Футбол пермского периода

Арнольд Михайлович Эпштейн
Футбол пермского периода

Гащенков стал очередным амкаровцем, появившимся в премьер-лиге вроде бы ниоткуда, но зато, хочется надеяться, надолго. Гонял до двадцати пяти за какие-то "Химки", ничье внимание особенно не привлекал – и вдруг р-раз! – и заиграл совершенно на другом уровне. Гащ и в жизни такой – спокойный, скромный, если не сказать, незаметный. И на поле никак не из тех, кто привлекает к себе всеобщее внимание. Не помню, во всяком случае, чтобы болельщики часто обсуждали его игру. А вот на поле часто оказывался человеком совершенно незаменимым.

Вот принято говорить: скауты знают весь наш футбол насквозь, начиная с детского. Но, на самом деле, сколько же по стране пропадает талантов, если, как показывает жизнь, даже в ближнем Подмсковье существуют вот такие незаметные герои?

И еще один вопрос, увы, не менее риторический. Кто же теперь, в отсутствие "Амкара", будет заниматься поиском этих самородков и их огранкой – кому эта крайне специфическая и тонкая работа окажется, во-первых, интересной, а во-вторых, посильной?

Глава 11

Свою первую победу "Амкар" одержал только в седьмом туре. Ко всеобщему удивлению, наша команда, имевшая к тому времени всего одно очко, вдруг взяла и обыграла на выезде тульский "Арсенал".

Честно говоря, нас тогда отвозили по полной программе. Соотношение голевых моментов и ударов по воротам, не говоря уж обо всяких прочих второстепенных цифрах типа угловых, получилось просто угрожающим. Но должно же было когда-то повезти и "Амкару" – чуть ли не единственная его атака завершилась голом – Саша Рязанцев смачно пробил из-за штрафной. "Барселоне" он однажды забил чудо-гол ударом с более дальней дистанции. Тут все оказалось проще, но ведь и "Арсенал" был всего лишь тульский…

Конечно, самое простое после таких матчей – выдохнуть и сказать что-то типа: "отскочили". Может, это и есть самое правильное. Но, когда играет твоя команда, в которой ты всех любишь и уважаешь, всегда хочется увидеть что-то большее, чем результат на табло. Каким бы он ни был, кстати. И вот "Амкар" давал для таких наблюдений огромное количество поводов.

Например, главным эпизодом тульского матча для меня стала сценка из середины второго тайма, когда кто-то из местных футболистов с досады запустил мяч в сторону скамейки запасных «Амкара». С одной стороны, каждый по отдельности человек, продемонстрировавший готовность внятно объяснить сопернику, что делать так не надо, был, безусловно, неправ. Но то, что таких людей оказалось много, очень порадовало. Ведь при желании в этом вполне можно было разглядеть свидетельство того, что их объединяет нечто большее, чем место работы. Это была команда, и то, что она выдержала во втором тайме сумасшедший натиск «Арсенала», складывалось, в том числе, и из побед в таких вот эпизодах. Ну а еще, что называется, доставило, как Денис Маслов, тоже выбежавший со скамейки в поле, разрулил эту ситуацию – решительно и в то же время как-то очень по-семейному.

Таких деталей, которые делали «Амкар» непохожим на других, было много. На стареньком тульском стадионе гостевая раздевалка расположена таким образом, что мимо нее проходит огромное количество народу, в первую очередь – футбольного. И вот, люди были очень сильно удивлены, услышав, что перед матчем в раздевалке играет музыка – все-то считали, что там должны гулять желваки. В «Амкаре» во все времена играло не так много бразильцев, но подобная предматчевая атмосфера, оказывается, может быть на пользу отнюдь не только расслабленным по жизни латиноамериканцам. И никак не противоречит абсолютной собранности и предельной самоотверженности на поле.

А еще в Туле на послематчевой пресс-конференции Гаджи Муслимович рассказал журналистам о том, что предшествовало этой игре. И весь мир узнал о том, что в Перми на стадионе "Звезда" вокруг футбольного поля провели барана, а потом накормили его мясом всех работников клуба. Уточню на всякий случай: работников клуба накормили его мясом, а не наоборот, как тоже можно было бы прочитать – сколько все же нюансов порой бывает скрыто в безобидной и на вид такой простой фразе…

И какой же после этого поднялся шум!

– Разве может быть шаманство в нашей стране, – строго выговорил мне местный знакомый, не обращая никакого внимания на то, что мне до отъезда надо было срочно написать и передать кучу текстов. – Ходите в церковь, ставьте свечки, если проигрываете!

Неоднозначную реакцию вызвала эта история и в Перми – там тоже обнаружилось немало людей, готовых обвинить "Амкар" во всех смертных грехах. И даже те, кто симпатизировал клубу, не раз говорили: а может, и правда не стоило придавать это огласке? Забили барана, забили в Туле – вот, дескать, и забейте на все остальное…

Тема, конечно, тонкая. Честно говоря, я бы на месте Муслимыча, может, тоже не стал раскрывать секрет – что ни говорите, а это внутрикомандное, семейное дело. Но, с другой стороны, можно понять и Гаджиева – ничего предосудительного он в этом обряде не увидел, а если так, то и что-то скрывать не посчитал нужным. «Амкар», собственно, так и старался жить – в гармонии с окружающим миром. И с пониманием того, что он, в общем, делает все возможное для тех, кому нужен и интересен. А в той ситуации, в которой оказалась команда, были хороши любые средства, чтобы снять напряжение и вернуть положительные эмоции. Ведь после каждой беспобедной и безголевой игры неизбежно накапливаются неуверенность и сомнения. Которые, в свою очередь, никак не помогают в следующих играх. Что поможет снять это проклятье, тому и спасибо.

Вроде бы и не такие уж и сложные мысли. Но всяких злобных и ехидных комментариев пришлось прочитать на тему безвинно убиенного барана довольно много. Хотя, вроде бы, у желающих реально бороться с мракобесием и средневековьем имеются и более заметные объекты для остроумия. Как будто для кого-то может стать откровением то обстоятельство, что в спорте, оказывается, имеются суеверия. В то время, как в остальной жизни, населенной исключительно материалистами, ничего подобного, конечно же, не существует вовсе.

Но ведь спорт вообще и футбол в особенности – это едва ли не самая конкурентная среда на планете. Самые приблизительные подсчёты дают такой результат – на одного российского футболиста премьер-лиги приходится не менее пяти тысяч таких же мальчишек, которые пытались повторить его путь, но у которых это не получилось. Кому-то трудолюбия не хватило, кому-то веры в себя, а кому-то и самой элементарной удачи… В других странах, более футбольных, эта пропорция ещё серьезнее.

Понять людей, прошедших такой путь, может только тот, кто и сам чего-то смог добиться в жизни. У нас считается хорошим тоном иронизировать над футболистами, но, на самом деле, существует не так много видов деятельности, сопоставимых по затратам труда, нервов и здоровья.

Поэтому нет ничего удивительного в том, что в спорте хватает суеверий. Когда победу отделяет от поражения один сантиметр, из-за которого мяч отлетает от штанги в поле, а не в ворота, волей-неволей начнешь задумываться: а нельзя ли на это как-то повлиять. При этом все прекрасно понимают: основа успеха – всегда тренировка, а никакая не молитва. Но футбол – не легкая атлетика или плавание: эти сантиметры, рикошеты, случайные травмы и прочие вещи, которые безжалостно делят мир на победителей и побежденных, невозможно выстрадать даже на самых изнурительных тренировках.

О суевериях в спорте можно говорить долго, но расскажу только одну историю. Тем, кто способен воспринимать входящую информацию, а не только ненавидеть неверных или шипеть на тех, кто по-другому одевается или крестится, наверное, будет интересно.

Одна команда никак не могла забить – матч, другой, третий. Она состояла из отличных футболистов, которые хорошо тренировались, неплохо играли и создавали достаточно моментов. Но только результата все не было и не было. Команда претендовала на высокие места, конкуренты уходили дальше и дальше, премки уплывали, все нервничали… И вот, после очередного неудачного матча тренер воскликнул: «Да идите уже обоссыте эти ворота, если забить в них никак не можете!» Команда была дисциплинированной, она так и сделала. И забила в следующей игре пять мячей.

Вы будете весьма удивлены, если узнаете, о какой команде и о каком тренере идёт речь. Но я скажу лишь, что история имеет самое непосредственное отношение к этой книге. Потому что один из футболистов, игравших тогда за ту команду, запомнил этот случай и, став тренером, решил тем же самым способом снять проклятие еще одного стадиона. И его команде удалось это сделать в самый важный момент!

… За что я безмерно благодарен "Амкару" – так это за то, что там можно было работать свободно и весело.

Я отродясь не носил пиждаков и галстуков – как-то всегда обходился кроссовками, свитерами и майками навыпуск. И точно так же мне совершенно не нравится ни пиар с застегнутыми по самое горло пуговицами, ни вообще жизнь с постоянными оглядками на то, что думает по тому или иному поводу начальство и опасениями за свое благополучие. Там, где заканчивается свобода, тут же прекращается и любое творчество.

В "Амкаре" по мелочам не душили. Здесь иногда даже можно было похулиганить. Например, когда мы придумывали слоган, призывавший людей покупать абонементы, Лиза Шандера предложила нечто, сколь лаконичное и потому гениальное, столь же и нецензурное: "Не прое#и сезон!" В смысле, не пропусти, не проворонь. Правда, потом эта хрупкая девушка, работавшая прежде в пресс-службе одного из пермских театров, даже сама удивилась собственной дерзости, но фраза в народ уже ушла. В итоге мы выпустили футболки соответствующего содержания. То есть передняя сторона была культурной – амкаровская эмблема и надпись "вступай в красно-черную семью", а сзади красовалось уже вот это. Разве что букву "п" изобразили в виде футбольных ворот, "о", естественно, напоминала мяч, а "и" – вратаря, летящего от одной штанги к другой.

– Ну вы, конечно, о##ели, – сказал Денис Маслов, помотрев эскиз. – Просто еб""№лись. Срочно выпускайте!

 

И потом первым выложил свою фотогрфию в хулиганской чудо-футболке в инстаграм.

Девушки из группы поддержки были в этих майках просто обворожительны. И в клубном фаншопе футболки разошлись в момент. Но, разумеется, эта перчинка понравилась далеко не всем. Собственно, так и должно было быть – футбол для того и существует, чтобы вызывать споры. И чем горячее, тем лучше. А для тех, кому это не по сердцу, существуют столь увлекательные и любимые массами занятия, как вышивание лобзиком, вырезание крестиком и прослушивание средневековой музыки.

Впрочем, возможно, и среди любителей футбола найдутся люди, которые гол в ворота своей команды комментируют примерно так: «Ах, какая же, однако, конфузия приключилась». Они затыкают уши при каждом крике с поля, а детям, если те играют в футбол, дают строго утвержденный список междометий, которыми можно сопровождать чужие подкаты или собственные промахи. Судя по реакции на нашу выходку, таких людей оказалось довольно много. Правда, некоторые из них, праведно возмущаясь в открытом доступе, в личной переписке с сотрудниками клуба осторожно интересовались, как бы приобрести эту скандальную маечку. И вряд ли ведь для того, чтобы предать ее огню…

К счастью, мы жили без этой двойной морали. Легко смеялсь над собой, спокойно реагировали на критику, да и вообще старались не унывать. Самоирония – это большая редкость в наши немножко нервные дни, а в футболе она была в дефиците, кажется, во все времена. Но насколько же труднее становится жизнь, если ты не наделен этим качеством!

… В самом конце лета "Амкару", которому катастрофически не хватало живой силы и техники, непостижимым образом удалось укрепиться. В Пермь вернулся, пусть и в аренду, Дмитрий Белоруков и приехал, в том же статусе, полузащитник сборной Ирана Саид Эззатоллахи. Каждый из этих трансферов был по-своему сенсационным.

Оставалось только удивляться, как Денису Маслову удалось договориться с "Динамо" об аренде Белого. В то время, когда этот договор был заключен, мы не афишировали, какой процент его зарплаты так и останется лежать бременем на бюджете столичного клуба. Причем бременем абсолютно бессмысленным – ведь до конца контракта Белорукова с "Динамо" оставался год, то есть рассчитывать на футболиста бело-голубые уже не могли. Но сейчас это уже вряд ли является коммерческой тайной: с "Динамо" причиталось 85 процентов его зарплаты. Восемьдесят пять, Карл!

Это, конечно, еще один штрих, как ведут дела менеджеры некоторых наших клубов, где деньги можно вообще не считать. Вроде бы прошли те времена, когда расходы "Динамо" были настолько чудовищными, что команду лишили права выступать в еврокубках из-за несоответствия требованиям финансового fair play. И руководители поменялись, и исполнители – а поди ж ты, подход остался прежним. Честно говоря, когда вылетевшее в ФНЛ "Динамо" бодро прошлось по трансферному рынку, мы в Перми этому изрядно удивились – ведь имевшегося состава команде вполне хватало для беспроблемного возвращения в элиту. А если вы накупаете игроков, чтобы построить за этот год новую комаду, то зачем вам футболист в возрасте Белого? И эта аренда – мы-то, конечно, порадовались, но разве можно заключать договор на столь невыгодных условиях?

Как там поется в старой и очень несерьезной детской песенке: "Пока живут на свете дураки, обманом жить нам, стало быть, с руки". Ну, обманом – не обманом, но пользоваться чьей-то глупостью никогда не зазорно. Тем более, в таком положении, в котором находился "Амкар". А разве по-другому команда могла бы заполучить футболиста уровня, а главное, статуса, Дмитрия Белорукова?

Надо отдать должное и самому Белому. Имея гарантированный контракт с "Динамо", он мог совершенно спокойно курить бамбук, несильно расстраиваясь, что не всегда попадает в состав. Заниматься фитнесом за неплохие деньги, особенно ближе к завершению карьеры – мечта многих футболистов, что скрывать.

Известный агент Герман Ткаченко, которого можно смело назвать самым лучшим пиарщиком российского футбола, в свое время даже придумал для таких случаев специальную формулировку, простую и внешне благородную по форме, но совершенно издевательскую по сути. Иногда тот или иной клуб высказывал недовольство игрой или формой кого-то из его подопчных и пытался либо отдать его в аренду либо искал варианты для расторжения договора. И вот, в таких ситуациях футболист твердо произносил во всех интервью заученную фразу: "Я намерен честно отработать свой контракт до конца!" И продолжал бегать по кругу – сделать хоть что-то без желания футболиста клуб не мог.

Но у Дмитрия – совершенно другие представления о жизни. Глупо было бы упрекать его за то, что год назад он уехал из "Амкара" в "Динамо" на хорошие деньги, а вот его возвращение в Пермь, где его никак не ждала легкая жизнь – это был, безусловно, поступок. Но Дмитрий хотел играть в футбол, и он, насколько знаю, довольно активно участвовал в переговорах, настаивая на том, чтобы его отпустили в "Амкар".

Белоруков был одним из моих любимых игроков нашей команды. Причем поначалу я даже сам не очень понимал, почему, ведь обычно мне нравятся футболисты совершенно другого плана. Но в какой-то момент осенило – ведь он же словно пришел из моего детства! Первым чемпионатом мира, который я смотрел осознанно, был Мундиаль-78, состоявшийся в Аргентине и завершившийся триумфом хозяев полей, усыпанных серпантином. Героями турнира стали чуваки, которым разрешалось все то, на что был наложен строгий запрет в нашей пуританской стране. Длинные волосы, майки навыпуск, спущенные гетры, а как эмоционально они праздновали голы! В СССР ведь и это тоже очень не приветствовалсь… Короче, я влюбился в эту команду с первой трансляции. В советских газетах тогда писали, что у власти в Аргентине была какая-то жуткая хунта, но в моем тогдашнем представлении не было на свете людей более свободных, чем футболисты этой команды. Состав сборной Аргентины-78 я без запинки назову и сейчас…

И вот – Белый. Конечно, ему было далеко до аргентинских звезд. Да и до звезд вообще, что уж скрывать. Но он выглядел на поле примерно как они, только был другого цвета, начиная с фамилии. И еще всегда чувствовались в нем вот эта уверенность в себе и ощущение внутренней свободы. Это очень подкупало. Например, во время одного из радиоинтервью Дима совершенно спокойно сказал все, что думает о выбрах – мол, не люблю, не хожу и никому не советую. Кто бы еще в наши времена отважился на такое? А когда "Амкар" играл с "Динамо", Дмитрий, не имевший права участвовать в этих матчах, но не отказывавшийся от интервью, не скрывал, что его симпатии в этих играх на стороне Перми. Тоже не совсем типичная откровенность, согласитесь.

С возвращением Белорукова в Пермь "Амкар" получил не только надежного центрального защитника, но и лидера раздевалки. Эта роль в команде оставалась вакантной – "Амкару" явно не хватало лидера. Да и Гаджиев всегда старался строить свои отношения с командой таким образом, чтобы ведущие футболисты сами могли регулировать в коллективе какие-то вопросы и доносить до остальных игроков тренерские идеи – как чисто футбольные, так и педагогические. А Белый, хоть и имел право от имени команды спорить с тренерами и даже руководителями клуба, всегда был человеком справедливым. Одеяло на себя, по крайней мере, не тянул.

Это проявлялось даже в мелочах. Например, однажды, когда на тренировке шла игра в квадрат, возникла пограничная ситуация – то ли Белый должен был зайти внутрь после не самой точной передачи, то ли Рустам Вазитдинов, который этот мяч не лучшим образом обработал. В 99 случаях из ста в таких случаях виноватым – или, если хотите, крайним – оказывается молодой футболист. Да они, как правило, и сами знают свое место. Вот и Рустам, которого подключали к тренировкам основного состава в качестве перспективного дублера, тут же сам с готовностью сделал пару шагов внутрь квадрата. Но зычный голос Белого его остановил – Дима сам признал свою ошибку и отправился отбирать мяч. Хотя вроде как и не ветеранское это дело.

Непосвященные, наверное, даже не обратили бы внимание на мимолетную сценку. Но тем, кто понимает, она рассказала бы многое. И про Белого, конечно,но и про "Амкар" тоже.

Или вот еще одна история. Когда Белоруков вернулся в Пермь, капитаном команды был Петар Занев. Такое тоже вряд ли могли бы произойти где-то еще, но Петар сам предложил отдать ему повязку – как человеку более авторитетному и заслуженному. Тренеры в "Амкаре" в решение подобных вопросов никогда не вмешивались, а сам Белый отказался категорически – мол, тебя команда выбрала, тебе капитаном и быть.

… Другим новичком команды стал Саид Эззатоллахи.

Вот – еще одна совершенно нетривиальная история, которая могла произойти только в Перми. Или, наоборот, которая произойти как раз в Перми никак не должна была.

Судите сами, как правильнее. Дано: талантливый молодой футболист, который входит в расширенную обойму своей национальной сборной, уже квалифицировавшейся на Мундиаль, но не имеющий постоянного места в своем клубе. Вот как бы вы поступили на месте его агентов, чтобы их подопечный не пролетел мимо чемпионата мира?

Трансфер Саида Эззатоллахи в тот момент принадлежал "Ростову", но в донском клубе к его способностям относились скептически. На предыдущий сезон его отдали в аренду в "Анжи", и там иранец откровенно мучился. В межсезонье ростовская команда сильно изменилась, и Эззатоллахи вполне мог бы побороться за место в составе, но у тогдашнего тренера "Ростова" Леонида Кучука нет репутации специалиста, развивающего молодых игроков. Дисциплина у него всегда железная, над тактикой он работает с удовольствием, но ведь иранская сборная играет совсем по другой схеме.

Пермь в этой ситуации вроде бы не выглядела лучшим вариантом для Саида. Холодно, искусственное поле, о финансах и вовсе говорить не приходится. Ну казалось бы, какой "Амкар" для иранского самородка, прошедшего школу мадридского "Атлетико"?

Но все перевесил один аргумент: то, как работают с молодыми игроками Гаджиев и его помощники. Деньги, как ни странно это звучит применительно к футболу, отошли на второй план.

Саид вообще был, как бы это сказать, на своей волне, Наверное, в истории футбола было не так много трансферов, когда человек переходил из одного клуба в другой вместе с… водителем. А он привез с собой из Ростова парня по имени Тахир, который помогал ему во всех делах. В том числе, и с переводом интервью, которые Саид давал с удовольствием.

Для молодого парня, да еще и оказавшегося в совершенно чужой обстановке, он выглядел на удивление самостоятельным и независимым. И на поле – игроки его амплуа редко оказываются в центре внимания зрителей, но одноклубники это очень ценили – был не только бойцом, но и настоящим интеллектуалом. С первых же тренировок у всех в "Амкаре" сложилось твердое мнение: этот, скорее всего, пойдет далеко.

Так и произошло – в итоге все оказались в выигрыше. Саид, довольно долго не имевший перед приездом в Пермь игровой практики, довольно быстро вышел на прежний уровень, а затем двинулся и дальше. Он очень помог "Амкару" и закрепился в сборной – не только попал в заявку национальной команды Ирана, но и сыграл на Мундиале. А деньги – что деньги, они в итоге ни от кого никуда не ушли: после чемпионата мира Саид заключил хороший контракт с английским клубом "Рединг".

Наверное, если бы "Амкар" продолжил идти выбранным курсом, через него прошел бы еще не один условный Саид Эззатоллахи. Причем, не через аренду, что было вынужденной мерой. Но в тот момент клубу было не до следования своей стратегической линии – на повестке дня стоял вопрос выживания.

… А тучи над "Амкаром" продолжали сгущаться.

Команда-то постепенно складывалась – после проваленных сборов тренерам удалось по ходу дела подтянуть состояние игроков, которые летом тренировались меньше, чем нужно было бы. Да и новички подтянулись. А нагрузки, которые футболисты не добрали до начала сезона, они с лихвой компенсировали морально-волевыми уже по ходу дела. Какие, например, претензии могли быть к Янушу Голу – видно было, что он далеко не в форме, но он по-прежнему выгрызал все мячи и выигрывал все единоборства, которые только мог. Пусть и играл не по девяносто минут, как обычно.

А вот проблемы клуба становились все серьезнее. На послематчевой пресс-конференции после сентябрьской игры с "Уфой" Гаджиев, как бы мимоходом, сказал: «Очень непростая ситуация в целом». И было ясно, что это сказано не о футболе. Может, он рассчитывал, что тема получит развитие в диалоге с журналистами, а может, просто поделился наболевшим. Ведь к тому времени мы уже почти точно знали: и без того скудное финансирование "Амкара" в будущем году сведется почти к нулю. Дело в том, что трехлетние спонсорские контракты клуба с крупными местными спонсорами подходили к концу, и к этому моменту было известно почти на сто процентов, что продлевать эти соглашения не планируется.

 

Как все было организовано до этого? Как такового местного бизнеса в Перми нет уже довольно давно, но крупные корпорации, работающие на территории края, платят налоги в местный бюджет. Их распределяли уже краевые власти, и часть этой суммы, типа в порядке социальной ответственности бизнеса перед жителями региона, шла на футбол. То есть формально спонсорами "Амкара" были нефтяники, энергетики и кто-то еще, чьи рекламные щиты красовались на стадионе, но фактически им не было от этого ни тепло ни холодно. Футболом там если и интересовались, то применительно совершенно к другим клубам, как, например, ЛукОйл, местный филиал которого, в конечном счете, что-то перечислял "Амкару" с барского стола. Но там об этом могли даже и не знать – все зависело от того, чем интересовались в самом местном Белом доме. А поскольку новым руководителям региона на спорт было плевать с высокой колокольни, рассчитывать на то, что пусть неброская, но все же стабильность сохранится, "Амкару" не приходилось. А найти спонсоров на стороне у клуба шансов не было никаких.

Первого апреля 2018-го года, за пару месяцев до кончины клуба, я напишу смешное фейковое интервью с Дмитрием Рыболовлевым – человеком, сколотившим громадное состояние в Перми, но решившим вкладывать деньги в футбол Лазурного берега. В этом интервью владелец "Монако" пообещал купить "Амкар" на сдачу от сделки по продаже княжеского клуба и приобретения "Милана" (об этом тогда много говорили) и вообще вернуться к истокам. Настоять на том, чтобы "Амкар" провел пару матчей чемпионата в Монако, пообщаться со знакомыми ему пермскими пацанами, чей список для посадки в клубный чартер он уже подготовил, ну, и так далее. И это был, конечно, смех сквозь слезы. Потому что российский футбол, увы, устроен таким образом, что никакого интереса для спонсоров и рекламодателей наши клубы не представляют.

Пару раз и мне приходилось писать проникновенные письма то Рыболовлеву, то кому-то еще, и эти письма были датированы отнюдь не первым апреля. Но, думаю, их получатели, если, конечно, до них доходила столь важная корреспонденция, смеялись все равно…

Глава 12

Футболисты редко задумываются о таких вещах, особенно когда зарплату в клубе задерживают ненадолго. "Амкар" был сконцентрирован на футболе, и это приносило свои плоды. Вчерашний беспросветный аутсайдер сначала стал набирать очки, вскоре его название перестали выделять в таблицах жирным шрифтом, а потом эта строчка и вовсе начала вызывать всеобщий интерес. На какой-то момент "Амкар" вышел на второе место в лиге по непробиваемости обороны, можете себе представить?

В сентября – октябре пятиматчевую сухую серию выдал голкипер Артур Нигматуллин, еще один талант, заявивший о себе именно в Перми. До "Амкара" у него почти не было опыта игры в премьер-лиге, а тут он сходу стал одним из лучших в чемпионате.

Я встречал не так много людей, которые бы относились ко всему настолько ответственно и сознательно, как он. Вспоминаю, например, как он давал интервью одной из пермских радиостанций. На эфир его пригласили часов в десять утра – для футболистов, которые, почему-то в массе своей являются совами, время не самое удобное. А тут еще и Лига чемпионов была накануне, причем играл "Реал", за который Артур болеет всей душой. И вот, он признался, что не стал смотреть футбол, чтобы и выспаться перед интервью и потом быть свежим и на тренировке. А потом рассказал, что внимательно переслушал передачу и сделал для себя выводы, что в следующий раз надо бы сказать как-то по-другому.

Причем ни малейшей рисовки в эфире с его стороны не было – стать шоуменом по примеру своего более известного однофамильца Нигма-Второй явно не готовился. Просто Артур относится к довольно редкой категории людей, которые всегда стараются говорить по существу и не пытаются отделываться общими фразами, как это бывает нередко. Не знаю, что ему могло не понравиться в том выступлении. Наверное, какие-то незаметные со стороны нюансы. Внимание к которым, кстати, и отличает хороших вратарей от остальных – ведь их игра основана на самых тонких ощущениях. Над этим в "Амкаре" работали, пожалуй, как нигде.

Почему-то запомнился наш последний пермский разговор, когда все разъезжались.

– Знаешь, не буду тебе желать вот этого всего – хорошего клуба, чтобы без травм и так далее. У меня более важное для тебя есть – пусть в твоей новой команде будет тренер вратарей, хоть немного похожий на Алексеича, – сказал я.

– Вот это – самые правильные слова, – улыбнулся Артур. И добавил уже немного с другой интонацией: – Вот только, боюсь, этого не будет…

Владимир Алексеевич Сычев категорически отказывался от интервью, хотя общались мы много. Но за него говорили воспитанники – сначала Селихов, потом Нигматуллин. У Артура было в том сезоне тринадцать сухих матчей в 29 играх премьер-лиги, больше набралось только у Игоря Акинфеева. Но вы сравните, сколько пришлось обороняться "Амкару", и как часто позволял соперникам просто переходить на свою половину поля ЦСКА.

Хорошего тренера вратарей не отличит от плохого тренера вратарей не то что ни один болельщик или журналист, но даже и футболист – настолько это другая епархия. Непосвященный может сколько угодно смотреть за тем, как они работают – и все равно не найдет даже десяти различий. Поэтому я могу говорить только о своих бытовых наблюдениях. Чем запомнился Сычев по жизни – так это каким-то удивительным спокойствием, доброжелательностью и уважительным отношением к своим подопечным. Он всегда был готов объяснить любой их промах, но при этом ни в одном его слове не было ни тени раздражительности. Если человек поймет ошибку – не повторит.

Рейтинг@Mail.ru