– Что за парень с тобой был?
– А… Одноклассник, – пренебрежительно отвечает Алиса, давая понять, что с этим одноклассником её ничто не связывает.
Намёк понят, и Павел берёт Алису за руку:
– Ну что, пошли?
Алиса выдёргивает руку, для порядка требует, чтобы тот отвалил, и после соблюдения этих ритуальных действий охотно идёт с Павлом к нему в студенческое общежитие.
Через некоторое время, одевшись и собираясь домой, Алиса целует Павла на прощание и неожиданно тихо спрашивает:
– Ты меня любишь?
Прислушайтесь, друзья, как трогательно звучит этот вопрос. Мы-то с вами понимаем: о какой любви может идти речь, когда две практически незнакомые друг с другом особи чисто случайно оказались в одной койке, наспех удовлетворив основной инстинкт?
Но Алисе в её жизни так не хватает нормальной человеческой любви – ведь на свете нет ни одного человека, который искренне любил бы её – что она ищет эту эмоцию в самых неподходящих местах. Ей, как одинокому, брошенному ребёнку, очень хочется, чтобы её любили!
– Ну, естественно, – отвечает Павел иронично.
Придя домой, Алиса застаёт привычную обстановку: отец пьян, вся комната в сигаретном дыму.
– Ты ел? – спрашивает она папашу.
– А…, – отмахивается тот.
Алиса, видимо, как обычно, разогревает и накладывает ему еду, заставляет поесть. Папаша, в алкогольном расслаблении, пускается в приятные для себя воспоминания:
– А помнишь, ты маленькая была, меня спать укладывала? – бормочет он. – Сама такусенькая, а в спину меня толкает…
Эта небольшая деталь отлично дополняет общую картину: с малых лет Алиса ухаживает за пьяным отцом. То есть Иван Семёнович является ещё бо́льшим ребёнком, чем его дочь. У Алисы давно отняли детство, заменив его перегаром, табачным дымом и ненавистью. Но согласитесь – такого быть не должно. Ребёнок не должен укладывать спать напившихся родителей.
Папаша с умилением вспоминает, как маленькая Алиса заботилась о нём – он воспринимает это именно как заботу. Ему не приходит в голову, что дочке могло быть неприятно, страшно, тяжело в эти моменты. А деваться ребёнку некуда! И то, что для родителя – умиление, для малыша становится трагедией, ранит психику, и эта рана остаётся с ним навсегда.
– Давай, ешь, – устало говорит Алиса отцу. – Сейчас мать придёт, скандал опять будет.
Приходит Татьяна Петровна с работы, не обращая внимания на Ивана Семёновича, она спрашивает дочку:
– Он кушал?
Обратите внимание, и о муже – в третьем лице.
– Да, его заставишь…
Но у Ивана Семёновича радостная новость – Валерий звонил, через три дня приедет.
– Ваня, тихо…, – морщится Татьяна Петровна.
– Я бриться пойду! – громогласно возвещает Иван Семёнович заплетающимся языком. Тут ему на глаза попадается Алиса, и он сразу переключается:
– Ты знаешь, мать, во сколько она явилась? Вот только что!
Татьяна Петровна подхватывает:
– Ты где была?
– Гуляла.
– Шляется! По кустам! Как мать, так и дочь! – пьяно орёт Иван Семёнович.
И вдруг хватается за грудь и со стоном сползает по стенке – сердце прихватило.
– Началось…, – с досадой говорит Татьяна Петровна без тени сочувствия.
– Больно! – жалуется он. – Убери ноги! – требует она, протискиваясь мимо.
– Моя дочь – шлюха уличная! – страдающим голосом продолжает отец.
– Моя тоже, – хладнокровно откликается мать.
Красноречивая сцена, не правда ли?
Всем на всех наплевать в этой семейке, зато обругивают друг друга с удовольствием, в тысячный раз разыгрывая приевшуюся, но зато хорошо отрепетированную партию.
Не кажется ли вам, что оба родителя сами вели свою дочь к тому, чтобы она стала шлюхой? А как вам фраза, брошенная Иваном Семёновичем: «Как мать, так и дочь?» Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. Видимо, было что-то тому причиной. Так не в маменьку ли пошла Алиса?
Но эту тему оставим за кадром, а сейчас Татьяна Петровна, зайдя на кухню, захлопывает за собой дверь и оставляет мужа лежать и стонать в коридоре.
– Мама! – зовёт её Алиса, наклонившись над отцом.
– Разбирайтесь сами! – раздражённо отвечает та.
– Давай, вставай, – Алиса пытается поднять стонущего отца, но ей это не удаётся. – Сейчас скорую вызову! – говорит она угрожающе.
– Не надо скорую! – отбивается он и с пятой попытки поднимается на ноги, позволяя дочери довести себя до кровати.
И скорую помощь никто не вызывает. Почему же? Ведь врач явно был бы не лишним в этой ситуации. Может быть даже, полежав в больнице, Иван Семёнович задумался бы о своём здоровье. И – а что, бывает и такое! – перестал бы пить.
Но нет, решение проблемы здесь никому не нужно. Татьяна Петровна вообще считает, что муженёк притворяется. А может быть, просто ждёт, когда очередной приступ его доконает. Во всяком случае она получает прекрасную возможность проявить свои привычные эмоции – гнев и ненависть к мужу.
– Вот так помрёшь и добрым словом никто не помянет…, – слышатся его пьяные причитания.
Так в том-то и дело – чтобы тебя помянули добрым словом, нужно самому производить добро.
– Горбатился на вас всю жизнь! Всё здоровье угробил, а никто не любит! Никто! – со слезами лепечет он, в то время как Алиса раздевает его и укладывает.
Вероятно, так и есть. В детстве Ивана не любили его родители, поэтому и он не умеет любить, и своим детям не мог передать эту способность. Он предстаёт таким же одиноким ребёнком, нуждающимся в любви, как и его дочь.
Иван Семёнович испускает громкие стоны, Алиса шикает:
– Тише – тише, соседи услышат…
Видите ли вы зеркальное отражение в этой сцене? В начале истории отец стыдил дочь, переживая, что скажут люди. Теперь всё наоборот.
– Спи давай, – Алиса укрывает папаню одеялом.
– Не буду! – капризно отзывается он и тут же закрывает глаза.
Алиса собирает постельное бельё для матери, выключает свет и выходит из спальни. Ей приходится заботиться и о Татьяне Петровне. Мать, конечно, трезвая, но усталая и обиженная, и Алиса, находясь сейчас во Взрослом эго – состоянии, предусмотрительно готовит для неё постель на диване.
– Иди, ложись.
– Нет у меня больше никаких сил, – жалуется мать.
В общем, Алиса в очередной раз исполняет роль взрослого человека при двух больших детях – своих родителях. Похоже, что и эта ситуация разыгрывается на протяжении многих лет.
Как Алисе вырваться из этого замкнутого круга, как ей избавиться от токсичных семейных отношений и научиться строить более здоровое взаимодействие с людьми?
Человек по умолчанию копирует образ жизни, знакомый ему по его собственному детству. Изменения возможны только в том случае, если бы наша героиня начала анализировать происходящее, работать над собой, силой выдавливать из себя раба. Но есть ли к этому предпосылки? Честно говоря, их не видно…
– С вами, – продолжает жаловаться мамаша, пока Алиса и ей помогает раздеваться, – никаких лекарств не хватит… Опять ты полы не помыла…
Ни слова благодарности за то, что дочь позаботилась и о ней, и об отце. Вместо этого нытьё и попрёки.
Это тоже яркая деталь. Оба родителя требуют от дочери то, чего они сами не могут ей дать: являясь капризными, жестокими, неблагодарными и глупыми детьми, требуют, чтобы Алиса была умной, воспитанной, доброй – словом, безупречной. Но так не бывает, дорогие мои читатели.
На следующий день подружки Алиса и Катя сидят в кафе, едят мороженое. Разговор о том, что на днях Антон уезжает, и компания друзей собирается его провожать.
– Он тебя любит, между прочим, – значительно говорит Катя. – Ты писать ему будешь?
– Ох, – досадливо вздыхает Алиса. – Кто любит? Он. Вот пусть он и пишет.
Но на проводы Антона она, конечно, приходит. Молодёжь собирается в его квартире, где, кстати, обстановка вполне обеспеченная, семья явно не бедствует. Ребята со скучными лицами смотрят в телевизор – мать Антона дома и при ней особенно не повеселишься. Да и пришли они сюда в первую очередь, чтобы поесть вкусно и посидеть мягко.
Мама просит Алису помочь ей на кухне и вызывает девушку на разговор. Вернее, это монолог. Закуривая, она распоряжается уверенным тоном:
– Ты дождись его обязательно. Видишь, как он тебя любит.
Антон сидит рядом и довольно улыбается. Действительно ли мы видим материнскую заботу о сыне? Наоборот, мы наблюдаем кастрацию мужчины.
«Мой сын никчёмный, ни на что не годный. Он не имеет права голоса и сам не способен объясниться с тобой. И вообще, такой слюнтяй, что никакая другая девушка его не подберёт. А уж ты будь любезна его ждать. Дождёшься и выйдешь замуж за моего сыночка – получишь материальное обеспечение и эти торты с арбузами хоть каждый день».
Вот что на самом деле говорит мать. Но Алиса в силу юного возраста не покупается на материальное благополучие. Она молчит, не отвечая ничего. Будь она постарше, возможно, соображения выгоды взяли бы верх. А сейчас гормоны туманят ей голову, и никто ей не нужен, кроме Павла.
Ободрённый материнской поддержкой Антон ведёт Алису в свою комнату и пытается уложить на кровать. Неожиданно девушка заливается хохотом – ей искренне смешны его неуклюжие попытки совершить половой акт. Да, Алиса держит его при себе, но не притворяется, не делает вид, что влюблена. Чуть позже она прямо заявит ему об этом.
Такие кастрированные маменькины сынки, как Антон, привлекают в свою жизнь женщин хитрых и властных. Ему, конечно, больше подойдёт жена, которая будет держать его в ежовых рукавицах, командовать и затыкать ему рот, а параллельно ходить налево и дурачить муженька. Алиса, при всех своих недостатках, не такова.
Она хохочет, а обиженный Антон говорит ей с укором:
– Я люблю тебя!
– Ну что ж, мне теперь поэтому за тебя замуж выйти? – всё ещё смеясь, отвечает Алиса.
– Выйдешь, куда денешься.
– Антош, я другого люблю.
– В загранку ходить стану – сама прибежишь, – парирует Антон, не обескураженный словами Алисы. В его картине мира девушка не сможет ему отказать, когда у него появятся деньги и заграничные шмотки. «Я тебя всё равно куплю», – имеет он в виду. И где здесь любовь? Нет её, и не было, и не будет. Только похоть и отношение к человеку как к вещи.
Тем временем роман Алисы и Павла стремительно развивается, они встречаются каждый день в его комнате в общежитии, скрывая встречи от всех остальных.
И тут приезжает старший братец Валерий. Приезжает один, без жены и сына. Через некоторое время он вскользь упомянет, что семейная жизнь не складывается. В общем, этого и следовало ожидать… Иван Семёнович и Алиса встречают его, и на рабочем грузовике Ивана Семёновича все едут домой. В кабине грузовика тишина, все трое смотрят в разные стороны, ни у кого нет радости от встречи. Каждый погружён в свои тяжёлые размышления. Кажется, что эти люди оказались здесь случайно и не по своей воле.
По лицу Валерия видно, что родные края и его собственная родня наводят на него тоску. С первых же минут появления он уже жалеет, что приехал. Единственное, что может его хоть немного развлечь – это возможность выпить вместе со старыми приятелями. Приятели обитают в общежитии, в компанию уже затесались какие-то девицы, и Валерий явно не против их общества. Не хватает только одного дружка, и подвыпивший Валера идёт в его комнату.
– И хде наш тигр? – жизнерадостно восклицает он, стараясь устоять на ногах.
Тигр – это вам ничего не напоминает? Сильный зверь, уверенный в себе. Ну конечно, это Павел! Оказывается, Павел и Валерий знакомы, только братец не в курсе, что Алиса крутит с Пашей любовь. А она как раз сейчас в комнате, за перегородкой, её не видно, но она-то сразу узнаёт голос брата и эффектно появляется перед ним.
Валерий меняется в лице и как-то моментально трезвеет. Очень двусмысленная ситуация, вы не находите? С одной стороны, Валерик чувствует необходимость проявить строгость, повоспитывать сестру, может быть даже посердиться на приятеля Пашу. С другой – он сам в уязвимом положении: оставив в Москве жену и сына, выпивает с левыми девицами, и это становится известно Алисе.
На некоторое время в комнате повисает тишина. Наконец, откашлявшись, братец спрашивает сестрицу:
– Что ты здесь делаешь?
– А ты? – интересуется Алиса.
– Это я тебя сейчас спрашиваю, что ты здесь делаешь! – заводится Валерий. – Сдурела, да? А тебе она зачем нужна? – это уже Павлу.
– Я жениться на ней хочу, – спокойно отвечает Павел.
– Ты посмотри на него внимательно! – с издёвкой говорит Валерий Алисе. – Ему же бабы будут на шею при тебе вешаться, а ты будешь стоять и ушами хлопать! И бросит он тебя через неделю! Я пошёл звонить матери! Вот придёшь домой, и отец тебе выдаст мужа и жену! – кричит он, не контролируя себя. – Ну – ка марш домой!!! – и бьёт кулаком о стол.
Алиса не обращает внимания на эту бурю, а Павел говорит тихо и с угрозой:
– Уже идёт.
Валерий вылетает за дверь. Алиса уныло смотрит в окно, она уже предчувствует, какой громкий и грязный скандал будет дома.
– Ну что, пойдём? – бодро спрашивает её Павел.
– Куда? – безнадёжно откликается Алиса.
– Замуж.
Это совсем другой поворот. Конечно, Алиса хочет выйти замуж за любимого. Но дома пьяный отец опять орёт, называя её портовой шлюхой. Алиса запирается в своей комнате, а отец колотит в дверь и кричит:
– Я из тебя дурь-то выбью!
Дверь сотрясается, Алиса вздрагивает, на лице – страх. Возможно, ей не раз доставалось от отца. Потом, как защитную маску, она надевает насмешливую улыбку. Постепенно гроза стихает.
Татьяна Петровна тоже не выказывает никакой радости от дочкиных новостей. Она хотя бы не кричит, но с удовольствием расписывает Алисе все прелести её собственного замужества:
– Да что ты в любви-то понимаешь? Вот я твоего папу любила, когда за него замуж шла. И трёх его братьев. Мать мне говорила – они тебя замучают едой и стиркой, так и вышло. А тут ещё куры, огород, Валера родился. Помощи никакой. Вот так любила!
– Ты уже сто раз рассказывала, – закатывает глаза Алиса.
– Ничего, ещё раз послушай!
На сценарий жизни женщины очень сильно влияют истории, которые ей регулярно рассказывает её мама. Татьяна Петровна постоянно твердила дочке о своей несчастливой семейной жизни, да и без рассказов это хорошо видно. Вопрос на засыпку: сумеет ли Алиса построить свою счастливую семью? Я сильно сомневаюсь. Наша героиня не знает, что это такое, не знает, как это сделать, и не видит никаких примеров вокруг себя.
– В общем, так: выбрось всё из головы. Вот получишь образование, а сейчас и говорить не о чем, – решительно заканчивает мать.
Алиса тут же придумывает, что соврать, чтобы настоять на своём.
– Мне кажется, я ребёнка жду… – опустив глазки, сообщает она.
– Чего? Дура малахольная…
Родителям приходится согласиться – с их точки зрения уж лучше замужество, чем внебрачный ребёнок. И вот Павел приходит знакомиться с родителями невесты. Садятся за стол. Атмосфера напряжённая. Наливают.
– Плохо пьёшь что-то, Павел, – упрекает будущего зятя Иван Семёнович.
Валерий неожиданно срывается на крик:
– Да вы посмотрите на него! – машет он рукой на Павла.
– На себя посмотри, чучело! – встревает Алиса, намекая на попойку в общежитии.
– А ты вообще заткнись, акселератка сопливая!
Родители совместными усилиями успокаивают старшего сына, и Татьяна Петровна приглашает снова выпить:
– Давайте за всё хорошее!
Обратите внимание, какую функцию выполняет алкоголь: им здесь пытаются заливать проблемы. Вместо того, чтобы обсуждать, решать, действовать сообща и находить наилучшие пути, члены семьи дружно опрокидывают рюмку за рюмкой. Мало пьющий Павел вызывает нарекания Ивана Семёновича.
Если бы каждая выпитая рюмка сопровождалась отрезанным пальцем, люди быстро пришли бы в себя и взялись за ум! Да, я шучу, но, как говорится, в каждой шутке есть доля шутки.
Мир, в котором мы с вами живём, всё наращивает скорость. Те, кто позволяет себе разжижать свою кровь и свою мозги, заливая туда алкоголь, очень быстро оказываются на обочине, наблюдая из канавы, как жизнь проносится мимо. А уж пытаться решать с помощью выпивки какие-либо проблемы могут только слабаки и неудачники. Нет, друзья мои, это не о вас – надеюсь!
Тем временем Валерию пора уезжать, и родители провожают его в аэропорту. Он уже прошёл внутрь, когда Иван Семёнович спохватывается, что не отдал сыну арбуз. И оба начинают звать сына обратно, пихать в руки арбуз в сетке.
– Как вы мне надоели, Господи Боже мой! – со злостью кричит на них Валерий. Можно было решить этот вопрос заранее, предупредив, что арбуз он брать не будет? Можно. Но лучше поругаться и покричать для разрядки.
Ему можно посочувствовать – родители не позволяют ему самому решать, что для него хорошо, а что плохо, что нужно, а что – нет. Аналогичная сцена будет с банками домашних заготовок, и ему придётся взять их тоже через безапелляционное давление матери. Человеку уже к тридцати, он сам отец, но мама с папой всё ещё считают его глупым ребёнком, нуждающимся в их руководстве.
– Да не хочу я! – отбивается Валерий чуть не со слезами. – Куда мне?!
Но его желания и сопротивление не имеют значения, сетка силком вручается бедняге, и он тащит её в самолёт. Вроде бы и живёт сын далеко, а всё равно – несамостоятелен, подконтролен. Родители, вместо того чтобы наконец отпустить его, продолжают тянуть к себе, не давая ему права на независимую жизнь.
Как только он уезжает, Алиса приглашает Павла переехать жить к ней. Дело в том, что в общежитскую комнату Павла въехал сосед – студент из дружественной страны, и наши голубки уже не могут там спариваться.
Павел собирает вещи и перебирается к невесте. Поставив сумку в Алисиной комнате, он негромко говорит:
– Теперь у вас начнётся новая жизнь, весёлая и интересная…
За ужином обсуждается предстоящая свадьба. Иван Семёнович расписывает, как всё будет происходить (машина с куклой, фата, сто человек гостей – как у всех!), но Алиса прерывает его:
– Мы решили, что ничего не надо.
– Чего не надо? – непонимающе спрашивает отец. – Как я людям в глаза смотреть буду? – начинает он гневаться.
Алиса подсовывает папеньке стакан водки.
– Папа, давай, выпей.
Она знает, что, выпив, отец скорее уснёт и оставит их в покое. Так и происходит.
Но вот следующая деталь: мама с дочкой разговаривают на кухне.
– Интересный он у тебя какой – то, – говорит Татьяна Петровна осуждающим тоном. – Я вчера огурцы солю, а он заходит. «Зачем столько?» — спрашивает. Я говорю – отцу на закуску. А он: «Вам нравится, что он пьёт?» Я говорю – нет, не нравится. «Ну а зачем же вы ему закуску готовите?» Как будто, если огурцов не будет, отец пить перестанет…, – пожимает она плечами.
Вот оно – зерно истины! Какая разница, что Татьяна Петровна на словах недовольна пьянством мужа – ведь своими действиями она его активно подталкивает к этому. Вот, дорогой, тебе огурчики, пей, не сомневайся. Я наготовила побольше закуски – пей от души! У Татьяны Петровны есть своя выгода в этой ситуации, поэтому она и старается её сохранить. Какая выгода? Подумайте сами, дорогие читатели, вы наверняка уже догадываетесь.
Непонимание и неприятие между Павлом и родителями Алисы растёт с каждым днём.
– Почему у тебя родители такие тупые? – спрашивает он Алису.
Но это неправильная постановка вопроса. Родители такие, какие они есть. И другими не будут. Большая ошибка – жить с ними на одной площади. Двум самцам не следует обитать на общей территории, тем более что один из них не способен контролировать свои эмоции, а второй слишком молод и самоуверен. И скоро это сосуществование приведёт к трагедии.
Совместное проживание с родителями – это тоже из категории того, чего делать нельзя. Любить и уважать родителей нужно на расстоянии, а свою семью строить отдельно. По своим правилам, а не по родительским. Пусть в стеснённых условиях, но самостоятельно. Нельзя менять независимость на материальное обеспечение. Сами, сами, друзья мои! Иначе невозможно стать Взрослыми!
Алиса с подругой Катей слегка выпили, и Алиса плачет:
– Мне выть хочется! Как же жить дальше?!
Бедняжка находится между молотом и наковальней – она и жениха любит, и родителей тоже, какими бы они ни были. Их разногласия разрывают ей сердце. Вот тут бы Паше проявить взрослость и вернуться обратно в общежитие вместе с любимой. Вопрос с соседом можно было бы легко решить, это пустяк. Но Павел, очевидно, сам не готов взять на себя решение проблемы проживания.
И очень скоро происходит то, что не могло не произойти, ибо для этого были созданы все условия. Очередная ссора между Иваном Семёновичем и Павлом:
– Уйди, гад, из моего дома! – орёт пьяный Иван.
– Задавлю! – не остаётся в долгу Павел.
Иван хватает со стола нож и всаживает в бок будущему зятю.
Нет, не насмерть. Павел в больнице. И уж тут без скорой помощи и без милиции не обошлось. Всё же поножовщина – уголовное преступление, и следователь должен собрать показания свидетелей, провести допросы.
– Павел сам во всём виноват, – убеждает Алису Татьяна Петровна. – Ну почему папа должен отвечать?
Она уговаривает Алису заявить в милиции, что Павел сам напоролся на нож. Алиса сопротивляется, не хочет она врать, не хочет предавать любимого человека. Но мама не сдаётся. Срочно вызван Валерий – снова! – и мать требует, чтобы он, как врач, выписал рецепт на антидепрессанты для сестры. Чего проще – накачать дочку таблетками, довести до полувменяемого состояния, тогда и заставить её дать «правильные» показания будет легко.
Жаль Алису, правда? Какая исковерканная жизнь! Она, притворившись, что послушно принимает таблетки, тайком от матери выплёвывает их. Поэтому нужный Татьяне Петровне эффект не наступает. И вот в одной из ссор мать в сердцах выплёскивает из себя страшные слова:
– Ты не дочь! Ты выродок! Я тебя и рожать-то не хотела, это всё отец настоял – девочку ему захотелось! Да лучше б я аборт сделала!
А Валерий добавляет:
– Пусть, пусть она знает – её родили, чтобы квартиру получить!
Каково слышать такое от близких людей? Кто сможет выдержать такой поток ненависти? Эх, родная семья…
В общем, трое против одного – Алису додавили, и маменька отвела её в отделение милиции, научив, что нужно говорить: якобы Павел выпивал, скандалил, бил Алису, а отец, наоборот, практически трезвенник; Павел угрожал Ивану Семёновичу ножом и сам себя порезал.
– Ты всё сказала, как я тебе велела? – жёстко спрашивает Татьяна Петровна, когда Алиса выходит из кабинета следователя, и тут же суёт дочери таблетку. – Видишь, как всё хорошо получается!
Дома маменька предлагает дочке выпить водочки, а потом уходит в свою комнату. Алиса громко рыдает на кухне от безвыходности и от сознания собственного предательства, но мать не обращает на это внимания, делая вид, что не слышит.
Что происходит дальше – опять же, не могло не произойти. Алиса принимает несколько упаковок антидепрессантов, запивая их водкой, в надежде, что её страдания таким образом закончатся.
Случайно появляются дома Валерий и сбежавший из больницы Павел. Валерий, увидев пустые упаковки, тащит сестру в ванную комнату и заставляет пить воду, чтобы промыть желудок.
Через некоторое время из спальни выходят сонные родители, удивляясь, почему такой беспорядок и что за шум.
– Всё хорошо, все дома, всё нормально, – успокоительно бормочет Татьяна Петровна, не обращая внимания на встревоженного Валерия, мокрую и бледную Алису и больничную пижаму Павла. Как будто так и должно быть. – Паша, бок не болит?
Постепенно все расходятся по своим комнатам, кроме Ивана Семёновича. Он сидит на кухне за столом, потом, скривившись, хватается за сердце и сползает с табуретки на пол.
– Валера… Алиса…, – хрипит он и, дёрнув ногой, застывает.
Никто и не заметил, что он умер.
Из маленьких деталей сложилась страшная картина, друзья, до ужаса страшная… Вся история – о том, как близкие люди убивают друг друга, отравляют друг другу жизнь, ломают души. Как губят, притворяясь, что помогают; ненавидят, притворяясь, что любят.
Можно сколько угодно предполагать, как сложится дальнейшая судьба нашей героини. Но сценарий задаёт определённые выводы. Надеяться можно только на одно: Алиса достаточно молода, чтобы попытаться очиститься от яда, который с детства вливали в её организм; он ещё не проник во все поры тела и пока ещё не управляет полностью её мозгом.
Пожелаем ей найти в себе силы для изменений, а вам я предлагаю выполнить одно непростое задание. Я неоднократно упоминал в этой повести, что не надо поступать так, как поступают её персонажи. Напишите – чего именно не нужно делать. Перечитайте повесть снова, найдите важные для вас мысли, и пусть каждый из вас составит свой список: как нельзя жить.
А составив, держите этот список поблизости и заглядывайте в него почаще.
И пусть всё у вас станет лучше, чем было.