Charles Имена павших

— Сколько еще? — не выдержал Нико на исходе четвертого часа.

— Пока не получится, — Мортем даже не пошевелился. — Продолжай тренировку.

Так прошло шесть изнурительных часов. Нико не двигался с места. Холод жег голое тело и сбивал концентрацию, мышцы ныли от неподвижности и холода, а голова — от колоссального ментального напряжения.

Ближе к полудню на импровизированную площадку вышли Кассиан и Сессилия. Они наблюдали за процессом молча, не желая мешать, но Мортем, заметив их, сразу же нашел им применение.

— Малыши. Вашему товарищу нужна помощь, а вы — идеальные кандидаты, — антимаг махнул им рукой, подзывая ближе. — Процесс познания у него идет медленно. Вроде бы двигается, но инстинкты мага мешают. Нужно ускорить рефлекторную адаптацию.

— В чем наша роль? — настороженно спросила Сессилия.

— Вы будете бить его магией. Для начала — слабыми, базовыми заклинаниями. Детский уровень. — Мортем посмотрел на Нико. — Ты должен почувствовать их магию еще на подлете. И ты должен не просто поглотить ее, сжигая свои нервы, а погасить инерцию снаряда. Развеять его еще до того, как он коснется твоего тела. Понял меня?

— Да, — хрипло выдохнул Нико, разминая затекшие плечи.

— Ну, приступайте, — Мортем отошел в сторону, скрестив руки на груди. — Не жалейте его.

Кассиан и Сессилия переглянулись. Архивариус первым сформировал в ладони небольшой сгусток обычного красного пламени и метнул его в грудь Нико.

Нико вскинул руку.

Удар. Вспышка боли. Огонь исчез, но Нико пошатнулся, впитав заклинание в себя.

— Плохо! — рявкнул Мортем. — Ты опять используешь тело как губку! Выставляй барьер! Еще!

Тренировка превратилась в методичное, изматывающее избиение. Кассиан метал огненные шары, Сессилия направляла заклинания то воды, то льда.

Они работали слаженно, без пауз. Кассиан бил по прямой — в грудь, в плечи. Сессилия же била по ногам и телу.

Нико раз за разом пытался перехватить контроль. Он заставлял себя не впитывать, а отталкивать. Выстраивать невидимую стену. Получалось редко. Чаще чужая сила оставляла на теле следы заклинаний. Мортем не останавливал тренировку.

Спустя два часа Мортем приказал увеличить интенсивность. Огненные шары стали быстрее, лед Сессилии — острее и болезненнее.

Эта адская карусель продолжалась до самого вечера.

Когда солнце начало скрываться за верхушками деревьев, Нико упал на одно колено в снег, жадно заглатывая холодный воздух. Тело дрожало от истощения, голова раскалывалась.

Чего нельзя было сказать о его товарищах. Для Кассиана и Сессилии, обладавших огромными резервами маны, эти базовые заклинания были не более чем легкой разминкой. Они даже не запыхались.

— Достаточно на сегодня, — произнес Мортем, подходя к замерзшему гвардейцу.

Нико поднял голову. Он не мог сказать, что полностью адаптировался или понял, как устроена антимагия. Тьма всё еще была непослушной, дикой. Но прогресс был.

Впервые за всё время он почувствовал, как эта сила внутри него обретает форму. Он понял, на что именно реагирует антимагия, как она тянется к чужой силе. И пусть лишь на пару долгих, мучительных секунд, но ему удалось направить поток Пустоты в нужную точку, создав перед собой тот самый барьер, о котором говорил наставник.

Первый, крошечный шаг к контролю над Тьмой был сделан.

— Как я и думал: у тебя активируются не все руны на теле. Лишь малая часть. Это очень интересно, птенец.

— И что нам это дает? Мне стоит как-то активировать все разом? Или хватит той части, что активна?

— Хороший вопрос. Я бы сказал, сейчас нам стоит узнать, как эти руны связаны между собой и как использовать весь их потенциал.

— А ты разве не знаешь, что значат руны на его теле? — спросил Кассиан.

— Нет. Часть рун на его теле — базовые, стандартные для всех антимагов. У меня такие же. Именно они сегодня и работали. А вот что умеют те, что не активны, мне самому интересно узнать.

— Получается, всё это время я мерз раздетым впустую?

— Ну почему сразу впустую. Ты сам мог заметить: пока ты гонял антимагию внутри, руны не активировались — так и должно быть. Когда начал гасить чужие заклинания, часть из них активировалась. Классическая картина, стандартный набор новичка. Ни одна неизвестная мне руна не активировалась. Это тоже результат.

— И что нам это дает?

— Ну, например, то, что твой потенциал куда больше, чем «ломай и бей». Вопрос в том, как до него добраться. И ответ придется искать долго.

— Но у нас менее недели до встречи с Охотником, — произнес Нико.

— Не переживай ты так. Неизвестное оставим на потом. Лучше сейчас работать с тем, что понятно и известно.

— А если этого не хватит?

— Ты слишком пессимистично настроен, Нико, — заметил Мортем. — На сегодня тренировка закончена. Постарайся отдохнуть. Но антимагию в себе продолжай гонять: направляй ее, води по телу. Постоянная практика — лучшее, что ты можешь себе сейчас позволить.

— Также важный момент после каждой тренировки — анализ проделанной работы. Итак, Нико, твои наблюдения или выводы?

— Если так подумать, я видел частицы маны, которые использовали Кассиан и Сессилия. Я понимал, какие заклинания они собираются использовать. Не могу сказать точно, но, кажется, иногда мне удавалось понять даже, какая форма будет у заклинания.

— А это интересно, — заметил Мортем. — Это необычно. Конечно, можно сказать, что они атаковали тебя шаблонно и использовали простые, однотипные заклинания, и ты интуитивно понимал это. Но то, что ты видел, как формируется заклинание, — это что-то новое. Расскажи поподробнее.

— Когда Кассиан использует заклинания огня, он словно берет из мира частицы огня. А остальные частицы, которые находятся рядом, он не использует. То же самое могу сказать и про Сессилию, она использовала воду. Она брала из мира частицы воды.

— Это стандартная теория магии, — ответила Сессилия. — Но то, что ты смог увидеть, как мы их используем, — наверное, это прогресс, верно?

— Своего рода да, — отозвался Мортем. — Продолжай, Нико.

— Также я видел, как мана двигалась по мана-каналам Кассиана и Сессилии. Так я мог примерно понимать, какой формы будет заклинание и когда они его выпустят.

— Если ты это видишь, почему ты так плохо отражал тогда? — спросил Кассиан.

— Для меня это все происходит очень быстро. Я не успеваю среагировать. Тут требуется время на анализ вашей конструкции заклинаний, а после мне нужно успеть внутри себя собрать пустоту, направить ее и только после высвободить. Скажу так: когда заклинание уже довольно близко ко мне, Тьма сама начинает движение в его сторону. Не по моему приказу. Вот тут и начинается сложность: она сама идет навстречу вашим атакам, а не я управляю ею. Когда мне удавалось быть быстрее пустоты внутри, я отражал ваши атаки.

— Очень интересно. Я бы даже сказал — невероятно, — произнес Мортем. — Ты способен видеть не только готовую конструкцию заклинания, но и еще не созданную. Видимо, твой опыт как мага дает такую особенность. Ты меня порадовал, Нико. Есть что-то еще, что нам стоит знать?

— Нет, это все.

— Хорошо. На этой прекрасной ноте сегодня и закончим.

После целого дня на морозе и сложной тренировки бревенчатый дом казался Нико раем.

Они сидели у растопленной печи. Напряжение, оставшееся после ухода Мортема, всё еще висело в воздухе.

Первым тишину нарушил Кассиан. Архивариус задумчиво вертел в руках нож.

— Я не смог почувствовать его присутствия, — раздраженно произнес он. — Даже там, на поляне, пока вы тренировались, я чувствовал не его. Я чувствовал только Нико.

Нико поднял голову от кружки с водой.

— И как ты вообще мог почувствовать меня? — поинтересовался бывший капитан. — Я же такой же антимаг.

Кассиан хмыкнул, не отрывая взгляда от ножа.

— Твои сапоги хрустят по снегу, Нико. Твои движения в лесу издают звук. Я слышал твои шаги.

— Точно, — кивнул Нико. — Утром я заметил то же самое. Мы шли рядом: мой шаг было слышно издалека, его — нет.

— Вот и я его не слышал. Словно он подавлял звук.

В разговор вмешалась Сессилия. Девушка-офицер стояла у окна, с интересом наблюдая за Нико и Кассианом.

— Антимаги и такое могут?

— Видимо, да, — с разочарованием произнес Кассиан.

— Мои ловушки тоже не смогли среагировать на него, — произнесла она, и в ее тоне слышалась уязвленная профессиональная гордость. — Точнее сказать... я установила комплексный барьер. На первом уровне стояли нити, реагирующие на колебания маны. Понятно, почему они не сработали: он антимаг, в нем нет магии. Но второй уровень был физическим. Чувствительная сеть, реагирующая на простое физическое движение без магии. Она осталась нетронутой. Словно он добрался сюда по воздуху. Но антимаг не может летать без магии.

— Вопрос остается открытым, — грубо отрезал Касс, отбрасывая нож на стол. — Как нам засечь приближение противника такого уровня? Если он может обходить и ману, и физику?

Нико долго смотрел на свои руки в перчатках. Солдатский ум анализировал проблему, пытаясь понять, как засечь «невозможное».

— Ошибка в том, что мы пытаемся засечь его присутствие, — медленно произнес Нико. — А надо искать его отсутствие.

Кассиан и Сессилия непонимающе уставились на него.

— Подумайте, — продолжил бывший капитан. — Он — ходячая Пустота. Я успел заметить: когда он рядом, он также поглощает частицы маны из мира, которые свободно висят в воздухе. Он, как и я, не может полностью отключить антимагию — она постоянно, сама по себе, тянет частицы маны отовсюду. А его беззвучные шаги и твоя нетронутая сеть, Сессилия, — скорее всего, одно и то же свойство. Антимагия взаимодействует не только с магией, но и с физическими явлениями. Проще говоря, она способна гасить звук, вес, след. Кас, ты маг Огня. Сессилия, ты мастер Иллюзий. Вы привыкли реагировать на всплески энергии. Но если вы раскинете вокруг дома тонкую, фоновую сеть своей маны... не как ловушку, а как радар. И как только в этой сети появится «слепое пятно», дыра, где мана вдруг бесследно исчезла, — значит, он прошел там. Мы будем искать не его самого. Мы будем искать пустоту, которую он оставляет.

Кассиан задумчиво потер подбородок.

— Радар из слепых зон... гениально. Сложно, но смысл в этом есть, — признал архивариус.

Сессилия решила разрядить обстановку, переведя тему.

— Расскажи лучше, как прошли первые часы тренировок с Мортемом, — она присела за стол напротив него. — Удалось узнать что-то новое? Есть ли прогресс от его учений?

— Прогресс есть, — Нико устало покрутил шеей. Мышцы отозвались тянущей болью. — Он точно знает, как эта сила работает, и может помочь мне с ней совладать. Но вот процесс идет не так быстро, как он рассчитывает, и уж точно не так, как хотелось бы мне.

Он посмотрел на свои ладони.

— Это не так просто, как с маной. Если мана сама готова повиноваться воле своего хозяина — она пластична, — то антимагия... она буянит внутри. Она очень капризная. Это как пытаться голыми руками вылепить скульптуру из воды. Про него самого я ничего не узнал. Я попробовал один раз спросить в лоб — он закрылся. Мое внимание ушло на то, чтобы не выжечь себе мозг отдачей.

— Понятно, — ответил Касс, и прозвучало это раздраженно: ему не терпелось разгадать тайну Мортема.

— Зато он времени не терял, — Нико отставил кружку. — Пока мы шли к поляне, он задавал вопросы. Много вопросов.

— Каких? — Кассиан подался вперед.

— Сначала про Сессилию. Его интересовало, как мы убедили ее пойти с нами и что нас вообще держит вместе. Он не понимает наш союз. И, по-моему, это его забавляет.

— И что ты ответил? — спросила девушка.

— Что у меня нет ответа.

— А потом?

— Потом он спросил про Собор. Что мы там искали и что нашли. Спрашивал буднично, между делом. Но слушал очень внимательно.

Кассиан и Сессилия переглянулись.

— И что ты сказал? — осторожно спросила Сессилия.

— Что мы искали сведения о прошлом и об антимагии. Это он знает и без нас. Про свиток, про Колыбель, про Павших, и тем более про букву имени — ни слова.

— Правильно, — Кассиан медленно кивнул. — Пока мы не поняли, кто он, он не должен знать, что мы вышли на след имен. Если он один из Павших...

— ...то, услышав про букву «М», он сразу поймет, что именно мы ищем, — закончил Нико. — Поэтому о Павших молчим. Все трое.

— А если он спросит меня? — Сессилия чуть наклонила голову.

— Отвечай то же, что и я: искали прошлое, нашли обрывки, сами не уверены в найденном. Это даже не ложь.

— Заметь, — Кассиан побарабанил пальцами по столу, — он опять спрашивал. И опять не знал ответов. Либо это еще один довод, что он не Павший... либо он играет с нами. И играет хорошо.

— Значит, правило прежнее, — подытожил Нико. — Наблюдаем. И молчим.

Архивариус поднялся из-за стола, потягиваясь.

— Нико, я предлагаю такой план действий. Сегодня в ночной караул пойду я вместе с леди Сессилией, — сказал Кассиан, бросив быстрый взгляд на девушку. — Ты сегодня изрядно вымотался, тебе нужно восстановить силы. Но вот мы всё еще слишком бодрые. Нам точно не помешает потратить нашу ману. Как насчет товарищеского спарринга, леди Корабель?

Сессилия чуть изогнула бровь, оценивающе глядя на худощавого ассасина.

— С удовольствием, Кассиан, — ответила она, поднимаясь с места и поправляя капюшон за спиной.

— Заодно растянем твою «сеть», Нико, — добавил архивариус уже у двери. — Посмотрим, чего она стоит.

Кассиан и Сессилия покинули дом, отправляясь на импровизированную площадку на опушке. Нико же решил, что армейский прагматизм важнее гордости, и действительно пошел спать. Ему нужны были силы на завтрашний ад.