Последняя Дверь

Анастасия Некрасова
Последняя Дверь

Фаза 12. Забытые технологии

Широкая полоса асфальта, уходя с моста, практически сразу на другом берегу исчезала под очередной эстакадой.

– Что там, сверху? – спросил Джейс.

– Железная дорога, – ответила Серси.

– Как? Прямо вся железная? – удивился Рэй.

– Это такой термин, – пояснила ладка. – По ней ездил особый транспорт, для которого обычная дорога не подходила.

– И зачем же он, такой прихотливый, был нужен? – шутливо поинтересовался Рэй.

– Он перевозил бóльшие партии груза на бóльшие расстояния и делал это гораздо быстрее, чем авто-мобили, – на полном серьёзе объяснила Серси.

– Ну да… – задумчиво протянул Рэй. – Просто я порой забываю, каким же необъятным был мир Древних.

– Не то слово, – подтвердил Джейс, глубоко вдыхая прохладный воздух ночи. – Необъятным…

Подойдя ближе к одной из массивных опор эстакады, ребята увидели, что это был вовсе не монолитный столб, а скорее здание в миниатюре. В наличии имелись и окна, и дверь, и даже вывеска непонятного содержания над нею.

– А зачем нам идти под железной дорогой? – спросил Рэй. – Давайте пойдём по ней! Уж больно интересно, какая она из себя.

Едва Джейс успел подумать, что это не такая уж и плохая идея, как Серси ответила:

– Мы и не пойдём под ней. Потому что к первому пункту назначения мы уже пришли, – сказала она, разрушая не успевшие ещё толком оформиться стремления своих друзей.

Рэй пожал плечами – мол, как скажешь, так и будет.

Нетрудно догадаться, что ладка повела их к тому самому зданию в опоре железнодорожного моста, которое привлекло внимание Джейса минутой раньше.

Дверь под вывеской оказалась не заперта, так что ребята легко вошли внутрь. Кромешная темнота поглотила их, но через секунду щёлкнул выключатель и взору друзей предстала обстановка помещения.

Всё кругом было перевёрнуто – очевидно, отсюда уходили в большой спешке. Кое-где на стенах ещё висели большие вышитые штандарты: Джейс сразу разглядел на одном из них стоящее на задних лапах животное с пышной гривой, золотое на красном фоне, а на другом – какую-то птицу, серебряную на голубом. Рядом, скомканный, словно тряпка, валялся ещё один, зелёный – когда Джейс поднял его, то увидел изображённую на нём змею. Был ещё и четвёртый гвоздь, но он оказался пуст, и того, что на нём должно было висеть, нигде поблизости не наблюдалось.

Джейс аккуратно повесил флаг со змеёй на гвоздь, предварительно расправив. Может, это было глупо, но он чувствовал, что подобные вещи не должны валяться вот так.

Серси, заметившая это, фыркнула:

– Хозяева, будь они здесь, сказали бы тебе «спасибо».

Джейс не стал ничего отвечать. Его внимание привлекли книги, что ровным рядком стояли в шкафу неподалёку.

Он подошёл ближе.

Одной книги на центральной полке не хватало. Опустив глаза, Джейс тут же обнаружил пропажу на полу – том оказался довольно увесистым. Как и следовало ожидать, он идеально встал на пустующее место перед последней из книг. Всего их на полке было семь.

Разумеется, в шкафу имелись и другие, однако этим явно было уделено особое место – потому-то они, находясь в центре, и бросились Джейсу в глаза.

Он взял в руки самую первую. Красивая, в глянцевой обложке с изображённым на ней строением, фиолетовым с горящими окнами на фоне сиреневого неба. Джейс обратил внимание на то, что все семь книг вместе узорами на своих корешках образовывали точно такое же строение с причудливыми остроконечными башенками. Из курса истории он знал, что оно называется «замок», но уж больно это слово было непривычным в текущих реалиях.

Открыв книгу, Джейс получил подтверждение тому, в чём и так был уверен – ни одного знакомого слова. А жаль, ведь было бы очень интересно узнать, о чём она.

– Ребят, глядите! – окликнул друзей Рэй.

В руках у него была приличных размеров тыква с вырезанными в ней треугольными глазами, носом и зубастым ртом.

– Интересно, чем её таким обработали, что она до сих пор не сгнила? – поинтересовался он, подбрасывая тыкву и ловя её другой рукой.

– Ничем, – откликнулась Серси, усердно что-то искавшая в груде всякого хлама в углу. – Просто она из пластмассы, вот и всё.

– А-а-а, – протянул Рэй, водружая тыкву на ближайший стол. – Тогда всё ясно.

– Ура! – воскликнула ладка, выползая, наконец, из своего импровизированного убежища. – Нашла!

На ней был длинный мятый балахон, когда-то, вероятно, чёрный, но теперь линяло-серый.

– Ты это искала? – с сомнением спросил Джейс, оглядывая её.

– Не совсем. Просто тут прохладно.

Не вдаваясь в дальнейшие объяснения, Серси подошла к небольшому плоскому ящичку, стоявшему на тумбочке у одной из стен. В руке у неё что-то сверкнуло, но подробностей Джейс не разглядел – ладка закрыла всё своей спиной и ультрамодным нарядом.

Меньше чем через пару минут экран, подвешенный над головой у Серси, засветился. Джейс только теперь заметил, что он вообще там был.

– А вот и технологии Древних! – присвистнул Рэй.

И действительно, подобных вещей в Этажах не то что не видели – даже не слышали о них никогда.

– Ага, – подтвердила Серси, отходя на несколько шагов назад.

– И что же оно делает? – поинтересовался Джейс.

– Сейчас увидите, – пообещала ладка. – Но сначала, мальчики, давайте-ка вернём в исходное положение вот это, – она указала на перевёрнутый диван посреди комнаты.

Повторять дважды не пришлось. Серси и сама бросилась было друзьям на подмогу, но Рэй тут же отстранил её:

– Простите, леди, – шутливо произнёс он. – Эта работа не для прекрасных дам.

Ладка усмехнулась, озорно сверкнув глазами, однако навязывать свою помощь не стала. Да и незачем было – Рэй и Джейс, пусть и не без некоторых усилий, прекрасно справились с задачей вдвоём.

Серси отряхнула, как смогла, пыльную серо-синюю обивку дивана и устроилась в центре. Друзья заняли места слева и справа от неё.

– Ну, ребята, приготовьтесь, – сказала ладка. – Вас ждёт настоящая магия.

Джейс и Рэй не знали, что такое магия, но готовы были на слово поверить, что это очень круто.

Затем Серси нажала что-то на небольшой чёрной штуке, предварительно направив её на экран.

По экрану пробежала рябь, сквозь которую проступили очертания невысоких домов. Почти сразу всё это уступило место большому знаку с двумя буквами в центре.

А потом началась музыка.

Всего несколько нот, прозвучавшие незатейливым перезвоном, похожим на тот, что издаёт ксилофон, проникли в сознание Джейса и словно заворожили его. В этот момент он уже точно знал, что его ждёт что-то чудесное.

К моменту, когда перед ним появился незатейливый пейзаж тёмной безлюдной улицы, освещённой лишь горсткой фонарей по краям дороги, Джейс был погружен в наблюдаемую картину с головой.

Несколько часов к ряду, в тишине, не нарушаемой ничем, кроме звуков, исходивших от экрана, Джейс неотрывно следил за развитием удивительной истории. Он в это время даже почти забыл, что рядом друзья, и совершенно не чувствовал холода – в отличие от Рэя, который, чтобы согреться, придвинулся поближе к Серси и даже частично завернулся в её балахон.

Это была история про мальчика, почти такого же, как сам Джейс – худого, черноволосого и невзрачно одетого. Этого мальчика почему-то терпеть не могли родители, и старший брат не давал никакой жизни, но, по счастью, каждый раз пареньку удавалось сбежать от злобной семейки. А когда он сбегал, то попадал в необыкновенный мир, где его окружали воистину выдающиеся ровесники и взрослые. Кто-то из них был к мальчику добр, кто-то, напротив, строил козни, явно имеющие цель сжить парнишку со свету, но одно было неоспоримо: жизнь его была наполнена невероятными чудесами.

В чём-то приключения этого мальчика напоминали Джейсу его собственные, разве что опасностей и врагов за Дверями было не встретить – впрочем, оно и к лучшему. Самое большое сходство заключалось, пожалуй, в том, что главного героя в его похождениях беспрестанно сопровождали друзья. Их, кстати, тоже было двое – парень и девчонка.

Джейс не знал точно, сколько времени они наблюдали за ходом чужой жизни в подвешенном на стене экране, но за этот период большая эмблема с двумя буквами успела показаться трижды, а на улице, когда они с Серси и Рэем покинули здание, было уже совершенно светло.

Теперь ребята шли по железнодорожной эстакаде, любуясь чередой поперечных деревянных и продольных железных перекладин под ногами, а также бросая периодически взгляды на улицы покинутого, но всё ещё весьма пригодного для жизни города.

Подняться сюда было идеей Рэя, который, объявив, что идти внизу ему скучно, начал взбираться вверх прямо по одной из опор, цепляясь пальцами за выбоины и щели в кирпичной кладке.

Не успел Джейс сказать, что считает подобный способ восхождения опасным, как Серси уже карабкалась следом – пришлось присоединяться. По счастью, обошлось без травм и казусов, что при отсутствии как минимум у Джейса соответствующей подготовки было даже удивительно.

– Что это мы такое видели? – задал наконец Рэй Тао вопрос, мучивший их обоих. Разумеется, он говорил об истории с экрана.

Впрочем, Джейс-то вовсе не мучился, скорее наоборот. Он испытывал нечто, похожее на сладостный транс, и всё настоящее казалось ему зыбким и напускным – настолько сильно он был очарован. Больше всего это походило на вид развлечения Древних, носивший название «театр» – когда-то давно Наставница рассказывала о нём на занятиях, и ученики даже разыгрывали несколько сцен из истории Падения, но после, разумеется, оставили это бесполезное дело и продолжили изучение вещей более прикладных. Однако увиденное ребятами сегодня лишь отдалённо напоминало то, что из себя представлял «театр», а потому разобраться в сути произошедшего Джейсу, безусловно, хотелось не меньше, чем Рэю.

– Это называется «кино», – пустилась в объяснения Серси. – У Древних был такой вид развлечения. Они записывали на специальное приспособление – камеру – различные истории, вымышленные и реальные, после особым образом всё обрабатывали и затем наслаждались результатом.

 

– Я не понял… Сами записывали и сами же смотрели? – удивился Рэй.

– Это делали разные люди, – пояснила ладка. – Узкая группа лиц создавала кино, а затем готовые фильмы – отдельные заснятые и обработанные истори – становились продуктом массового потребления.

– А-а-а… Тогда понятно.

Скажи, а люди в Древности правда умели всё это?

– Что – всё? – не поняла Серси.

– Ну… Махать палочками и творить всякое, – Рэй попытался изобразить на пальцах, как это делали в фильме. Вышло довольно забавно.

Ладка рассмеялась.

– Ну, конечно же, нет. Это у них называлось «магией» и по правдоподобности занимало примерно то же место, что и существование богов.

– Ясно, значит, лабуда… – разочарованно протянул Рэй. – А жаль, я бы с удовольствием освоил такой метод борьбы со злом! – и он снова принялся размахивать руками, отбрасывая невидимых противников с помощью магии, а ладка заливалась смехом.

Пока его друзья развлекались, Джейс заметил кое-что особенное по правую сторону эстакады. Он подошёл ближе к краю, чтобы разглядеть лучше.

– Ребята, смотрите, – негромко позвал он.

Прервав веселье, Рэй и Серси тут же оказались рядом. Несколько минут они вместе молча изучали гигантский небоскрёб, прочно устроившийся на нескольких рядах белых ножек-опор, а затем взмывающий в небо, постепенно сужаясь кверху. Крыша как таковая отсутствовала – конец небоскрёба был совсем острым.

Строение сверкало на солнце, так как представляло собой сплошную поверхность окон. Оно казалось абсолютно монолитным, и даже несколько разбитых стёкол не могли испортить это впечатление.

– Грандиозно, – заключил Рэй, вдоволь насладившись видом. – Оно похоже на большой осколок стекла, торчащий из земли.

Серси, услышав это сравнение, почему-то улыбнулась.

– Он высокий, как Этажи, – озвучил Джейс то, о чём подумал, едва увидел небоскрёб.

– Ерунда, – отмахнулся Рэй. Созерцание рукотворного чуда ему уже порядком надоело, а потому он двинулся дальше. – Этажи гораздо выше.

– Откуда ты знаешь? – удивлённо спросил Джейс, догоняя друга.

Самое интересное заключалось в том, что никто никогда не видел гиперкомплекс, в котором жили ребята, со стороны. На лестничных площадках не было окон, и ни одна Дверь не вела к его подножию. Джейс вообще бы не поручился, что Этажи не вкопаны, к примеру, по самую крышу в землю, но почему-то ему было гораздо приятнее сравнивать Секцию Перехода с этим прекрасным высотным зданием, уходящим в небо, чем с безмерно разросшимся бункером.

– Я считал, – спокойно пояснил Рэй. – В Этажах сто шестьдесят четыре яруса. Это если брать в расчет подвальные помещения, куда не пробиться из-за кишащих там орков, и верхнюю площадку, на которой ничего нет. А этот домик так, малыш – в нём и сотни-то этажей, должно быть, не наберётся.

– Если быть точным, их тут восемьдесят, – поправила друга Серси. – Когда его только возвели, он был самым высоким зданием в этой части света. Разумеется, рекорд впоследствии был побит.

– Ишь, какая умная, – Рэй шутливо пригрозил ладке пальцем. – Всё-то тебе известно.

Джейс в который раз подивился их осведомлённости и не стал продолжать беседу об особенностях архитектуры, тем более что друзья успели вернуться к обсуждению такого феномена, как кино.

– … Но вот чего я не пойму, – рассуждал Рэй, – зачем им было нужно так много придумывать? Изобретать людей, места, ситуации? Эту, как ты говоришь, «магию»? Ведь они жили в изобильном мире, где в ЛЮБУЮ его точку можно было прилететь на само-лёте, приплыть на корабле, приехать на авто-мобиле! У них ведь было всё, всего хватало, так для чего же тогда сочинять ещё больше?!

– Я думаю, это было что-то вроде их психологической проблемы, – пожала плечами Серси. – Неагрессивная среда порождала потребности, не ограниченные рамками жизненной необходимости, и отсюда возникало чрезмерное потребление продуктов как материальной, так и духовной культуры, а в их числе было и кино.

– Тебя слушать – как будто учебник читать, – усмехнулся Рэй. – Впрочем, суть мне ясна – жили они слишком хорошо и не знали, чем себя занять.

– В точку, – улыбнулась ладка. – Ты даже и не представляешь насколько. Впрочем, скоро я покажу вам…

Сказав это, она направилась к противоположному краю железнодорожного моста.

– А вот и он… – пробормотала Серси, перегибаясь через перила. – Мы пришли, пора спускаться! – крикнула она ребятам.

– Ага. Только вот я не вижу как, – отозвался Рэй, тоже изучающий землю под ними.

Серси внимательно посмотрела на него:

– Помнишь, что ты говорил Джейсу у Двери в Секцию с зоо-парком?

Рэй нахмурил брови, вспоминая.

– Главное – поверить, что это возможно… – произнесла ладка.

В глазах Рэя за доли секунды непонимание сменилось вспышкой ужаса, он рванулся к Серси, но та оказалась быстрее. Миг – и она уже перепрыгнула через перила моста и летела вниз – чёрный плащ, позаимствованный на прежнем месте их стоянки, развевался у неё за спиной.

Глухой звук удара. Сердце Джейса замерло – он был уверен, что домой они понесут в лучшем случае ладкин труп – если, конечно, сами найдут, как спуститься с эстакады, не переломав костей. На Рэя, бледного как смерть, так вообще было страшно смотреть.

Но секунду спустя Серси, ко всеобщему удивлению, выпуталась из плаща и, глядя вверх, закричала:

– Ребя-ята-а-а! Давайте сюда!!!

Лицо Рэя мгновенно прояснилось, и не успел Джейс собраться с мыслями, как он уже заорал в ответ:

– Иду!!! – и ринулся следом за ладкой.

Его приземление тоже оказалось удачным.

– Вы оба – больные!!! – закричал на них Джейс. – Здесь высота минимум в четыре этажа!!! Вы что, хотите у…

– А ты хочешь остаться там один?! – перебил его Рэй.

– Давай, Джейс, прыгай! – махала ему рукой Серси.

Джейс колебался.

– Погляди на нас! – вновь крикнула ладка. – Мы же живы!

И тогда он прыгнул.

А что ещё ему оставалось делать?!

Самого падения Джейс даже не заметил. Удар, пришедшийся на ноги, отдался болью в спине, от чего в глазах потемнело.

«Ну всё, – подумал Джейс. – Я что-то сломал».

Однако чернота стала уходить, а вместе с нею и боль. Когда всё обрело чёткость, Джейс увидел склонившегося над ним Рэя.

– Гляди-ка, живой, – усмехнулся тот, протягивая Джейсу руку. – Вставай, нечего тут разлёживаться.

Фаза 13. Ключевое слово

Прямо напротив того места, где ребята прыгали с эстакады, располагалось широкое, но не очень высокое здание с прозрачной крышей – туда-то они и направились.

Оказалось, что при падении Джейс всё-таки ушиб ногу, но, к счастью, не сильно – когда они с друзьями дошли до вращающихся стеклянных дверей, он уже практически перестал хромать.

Выяснилось, что это не одно строение, а скорее комплекс зданий с единой центральной галереей и под общим сводом.

– Вот это красота! – присвистнул Рэй, оказавшись внутри. – Вот бы Этажи были устроены подобным образом, а не просто как гигантская лестница!

– Думаю, архитекторы будущего могут учесть твоё пожелание, – отозвалась Серси, и было непонятно, шутит она или говорит серьёзно.

– Эти здания были жилыми? – спросил Джейс, оглядываясь.

Вокруг располагалось множество дверей – совершенно обычных и в основном прозрачных, – рядом с некоторыми из них он видел застывшие человеческие фигуры без лиц и в причудливой одежде кричащих цветов. Могло бы быть жутковато, если бы Джейс не догадался сразу, что люди не настоящие.

– Не-е-ет, – усмехнулась Серси. – Это – она раскинула руки в стороны, словно пытаясь охватить сразу всё вокруг, – Торговый центр. В былые времена здесь можно было за деньги приобрести практически что угодно – одежду, косметику, технику, мебель, игрушки, книги, еду, лекарства… – казалось, она могла перечислять бесконечно, вот только дыхания не хватило. – Люди проводили здесь целые дни, и это было одним из любимых видов их развлечений.

– Развлечений? – недоверчиво переспросил Рэй.

Ладка кивнула.

– Покупать еду?

– Да.

– Одежду?

– Да.

– Лекарства?

Плохо сдерживаемый смех в тоне Рэя уже становился заметным.

– Ага, – хихикнула Серси, поддаваясь его настроению.

– Ты шутишь?!

– Нет!

И они оба буквально согнулись от хохота, только что по полу не покатились.

Джейс в целом разделял недоумение друга, но всё же был склонен считать, что слоняться по торговому центру – это гораздо лучше, чем наблюдать смертельные поединки на арене.

– Именно это я и имела в виду, когда говорила, что уровень потребления в безоблачном мире Древних дошёл до критической отметки, – объяснила Серси, отдышавшись. – Но, мальчики… Пускай это и глупо… Сколько же всего здесь есть! – её глаза алчно сверкнули. – Пойдёмте, я покажу вам!

И перед ними потянулась нескончаемая череда павильонов, отделов, закоулков, мелькали пестрые товары в стеклянных ящиках, разноцветные вывески, прозрачные двери. Некоторые из них были закрыты, и тогда Рэй разбивал их причудливо изогнутым железным прутом, подобранным им в центральной галерее, – и это был единственный раз на памяти Джейса, когда в своих путешествиях они прибегали к разрушению.

Внутри же они находили брюки, платья, сандалии, часы, мягкие игрушки, бесчисленные бутыльки с чем-то вонючим…

Когда за очередной разбитой дверью оказалось что-то вроде ювелирного отдела, – в Этажах носили украшения, но нигде прежде Джейс не видел такого изобилия, – Рэй с улюлюканьем сгрёб всё, что попалось под руку, и тут же понёсся вон – развешивать награбленное на причудливой скульптуре в холле. Серси, смеясь, помогала ему в этом.

Джейс же стоял и смотрел, как лучи солнца играют в стеклянных ячейках крыши, и голова его кружилась от того, сколь много нового он увидел и узнал в этот день.

– Ну что же, начнём, – сказала Серси, усаживаясь перед ребятами прямо на пол.

В руках у неё была высокая стопка тоненьких прямоугольных коробочек, которые она до этого старательно отбирала в ближайшем отделе, пока парни, уставшие от погромов, отдыхали на небольшом диванчике напротив.

– Вы интересовались кино – получайте, – ответила она на немой вопрос во взгляде Рэя. – Например, вот это… – Серси взяла первую коробочку, самую верхнюю. – История про то, как группа людей, управлявших боевыми само-лётами, сражалась на войне. Очень трогательно – там и любовь, и дружба, и подвиги – в общем, всё как надо.

– История реальная? – с любопытством спросил Джейс.

– История вымышленная, война – реальная, – ответила Серси. – Одна из самых масштабных в периоде до Падения, между прочим…

Так, что ещё?

Вот рассказ о девушке, в которую влюбился мужчина из высшего класса общества. В финансовом, разумеется, смысле – тогда всё измерялось именно деньгами. Весь фильм он осыпает её дорогими подарками, устраивает для неё незабываемые развлечения, а она взамен удовлетворяет его естественные потребности.

– Бред какой, – фыркнул Рэй. – Я, конечно, не знаток культуры кино, но что-то мне подсказывает, что этот сюжет ни разу не оригинален.

– А так и есть, – не стала спорить ладка. – Ситуация вполне себе бытовая – за исключением, пожалуй, размаха, с которым главный герой тратился на свою женщину – к тому же, на мой взгляд, весьма непримечательную.

Вот ещё, кстати, целый сонм фильмов бытового содержания на романтическую тематику, – Серси взяла целых три коробочки, на которых было изображено сразу множество мелких картинок с названиями. – Они все, насколько я поняла, ориентированы на комический эффект, поэтому смотреть, не зная языка, довольно трудно, но даже при таком раскладе любой из них в разы интереснее, чем тот, что я описала до этого.

– А о приключениях есть что-нибудь? – нетерпеливо поинтересовался Рэй.

– Да сколько угодно, – ладка принялась поочерёдно откладывать коробочки в сторону. – И в нашем мире, и в вымышленных, и с магией, и без магии, и в космосе…

– В космосе?! – оживился Джейс.

– Ага, – кивнула Серси. – Далёкие звёзды и миры, сокрытые за ними, всегда будоражили воображение Древних. Вот, к примеру, моё любимое на эту тему.

Она протянула Джейсу коробочку, где на пастельного цвета фоне с далёкими пиками заснеженных гор были изображены двое людей в громоздких костюмах и шлемах со стеклами в области лиц.

– Название переводится на наш язык как «Межзвёздный», – пояснила Серси. – Сюжет повествует о том, что люди решили покинуть Землю, ставшую малопригодной для жизни, и отправили группу исследователей, чтобы те нашли подходящие для колонизации планеты за пределами нашей Солнечной системы.

 

– Ух ты! – восхитился Рэй. – А идея-то что надо! Почему у нас не додумались так сделать?

– Увы, планеты, на которых смогла бы существовать человеческая раса, не известны науке, – вздохнула Серси. – А даже если бы и были известны, то жить на них люди бы не смогли по ряду других причин… Но это всё теория.

Тема космоса раскрывается по-разному от фильма к фильму. Порой между ними сложно обозначить вообще хоть что-нибудь общее…

Вот ещё, глядите: история об ужасном инопланетном монстре, пожирающем людей. Мало того: он ещё умудрялся через пищевод откладывать яйца в свои жертвы, и личинка, вылупляясь, разрывала человеку грудную клетку.

Джейс поморщился: какая мерзость!

Рэй же, напротив, выглядел воодушевлённым:

– Ну и фантазия! – рассмеялся он. – Одно только странно: ну ладно, магия, ладно, космос, приключения, любовь. Но страшилищ-то зачем самим для себя изобретать?!

– И как они делали их реалистичными? – добавил вопрос Джейс. – Неужто находилось в нашем мире что-то действительно похожее?

– Не совсем. Сначала в этом людям помогали костюмы – и довольно неплохие, надо сказать, – а после эффекты стали создавать с помощью компьютера.

– Компьютера? – переспросил Джейс. – А что такое компьютер?

И вдруг укол боли резко пронзил его висок. Джейс даже на секунду зажмурился.

Серси внимательно посмотрела на него, но вопроса не задала и ему не ответила.

– А что до цели, Рэй… – задумчиво протянула она. – Думаю, Древним, живущим в тепле, достатке и сравнительной безопасности, просто не хватало адреналина.

Ты загляни, если хочешь, в отдел сам. Такое там найдешь, жуть.

Джейс неодобрительно покачал головой, однако ему тут же стало за это стыдно. Как будто он сам принял решение отодвинуть в сторону свою жизнь прилежного ученика и послушного сына, пустившись в странствия по неизведанным пространствам за Дверями, по иной причине.

Когда солнце уже начало клониться к закату, ребята, порядком уставшие и изрядно оголодавшие, лениво перерывали содержимое очередного отдела с одеждой на втором этаже всё того же торгового центра.

Они практически перестали удивляться тому, как можно было проводить в подобных местах по целому дню – если изучать весь ассортимент досконально, то тут и не на один день можно застрять.

Теребя в руках светлые брюки из непривычно тонкого материала, Джейс думал о том, что он понятия не имеет, сколько времени сейчас в его Домашней Секции – и, что самое ужасное, ему абсолютно всё равно. Даже если его уже хватились и ищут с отрядом Стражей Порядка – ему плевать, пусть так и не должно быть. Это путешествие того стоило.

Каждое путешествие того стоило.

– … И всё-таки это – безумие, – доносился из другого конца отдела голос Рэя, – так много времени уделять потреблению.

– Безумие, не безумие – а так было, – отвечала ему Серси. – Самые первые торговые центры были вообще очень забавно устроены – отделы с товарами одного типа располагались на разных концах, так что если ты, к примеру, купил нитки, то за иголками должен идти совершенно в противоположную сторону.

– И зачем? – не понял Рэй.

– А затем, чтобы ты увидел как можно больше других отделов и непременно захотел купить что-нибудь ещё, а не только то, за чем пришёл.

Рэй рассмеялся:

– Хитро придумано!

Джейс нехотя встал и направился к друзьям – а то эти двое, чего доброго, забудут, что он тут с ними.

– А ты, Джейс, что об этом думаешь? – спросил Рэй, завидев его. – Вот, примерь-ка кофточку! – и он, смеясь, запустил в друга чем-то скомканным.

Джейс это легко поймал – «чем-то» оказалась толстовка приятного светло-коричневого цвета. Молния отсутствовала, пришлось натягивать через голову. Справившись, он повернулся к зеркалу.

– А, между прочим, неплохо, – сказал Рэй уже без издёвки.

Серси же лишь молча окинула его оценивающим взглядом.

Толстовка была на пару размеров велика, но Джейс считал, что так даже лучше. На груди красовался рисунок из нескольких чёрных окружностей – все разных размеров и меньшая внутри большей, – вдоль которых многократно повторялось одно и то же слово из четырёх букв.

– Интересно, что это значит? – вслух спросил Джейс, не особо надеясь получить ответ.

Однако Серси удивила его и в этот раз.

– Я, конечно, не владею Древними языками, – сказала она. – Но это слово знаю. Оно означает «надежда».

Джейс благодарно кивнул. Он считал, что это очень даже хорошее слово.

Рейтинг@Mail.ru