Charles Имена павших

Человек в Маске стоял у входа в пещеру — он и правда ждал.

— У вас, как я полагаю, есть своё укрытие, — будничным тоном произнёс незнакомец, стряхивая снег с плеч тёмного плаща. — Ведите. Там мы проведём лекцию об антимагии, и я научу тебя паре приёмов.

Нико и Кассиан уже собирались кивнуть, но путь незнакомцу преградила Сессилия.

Девушка-офицер не обнажила свой меч. Она встала так, чтобы перекрыть траекторию движения.

— Сначала снимите маску и представьтесь, — требовательным тоном произнесла она.

Незнакомец остановился. На секунду повисло тяжёлое напряжение. А затем мужчина тихо усмехнулся.

— Точно. Где же мои манеры.

Его рука в чёрной перчатке легла на край маски.

Нико и Кассиан ожидали увидеть лицо, изуродованное Скверной, или лик глубокого старика. Но реальность оказалась иной.

Маска ушла — и не изменила почти ничего. Перед ними стоял мужчина лет тридцати пяти. Белая, чистая кожа, ровные, слишком правильные черты, высокие скулы, тяжёлая линия бровей. Платиновые волосы зачёсаны назад, и только одна выбившаяся прядь падала на лоб — единственная небрежность во всём его облике. Тёмные, почти чёрные глаза смотрели без любопытства и без угрозы. В этом человеке не было ни возраста, ни усталости, ни суеты. Только мудрость.

— Меня зовут Мортем, — представился мужчина.

— Мортем, — тихо, себе под нос, произнесли Нико и Кассиан.

Они не отводили взгляда от человека. Но между собой переглянулись. У обоих появился вопрос. В голове сработал механизм сопоставления фактов. Павший — у одного из них имя начиналось на букву «М».

В их головах одновременно крутились одни и те же вопросы. Тот ли это самый Павший?

Кассиан немного обернулся к Нико и тихо спросил:

— Ник, ты же не думаешь, что он тот самый Павший на букву «М»?

— Не знаю, но для идеального совпадения как-то очень красиво и удачно получается.

— Согласен. Только недавно узнаём, что есть имя на «М», — и тут встречаем неизвестного антимага, у которого имя на «М».

— Только чьё это имя — мы так и не прочли. Второй владел антимагией. Если он Павший — он может быть Вторым. А может, Третьим, о котором мы не знаем вообще ничего.

— Вот это и пугает. Что делать будем? Как проверим теорию?

— Ну точно не вопросом в лоб. Как мы с тобой выяснили, про них мало кто знает. Значит, они скрытны. И не хотят, чтоб про них знали. Если мы вот так покажем, что знаем что-то про них, — всё может закончиться плохо.

— Нико, кажется, мы уже долго перешёптываемся друг с другом. На нас пристально смотрят.

— Я вообще-то представился. Снял маску, назвал имя. Обычно после этого люди мне кланяются. Вы же вместо этого устроили совещание. Даже не знаю — оскорбиться или записать вас в храбрецы.

— Меня зовут Кассиан.

— Меня Нико.

Сессилия была готова тоже сказать, но Мортем оборвал её.

— С вами, леди Сессилия, я уже знаком, не стоит повторяться. Спасибо.

— Итак, раз мы познакомились и подружились — ведите в своё укрытие, — произнёс он, поправляя воротник. — Времени на тренировки всё меньше. Или вы предпочитаете стоять здесь и любоваться красотой белых гор? Боюсь, для моего возраста такой сквозняк уже вреден.

Никто не улыбнулся. Мортем пожал плечами. Нико коротко кивнул Сессилии, разворачиваясь к лесу.

В деревянном доме всё оставалось так же, как когда они его покидали перед встречей с незнакомцем.

Мортем прошёл мимо хозяев, безошибочно выбрал самое удобное кресло у печи и опустился в него, вытянув ноги к огню. Спину он держал так, будто остальным в этой комнате полагалось стоять. Оглядел спартанскую обстановку — неторопливо, по-хозяйски — и перевёл взгляд на Нико, Кассиана и Сессилию.

— Ну что же. Начнём нашу лекцию, — его голос заполнил комнату. — Как вы знаете, мир построен на мане и магии. Но как она попадает сюда?

— Через Колыбель. Там она проходит сложные пути и разносится по артериям мира. — ответила Сессилия.

— Верно! Я знал, что вы будете моей лучшей ученицей. — Он плавно взмахнул рукой. Ничего не произошло, но сам жест приковал к себе внимание.

— Вы знаете базовые основы: Огонь, Вода, Ветер, Земля. — Продолжил Мортем. — Человек может использовать все виды магии сразу. Но в Академии учат, что это невыгодно. И тут я соглашусь. Зачем бойцу арсенал из сотни разных заклинаний, если они не способны нанести урон?

— Суть боевого мага, — быстрее постичь Высшую форму: — ответил Кассиан.

— Верно. Это достигается углублением в один элемент, привычный для него или его региона. Магу и так тяжело достичь потолка из-за малого времени, которое даётся на изучение, — учитывая, что Армия делит эти формы на пять групп, а Церковь — на три.

Мортем перевёл взгляд на Сессилию.

— Также есть особенности талантливых или высококровных домов. Дар крови, врождённая способность. Яркий пример — наша красавица Сессилия с её иллюзиями.

Девушка-офицер не подала виду на комплимент, но спина её выпрямилась ещё сильнее.

— А теперь важный момент. И самый интересный для тебя, Нико, — Мортем повернулся к бывшему капитану. — Магия работает интересным образом. У неё нет чётких физических правил. Её адаптация — это то, как маг представляет её себе. Как человек понимает своей головой, так она и будет работать.

Антимаг постучал длинным пальцем по виску.

— Так и идёт ваше деление на магов Атаки, Защиты и Поддержки. Простыми словами: если я маг Огня и представляю свою силу как защиту, я создам огненную стену или укреплю тело. Если я маг Атаки — это будут копья, мечи и колонны пламени. У использования магии нет ограничений. Всё зависит исключительно от ума и понимания человека.

Он сделал короткую паузу.

— Что же такое Антимагия? По своей структуре — то же самое. Только она не берёт силу из мира. Она её забирает. Безвозвратно. И её использование точно так же зависит от того, как владелец хочет её видеть.

Взгляд тёмных глаз сместился на стоящего в тени Кассиана.

— Вот пример. Я — и одарённый мальчик, который хочет проделать во мне дыру взглядом, — усмехнулся Мортем. — Сделай у себя в руке огонь, Кассиан.

Архивариус удивился, но решил исполнить просьбу. Он щёлкнул пальцами. Над его ладонью мгновенно вспыхнул сгусток синего пламени.

Мортем щёлкнул пальцами.

Синее пламя в ладони Кассиана сначала стало терять форму, а после и бесследно исчезло.

— А вот и его нет. Исчезло, — Мортем рассмеялся. — Давай заново, попробуй создать своё заклинание снова. Не получается? Как же так? — с нотками издёвки проговорил антимаг.

— Ладно, ладно. Не старайся, у тебя всё равно не получится. Но и не направляй много маны по своим мана-каналам, а то спалишь тут ещё всё. Я лишь перекрыл твои каналы своей антимагией.

— Интересное проявление антимагии, — заметил Кассиан. — И как против такого бороться?

— Я рассказывать не стану. Что я буду за тебя всё разжёвывать? Сам должен понять, как такое обойти можно. У тебя домашнее задание уже есть. Думай.

Мортем щёлкнул пальцами ещё раз.

— Возвращаю. Пока что.

Кассиан щёлкнул в ответ — над ладонью послушно вспыхнул синий огонёк. Он тут же его погасил, но выдох получился слишком громким.

— Итак, Нико, — Мортем снова обратился к гвардейцу. — В одном из моих пониманий антимагии я могу погасить ту силу, которую маг заложил в заклинание, на расстоянии. Я не поглощаю её и не отменяю — я запрещаю ей формироваться. Ты же — интересный случай.

— Тебе важно касание. Да как бы нам всем, антимагам, важно касание. Так мы точно способны добраться до цели и забрать её ману. Но талантливые антимаги способны делать это ещё и на расстоянии. Это сложнее. Дело в том, что антимагия не так послушна, как магия. Она более хаотичная и капризная. У нас нет мана-каналов, поэтому управлять ей внутри в разы сложнее. Нам важно самим, сознательно, ощущать и понимать, где она и как двигается по нашему телу. Тут сразу сделай себе пометку: можно контролировать, сколько маны ты забираешь у своего противника. Да, полностью «выключить силу» невозможно, но уменьшить дозировку можно. Итак, кто из вас двоих будет подопытным? — Мортем перевёл взгляд на Кассиана и Сессилию.

— Я готова, — спокойно отозвалась Сессилия, без капли сомнения, что это может быть опасно и даже смертельно.

— Нет! — в один голос произнесли Нико и Кассиан.

— Как нет? — заговорил Мортем. — У девочки куда больше «кхм»… энтузиазма, чем у вас, парней, — ехидно произнёс антимаг.

— Итак, леди Сессилия. Дайте мне, пожалуйста, вашу правую руку. И советую оставить в ней меньшую часть маны. Ради вашего же благополучия.

Мортем стянул перчатку с правой руки.

Сессилия протянула ладонь, не отводя взгляда.

Контакт.

Секунду ничего не происходило. Потом Сессилия почувствовала лёгкое покалывание. Пальцы её дрогнули — раз, другой, — и дыхание стало реже и глубже.

— Долго ещё? — Кассиан шагнул ближе.

— Ещё мгновение, мальчик. Не ревнуй на ровном месте.

— Итак, как вы видите: антимаг способен контактировать с магами, не убивая и не истощая мана-каналы до потери сознания, — Мортем говорил это, держа Сессилию за руку.

Они расцепили руки.

Сессилия медленно сжала пальцы, глядя на собственную ладонь.

— Будто из руки забирали тепло, — произнесла она. — Не больно. Но я чувствовала, как мана покидает моё тело. И она двигалась по моим мана-каналам самостоятельно. Я ощутила это — примерно как укол.

Глаза Кассиана и Нико были наполнены удивлением.

— Вернёмся к тебе, Нико. Обязательный контакт с тем, где есть магия. Тебе не важно, живое оно или нет, верно? Во время твоего боя я не заметил, чтоб ты использовал антимагию на расстоянии. На расстоянии ты бесполезен? Не думаю — иначе то, что ты сделал у Ворот, не могло бы случиться. Ты как-то смог высвободить ту силу и направить её на своих врагов. Единственное, что меня в этой истории удивляет, — то, что ты смог покрыть такой большой радиус территории антимагией, впитать столько магии, да и выжить. Как тебе удалось?

— Ты хочешь получить ответы о ситуации у Ворот раньше, чем мы договорились.

— Верно заметил. Но это важная часть нашей программы обучения тебя как антимага. Мне нужно понять, как она работает у тебя. А также понять, как ты её принимаешь для себя.

— Как разрушение, я это понимаю. Такой ответ устроит?

— А ты тяжёлый случай. Я тебе тут помочь пытаюсь, а ты язвишь мне.

— Мы не доверяем тебе, ты должен это понимать, — произнёс Кассиан.

— Да я и не прошу мне доверять, у нас с вами сейчас другие отношения. Доверие существует между равными. Сейчас вы мне не равны. Я говорю это не чтобы обидеть — чтобы вы не тратили моё время на свою гордость. Ваша хвалёная магия против меня не поможет. На примере Кассиана я уже показал лишь один из вариантов её применения. И не ждите от меня игры в таинственного наставника из дешевых романов — из тех, что говорят «узнаешь, когда придёт время» и пропадают, не договорив. Загадки нужны тем, кто боится. Я скажу вам ровно столько, сколько сочту нужным, и тогда, когда сочту. Не потому что время не пришло — потому что так решил я. А теперь будьте серьёзнее. То, что я вообще с вами вожусь, — вежливость, а не необходимость.

— Надеюсь, вы меня правильно поняли. Продолжим.

Мортем посмотрел на затянутые в кожу руки бывшего капитана.

— Как я уже знаю, ты не рождён с этой силой. Ты её получил. Твой мозг привык быть магом. Он привык, что энергия должна пройти через тело, чтобы сработать. Ты подсознательно убедил себя, что антимагия тоже требует физического проводника. Ты бьёшь ей, как мечом. Но чтобы выжить против Охотника, тебе придётся изменить своё понимание об антимагии. Тебе придётся понять, что пустота не нуждается в направлении, как мана. Она уже везде внутри тебя.

— Хорошо, я расскажу тебе о ситуации у Ворот, — произнёс Нико.

— Отлично. А то я думал, ты так и продолжишь строить из себя невинного.

Нико снял перчатки и следом стал снимать куртку и рубаху.

— А зачем ты стал раздеваться? — удивлённо спросил Мортем. — Ааа… ого.

— Да. На складе ты сам сказал, что у меня высокая плотность рун на руках. Только они не заканчиваются на руках. Они по всему телу идут.

Мортем молчал. Он с невероятным удивлением рассматривал руны на теле Нико.

Тишина длилась долго. Нико не выдержал.

— Ты закончил мною любоваться?

— Нет. А что ты только ко мне обращаешься? Твои товарищи так же пристально тебя рассматривают, и никто ничего не сказал.

Нико сделал недовольное выражение лица.

— Я тебя понял, птенец. Так как ты сделал то у Ворот?

— Когда я стал антимагом, я ощущаю, как эта сила хочет покинуть моё тело. Ей словно не нравится, что она ограничена таким барьером, как мое тело. Но мне удаётся как-то с ней справляться. И тогда, у Ворот, я не стал сдерживать. Я освободил её. И она стала всё поглощать в себя.

— А как ты смог поглотить столько маны и выжить?

— А что в этом такого особенного? — непонимающе спросила Сессилия.

— Если вы, маги, считаетесь сильными по количеству резерва своей магии, то с антимагией так же. Вам опасно опустошать свой резерв, а нам, антимагам — наполнять его до предела. Антимаг не способен поглотить больше своего резерва. Но, как мы видим на примере нашего аномального антимага Нико, это не складывается с логикой. В пещере ты поглотил магию шестерых монстров. И по тебе было видно, как оно отдаёт. Каждый раз ты поглощал всё медленнее и медленнее. То есть твой резерв не такой и большой. Его не могло хватить на тридцать человек у Ворот.

— Ещё Высший Жрец там был, — дополнил Кассиан.

— Получается, ответа от тебя на такой вопрос я не узнаю.

— У меня его нет для тебя.

— Понятно. А что касается того, почему твоё касание выжигает из живого всё до основания… Потому что ты ещё не научился дозировать эту силу, птенец. При малейшем контакте ты выпускаешь весь свой потенциал во врага. Ты сбрасываешь на муравья целую скалу, хотя достаточно было бы просто наступить сапогом. Ты тратишь колоссальные объёмы энергии на действие, которое того не стоит. Зачем ты сразу выпускаешь всё из себя?

— На это тоже у меня нет ответа.

Мортем с разочарованием смотрел на Нико.

— Ладно, малыши. Вам нужно пойти спать. Завтра у тебя, Нико, первая тренировка. Отдохни, с утра начнём практику. Кассиан, у тебя домашнее задание тоже есть. Жду ответ.

— А для меня что-то будет? — спросила Сессилия.

— Для тебя, для тебя… Дай подумать. Тебе необходимо понять, как прятаться от антимага. Ты уже знаешь, что мы видим вас из-за частиц маны рядом с вами. Вот твоё домашнее задание. Думай.

Антимаг направился к выходу. У двери он остановился, не оборачиваясь.

— А я пока схожу по своим делам. И не переживайте вы так, — бросил он через плечо. — Я вам не враг. Но и не думайте, что я ваш союзник. Нам пока просто с вами по пути.

Дверь привычно скрипнула, и Мортем растворился в морозной ночи.

В доме повисла тишина.

— Он играл с нами, — недовольно произнёс Кассиан. — Одним движением показал, что мы все мертвы, если он того захочет.

Нико не ответил. Он смотрел на дверь, анализируя всё, что услышал.

— Кас, — голос бывшего капитана был спокойным. — В том свитке… там были описания Второго и Третьего Павшего? Внешность? Возраст?

Кассиан поднял на него непонимающий взгляд.

— Нет. Там сказано о битве, а портретов автор не составлял. К чему этот вопрос?

— К тому, что его зовут Мортем, — сказал Нико. — И я хочу понять: совпадение это или случайность.

Кассиан сел за стол, где он ранее разбирал свиток. Пальцы его сами собой застучали по столу.

— Хорошо. Давай честно, за и против. За: имя на «М» — и мы оба помним, что в Хронике уцелела только эта буква. За: он антимаг, а Второй Павший владел самой основой антимагии. За: он знает об этом мире больше и не боится ни Церкви, ни Армии, ни нас.

— Против? — спросила Сессилия.

— Против — возраст, — Кассиан кивнул на дверь. — Павшие пришли в этот мир сто двадцать лет назад. Этому человеку на вид тридцать с небольшим. Либо он не Павший…

— …либо Павшие выглядят так, как им удобно, — закончил Нико.

— И главное против, — Кассиан поднял палец. — Он спрашивал. Про Ворота, про руны, про то, как ты выжил. Он не знал ответов, Ник. Ему было по-настоящему интересно. Тот, кто принёс антимагию в этот мир, знал бы о ней всё.

— Если только не притворялся, — сказала Сессилия.

— И про возраст, — добавила она. — Маги умеют продлевать себе жизнь за счёт собственной маны. Это редкость, единицы из высших домов, но такие есть.

— Единицы — это кто? — спросил Нико. — Он антимаг, — напомнил Нико. — У него нет маны. Он не способен за счет магии продлевать свои годы.

— А вы много знаете об антимагии? — Сессилия перевела взгляд с одного на другого. — Я — не больше вашего. Может, она и на такое способна.

Никто не ответил.

Нико вспомнил золотые глаза Историка. Возраст — последнее, чему в этом мире стоило верить.

— Значит, наблюдаем, — подвёл Нико. — Каждое слово, каждую оговорку. Нам нужно узнать про него больше. А спросить прямо мы не можем.

— У тебя завтра будет целый день с ним, постарайся во время своих тренировок что-то узнать, — произнесла Сессилия. Больше звучало как приказ, а не просьба.

— Постараюсь. Завтра утром, — сказал Нико, отворачиваясь от двери. — Я возьму у него всё, что он может мне дать. И когда придёт Охотник… мы посмотрим, кто из нас останется стоять на ногах.