Тёмная Ангел

Elza Mars
Тёмная Ангел

Мысли скакали дико, бессвязно, и Дью не совсем понимал, о чём говорит.

<<Дью, пойми, мы должны были удержать его, чтобы он не вредил Джиллиан. Мы вынуждены были это сделать>>.

<<Нет! Нет! Нет! Ты ведь знала, я не хотел причинять Тану зло>>.

Дью впадал в истерику – странную немую истерику. Он смутно осознавал, что всё ещё ведёт авто и мимо проносятся изгороди, деревья. Его тело продолжало вести авто, всё сильнее давя на газ, однако сам он будто перенёсся в иную реальность.

<<Ты мне врала. Ты сказала, с ним всё хорошо. Почему ты так поступила?>>

<<Спокойно, Кузнечик…>>.

<<Не называй меня так! Как ты можешь просто… просто сидеть тут… и не переживать? Что ты за персона?>>

И тогда… Ангел вдруг изменилась. Она не возмущалась и не оправдывалась – гораздо хуже. Её голос зазвучал спокойнее.

Мелодичнее. Приятнее.

<<Я только распределяю судьбы. Этим и занимаются ангелы, как известно>>.

Ледяной ужас охватил Дью: она ненормальная!

– О господи! – вырвалось у него неожиданно громко.

Джиллиан вздрогнула.

– Эй! Ты в норме?

Однако он вряд ли что-либо слышал. Дью с лихорадочным напряжением продолжал телепатическую битву.

<<Я больше не знаю, кто ты. Однозначно не ангел!>>

<< Дью, послушай. Мы не должны ругаться. Я тебя люблю…>>.

<<Тогда скажи, как вылечить Тана>>.

Молчание.

<<Я и сам узнаю. Я поеду к Мелусу…>>.

<<Нет!>>

<<Тогда говори мне. Либо вылечи Тана, если, конечно, ты ангел!>>

Пауза.

И потом:

<<Дью, у меня возникла идея. Можно сделать, чтобы Джиллиан полюбила тебя сильнее>>.

<<Ты о чём говоришь?>>

<<Ей нужен ” околосмертный” опыт. Тогда она сможет реально тебя понимать. Нам нужно сделать так, чтобы она умерла>>.

Перед глазами Дью поплыл туман. Он знал, что подъезжает к Сомерсету, и уже узнавал улицы, только вдруг будто на него упала серая пелена и посыпались искры.

– Дью!

Он почувствовал, как чья-то рука – реальная рука – схватилась за руль и выровняла тачку.

– Что с тобой? Давай лучше я поведу?

– Всё нормально.

Зрение возвратилось. Домой, быстрее домой… он должен как можно скорее достать ту самую обувную коробку и как-то снять с Тана заклинание. Домой… в безопасное место… Однако нет, для него нигде нет безопасного места.

В ушах снова раздался мягкий вкрадчивый голос:

<<Разве ты не понимаешь? Джиллиан не станет похожей на тебя до тех пор, пока не побывает, как и ты, на том свете. Нам нужно, чтобы она умерла…>>.

– Нет! – услышал он собственный крик. – Перестань болтать со мной! Уходи!

Джиллиан вздрогнула.

– Дью…

<<Я не хочу ранить тебя, Дью. Лишь её. И она вернётся – обещаю. Она, возможно, станет немного другой. Но она будет по-настоящему любить тебя>>.

Другой… тело Джиллиан. Ангел хочет захватить тело Джиллиан! Как только Джиллиан покинет своё тело, в ней поселится Ангел… Они приближались к дому. Однако он никак не мог отделаться от голоса. Как можно освободиться от того, что находится в твоей собственной голове? Он не мог заставить её замолчать…

<<Отпусти руль, Дью. Позволь мне вести тачку за тебя. Я люблю тебя, Дью>>.

<<Нет!>> – Его пальцы до боли впились в кожаную обмотку руля. Тяжело дыша, он отрывисто проговорил: – Джиллиан! Веди тачку. Я не могу…

<<Успокойся, Дью. Ты не пострадаешь. Я обещаю>>.

Ему никак не удавалось отпустить руль. Голос словно заполнил всё его тело, окутал мышцы.

Он уже не мог убрать ногу с педали газа.

– Дью, тормози! – отчаянно кричала Джиллиан. – Смотри куда едешь!

<<Это займёт одну секунду…>>.

Реальность превратилась для Дью в старое кино. Чёрно-белое мерцание. И с каждым новым кадром фонарный столб впереди становился всё больше. Всё происходило, как в замедленной съёмке, только с очевидной неизбежностью. О, как медленно неслись они в сторону столба, в который должны были врезаться…левой дверью, где сидела Джиллиан.

<<Нет! Ангел, я возненавижу тебя навеки…>> – закричал он мысленно, и последнее слово отозвалось бесконечным эхом в его сознании.

Время остановилось. Удар и темнота.

***

– Мне можно её увидеть?

– Ещё нет, дорогой. – Папа быстро передвинул стул поближе к кровати, стоявшей в приёмном покое <<Скорой помощи>>. – Не сегодня, может быть…

– Я должен!

– Дью, она без сознания. Она даже не узнает, что ты был у неё.

– Я должен видеть её. – Дью ощутил, что у него вновь начинается истерика, и стиснул зубы.

Не нужно ему никаких уколов. Медбрат сказал, что сделает ему укол, когда он стал было кричать и рыдать. Прошло несколько часов с того мгновния, как подъехали автомобили с мигалками, открыли двери пикапа и достали его. Джиллиан тоже вытащили. Но в то время как он вовсе не пострадал ( <<Чудо! Ни царапины!>> – сказала доктор его папе), Джиллиан была без сознания. И она всё ещё не пришла в сознание. Приёмное отделение <<Скорой помощи>> было холодным, и подогретые одеяла, в которые его заворачивали, вовсе не помогали. Дью знобило. Пальцы онемели.

– Мама уже летит домой, – сказал папа, поглаживая его по плечу. – Она взяла билет на первый же рейс. Ты увидишь её завтра утром.

Дью трясло.

– Это та же больница, куда положили Тана Джана? Нет, не спрашивай никого. Я ничего не хочу знать. – Он зажал руки под мышками. – Мне так холодно…

… И одиноко. Он больше не слышал вкрадчивого голоса. И это было хорошо, потому что – Боже! – меньше всего он хотел общения с Ангелом… или той, кто называла себя так. Но странно, после столь долгого присутствия в его сознании она пропала… и он не знает, где она может его подстерегать.

Она может слушать его мысли прямо сейчас…

– Я возьму другое одеяло, – сказал папа и направился к шкафу с подогревом, который показал ему медбрат. – Если ты ляжешь, то, может быть, тебе удастся немного поспать, дорогой.

– Я не могу спать! Я должен видеть Джиллиан!

– Родной мой, я ведь говорю – ты не сможешь увидеть её сегодня.

– Ты сказал, я не должен её видеть. Ты не сказал, я не увижу. Ты сказал – возможно!

Дью срывался на крик и ничего не мог с этим поделать. Слёзы заполонили глаза и катились по лицу. Напрасно он пытался сдержать их.

Вбежал медбрат. Задёрнул белую занавеску вокруг кровати.

– Ничего. Это естественно, – успокоил он папу, затем строго сказал Дью: – Ну-ка облокотись на подушки и лежи тихо. Немного пощиплет. Но это поможет тебе успокоиться.

Дью почувствовал укол и жжение. Через минуту всё вокруг поплыло и глаза его закрылись.

***

Он проснулся в своей постели. Было утро. В окно падал солнечный свет. Прошлой ночью… он с трудом вспомнил, как их сосед, господин Билер, на собственной тачке привёз его из больницы домой. Он вспомнил, как его пронесли наверх по лестнице, раздели и уложили в кровать. И затем – так замечательно, – он надолго куда-то провалился и ни о чём не думал. Дью проснулся отдохнувшим, с ясной головой. Не успев даже сбросить одеяло, он уже точно знал, что нужно делать. Он кинул взгляд на старые часы, стоящие на прикроватной тумбе и ужаснулся: без двадцати пяти час!

Неудивительно, что он выспался. Проворно, стараясь не шуметь, он натянул брюки и толстовку. Никакого бритья. Махнул расчёской по волосам. Замер, прислушиваясь. Не только к дому, но и к себе.

К своему внутреннему миру. Мёртвая тишина.

Ничто не шевельнулось. Разумеется, это ни о чём ещё не говорит. Опустившись на колени, Дью вынул коробку из-под кровати. Восковые куклы были ярко раскрашены красным и зелёным – чудовищная пародия на новогодние игрушки. Его первым порывом при взгляде на ядовито-зелёный воск было избавиться от него: отломать у первой куклы руку, а у второй – голову. Только что при этом случится с Таном и Кимом – даже трудно себе вообразить. Он заставил себя принести мочалку из ванной, намочил её и осторожно стёр люминесцентно-зелёную пудру. Он плакал. Нужно сконцентрироваться, как и во время заклинания, – увидеть руку Тана, увидеть, что она заживает и Тан выздоравливает.

– А теперь, – прошептал он, – приди ко мне, сила слов Гекаты. Это – не я, кто произносит их, это – не я, кто повторяет их, это – Геката произносит их, это – Геката повторяет их.

Когда пудра была стёрта, он уложил кукол назад в коробку. Затем порылся в столе, ища маленькую голубую записную книжку. Вот.

Номер мобильного телефона Дэрила Новака.

Он быстро набрал его и закрыл глаза. Ответь.

Ответь же!

– Алло, – раздался в трубке ленивый голос.

Глаза Дью тут же открылись.

– Дэрил, это Дью. Помоги мне, пожалуйста. Прямо сейчас. Я ничего не могу объяснять…

– Дью, с тобой всё нормально? Мы все за тебя переживали.

– Я в норме, однако я не могу говорить. Найди Эда Новика. Срочно! У него сейчас… – Дью судорожно вспоминал расписание, – …ага, физика. Пусть приедет на перекрёсток Хазел и Эплбатер и ждёт меня там.

– Ты хочешь, чтобы он сбежал с урока?

– Да, и сейчас же. Скажи ему, я знаю, что прошу чересчур много, только мне это нужно. Это по-правде очень важно.

Он ждал вопросов.

Однако вместо этого Дэрил лишь сказал:

– Не переживай, я найду его.

– Спасибо, Дэрил. Ты спасаешь жизнь.

Дью повесил трубку. Схватил лыжную куртку и, сунув под мышку обувную коробку, тихо пошёл вниз по ступеням. Он слышал голоса на кухне. Высокий голос – мамин. Ему очень захотелось подбежать к матери. Только что сделают его родители, когда увидят его? Они опять уложат его в постель, укутают в одеяло, оставят дома. Они не поймут, что ему нужно спешить. Конечно, не могло быть и речи о том, чтобы сказать им правду. Это приведёт только к ещё одному уколу. И очень возможно – к больнице для психов, куда однажды отправили его папу. Все подумают, что у него это наследственное. Он незаметно проскользнул к входной двери, тихо открыл её и выскочил на улицу. Ночью моросил дождь, а к утру подморозило. Во дворе на ветвях орешника льдинки висели, как капли росы. Дью втянул голову в плечи и побежал по улице. Он надеялся, что его никто не заметит, но ему всё время казалось, что из-за кустарника и из каждой тени его преследуют чьи-то взгляды. Он стоял на углу Хазел и Эплбатер, обхватив коробку руками и притоптывая, чтобы немного согреться.

 

<<Я шибко много прошу…>>.

Конечно, много, особенно если учесть, как он недавно избегал Эда. Смешно: у него столько новых друзей, однако в трудную минуту он интуитивно обратился к Эду. В Эде было что-то надёжное, настоящее, доброе. И Дью знал: Эд приедет. <<Джип>> вылетел из-за угла, визжа тормозами и остановился, пройдя пол-улицы юзом. Типичная манера вождения Эда-без-очков. Мальчик выпрыгнул из авто и встревоженно кинулся навстречу Дью. Его широко открытые синие глаза слезились. Они обнялись и похлопали друг друга по спинам.

– Мне так жаль. Я вёл себя омерзительно на прошлой неделе…

– А я раньше вёл себя омерзительно…

– Мне стыдно. Ты в полном праве сердиться на меня.

– Я слышал про аварию, я переживал…

Дью отступил на шаг.

– Нельзя медлить ни минуты. У меня нет времени. Я понимаю, как это звучит в устах того, кто прошлой ночью врезался в фонарный столб… но мне нужен твой автомобиль. Для одного дела – я должен увидеть Джиллиан.

Эд кивнул:

– Можешь не говорить больше ничего.

– Я мог бы закинуть тебя домой…

– Это в другую сторону. Мне не повредит маленько пройтись. Я обожаю гулять.

Дью едва не рассмеялся. Вид Эда, наматывающего на шею шарф и постукивающего подошвой ботинок по обледенелой дороге, решительно собиравшегося идти пешком, согрел его сердце. Он порывисто обнял друга.

– Спасибо. Я никогда этого не забуду. И я никогда больше не буду вести себя так ужасно, по крайней мере…

Он осёкся, едва было не произнеся: <<по крайней мере, если останусь жив>>, и вскочил в авто. Он вовсе не был уверен, что выживет. Итак, сначала нужно добраться до Джиллиан. Он должен был увидеть её своими глазами. Убедиться, что с ней всё хорошо… и что она – это она. Повернув ключ зажигания, он поехал в Хьютон.

ГЛАВА 14

В приёмном покое он узнал номер палаты Джиллиан и, не спрашивая, пускают ли к ней посетителей, пошёл по коридору.

Он про себя твердил одно слово:

<<Пожалуйста!>>

Пожалуйста! Только бы с Джиллиан всё было хорошо, тогда у него имеется шанс всё исправить. Перед дверью он остановился и замер. Воображение рисовало ему всевозможные картины. Джиллиан в коме, подключённая к трубочкам и проводкам, изменившим её до неузнаваемости. И гораздо страшнее: Джиллиан жива, здорова и улыбается, смотря на него…голубыми глазами. Он догадался, в чём состоял план Ангела. По крайней мере, он думал, что догадался. Вопрос в том – удался ли ей этот план? Он затаил дыхание и заглянул в палату.

Джиллиан сидела на постели. Никаких проводков… Лишь к локтю тянулась трубочка капельницы. В палате была ещё одна кровать.

Пустая. Повернувшись в сторону двери, она увидела его. Дью медленно пошёл к ней. Его лицо застыло и не выражало никаких чувств, глаза были прикованы к её лицу. Светлые волосы. Тонкое лицо с ещё сохранившимся летним загаром. Скулы – умереть, да и только… глаза – утонуть… Вот только улыбка, полунасмешливая-полудружеская, куда-то пропала. Она смотрела на него таким же непроницаемым взглядом, как и он.

Раскрытая книга незаметно соскользнула с её колен. Дью приблизился к краю больничной кровати. Они продолжали неотрывно смотреть в глаза друг другу.

<<Что мне сказать?! Спросить: Джиллиан, это действительно ты? Я не могу. Очень глупо. И что, собственно, она скажет мне в ответ? Нет, Кузнечик, это – не она, это – я?>>

Молчание становилось неловким.

Наконец очень тихо девушка на кровати спросила:

– Ты как?

– Нормально, – ответил он и, запинаясь, повторил вопрос: – А… ты как?

– Да ничего… мне повезло… Сегодня ты выглядишь по-другому…

– А ты выглядишь… равнодушной.

В её глазах промелькнуло смущение. Затем – обида.

– Я…э, ты вошёл сюда с таким безразличным видом, таким холодным… – Она было опустила голову, но опять впилась в него глазами. – Дью, что я сделала?.. За что ты влепил меня в тот столб?

– Я ведь не нарочно! – Он кинулся к ней и взял её за руку.

Она пожала плечами:

– Хорошо…

– Джиллиан, я не нарочно. Я делал всё, что мог, чтобы не врезаться. Я никогда не причиню тебе вреда. Разве ты не знаешь?

Её лицо просветлело. А глаза у неё светло-серые и взгляд спокойный.

– Да, я знаю, – сказала она просто. – Я верю тебе.

Странно, она действительно ему верила.

Пусть все факты говорят против него – она всё равно ему верила. Они держались за руки, не в силах отвести друг от друга влюблённых глаз. Им казалось, что они приближаются друг к другу, хотя никто из них и не сдвинулся с места. И тут – свершилось!.. то, что должно было произойти по крайней мере уже два раза. Его захлестнуло сильное сладостное чувство, он едва мог вынести это.

Неожиданное счастье… потрясение от чувства, что ты кому-то принадлежишь…

Глаза Дью сами собою закрылись, и Джиллиан поцеловала его. Он ощутил тепло её губ. И всё вокруг стало светлым и замечательным…будто завеса, разделявшая двух людей, вдруг растаяла. Дью вдруг поразила мысль, что именно об этом и говорила ему Ангел. Интуиция ему подсказала, хотя он никогда не знал таких слов раньше, что у них с Джиллиан одна, общая душа. Он нашёл свою половинку. Свою единственную любовь на этой земле.

Человека, которому он предназначен.

Человека, с которым его никто не сможет разлучить. И им была не Ангел. Им была Джиллиан. И ещё одно он знал с непоколебимой уверенностью: это была Джиллиан, настоящая Джиллиан. Она держала его в своих объятиях, целовала его.

Его – обыкновенного Дью, одетого в старую чёрную толстовку и небритого. Раньше он был уверен, что всё дело во внешнем виде.

Абсурд! Ну какое это имеет значение?

Джиллиан была жива, и это единственное, что имело значение. Дью не смог бы вынести ответственности за её гибель. И если им удастся остаться в живых после всего, что им предстояло сделать, они станут счастливее, чем можно себе вообразить. Устав от поцелуев, они держали друг друга в объятиях.

И это тоже было замечательно.

Дью вдруг отстранился:

– Джиллиан…

– Дью, знаешь… я, кажется, люблю тебя, – сказала она удивлённо.

– Я знаю.

Дью понимал, что ведёт себя недостаточно романтично, но ему было некогда. Настало время решительных действий.

– Джиллиан, я должен кое-что тебе рассказать. Возможно, ты не сможешь мне поверить. Но ты всё же попытайся.

– Дью, я ведь сказала: я люблю тебя. Я действительно люблю тебя. Мы… – Она замолчала на полуслове, будто впервые увидев его лицо. Казалось, она заметила в нём нечто такое, что заставило её засомневаться. И затем она повторила совсем другим тоном: – Я люблю тебя, поэтому я поверю тебе.

– Прежде всего, я совсем не такой, как ты обо мне думаешь. Я не смелый, я не благородный, не остроумный и… ничего подобного. Всё было подстроено. Вот, ты только послушай.

И он стал рассказывать. Всё с самого начала, с того дня, когда он услышал в лесу плач и пошёл искать ребёнка, и умер, и нашёл Ангела. Он рассказал ей о том, как Ангел ночью появилась в его спальне и как она изменила всю его жизнь. О шёпоте, который с тех пор руководил его действиями. И о самых плохих вещах. О его ведьмовском наследстве. О порче, которую он навёл на Тана и Кима. О Ночном Мире. Обо всём, вплоть до дорожного происшествия тем вечером.

Завершив, он сел на край кровати и вопросительно посмотрел на неё:

– Ну?

– Ну… мне, вероятно, полагается думать, что ты спятил. Однако я так не думаю. Может, это я спятила. Дело в том, что однажды я тоже умерла…

– Да, ты начала рассказывать… Помнишь, когда подобрала меня в лесу?.. А что с тобой произошло?

– Когда мне было восемь лет, у меня начался приступ аппендицита. И я умерла на операционном столе. Затем я попала в похожее на твою поляну место. И странная вещь: я тоже чувствовала, что на меня надвигается большая крылатая тень, – ты говорил, что видел её, покидая поляну. Но меня она настигла. И оказалась вовсе не тёмной и не страшной. Она была белой – прекрасной и сияющей – и с великолепными крыльями за спиной.

– А затем?

– Меня отправили назад. И не было никакого выбора. Я ощутила себя окутанной любовью, но мне нужно было обязательно возвращаться. Итак, в-жик! – назад вниз по туннелю… и – хлоп! – назад в тело… Я никогда этого не забуду. Я не могу объяснить почему, но я точно знаю, всё это было в реальности. И я верю тебе.

– Тогда, может, ты знаешь, что мне делать. Я ведь не имею понятия, кто в действительности Ангел… она может оказаться каким-либо демоном. Всё равно мне нужно её остановить… Или прогнать как-то.

Джиллиан выразительно посмотрела на него:

– Ты не сможешь! Ты не знаешь как!

– Но, возможно, Мелус знает. Или он, или та девушка из клуба – Эшли. Она выглядела нормально. У неё лишь одна неприятная черта – она, похоже, вампирша.

Джиллиан напряглась.

– Ну уж нет, я выбираю колдуна…

– И я.

– Однако я хочу, чтобы ты подождал меня. Меня отпустят сегодня вечером.

– Я не могу. Из-за Тана и Кима. Мелус, скорее всего, скажет, как их вылечить. Что бы там ни было, я спрошу его. Мне нельзя терять ни минуты.

Джиллиан нервно провела по волосам свободной рукой.

– Ладно. Дай мне пять минут, и мы поедем туда вместе прямо сейчас.

– Нет!

Она разглядывала капельницу, явно прикидывая, как бы отключиться от неё.

– Да! Подожди меня…

Дью был уже около двери, он кинул ей воздушный поцелуй на прощание и убежал, прежде чем она успела перевести взгляд. Она ничем не поможет ему. Нельзя победить Ангела обычным путём. А Джиллиан окажется только заложницей в руках Ангела, предметом угроз и средством для достижения порочных целей. Дью вышел из больницы и направился к стоянке машин.

Нашёл <<джип>>.

<<Всё замечательно. Теперь лишь бы Мелус был в магазине…>>.

<<На самом деле ты ведь не хочешь этого делать>>.

Дью резко захлопнул дверь. Сел прямо, смотря в никуда. Пристегнул ремень безопасности и завёл тачку.

<<Послушай, малыш. У тебя никогда не будет такой подруги, как я>>.

Дью выехал с парковки.

<<Прекрати, дай мне передышку. Можем ведь мы, по крайней мере, это обсудить? Имеются вещи, которых ты не понимаешь>>.

Он старался её не слушать. Он не осмеливался ей отвечать. Прошлый раз она как-то загипнотизировала его, заставила расслабиться и передать ей управление. Это не должно повториться. Только он не мог заставить её замолчать. Он не мог отделаться от неё.

<<Кроме того, тебе нельзя её любить. Есть правила, которые это запрещают. Я вполне серьёзна. Отныне ты принадлежишь Ночному Миру. Тебе не позволено любить человека. Если они узнают, они убьют вас обоих>>.

<<А ты что собиралась с нами сделать?>>

Блин, он ей ответил! Никакой болтовни!

<<Тебе я не причинила бы вреда. Мне нужна была лишь она. Я заняла бы её тело, как только оно освободилось бы…>>.

<<Не слушай>>, – приказал себе Дью.

Должен же иметься какой-то способ заблокировать её, заставить уйти из его сознания… Он стал петь.

<<Украсим дома к Рождеству… ла-ла-ла…>>.

Однажды, когда он напевал рождественский гимн, она не могла слушать его мысли.

Казалось, пение сработало и теперь. Он громко распевал рождественские гимны.

Радостные гимны <<Храни тебя Господь…>> и <<Возрадуйтесь миру…>> помогали лучше всего. А ещё <<Двенадцать дней Рождества>> – на них он продержался последние пару миль до Вудбриджа.

<<Пожалуйста, Мелус, будь там…>>.

<<Пять золотых колец… – распевал он во весь голос, подбегая к дому 5/10 с обувной коробкой под мышкой. – Все подумают, что я чокнулся, – ну и пусть!>>

<<Пять поющих птичек, четыре курицы…>>.

Он подлетел к двери в заднее помещение.

<<Две горлицы…>>.

Мелус удивлённо взглянул на него из-за прилавка.

<<И один…>>.

Он прервал песню и стремглав ринулся к Мелусу.

– Умоляю, ты должен помочь мне! Во мне поселилась Ангел, которая убивает людей!

 

– В тебе… что?

– Это…что-то потустороннее. Я не могу заставить её замолчать…

Дью вдруг обнаружил, что Ангел перестала говорить.

– Ага! Она испугалась, когда я вошёл сюда. Однако мне всё равно необходима твоя помощь. Пожалуйста.

Его глаза заблестели от слёз. Мелус облокотился на прилавок и опустил подбородок на руки. Он не скрывал своего удивления и… готовности помочь.

– Почему бы тебе не рассказать мне всё по порядку?

Дью уже во второй раз в тот день рассказывал свою историю. Всю. Он надеялся, что подробности объяснят Мелусу его спешку и неопытность.

– Понимаешь, я даже не настоящий колдун, – вздохнул он в заключение.

– Ну, колдун-то ты колдун. Да ещё какой! – отозвался Мелус. На его щеках заиграл румянец и в светлых глазах появилась мистическая таинственность. – Она сказала тебе правду. Все знают о потерянных детях Харманов. Летопись говорит, что малыш Элс погиб в Англии. Только, очевидно, он не погиб. И ты – его прямой потомок.

– Значит, я могу произносить заклинания?

Мелус рассмеялся.

– Каждый может произносить заклинания, из тех, кому положено, по-моему… некоторые думают по-другому.

– А ты поможешь мне снять заклинания? – Дью открыл обувную коробку. Ему было стыдно показывать куклы, хотя он и купил их тут. – Я бы не стал этого делать, если бы только знал, – слабо пробормотал он, когда Мелус взглянул на кукол.

Но тот жестом приказал ему замолчать.

– Знаю.

Дью смотрел на него напряжённо и ждал приговора.

– Ладно, похоже, ты уже стал снимать порчу. Только я думаю… может, приложить целительный бальзам… или освящённый чертополох…

Он засуетился, почти летая по лавке на своём инвалидном кресле. Он чем-то обвязал кукол.

Попросил Дью сконцентрироваться вместе с ним и произнести заклинание, которого Дью не знал. В завершение ритуала он завернул восковых кукол в материал, похожий на белый шёлк, и положил их назад в коробку.

– И это всё? Всё уже сделано?

– Ну, я думаю, пока лучше подержать кукол при себе на тот случай, если потребуется дополнительное лечение. Потом мы сможем снять с них имена и выкинуть.

– А Тан и Ким поправятся? – Дью ужасно хотелось, чтобы Мелус снова подтвердил это.

Его терзали сомнения, и он не смог удержаться от быстрого взгляда в сторону отсутствующей ноги колдуна.

Мелус перехватил его взгляд и ответил со всей прямолинейностью:

– Если Тану уже ампутировали палец, заклинание его не спасёт. Мы не можем вырастить новые конечности. – Он притронулся к собственной ноге: – Это произошло во время катания на лодке. Несчастный случай. Однако твоим мальчикам в любом случае полегчает.

Дью облегчённо вздохнул, чего не позволял себе уже пару часов. Он закрыл глаза.

– Спасибо тебе, Мелус. Ты не представляешь, как замечательно чувствовать, что никого больше не уродуешь. – Немного помолчав, он открыл глаза. – Однако самая трудная часть ещё впереди.

– Ангел?

– Да.

– Ты прав: это будет нелегко, – он посмотрел Дью прямо в глаза, – и опасно.

– Я уже понял это. – Дью нервно прошёлся по комнате. – Она может проникать в мой мозг и заставлять меня совершать поступки…

– Не только в твой. В мозг любого человека.

– И я уверен, она умеет передвигать предметы. Может отправить тачку в занос. Она всё видит. – Он подошёл поближе к прилавку. – Мелус, кто она? И почему она всё это делает? И почему со мной?

– Ну, последний вопрос самый лёгкий. Потому что ты умер. – Мелус быстро подкатился к книжной полке в конце прилавка и бережно достал оттуда ветхую книгу. – Она перехватила тебя на Переходе с Земли на Другую Сторону и завела в Потерянный Мир, на существование в котором была осуждена, – сказал он, катясь назад. – Она притворилась одной из проводников на Другую Сторону. А та обольшая крылатая тень, появившаяся в последний миг, и была настоящим ангелом. Однако твоя <<Ангел>> успела вытащить тебя из Перехода за миг до того, как Встречающая настигла тебя.

– Получается, она не настоящая ангел?

– Нет.

Дью поёжился.

– Она дьяволица?

– Я так не думаю, – успокоил его Мелус. Открыв книгу, он углубился в неё, медленно перелистывая страницы. – Судя по тому, как ты притащил её сюда, она – дух. Приводить духов на Землю можно двумя путями: их можно вызвать или… <<сходить>> за ними. Ты сделал это наиболее трудным путём.

– Погоди минуту. Так ты говоришь, я сам её привёл?

– Ну, не осознанно. Уверен, ты даже не подозревал. Похоже, она просто прицепилась к тебе и скатилась вместе с тобой вниз по туннелю – мы называем это Узкой Тропой. Духи, которые населяют Потерянный Мир, могут наблюдать за нами, иногда говорить с нами, только они не могут самостоятельно воздействовать на нас. Открыв ей путь на Землю, ты дал ей возможность свободно взаимодействовать с людьми.

– Только этого не хватало! Выходит, что с самого начала это моя вина? – Дью растерянно озирался вокруг. – Мелус, кто они такие, эти духи? Умершие люди?

– Несчастные умершие люди. – Мелус ещё полистал страницы и процитировал: – Околоземные духи – это повреждённые души. – Он захлопнул фолиант. – Смотри, всё так просто. Когда дух действительно несчастлив – совершил преступление или умер, не завершив важного дела, – он не может перейти на Другую Сторону и оказывается зажатым в пространстве… в книге это место называется <<астральные планеты около Земли>>. Мы же называем его Потерянным миром.

– Зажатым?..

– Духи не в состоянии пройти черех Переход. Они чересчур злы или отчаялись и в своей гордыне не принимают помощи. И если им удаётся добраться сюда, они могут совершать страшные, из ряда вон выходящие преступления.

– Но как от них избавиться?

Мелус вздохнул:

– Это самое трудное. Их можно отправить назад в Потерянный Мир… если у тебя имеется их кровь и волосы, а также набор особых веществ, которые я не смогу достать. И разумеется, если ты знаешь специальное заклинание, которого не знаю я.

– Ясно.

– Однако и в этом случае она просто вновь будет зажата в Потерянном Мире. Её душа не будет спасена. Но, Дью, я кое-что должен тебе сказать. – Лицо Мелуса сильно посерьезнело, и он перешёл на официальный тон: – Не тебе просить у меня совета.

– Что ты подразумеваешь?

– Дью… Я думаю, что ты действительно не понимаешь, кто ты в действительности. Дух объяснила тебе, насколько могущественны Харманы?

– Она сказала, что брат моего прадедушки Элса стал важной личностью среди ведьм.

– Самой главной. Он – король, он правит всеми нами. И все Харманы для нас – своего рода королевская семья.

Дью слабо улыбнулся:

– Итак, я принц?

– Ты говорил, что Элс – отец папы твоего папы. Ты его прямой потомок по мужской линии. Потрясающе! Мальчиков Харманов почти не осталось. Было только два во всём мире, и вот теперь ещё ты. Разве ты не понимаешь? Стоит тебе лишь сообщить об этом Ночному Миру – и все они сбегутся к тебе на помощь. Уж они-то позаботятся об Ангеле.

Дью спросил без особого энтузиазма:

– А сколько времени на это уйдёт?

– Пока они соберутся и всё такое… проверят твою принадлежность к семье, всё подготовят… я не знаю. Может, пару недель.

– Очень долго. Этот путь очень длинный. Невозможно даже себе вообразить, что натворит Ангел за эти пару недель.

– Тогда сам попытайся одолеть её.

– Как?

– Тебе придётся узнать, кем она была при жизни и какое дело оставила незаконченным. Нужно закончить её дело и лишь потом убедить её уйти. Она должна захотеть покинуть Потерянный Мир и уйти на Другую Сторону. – Мелус искоса поглядел на Дью. – Я говорил, это трудно.

– Не думаю, что она станет мне помогать. Ей всё это не понравится.

– Нет. Скорее, она постарается убрать тебя.

Дью кивнул.

– Неважно. Я уже принял решение.

ГЛАВА 15

Проницательные глаза Мелуса смотрели на него изучающе.

– Ты сильный. Я думаю, ты справишься, сын Элиуса.

– Я не сильный. Я боюсь.

– Я думаю, это вполне совместимо, – возразил Мелус и криво улыбнулся. – Дью, если ты сумеешь пройти через это, пожалуйста, возвращайся. Я хочу побеседовать с тобой кое о чём. О Ночном Мире, и о том, что зовётся Рассветным Кругом.

Тон, которым это было сказано, насторожил Дью.

– Это важно?

– Это могло бы быть важно для тебя – колдуна, рождённого от человека и окружённого людьми.

– Ладно, я возвращусь, если… – Дью опять окинул взглядом магазин.

Может, есть какой-либо талисман или ещё что-то, что он мог бы взять… Однако он знал, что обманывал себя. Если бы было что-то полезное, Мелус уже дал бы ему это. Ему оставалось лишь уйти.

– Удачи, – сказал Мелус на прощание, и Дью направился к двери.

Нельзя сказать, чтобы он знал, куда идёт.

Уже прикоснувшись к ручке скрипучей входной двери, он услышал, что Мелус окликнул его:

– Постой! Я забыл одну вещь. Кем бы ни была твоя Ангел, она родом отсюда. Околоземные духи обычно шатаются возле мест, где они умерли. Хотя, вероятно, тебе это не особенно поможет.

Дью застыл на месте и зажмурился.

– Нет, это очень полезная информация. Замечательно! У меня появилась одна идея.

Он решительно повернулся, прошёл через двери, не видя их, и вышел на площадь, не слыша рождественской музыки, которую наигрывала на свирели уличная музыкантша.

Наконец-то он знал, куда ему идти. Дью поехал назад на юг, в сторону Сомерсета, потом повернул на извилистое шоссе, ведущее на восток, в горы. За плавным поворотом он увидел раскинувшееся по обе стороны кладбище. Это было старое, однако всё ещё действующее кладбище. Обычное городское кладбище, разделённое на много участков. Бабушка Триша была совсем недавно похоронена тут на новом участке кладбища. Однако на поросшем лесом холме находились и очень древние захоронения. Что ж, если у него и был шанс найти Ангела, то именно тут. Единственная дорожка на территорию старого кладбища вела к плохонькой деревянной лестнице, которая еле держалась на расшатанных рельсовых болтах. Цепляясь за перила, Дью осторожно поднялся по ней. Наверху он остановился и огляделся. Высокая смоковница и дубы.

Рейтинг@Mail.ru