Алекс Куверн Память Риверфолла

Глава VI. Серебряная стая

Стрела прошла сквозь серебряную дымку, не замедлив зверя ни на мгновение.

Каэл успел лишь развернуть лук поперёк тела. Волк ударил в него всей тяжестью, которая возникла одновременно с прикосновением: ещё в воздухе существо оставалось полупрозрачной тенью, а у самой земли внезапно обрело кости, мышцы и когти. Древесина лука застонала, Каэла отбросило на несколько шагов, и он едва удержался у края дороги. Когти полоснули по кожаной защите на груди, не пробив её, но сила удара выбила воздух из лёгких.

Волк приземлился между ним и остальными.

Защитный щит Эллиана вспыхнул вокруг волокуши с Дейром. Голубая поверхность возникла с опозданием и на мгновение оказалась вывернута в противоположную сторону, прикрывая пустой участок дороги. Эллиан резко повернул жезл, заставляя заклинание занять нужное положение, а Тарен ударил посохом о камни. Из трещин вырвались корни, оплели задние лапы зверя и сразу прошли сквозь них, не встретив сопротивления.

— Пока тень! — крикнул Эллиан.

Каэл уже знал, что это означает. Он не стал тратить новую стрелу, отступил от волка и позволил ему выбрать цель. Серебряная морда повернулась к нему. По рёбрам существа пробежал холодный свет, туман вокруг лап начал сгущаться.

— Сейчас, — произнёс Эллиан.

Каэл выстрелил почти в упор.

На этот раз стрела вошла зверю в шею. Корни Тарена мгновенно затянулись вокруг ставших плотными лап, удерживая выбранное состояние. Волк дёрнулся, раскрыл пасть, но Каэл уже выхватил короткий клинок и вонзил его под нижнюю челюсть. Серебряное тело дрогнуло и распалось холодным дымом.

Первый зверь исчез быстрее тех, с которыми они сражались возле путевого камня.

Каэл отступил к друзьям, тяжело вдохнул и бросил на Эллиана короткий взгляд.

— Мы уже умеем это делать.

Эллиан не разделял его уверенности. Остальные волки не бросились следом. Они стояли между деревьями и наблюдали, словно первый нападавший был не членом стаи, а проверкой. Серебряные глаза двигались от Каэла к Тарену, затем к голубому щиту вокруг Дейра. Два зверя перекрывали дорогу впереди, три оставались в лесу, образуя вокруг путников широкий полукруг.

Тень убитого волка всё ещё лежала на камнях. Она не исчезла вместе с телом.

Тонкая серебристая полоса скользнула по дороге, достигла ближайшего дерева и поднялась по стволу. На коре открылись два глаза.

Шестой волк снова вышел из тени. На его шее не было раны.

Каэл медленно опустил клинок.

— Возвращаю предыдущие слова.

— Разумное решение, — ответил Эллиан. Он пытался проследить путь серебряной полосы, но та не оставила обычного магического следа. Стая не просто состояла из существ, способных становиться бесплотными. Дорога хранила возможность каждого волка остаться невредимым и возвращала её после уничтожения тела. — Они восстанавливаются из собственных несостоявшихся смертей.

Каэл посмотрел на него.

— Можно без красивой формулировки?

— Мы можем убивать их сколько угодно. Дорога будет выбирать вариант, в котором они выжили.

— Вот теперь достаточно плохо и понятно.

Дейр приподнял голову над краем волокуши. Боль сделала его лицо серым, но взгляд оставался ясным.

— Они не всегда возвращаются сразу. Рядом с Нулевой верстой быстрее.

— Мы ещё не у Нулевой версты, — заметил Тарен.

Охранник посмотрел на окружающий лес.

— Ближе, чем кажется.

Волки начали двигаться.

На этот раз они не нападали поодиночке. Двое вышли на дорогу спереди и медленно двинулись к Каэлу, вынуждая его отступать. Ещё один скользнул вдоль правой обочины, скрываясь то в корнях, то в тенях стволов. Оставшиеся разделились слева, выбирая Тарена и защищённую волокушу.

Каэл снова поднял лук.

— Они обходят нас.

— Они не охотятся, — произнёс Тарен, наблюдая за тем, как стая растягивается вокруг группы. — Они направляют.

— Куда?

Тарен посмотрел назад. Три дороги исчезли, но в тумане за ними вновь проступали неясные силуэты Риверфолла, Астрария и серебряного леса.

— Обратно.

Первый волк впереди опустил голову. Второй повторил его движение с небольшим запозданием. Эллиан увидел, как линии вероятностей вокруг обоих зверей сходятся одновременно.

— Два нападения, — предупредил он. — Каэл, справа первым.

Каэл выстрелил в правого волка в момент уплотнения. Стрела вошла в грудь, но второй зверь не прыгнул на него. Он бросился к Эллиану, изменив цель уже после того, как прорицатель увидел движение.

Эллиан развернул щит перед собой. Волк ударил в голубую поверхность, и она покрылась трещинами. Каэл попытался выпустить вторую стрелу, однако первый зверь, всё ещё удерживавший древко в груди, превратился в дым и скользнул по земле. Он возник прямо под ногами следопыта, обрёл плотность и ударил снизу.

Каэл перекатился через плечо. Когти прошли по боку, вспоров край куртки. Он приземлился на одно колено, но лук не выпустил.

— Они меняют решение! — крикнул Эллиан, отступая под давлением волка.

— Я заметил!

— Раньше не меняли!

— Это тоже заметил!

Тарен поднял посох. Фиолетовые нити обвили зверя, навалившегося на щит Эллиана, но тот оставался тенью. Заклинание прошло сквозь тело и зацепилось за его отражение на камнях. Тарен почувствовал сопротивление и неожиданно понял: тень была плотнее самого волка.

Он резко потянул.

Существо остановилось в воздухе, будто его удержали за невидимый ошейник. Серебряное тело продолжало рваться вперёд, но тень растянулась за ним, не позволяя приблизиться к Эллиану.

— Их следы настоящие! — сказал Тарен. — Не тела. Тени.

Эллиан не стал спрашивать, насколько это возможно. Он развернул треснувший щит ребром и ударил им по зависшему зверю. Голубой свет прошёл сквозь дымчатую плоть, зато рассёк тень на камнях.

Волк завыл. Звук пришёл из всех шести пастей одновременно.

Существо перед Эллианом рухнуло, обрело тело и начало рассыпаться. Серебряная полоса попыталась уйти к деревьям, но края разрезанной тени не соединялись. Туман поднялся над камнями и погас.

Пять волков замерли.

— Один не вернулся, — произнёс Эллиан.

Тарен продолжал удерживать посох над рассечённой тенью. На его лице проступило напряжение.

— Потому что мы уничтожили путь, по которому дорога возвращала его.

Каэл поднялся с колена и проверил порез на боку. Когти задели кожу лишь краем. Крови было мало.

— Значит, стреляем в тени?

— Ты не сможешь ранить их обычной стрелой, — сказал Эллиан. — Нужна магия.

— У меня осталось не так много магических стрел, — заметил Каэл, бросив взгляд на колчан.

— У тебя нет магических стрел.

— Тогда их осталось ещё меньше, чем я думал.

Тарен отпустил рассечённую тень и быстро огляделся. Волки начали расходиться шире. Теперь они понимали, что путники нашли их слабость. Серебряные силуэты уходили за деревья, но тени продолжали скользить по дороге, соединяясь между собой в единую тёмную сеть.

— Я могу удержать одну, — сказал Тарен. — Возможно, две. Но не всю стаю.

Эллиан посмотрел на стрелы Каэла.

— Мне нужен наконечник.

Каэл вытащил одну стрелу и передал ему.

— Что ты собираешься сделать?

— Привязать заклинание к металлу.

— Ты умеешь?

Эллиан уже проводил жезлом вдоль древка. Голубая линия обвилась вокруг наконечника, сложилась в несколько мелких знаков и погасла внутри стали.

— Теоретически.

Каэл внимательно посмотрел на стрелу.

— В твоём исполнении это слово звучит как угроза.

— Стрела будет удерживать защитный импульс до столкновения с магическим следом. Не стреляй в тело. Только в тень.

— А если промахнусь?

Эллиан поднял на него глаза.

— Ты редко промахиваешься.

Каэл проверил наконечник и наложил стрелу на тетиву. Спокойная уверенность Эллиана была полезнее любых дополнительных объяснений: каждый из них знал, что остальные выполнят свою часть работы.

— Иногда всё-таки умеешь говорить полезные вещи.

— Я говорил их и раньше. Ты просто был занят.

— Чем?

— Собственным голосом.

Ближайшая тень рванулась к ним прежде, чем Каэл успел ответить.

Она двигалась отдельно от волка. Чёрная полоса проскользнула под ногами Тарена и поднялась по каменному столбу, вокруг которого находился щит Дейра. Серебряный зверь появился на вершине столба, нарушая всякое представление о равновесии: передние лапы стояли на узком краю, задняя половина тела оставалась дымом.

Каэл выстрелил в тень.

Зачарованный наконечник ударился о камень. Голубой импульс разошёлся кругом, и тень волка прибило к поверхности, словно чёрную ткань. Зверь попытался прыгнуть, но его тело растянулось между столбом и землёй, не способное уйти дальше собственной тени.

Тарен направил посох. Корни поднялись вдоль камня и разорвали тёмный силуэт на несколько частей.

Волк рассыпался. На этот раз он не вернулся.

— Работает, — сказал Каэл.

Эллиан уже зачаровывал следующую стрелу.

— Ты удивлён?

— Я стараюсь поддерживать твою уверенность.

— Не нужно.

— Значит, ты всё-таки был не уверен.

— Каэл.

— Молчу.

Он действительно замолчал, потому что остальные четыре волка напали одновременно.

Два бросились с дороги. Ещё один вырвался из тени Каэла, а последний появился внутри голубого щита, рядом с волокушей.

Дейр увидел его раньше остальных. Он рванулся в сторону, забыв о сломанной ноге, и закричал от боли. Волк склонился над ним, оставаясь полупрозрачным, словно намеренно ждал момента, когда страх заставит человека попытаться бежать.

Эллиан развернулся к щиту. Остальные три зверя исчезли из его поля зрения, но он слышал крик Тарена, звон тетивы и тяжёлый удар тела о землю.

— Дейр, не двигайся! — приказал Эллиан.

— Великолепный совет!

Волк начал обретать плотность. Эллиан ударил жезлом по краю собственного щита. Голубая поверхность сложилась внутрь, захлопываясь вокруг зверя, как прозрачная клетка. Существо оказалось заперто между двумя слоями магии. Его тень металась по внутренней стороне защиты, не находя дороги к лесу.

— Сейчас! — крикнул Эллиан.

Дейр поднял лежавший возле волокуши обломок жерди и ударил по тени. Дерево не обладало магией, но на нём остались живые корни Тарена. Фиолетовое сияние вспыхнуло в месте удара, тень разорвалась, и волк исчез.

Дейр откинулся на доску, тяжело дыша.

— Я тоже умею быть полезным.

— Никто не сомневался, — ответил Эллиан, возвращая щиту прежнюю форму.

— Я сомневался.

— Тогда пересмотри вывод.

У Каэла времени на разговоры не было. Волк, появившийся из его собственной тени, успел обрести плотность и вцепился зубами в кожаный наруч. Следопыт ударил зверя рукоятью клинка, но тот не разжал челюсти. Второй заходил сбоку, вынуждая его повернуться спиной к лесу.

Тарен удерживал третьего волка фиолетовыми нитями. Он обвязал ими тень, но существо рвалось так сильно, что каждый рывок отдавался болью в плечах. Корни под ногами дрожали и ломали старые плиты.

— Эллиан! — позвал Тарен.

Прорицатель увидел сразу несколько опасностей. Каэл мог оказаться повален первым волком. Второй прыгал ему в спину. Тарен терял контроль над третьим. Щит вокруг Дейра снова запаздывал, отражая атаки, которых ещё не произошло.

Нужно было выбрать.

Раньше Эллиан пытался бы найти возможность спасти всех одновременно. Астрарий учил, что идеальный исход иногда существует в самой тонкой из вероятностей, и задача прорицателя — удержать её. Но сейчас поиски идеального решения отнимали время.

Он выбрал ближайшую угрозу.

— Каэл, вниз!

Каэл без колебаний упал на колено. Голубой луч прошёл над его головой и ударил во второго волка в момент прыжка. Заклинание не ранило тело, зато заставило тень проявиться на воздухе — чёрная форма повисла за зверем, как оборванный плащ.

Каэл свободной рукой выхватил зачарованную стрелу из колчана и, не используя лук, вонзил наконечник прямо в тень.

Голубой свет вспыхнул.

Волк исчез.

Первый всё ещё держал его за наруч. Каэл развернул предплечье, обмотал ремень наруча вокруг нижней челюсти зверя и всем весом перевернул его через плечо. Серебряное тело ударилось о камни. В момент падения оно стало плотным, и Каэл наступил сапогом на шею.

— Тар!

Тарен понял без объяснений. Он отпустил удерживаемого зверя лишь одной рукой и направил посох на тень под ногой Каэла. Фиолетовая нить прошла по дороге и рассекла её.

Волк рассыпался, оставив на наруче глубокие следы зубов.

Оставалось два. Но Тарен заплатил за помощь. Волк, которого он удерживал, вырвался из ослабевших нитей и ударил его в грудь. Эльф отлетел к обочине. Посох выпал из рук и покатился между камнями.

— Тарен! — Каэл бросился к нему.

Последний зверь перекрыл путь.

Он появился между ними из тени сломанной жерди, став плотным уже в момент возникновения. Каэл едва успел остановиться. Пасть щёлкнула в нескольких дюймах от его лица.

Эллиан направил жезл, но линия вероятности распалась. Волк существовал сразу в трёх местах: перед Каэлом, над упавшим Тареном и возле Дейра. Любая атака могла попасть лишь в одно из возможных тел, а тень уже соединялась с другими тенями дороги.

— Не вижу настоящего! — крикнул Эллиан.

Каэл отступал, не сводя глаз со зверя перед собой.

— Тогда выбери любого!

— Это не так работает.

— Сегодня уже работало!

Волк прыгнул.

Каэл ушёл в сторону, но когти зацепили плечо и развернули его. Он упал на спину. Зверь оказался сверху, однако не кусал. Серебряные глаза смотрели прямо в его лицо, а вокруг начали возникать другие исходы.

В одном волк разрывал ему горло. В другом Каэл успевал ударить клинком. В третьем Эллиан закрывал его щитом. В четвёртом Тарен поднимался и отбрасывал зверя.

Все возможности становились одинаково плотными. Каэл видел собственные смерти, накладывавшиеся одна на другую, и не понимал, какое движение ещё принадлежит настоящему.

— Не смотри на него! — донёсся голос Эллиана.

Каэл закрыл глаза.

Зверь завыл. Вой превратился в человеческие голоса: Мары, Аэрина, Эллиана и Тарена. Каждый звал его с другой стороны.

Каэл нащупал рукой ремень, которым они недавно связывали себя. Он всё ещё проходил через пояс и тянулся к волокуше.

Ремень был настоящим.

Каэл потянул его.

Где-то рядом Эллиан потерял равновесие, но натяжение указало направление. Каэл перекатился в противоположную сторону. Когти ударили туда, где мгновение назад находилась его грудь.

— Слева от меня! — крикнул он.

Эллиан не пытался увидеть волка. Он посмотрел на тень Каэла. Та лежала на дороге под неправильным углом, раздваиваясь возле плеча.

Прорицатель выпустил импульс в место раздвоения.

Серебряные исходы схлопнулись. Остался один зверь — тот, что только что промахнулся. Каэл поднялся, ударил его клинком в бок и заставил повернуться.

Тарен, всё ещё лежавший у обочины, протянул руку к посоху. До него не хватало нескольких футов. Тогда он коснулся корней под камнями. Тонкая лоза выросла из трещины, обвилась вокруг древка и потянула его к хозяину.

Посох скользнул в ладонь.

Тарен ударил по тени волка. Она треснула, но не разорвалась. Зверь взвыл и бросился к нему, таща за собой повреждённый силуэт.

Каэл перехватил лук и выпустил последнюю зачарованную стрелу. Наконечник попал в тень возле задних лап. Голубой свет прибил её к земле.

Тарен провёл посохом вдоль трещины. Тень разделилась, и последний волк исчез.

Тишина наступила настолько внезапно, что некоторое время друзья продолжали ждать следующего прыжка. Каэл держал лук поднятым, Эллиан не опускал жезл, а Тарен сидел возле обочины и смотрел на пустую дорогу.

Серебряные частицы ещё несколько мгновений кружились между деревьями. Затем погасли.

Дейр первым нарушил молчание:

— Шесть.

Каэл медленно оглядел лес.

— Уверен?

— Нет.

— Тогда зачем сказал?

— Хотел проверить, действует ли это слово на вас успокаивающе.

Каэл опустил лук.

— Не действует.

— Жаль. На меня тоже.

Эллиан подошёл к Тарену и помог ему подняться. На груди эльфа темнел широкий след удара, но плотные слои одежды смягчили когти. Тарен сделал осторожный вдох и поморщился.

Каэл сразу оказался рядом.

— Рёбра?

— Кажется, целы.

— «Кажется» запрещено.

Тарен посмотрел на Дейра.

— Он сказал, что это самое употребительное слово дня.

— Именно поэтому запас исчерпан.

Эллиан провёл ладонью над повреждённым местом, используя слабое диагностическое заклинание. Голубой свет повторил контуры рёбер и погас.

— Перелома нет. Сильный ушиб.

Каэл выдохнул и только теперь заметил, что продолжает держать Тарена за плечо. Он убрал руку, но перед этим коротко сжал её.

— Хорошо.

Тарен посмотрел на разорванный бок его куртки.

— Теперь ты.

— Царапина.

Эллиан повернулся.

— Эта формулировка уже дважды оказалась неточной.

— Но раны оба раза действительно были неглубокими.

— Один успешный исход не доказывает надёжность метода.

— Два.

— Именно поэтому тебе нельзя позволять заниматься наукой.

Каэл осмотрел бок. Когти оставили три длинных пореза, но ни один не был глубоким. Плечо болело после падения, наруч почти полностью испорчен, однако двигаться он мог.

— Я жив, — заключил он.

— Это не медицинское заключение, — сказал Эллиан.

— Зато главное.

Дейр снова закрыл глаза.

— Когда вернёмся, я буду выбирать лекаря, который говорит меньше всех вас.

Они перевязали новые раны остатками ткани. Запас Иары почти закончился, и Тарену пришлось разрезать внутренний край собственного плаща на полосы. Каэл попытался возразить, но эльф напомнил, что его куртка уже больше напоминала доказательство нападения, чем пригодную одежду.

Пока они занимались ранами, дорога менялась.

Места, где исчезли волки, покрывались тонкими трещинами. Из них выходил серебряный туман, но теперь не собирался в новые тела. Он стелился по камням и медленно уходил вперёд, словно течение неглубокой реки.

Эллиан проследил за ним взглядом.

— Стая была частью петли. Разрушив тени, мы освободили удерживаемые ею варианты.

— И куда они ведут? — спросил Каэл.

— К источнику.

Дейр открыл глаза.

— К Нулевой версте.

Каэл поднялся и снова надел ремень волокуши, хотя Эллиан сразу заметил, как он бережёт повреждённое плечо.

— Я потяну, — сказал прорицатель.

Каэл посмотрел на него так, словно услышал предложение доверить архивную рукопись дождю.

— Ты едва удерживаешь собственный сундук с книгами.

— Сундук значительно тяжелее Дейра.

Охранник приподнял голову.

— Не уверен, что это комплимент.

— Это оценка массы.

— Стало лучше.

Тарен взял второй ремень.

— Потянем вдвоём.

Каэл открыл рот, собираясь возразить, но Эллиан уже снимал с него лямку.

— У тебя повреждены плечо, бок и предплечье. Можешь идти впереди и изображать человека, который всё контролирует.

— Я не изображаю.

— Тогда задача не потребует усилий.

Каэл посмотрел на обоих, понял, что спор проигран, и с явным неудовольствием отдал ремень. Он занял место впереди, держа лук в опущенной руке.

— Если волки вернутся, волокушу бросаете.

Дейр приоткрыл один глаз.

— Благодарю.

— Я имел в виду не тебя.

— Стало лучше во второй раз.

Они двинулись вслед за серебряным туманом. Лес вокруг постепенно терял цвет. Зелёные листья становились серыми, кора деревьев — бледной, а небо над ветвями темнело до глубокого синего. Свет исходил не сверху, а от самой дороги. Каждая каменная плита мерцала по краям, показывая, что когда-то лежала немного иначе.

Следы каравана появлялись всё чаще.

Здесь люди бежали. Отпечатки сапог накладывались друг на друга, колеи резко уходили в сторону, на камнях темнела засохшая кровь. Возле обочины лежал разорванный мешок с зерном, но зёрна висели в воздухе, не падая. Каэл провёл ладонью рядом, не касаясь их.

— Время остановилось в момент разрыва.

Эллиан посмотрел на мешок.

— Или повторяется слишком быстро, чтобы мы заметили движение.

— Это одно из тех уточнений, которые не помогают.

— Я предупреждал, что перестал стремиться к идеальным исходам, а не к точности.

Тарен шёл рядом с волокушей и время от времени называл имя Дейра. Охранник снова начинал проваливаться в чужие варианты. Однажды он назвал Тарена именем незнакомой женщины, другой раз потребовал остановить повозку у Южных ворот, хотя Риверфолл находился далеко отсюда. Каждый раз голос Тарена возвращал его к настоящему.

— Дейр Мосс. Караван. Исчезнувшая миля. Мы идём к Аэрину.

— Я помню, — раздражённо ответил охранник после очередного напоминания.

— Хорошо.

— Ты повторяешь каждые двадцать шагов.

— Ты забываешь каждые девятнадцать.

Дейр несколько секунд молчал.

— Тогда продолжай.

Впереди раздался звон.

Один удар.

Глубокий, подземный и долгий. Воздух дрогнул, серебряный туман поднялся над камнями, а все следы каравана одновременно сделались свежими. Кровь на плите заблестела, мешок с зерном разорвался снова, и зависшие зёрна рухнули на землю.

Из-за поворота донёсся крик Аэрина:

— Держите строй! К дороге не приближаться!

Затем послышался вой волков, звон оружия и треск дерева.

Каэл сорвался с места.

На этот раз никто не попытался его остановить. Эллиан и Тарен подхватили волокушу быстрее, насколько позволяла повреждённая нога Дейра, и последовали за ним.

Поворот вывел их на широкую круглую площадку.

В её центре стоял низкий чёрный камень, похожий на обломанную верстовую колонну. На вершине лежал крупный осколок дорожного знака. Серебряные линии расходились от него по земле, образуя сложный круг, пересечённый десятками дорог. Одни исчезали в лесу, другие обрывались у края площадки, третьи уходили вверх по воздуху или опускались прямо в камень.

Возле осколка на коленях стоял мужчина.

Его седые волосы прилипли ко лбу, дорожный плащ был разорван, а руки покрыты кровью и серебряными ожогами. Галлен Роуд держал ладони над камнем и не замечал ничего вокруг. Перед ним стояла молодая женщина в светлом платье. Она была полупрозрачной, но улыбалась.

На противоположной стороне площадки шёл бой.

Аэрин Ривен стоял между пятью караванщиками и тремя серебряными волками. На его лице темнела кровь, левая рука висела плетью, а в правой он держал короткий меч. Лук лежал сломанным у ног. Один караванщик пытался поднять упавшую женщину, другой закрывал ребёнка собственным телом.

Волк бросился на Аэрина.

Старший Ривен шагнул навстречу, ушёл от когтей и вонзил меч в грудь существа. Серебряная тень разошлась вокруг клинка. Зверь ударил его лапой, сбивая на землю.

— Аэрин! — закричал Каэл.