыбнулся: «Это даже весело. Только совершеннейший идиот откажется от хорошей погони». Ему как раз нужно было выпустить пар и выбить из кого-нибудь дурь. Кай резко дергал руль в сторону, наклонялся, нырял в узкие щели переулков, уводя их с Тиком вглубь городских джунглей ‒ туда, где можно без лишних свидетелей и моральных ограничений провести воспитательную беседу.

Воздух стал будто гуще, тяжелее. Пахнуло старой ржавчиной и забродившей в лужах водой. По обе стороны тесной дороги тянулись слепые стены складов. Зарулив за угол полуразрушенного цеха, Кай заглушил двигатель. В наступившей тишине слышалось только низкое гудение Тика, притаившегося за непонятно откуда взявшимся здесь облезлым кустом, и отдалённый вой сирены. Кай прижался спиной к шершавой бетонной стене. Нейрочип молчал ‒ ни скачков пульса, ни учащённого дыхания.

Через несколько секунд до них донеслось нарастающее дребезжание мотора. Кай уловил подвывание турбокомпрессора и хмыкнул. В тупиковую зону перед цехом медленно въехал серый мотоцикл. Жёлтая фара выхватила из мрака горы мусора и разбитые окна. С байка спешились трое: два человека в видавших виды кожаных куртках с неотъемлемыми для такого рода людей дешёвыми имплантами у висков и… робот ‒ уродливый гибрид из запчастей, которые какой-то умелец позаимствовал со свалки. Чуть выше человеческого роста, с корпусом из неровно сваренных стальных листов. Одна рука робота заканчивалась мощной гидравлической клешнёй, а вместо другой была втиснута электропила. Оптический сенсор флегматично бродил из стороны в сторону маленькой красной точкой.

Водитель ‒ коренастый мужчина с изуродованным глазом и позеленевшими от времени татуировками ‒ снял шлем и огляделся.

‒ Ну, и куда он делся? Обделался от испуга и отсиживается в какой-нибудь дыре?

Его напарник, тощий нервный паренёк, воровато оглянулся, держа наготове самодельный дробовик.

‒ Ходят слухи, что вчера его едва не прикончили. Жаль, хотелось взглянуть на живую легенду, а то потом чего уже… ‒ он выразительно махнул оружием в сторону свалки.

‒ Легенду? ‒ прокаркал водитель, сплюнув в блестящую от масла лужу. ‒ Какой-то тип за пять минут твою легенду в отбивную превратил. Вот тебе и крутой Потрошитель!

Кай вышагнул из тени. Чёрный плащ сливался с темнотой, и на фоне сгустившихся сумерек казалось, что бледное лицо парит в воздухе.

‒ Меня ищете? ‒ поинтересовался он.

Оба наёмника вздрогнули.

Водитель оправился первым. Щербатое лицо расплылось в торжествующей ухмылке.

‒ Тебя, братец! Слушай, старина, ‒ он двинулся навстречу, напустив на себя непринуждённый вид, но чип уже завершил сканирование и выдал приговор: «Повышенный уровень адреналина». ‒ Мы тут краем уха услышали, что у тебя большие неприятности, и хотим предложить свою помощь. По-дружески. Просто отдай нам заказ. Скажешь, куда ехать, что делать и свободен.

‒ Если что, ‒ заговорщическим шёпотом вмешался напарник, ‒ мы тебя тут не видели!

«Вы даже не представляете, как я был бы рад избавиться от этого заказа», ‒ с тоской подумал Кай.

Он покачал головой и скользнул взглядом по роботу.

‒ Уходите. Предлагаю один раз.

Худощавый парень истерично рассмеялся и вскинул дробовик к плечу.

‒ Глядите, он нас предупреждает! Слышь, легенда, давай-ка без фокусов, мы про тебя уже…

Плащ Кая взметнулся, и в мановение ока силовое поле вокруг «Вспышки» с угрожающим жужжанием исказило воздух. Сначала он рассёк пополам ствол дробовика. Затем ударил молодого наёмника в висок рукоятью клинка. Не успев даже вскрикнуть, тот без сознания рухнул на землю.

Всё произошло за долю секунды. Водитель серого мотоцикла остолбенел, ухмылка сползла с кривого лица. Он только потянулся к пистолету за поясом, но Кай уже был рядом. Свободной рукой он нанёс удар в основание шеи и сразу же ‒ жесткий толчок в солнечное сплетение. Наёмник согнулся пополам, захрипел и упал на колени, давясь рвотными позывами.

В это время наконец среагировал робот. Оптический сенсор тоненько пискнул, и железяка звонко загрохотала по асфальту, грозя изрезать Кая порядком проржавевшей пилой.

‒ Тик! Можно! ‒ скомандовал Кай, отступая на безопасное расстояние от неуклюжего механического монстра.

Словно стрела, из тени вылетел Тик, в прыжке вцепился в сочленение руки робота ‒ араминовые клыки с громким хрустом смяли шестерёнки и разорвали сервоприводы. Робот остановился, попытался стряхнуть с себя помеху, но Тик в своей ярости был неукротим. Он рвал металл и провода, от усилий вибрируя всем телом.

Робот замахнулся на пса гидравлической клешнёй ‒ в этот момент Кай вонзил «Вспышку» точно в линзу его сенсора. Силовое поле прошило сталь. Посыпались искры, красный глаз робота погас. Издав последний пневматический всхлип, механизм затих, превратившись в дымящийся мусор. Тик спрыгнул с него, отряхнулся от металлической стружки и, высоко задрав хвост, с торжествующим лаем подбежал к хозяину. Победитель требовал похвалы.

Кай молча поднял вверх руку. Пёс подпрыгнул и ткнулся носом в раскрытую ладонь. Затем, развернувшись в воздухе, проделал такой же финт задними лапами.

‒ Глядя на твои выкрутасы, можно подумать, что я тебя из цирка украл.

Кай взглянул на молодого наёмника ‒ тот всё ещё лежал без сознания. А вот его старший товарищ уже пришёл в себя и теперь старался отползти подальше от «легенды».

‒ Кто? ‒ спросил Кай. ‒ Кто распустил слух?

У водителя задрожали губы.

‒ Я… я не знаю! Честно, клянусь! ‒ пролепетал он, заламывая руки. ‒ Просто ребята болтают, что у бывшего Потрошителя завелось дело на кучу кредитов, а он не хочет его выполнять! Да ты спроси кого угодно, все об этом говорят! Все в этом городе ищут тебя!

Кай почувствовал тошноту. Ищут, значит? Чем дольше он будет оставаться в Антиохии, тем больше таких «охотников» повиснет у него на хвосте. Он развернулся и, не сказав больше ни слова, двинулся к байку.

Наёмник с облегчением принялся тереть глаза.

‒ Прости, Гордыня… Да мы ж не знали… Если б мы знали, то мы бы вообще никогда…

Тик оскалился ‒ водитель испуганно замолчал. Довольный произведённым впечатлением, пёс деловито засеменил к хозяину.

***

Байк бесшумно скользил по заплесневевшим улицам, оставляя за собой тонкий след на мокром асфальте. Кое-где по обочинам зловонно булькала переполненная канализация. Кривые здания лепились друг к другу, как люди в утренних поездах. В стенах домов под слоями граффити прятались свежие следы от пуль. В этом районе Антиохии всё выглядело грязным и будто нарочно неправильным. Вездесущие неоновые вывески казались блеклыми, а тени, наоборот, ‒ пугающе живыми. Кай притормозил у облупленной двери, зажатой между борделем с закоптившимися окнами и баром, расположенным где-то в цоколе.

Над дверью на одном до неприличия проржавевшем болте из последних сил держалась вывеска, гласившая: «Барахолка Да́то. Починка всего. Продажа всего. Вопросов не задаём».

‒ Тик, присмотри за байком, ‒ велел Кай.

Пёс с готовностью занял оборонительную позицию и предупреждающе зарычал на пару подозрительных мужичков, которые с интересом поглядывали на припаркованный мотоцикл. Услышав металлический скрежет, незнакомцы спешно ретировались в ближайшую подворотню.

Кай толкнул дверь и оказался в привычном хаосе мастерской, до самого потолка забитой всевозможной рухлядью: коррозийным металлоломом, разобранными кибернетическими запчастями, печатными платами и ещё Бог знает какими устройствами, находившимися на разных стадиях разборки. Вокруг всё гудело и вибрировало ‒ работали десятки паяльных станций, шлифовальных машин и дрелей. В центре этого технического безумия, опираясь на костыль с приделанным к нему универсальным гаечным ключом, стоял его руководитель ‒ подтянутый мужчина лет шестидесяти в засаленном фартуке. Порозовевшее от жары лицо обрамляла пышная седая борода. Мощные увеличительные очки цеплялись за самый кончик орлиного носа. На месте левой ноги у него был простой металлический протез, а правое плечо продолжал механический манипулятор, из которого по команде готов был выдвинуться любой инструмент ‒ будь то пассатижи, отвёртка или даже миниатюрный сварочный аппарат. Увидев Кая, Дато отложил в сторону дымящуюся плату и широко улыбнулся, сверкнув золотым клыком. По мастерской разлился густой, хрипловатый бас:

‒ Кого я вижу? Мой дорогой! Значит, слухи врут?

‒ Смотря, какие, ‒ уклончиво ответил Кай.

Дато прищурился.

‒ Говорят, тебя вчера хорошенько отделали, а я смотрю, ты снова в строю! Хотя при ближайшем рассмотрении… нуждаешься… кхм… в ремонте, ‒ добавил он, рассматривая синяки и ссадины на лице Кая.

‒ Бывает, ‒ коротко бросил тот, с трудом протискиваясь между стеллажами. ‒ Мне кое-что нужно, Дато.

‒ Эх, дорогой мой друг, тебе всегда что-то нужно, ‒ с напускной обидой проворчал механик. ‒ И чаще всего твоё «кое-что» крайне тяжело раздобыть.

‒ У тебя там на вывеске, кстати, почему-то написано: «Продажа всего».

‒ О чём речь на этот раз?

Кай облокотился о верстак, заваленный микросхемами и проводами.

‒ В этот раз у меня весьма специфический заказчик. Слышал что-нибудь о «Ковчеге»?

Дато нахмурился, отложил костыль и тяжело опустился на табурет.

‒ Ты говоришь о Гильдии торговцев? ‒ переспросил мастер, растирая стальной кулак. ‒ Мальчик мой, во что ты ввязался? Они же оттуда…

Он огляделся и, убедившись в отсутствии лишних ушей, прошептал:

‒ Из твоего Последнего Эдема.

‒ Знаю, ‒ избегая взгляда Дато, Кай уставился в стену поверх него.

Механик поджал губы и покачал головой.

‒ Не хочешь рассказывать, бичо3[3]? Понимаю. Но я всё равно должен предупредить, что твои дела плохи.

Кай поморщился:

‒ Ой, вот только ты не начинай…

Дато всплеснул руками.

‒ Зачем так говоришь, а? Знаешь кто такие эти твои «Ковчег»? После падения Эдема в их руках половина чёрного рынка всех ближайших горгосов.

‒ Ты будешь меня отговаривать или поможешь?

Механик оскорбился:

‒ За кого ты меня принимаешь? Я собираюсь отговаривать тебя всё то время, пока буду помогать! Давай, рассказывай, что тебе нужно, мой дорогой. Дато всё для тебя найдёт!

‒ Другой разговор, старина, ‒ повеселел Кай. ‒ Мне нужны картриджи для «Вспышки» и «Магнума». Полный комплект. И пропуск на выезд в пустоши. Самую лучшую подделку из тех, что есть.

‒ Бичо, у меня все подделки настоящие, ‒ прокряхтел Дато и отвернулся к стене.

Механическая рука, с ловкостью фокусника проделав ряд сложных манипуляций, вытащила из потайного сейфа две герметичные коробки с десятком новеньких картриджей и матовую карту из чёрного пластика.

- Держи. Картриджи свежие, привезли с закрытого армейского завода. Пропуск высшего качества, не отличишь. Сканеры на выезде определят тебя как наёмного курьера, доставляющего ценные бумаги. Маршрут стандартный, на северо-восток.

Кай сунул картриджи и пропуск во внутренний карман плаща.

‒ Спасибо, старина. Кредиты переведу по пути из города. И… ещё кое-что.

Дато хохотнул:

‒ Кто бы сомневался. Чего там?

‒ Пустотная бомба. Можно миниатюрную.

Лицо механика посерело.

‒ Ты… ты что, бичо? Ты с ума сошёл, а? ‒ осипшим голосом произнёс он. ‒ Эта фитюлька стирает с лица земли целые бункеры, штабы, не оставляя ничего! Тебе ли об этом не знать?

‒ Я в курсе, ‒ не отводя упрямого взгляда, ответил Кай. ‒ Но в пустошах всякое случается. Будем считать, это мой страховой полис.

Дато пожевал губами.

‒ Послушай, мой дорогой… Использование пустотницы ‒ серьёзное преступление. Ты же не преступник, бичо… Так, просто ‒ техновор.

Кай с такой силой сжал зубы, что под кожей вздыбились желваки.

‒ Продай мне бомбу, Дато.

Ещё несколько секунд механик смотрел на него, будто пытался разглядеть внутри того юного солдата, который однажды завалился к нему в мастерскую, а потом весь как-то съёжился и со скорбным видом вернулся к сейфу.

Живая рука Дато слегка подрагивала, когда он достал небольшой тёмный цилиндр размером с гранату.

‒ Держи, ‒ мастер осторожно протянул его Каю. ‒ Активация по двойному ДНК-сканированию. Первое касание взведёт курок, а второе…

‒ Я понял.

Кай принял цилиндр и тут же ощутил его зловещую тяжесть. Встретившись взглядом со старым механиком, он кивнул.

‒ Спасибо за всё, Дато.

‒ Иди ты! ‒ отмахнулся тот. ‒ Ещё и разговаривает, как будто прощается!

На пороге Кай обернулся.

‒ Не уничтожай ничего особо важного, бичо! ‒ крикнул ему механик.

‒ Договорились!

Кай вышел из «Барахолки Да́то» и тотчас утонул в море удушливых испарений. Вдалеке вовсю бушевала ночная жизнь города ‒ где-то гремела музыка, слышались пьяные крики и смех, однако прямо перед мастерской царила зона отчуждения. Трое подвыпивших мужчин, видимо, рассчитывавших поживиться запчастями дорогого байка, робко жались к ободранной стене. Перед ними, грозно опустив голову и непрерывно гудя, как разъярённый шершень, застыла маленькая металлическая фигурка. Когда Тик периодически топал передней лапкой, турбоускорители выпускали клубы пара, и бедная троица неизменно вздрагивала от ужаса. Пёс не нападал, он всего лишь «присматривал» за байком хозяина, как ему и было велено, и его абсолютная уверенность в собственном превосходстве была красноречивее любого оружия.

Внезапно один из мужчин, несмотря на уговоры товарищей, в порыве пьяной удали вышел вперёд.

‒ Эй, железяка! Хватит нас тут кошмарить! Да мы тебя запросто в металлолом сдадим!

С угрожающим лязгом Тик выдвинул встроенные в его бока пулемёты. Щёлкнули шестерёнки, и стволы взяли смельчака в прицел.

Кай подошёл к байку и похлопал пса по араминовому корпусу.

‒ Так держать, кибер-кобель. Лучший сторож на районе. Ты же не собирался их раскрошить, правда?

Тик радостно гавкнул, завертел хвостом и быстренько сложил пулемёты обратно.

Улучив момент, перепуганные пьяницы, пятясь и попеременно толкая друг друга, растворились в ближайшем переулке.

Кай в последний раз посмотрел на дверь мастерской, за которой остался Дато со своими отцовскими предостережениями, и вдруг отчётливо осознал, что в этом городе его больше ничто не держит ‒ а ведь он так долго пытался здесь обосноваться. Карман зловеще оттягивала пустотная бомба. Рядом беспокойно топтался Тик.

Двигатель заглушил жалкий шум спального района. Байк неторопливо выплыл на шоссе, ведущее к главным воротам Антиохии, и полетел навстречу ночному ветру.