Измерения Тайн

Вэлери Эл
Измерения Тайн

Спустя считанные секунды, Мэнди уже ослепила игривой улыбкой.

– Тебе стоит пойти в книгохранилище, Альфред может проверить. И, если тебя там не будет, я не завидую.

Брюнетка вышла вперёд, виляя бёдрами, но остановилась.

– Спасибо, – с теплотой в голосе произнесла она, отчего в сердце защемило, и удалилась в свою комнату.

Мне пришлось последовать совету Мэнди.

В книгохранилище было великое множество пыльных полок, которые я должна протереть и разобрать. Сгрузила тяжелые сборники и учебники на продолговатый стол, не забывая чертыхнуться про себя.

Их тоже не существует. Чёртиков. Как и Бога. И что же говорят в Измерениях, вместо этой всем известной фразы верующих на Земле? «О Крэдор»?! Как унизительно. Ясно, с чего ни одно существо не выбросило похожее изречение.

Книги упали с грохотом, привлекая внимание. Я почувствовала на себе взгляд леденящих душу глаз. Лопатки сомкнулись в нервозном вздрагивании. Повернула голову с быстротой, которая только была возможна. В кресле развалился Эдгар, что-то выписывая на листах в книге. Он сделал безразличное лицо, будто и не знает о моём присутствии.

Всё-таки я знаю одного чёрта.

Во мне начал закипать гнев за все наши с ним встречи, которые ни разу не увенчались успехом. За его выходку перед лекцией. Ненависть к его пассии тоже относилась теперь к Лидеру Тьмы. Если бы взглядом можно было обжечь, то на его месте давно бы красовалась чёрная дыра с угольками и запахом табака.

– Для тебя это всё игра? Из-за тебя я буду сидеть в этом чёртовом месте, перебирая ветхие заветы! И для чего ты это сделал?! Чтобы повысить за счёт Номерной и без того завышенную самооценку?!

Мужчина даже не повёл головой. Он вдумчиво смотрел на книгу, не замечая ни мою персону, ни обращённой речи.

Со всем раздражением я подошла к Эдгару и подкинула вверх его листы, так что они подлетели до уровня моего лица. Может, так заметит? Мужчина поднял на меня свои испепеляющие чёрные глаза, наградил довольно жёстким взглядом, а через мгновение скривился в самодовольной ухмылке.

– Эмили Лодсон, – его глаза снова потухли, вернув себе привычный, хрустальный цвет.

– Надо же, ты запомнил моё имя. Для твоей высокопоставленной персоны это, видимо, прогресс.

Глаза Эдгара вновь вспыхнули в чёрной агонии, что теперь показалось мне опасным. Но я по-прежнему предпочла выводить мужчину из себя, демонстрируя дерзкую ухмылку и копируя его же поведение.

– Если я ради развлечения позволил тебе дерзко при мне себя вести, то это не значит, что тебе позволено так разговаривать вечно.

Тёмный схватил книгу, в которой что-то писал, и продолжил делать вид, что меня не существует. Будто перед ним не стоит девушка, с потребностью уничтожить его персону на месте.

– Интересно и что ты мне сделаешь?

– Тоже, что и Гоголь со вторым томом «Мёртвых душ», – мои брови слегка вздрогнули.

– Ты читал произведение? Земное? – недоверие сквозило с неким отблеском восторга.

Ни одно существо не поднимало со мной тему искусства или книг моей прошлой жизни. Её открыл тот, кто не переносит смертных. Ирония пронизывает наши реплики.

– Советую замечать угрозы, несмотря на романтизм в моих фразах. Если тебя восхищает то, что я за свои века прошёлся взглядом по Земному творению, мне следует выражаться более простым языком. Гоголь сжёг второй том в считанные секунды. Ничто не мешает мне сделать тоже самое с тобой, Номерная, – излишне много фраз для Лидера Тьмы. Впрочем, преисполнены грубостью, что соответствует стандарту.

– Самовлюбленный дьявол, – произнесла я себе под нос, считая, что не сказала этого вслух. В чём очень ошиблась.

Глаза Лидера вспыхнули яростью, он незамедлительно схватил меня за горло и прижал к стене. По кончику носа прошёл аромат знойного дыхания востока. Я ощущала его горячее дыхание всем телом, а бешеные глаза смотрели в мои с выраженным презрением и чем-то ещё…

Нет. В этих холодных глазах более ничего нет.

Когда его взор перешёл на губы, он яростно прошипел, буквально выплюнул фразу, полную угрозы.

– Не смей.

Лидер Тьмы отпустил меня резким рывком. Мой первый вдох за эту минуту был вынужденным наслаждением. Я наблюдала за фигурой, вышедшей из хранилища книг размеренной походкой. Не могу сказать, что мне было больно находиться под давлением рук Лидера Тьмы. Его движения вокруг шеи были больше ленивые или отстранённые, нежели агрессивные. Однако тембр голоса… Этот размеренный и твёрдый тон угрозы оставил ком в горле.

Мой взгляд переместился на мраморный пол, где располагалась груда упавших древних книг и учебников. Сгустки пыли всё ещё кружились в воздухе. Запах древности и праха смешался с горьким ароматом бурбона.

Подняв взор на стол из такого же материала, мои глаза вспыхнули детским интересом. Тёмный оставил на месте свои записи.

Уголок губ довольно пополз вверх. Любопытство одержало победу над разумом, и я протянула руку в поисках чего-то увлекательного.

Переворачивая листы пергамента в руках перед лучами солнца, всё, что я увидела, так это белые и чистые листы. Таков был пергамент по всему объёму книги с толстым ветхим переплетом.

Прокручивая диалог между мной и Эдгаром Двэйном, я поймала себя на мысли, что он, пожалуй, единственный, кто сможет предоставить мне возможность увидеть дом. Это одновременно радовало и пугало.



Создалось впечатление, что лекция Стража Света на тему запретов будет длиться вечность. Скучая, я сидела с Каем за партой, пропуская очередную порцию его непристойных шуток. К удивлению, пришла вовремя на лекцию впервые. В моей голове прокручивался утренний сон. Я уже стала привыкать, что перед тем, как проснусь, передо мной пронесутся отрывки воспоминаний или странные и пугающе сны. На этот раз это были ничего не значащие моменты с университета и семейного круга до появления Кристофера в жизни мамы.

Не могу сказать, что мы были близки, но отстранённость усилилась при его появлении. Да и мне было не так важно существование стены непонимания, между нами. Однако сейчас я непременно осознавала то, что готова пойти на всё ради того, чтобы увидеть её дома счастливой. Пусть наша безучастность в жизни друг друга хоть сейчас проявит себя в положительном ключе, но для этого мне нужно уговорить Эдгара помочь. Этого циничного нарцисса, который не собирается ничего предпринимать без извлечения выгоды для себя. Только при одном упоминании о его персоне, даже того горького аромата, мне становится не по себе. Вся моя ненависть вперемешку с раздражением вскипает, но… его пылающие глаза… Эти чёрные угли накрывают чувства лавиной обжигающего льда, наводят оцепенение.

– Ты вообще меня слушаешь, Номерная? – пробурчал Кай над ухом, показывая своё непонимание и лёгкое раздражение.

Я перевела отстранённый взгляд на соседа, заценив его пепельно-русые кудряшки натянутой улыбкой.

– Да, продолжай, – рефлекторно пыталась сконцентрироваться на друге, а не воспоминаниях.

Кай вернул спокойный вид и продолжил.

–… и когда эта Ванесса пригласила меня на бал, я сбежал. Твоя подруга не понимает намеков, чем немного раздражает.

Кай специально потянул гласные в слове «немного», чтобы вернуть мою внимательность к его персоне.



– Она не моя подруга

, – словно отрезав, сказала я, не отрываясь от пергамента, в котором старалась изобразить иероглиф, означающий тему предмета.


Закон.

Писание и изучение языка Измерений получались у меня хуже любого нового увлечения. Я старалась выводить каждую чёрточку, но они были излишне корявы. Рука дрожала, пока ею проводила черту между первым и завершающим иероглифами. Данная полоса означала границы одного слова. Так называемая «точка», как сказали бы на Земле, выделяется в языке Шести Измерений в виде странной закорючки. В местности не актуально понятие «точка», как заключение предложения в пунктуации. «Завершение мысли» – так твердит Страж Альфред, рисуя благородную извилистость. Запись именно рукой Учителя Света выглядит изящно.

Единственное, что снижает степень моего волнения, облегчая дыхание нервно вздымающейся груди, посредственное обладание навыком письма учащимися не является редким зрелищем. Большинство не пользуются пергаментом, прибегая к устной речи, язык которых заложен при рождении. Эта удивительная особенность поразила меня сразу, как только сюда попала. Замечая необычность звучания и словотворчество языка Шести Измерений, я его понимаю и прекрасно говорю. Позже узнала, что барьер языка Землянина, появившегося в Шестом Измерении, рушится и видоизменяется. Своеобразный дополнительный навык, проявляющийся по мере необходимости.

Так называемое «завершение мысли» вышло кривым, я отложила перо на мрамор со звонким звуком.

– Постой. Ты сказал бал?

На этот раз я, полная внимания, окончательно развернулась к фигуре парня возле меня, от которого веяло искристым потоком цитрусовой свежести. Кай демонстративно закатил глаза.

– А говорила, что слушаешь, – после того, как я бросила выжидающий взгляд, парень шутливо вздёрнул подбородок, смиряя меня томным взглядом. – Бал по случаю появления новых Номерных, прошедших испытание. Хоть что-то в вас полезное.

Кай подавил смешок, предвидев, что эта фраза была лишней. Мерзавец выговорил её специально с растяжением гласных, ожидая моей насыщенной реакции. Я приняла безразличный вид, будто фраза пролетела над острым кончиком уха.

– И когда будет бал?

Парень перенял мою отрешённость, наигранно переведя тему разговора.

– Вижу, тебе не быть автором книги в наших хищных местах.

Чёрные глаза прошлись по выведенным мной закорючкам. К сожалению, иначе это было невозможно назвать.

– Впрочем, саморазвитие происходит через саморазрушение.

 

Я встретилась с игривым взглядом, вскинув густые брови.

Кто бы подумал. Легкомысленный парень с кудряшками умеет быть мудрым и рассудительным. Просто философ!

По всей видимости, Кай уловил мои размышления, бросив свои скулы в плен смущения. Парень стиснул зубы до той степени, что желваки затвердели. Мы заинтересованно смотрели друг на друга около десяти секунд. Оба были смущены своей открытостью.

– Не знаю, зависит не от меня. Но думаю скоро. Обычно он проходит сразу же после появления Номерных. Тебе следует найти пару.

После сказанного парень заговорщицки улыбнулся. Мне осталось отзеркалить действие, уловив на себе мысль о том, что мы вернулись к интересующей меня теме.

– Понимаю, что в качестве своего кавалера ты бы хотела видеть меня, но меня на всех не хватит, – игриво подмигнул Кай, наигранно прижав руку к сердцу.

Высказывание вызвало у меня искреннюю ухмылку. Носик вздрогнул в кроткой конвульсии.

– Больно нужно. Тем более я знаю, кого пригласить.

Моими мыслями завладел парень с шоколадными локонами волос. Шлейф свежего дыхания морского бриза прошёлся по отголоскам памяти. На чувственном ложе древесных и мускульно-амбровых оттенков сочетался высокий силуэт, распределяющий Свет. На секунду показалось, что Лайт находился по правую руку, от этого я развернулась назад, встретившись с хитрой ухмылкой Мэнди.

– Ну-ну, – парень бросил на меня дерзкий взгляд и направился к выходу из книгохранилища.

Тогда я поняла, что лекция окончена. Потупив взгляд в одну точку, я обнаружила, что осталась в одном помещении с Альфредом. Мысль о побеге, как никогда искрилась в моей голове. Я повернула тело и медленно было направилась к выходу, но меня остановил властный голос.

– Лодсон, вы, сдаётся мне, должны отбывать наказание. Разберите стеллаж в конце помещения.

От одной мысли, что можно было сбежать от разговора с грозным Стражем Света, даже для исполнения наказания, отдалось чувством облегчения. Я незамедлительно покинула учителя Света и кинулась к пыльному стеллажу. Создалось впечатление, что Альфред выбрал самый ветхий. Очень пыльный, будто к нему не подходили века.

Этот стеллаж старше меня во многочисленное количество раз. Что уж говорить об окружающем меня хаосе.

Превозмогая отвращение, я принялась сортировать книги с нижних полок, плавно переходя наверх. Учебники и рукописи были древними. Я опасалась, что они превратятся в пепел при моем прикосновении. Водила тонким пальцем по каждой мягкой и плотной обложке, словно пробуя её на ощущения. Тысячи неизвестных мне иероглифов окружали каждый отсыревший и пожелтевший лист.

Моё внимание увлекла рукопись, обложка которой выделялась из всего ряда книг. Толстый корешок скреплял каждый лист, который сливался с алыми чернилами. Золотые иероглифы по периметру так и будоражили сознание и требовали открыть рукопись. Моё любопытство затмило разумное отношение к простому заданию учителя. Не предвещая беды, раскрыла рукопись, зажмурив нос от атомного гриба пыли. На первой странице не было текста, смысл которого я бы всё равно с трудом уловила. Лишь небольшая пометка «Вальтер», выведенная алыми чернилами, несколько потёкшими от времени. Это имя определённо было мне знакомо, но я не могла вспомнить откуда. Чтобы разобраться в хранилище памяти Измерений, я начала пристально пролистывать книгу.

Большинство листов были заметно вырваны. Каждый иероглиф бросался в глаза, в голове всплывали некоторые ответы, зачастую неверные и неточные. Переводила я лучше, нежели писала кучерявые завитки.

Следующая страница впечатлила меня, заставив вспомнить тот жуткий сон. Сон, в котором моя Кейлли тянет свои безжизненные руки с горящими венами и повторяет свою причину смерти.

Из страницы на меня смотрел силуэт человека, если было возможно так сказать. Весь силуэт был нарисован чёрными красками, создавая эффект тумана. На его лице не было никаких частей, как говорила моя знакомая из столь явного сна. Я начала ощущать, как паника, постепенно нарастая, завладевает мной. С нервной дрожью я переворачиваю листы злополучной рукописи, но все они имеют желтый оттенок, выдавая свою античность и пустоту.

Оставшиеся страницы не имели надписей и рисунков. В моих мыслях витал звонкий и сумасшедший голос знакомой «Вальтер вернулся».

Не заметив, как чья-то сильная рука дёрнула меня за плечо и резко развернула, я вскрикнула.

Передо мной, словно статуя, предстал Эдгар с разъярённым лицом, он, не отрываясь, смотрел на книгу. На расстоянии меньше метра я почувствовала характерный аромат мужчины, а ещё взаимную неприязнь или даже вражду.

– Номерная, какого черта ты здесь делаешь?!

Изогнув бровь, я собрала всю гордость и независимость, безусловно ненависть к его персоне.

– Не твоё дело, – тональность голоса звучала недостаточно убедительно, судя по насмешливому взгляду со стороны Эдгара.

Его тело, тон голоса и движения не проявляли никаких эмоций, разве что, безразличие и отчуждение. Но чёрные, покрытые мглой, глаза выдавали внутреннюю обеспокоенность.

– О чём тебе это говорит? – спросил Лидер, показывая чуть заметным кивком на рисунок в книге.

– Это не так важно. Альфред сказал разобрать стеллаж, кстати, по твоей вине. Пока сортировала книги, заметила эту. Больше ничего.

– Это не шутки, Лодсон. Я удивлён тому, что ты вечно появляешься на моём пути, – Эдгар с силой схватил меня за запястье, где был вбит мой номер, выражая своё негодование. – Что не так?

Верхняя губа изогнулась в раздражении, я отдернула запястье, но жестокая хватка Тёмного не исчезла. Тогда посчитала, что будет логично рассказать о своём сне и огласила краткую суть на одном выдохе.

От каждого моего слова глаза Лидера Тьмы разгорались в пылающих чёрных огнях смерти. Таким разъяренным я его ещё никогда не видела.

Живым.

Эдгар натянул безразличную ухмылку, отпустив мою руку с такой же небрежностью, что и горло в прошлый раз. Следует охарактеризовать наши встречи: одним пыльным местом, одинаковыми язвительными фразами и одним и тем же чувством пренебрежения. Тёмная тень пошла в сторону выхода. На одинаковый исход этих «рандеву» я не соглашусь. Мне нужна информация взамен. На свой риск я подбежала и отдёрнула его за плечо, пытаясь развернуть. Только тщетно, мужчина не сдвинулся ни на миллиметр. Он стоял камнем, который, казалось, может взорваться.

– В чем дело? Эдгар, мне жутко от мысли, что это существо может проникнуть в мой разум, как сделал с Кейлли.

Моя рука вздрогнула, как и мягкие губы, сжатые в одну полосу, будто я и сама не ожидала такого признания. В тот момент мне показалось, что я впервые обратилась к нему по имени. Предположим, это стало не самым правильным поступком, который я когда-либо совершала.       Когда ко мне повернулся Тёмный, увидела только разъяренные глаза. Скинув мою руку движением презрения, взгляд Лидера Тьмы переменился на безразличный. Пара хрустальных глаз смотрела на меня, не выражая ничего. Спустя длительное молчание Эдгар Двэйн слегка пафосно произнёс развёрнутые фразы, которые были ему так не свойственны.

– Несколько веков назад наш мир создал Крэдор. Думаю, Альфред уже повествовал историю вашему Измерению.

Мои щёки вспыхнули алым цветом от понимания того, что я не внимательно вслушивалась в лекции Стража Света. Однако я не решалась сказать это Лидеру и ответила тем, что мне было известно.

– Да, Крэдор создал этот мир от вспышки боли, кажется.

– Верно. Но никто не упоминает, что в истории было два Создателя, – анализирующий взгляд Эдгара прошёлся по мне. Затем его размеренный и бархатистый голос продолжил. – Его брат – Вальтер, – Эдгар кивнул в сторону книги. – Крэдор был на стороне света, а Вальтер – тьмы. Их мнения вечно расходились, и в Измерениях терялось равновесие. Не знаю, что они не поделили, но, как видишь, Вальтер в заточении на Земле в не лучшем обличии. Он довольно сильный, вероятно, нашёл способ вернуться. Я не верю в то, что создатель поступил честно. Но, если Вальтер вернётся в мир бессмертных, нас ждёт хаос. Его месть поглотит все Измерения.

Эдгар, закончив повествование, развернулся и степенно пошёл в противоположную от меня сторону, но перед выходом остановился. Так же не поворачивая корпуса головы в мою сторону, произнёс с нескрываемым недоверием.

– Не советую тебе делиться впечатлением о своём сне с кем-либо. Мы же не хотим посеять панику.

– Откуда ты это всё знаешь? – нерешительный шёпот прошёлся по безлюдному книгохранилищу.

– Идёт трехсотый век, как я выкристаллизовался во Втором Измерении. И не забывай, кто мой отец.

Эдгар, не ожидая ответной реакции, вышел из книгохранилища, оставив меня со своими мыслями наедине.

На счету его жизни триста лет. Люди рождаются, «появляясь на свет», как утверждают на Земле. Этот дьявол родился, появляясь в объятьях Тьмы.

Остаток времени перед сном я провела, отдыхая в нашей с Мэнди комнате. Мы проводили секунды своей бесконечной жизни на одной кровати и болтали обо всём.

Эта бессмертная повествовала о своих отношениях с Рональдом, предстоящих балах, об обожаемом отце, Страже Смерти Эзэлстане. Значение имени, которого, «благородный камень». Я была едва способна произнести его правильно. Только существо с каменным характером способно выполнять обязанность по переходу бессмертных в мир Небытия. Это и есть его основная задача на посту во Втором Измерении.

Мэнди болтала много, но поверхностно. Все мои уточняющие вопросы умело игнорировала, меняя тему. Недосказанность читалась в её глазах, но я старалась не обращать внимание на подобное поведение. Мысль о том, что брюнетка старше меня на несколько веков и я для неё – лишь миг в бесконечности, удручала, но я вновь натягивала маску улыбки. И да. Я всё-таки научилась улыбаться глазами.

Порой, я делала вид, что слушала подругу, читая книгу с историей этого странного мира. Стараясь прочитать, честно говоря, так как многие иероглифы были мне неподвластны.

«Саморазвитие происходит через саморазрушение».

Высказывание дерзкого наглеца врезалось мне в память, когда я откладывала перо в немом проигрыше. Однако уже спустя минуту вновь хваталась за тонкую рукоять с острым концом грубым нетерпеливым движением.

Пробегая по желтым страницам пергамента, я надеялась, что найду что-то интересующее меня. Что-то об этом пугающем сне или судьбе Кейлли.

К моей неудаче, попытки оказались тщетными. Я провалилась в сон, который, вероятно, повергнет меня в шок.




Я открыла глаза от плавных движений на моем лице. Тяжёлая ладонь Тёмного скользила по моей щеке.

– Какого дьявола ты здесь делаешь?! – мой крик смешался с сонной хрипотой.

Эдгар стоял невозмутимо. Он размеренно изучал меня своим отстранённым взглядом, проходя по каждому сантиметру плоти. Под его взглядом я чувствовала нереальную лёгкость. Я не ощущала конечностей. От злости постаралась поднять руку и замахнуться по его лицу.

Мою ладонь поймали мощные пальцы, сжимавшиеся на запястье. Большим пальцем он прошёлся по ненавистному для нас обоих номеру. Рывком он приблизил моё лицо к своему, так же грубо, как любой неживой предмет. В его манере.

Вновь врезался острым клинком уже знакомый характерный запах, отчего моя голова отказывалась что-либо понимать. Лидер Тьмы стоял относительно меня настолько близко, что по всему телу непроизвольно прошли холодные мурашки. Эдгар продолжал приближаться, пока расстояние между носами не достигало чуть больше сантиметра, а мое дыхание не участилось в такт беспорядочному участившемуся сердцебиению. Тёмный произнёс то, от чего меня бросило в жар.

– Это я.

Короткое высказывание повисло эхом в покоях.

– Что?

Но было поздно. Жаркие руки трясли меня в агонии.

– Это я! Номерная, ты та ещё бестия!

– Что?!

Только тогда я по-настоящему открыла глаза из-под густых ресниц. Жадный грудной всхлип связан с началом нового дня. Разъяренное лицо Мэнди изменилось с ощущением облегчения.

– Ты чем-то взволнована? – от вопроса из моих сонных уст подруга бросила ошарашенный взгляд на мою фигуру, затем перейдя на спутанный комок волос.

– Ты практически ударила меня во сне! Что, чёрт возьми, тебе снилось?!

Происки и игры моей больной фантазии.

Меня удивил тот факт, что я огорчилась при этой мысли. Как иронично.

– Даже не хочу слышать, что тебя заставило так кричать!

Поверь, Мэнди, ты точно этого хочешь, но знать это не обязательно.

– Собирайся. Сегодня мы спускаемся на Землю.

Мэнди швырнула в меня боди, которое явно не годилось для обычной прогулки по парку или похода в театр, например.

 

– Ты явно не отведёшь меня домой, значит…

– Да, смышлёная ты наша, мы идём в клуб Эдгара.

От одного упоминания его имени мне стало не по себе. Ресницы вздрогнули в нервной судороге, а сердце сделало яркий удар, который я почувствовала всем телом. Нельзя было показывать свои эмоции.

– Ты проводишь в заведении всё свободное время.

Не вопрос, констатация всем известного факта. Смерила брюнетку оценивающим взглядом. Её блестящие кудри были слегка взлохмачены, по всей видимости, мой всхлип ее привёл к бодрствованию.

– Что ж. Я не прочь провести с тобой один день моего бессмертия, – надела на лицо что-то на подобие улыбки.

Моя соседка непонимающе ухмыльнулась уголками губ и продолжила прокрашивать длинные ресницы.

Я оттолкнула её миниатюрный стан от зеркала, создавая себе пространство для творчества. Тёмно-русые волосы в растрёпанном состоянии, но выглядят терпимо. Пару легких движений, они были приведены в надлежащий вид. Я накрасила губы помадой естественного оттенка, параллельно изучая ровную осанку соседки.

Между прочим спросила о времяпровождении и увлечённостью хозяина клуба собственным имуществом, получив достойный и размеренный ответ.

– О нет. Эд бывает в своём заведении крайне редко. Он же Лидер. Для него вечные тренировки и чтение учебников для изучения новых наук – самая комфортная среда. Тем более он всегда предпочитал книги любому обществу. Думаю, сегодня его не будет. Ты собралась?

Увидев мой положительный взгляд, подруга схватила меня за руку таким же небрежным движением.

В духе Лидеров Тьмы.

Темнота казалась уже довольно привычной в моей жизни. В эти секундные погружения в неё я улавливала чувство гробового спокойствия. Впрочем, игривые эмоции Мэнди вечно выводили меня из этого состояния, что иногда несколько расстраивало, но не на долго.

Мы оказались перед элитным заведением.

Уголки губ поползли вверх в предвкушении веселья. Я распахнула двери, и моё желание уйти усилилось. Один из уголков опустился, оставляя ухмылку раздражения.

На излюбленном месте вальяжно сидел Двэйн со своей свитой. Его рука лежала на колене самодовольной Селены. Тёмный что-то не спеша рассказывал, вся его компания, не моргая, слушала. От этого зрелища и чрезмерного почитания Лидера Тьмы у меня чуть не произошёл рвотный позыв.

– Пойдём к барной стойке, – прошипела я Мэнди, оторвав взгляд от Лидера.

Подруга подошла к бармену с игровой улыбкой. Спустя считанные секунды перед нами оказались два коктейля. Брюнетка взяла коктейль и незамедлительно направилась в сторону кожаных диванов. Я повторила её действия. На моем лице засияла искренняя улыбка, заметив знакомые лица.

Ронни и Кай помахали, развалившись на холодном диване. Лайт галантно поднялся, поприветствовав меня.

– Что, на Землю тянет, Эмили? – кто-то из спутников спросил. Но судя по дерзкому тону это был определённо Кай.

Я лишь взглянула исподлобья на Лайта с Мэнди. Не была точно уверена, кто из них проболтался.

– Я лишь хотел, чтобы твои друзья отговорили тебя от этой затеи, – виновато произнёс Лайт, проведя рукой по шоколадным волосам.

– Определённо не стоит этого делать, Эмили. Ты просто не представляешь, чем это может обернуться! – процедил Рональд.

От излишней заботы и так называемого «наставничества» меня перекосило. Губа все больше вздувалась в раздражении.

Они будут мешать.

Не в моих ближайших планах посещать прошлый дом, – натянутая улыбка, подрываемая желчью. – Настоящий здесь.

Я лгала.

По лицам собеседников было заметно недоверие, но никто не стал оспаривать мое заявление: Лидеры Света – потому что честность и открытость в их крови; Тьмы – вероятно знали, что меня не переубедить.

Мэнди умело перевела тему, но я её уже не слушала. Смотрела в сторону нетронутого бокала с бурбоном. Знакомое чувство вновь вызвало замешательство. Стараясь сбежать от внутреннего неравновесия, я заставила свой разум думать о другом. Например, о последних событиях, не включающих это. В мой разум врезались отрезки памяти о Кейлли. Её мертвенная рука так и просила помощи. Я уловила взгляд Лайта на себе и потянулась к его уху.

– Стоит поговорить.

Его недоумевающее лицо кротко кивнуло. Осторожно встав, он направился в угол помещения, где ничего не было, кроме пугающей темноты.

Только мы остановились, пара синих глаз смотрела на меня из темноты с немым вопросом. Без длительных пауз я рассказала Лидеру о пропаже Кейлли, свой сон и странную книгу, обнаруженную в книгохранилище. Я только не упомянула об участии Тёмного со своим вмешательством в эту историю, зная об их неприязни. Лайт слушал без вмешательства в мой рассказ. После окончания он вдумчиво смотрел в мои глаза, но по его взгляду было понятно, что он витает в своих мыслях, хоть и находится физически здесь. Продолжительность паузы и повисшей в воздухе тишины затянулась, потом неторопливо он заявил с трезвым спокойствием.

– Когда Номерные проходят испытание, его внедряют в голову. К ним приходит главный страх всей их жизни. Задача бывших смертных справиться с ним. Во время прохождения испытания твоя подруга…

Даже в темноте, где были едва заметные контуры лица Лидера, я смогла разглядеть взгляд сожаления.

– … не выдержала. Но её вторая смерть значительно отличается. Её руки, вернее вены. Они были покрыты чем-то чёрным, как в твоём сне. Такой феномен происходит при переходе в Лидеры Тьмы, но Номерной это не грозило, – и всё-таки в этом добродушном силуэте существует крапинка самодовольства и надменности. – И, если по твоему рассказу её первая смерть произошла из-за Вальтера, – парень продержал долгую паузу и продолжил. – То это значит, что он настолько силён, что может показаться видимым. Собрать свой облик, поглощая энергию людей, тем самым лишая их жизни. Возможно он способен попасть в любое Измерение. Соответственно, Шесть Измерений на грани катастрофы.

– Если он уже попал?

Фигура Света в тени вздрогнула и развернулась ко мне, встретившись взглядом. Даже во тьме его глаза сияли чистой гладью моря. А прохладно-прозрачный аромат щекотал нос. Ответа не последовало, чему я не удивилась, ведь известной истины не существовало.

– Предлагаю для начала посетить собрание Конфидантов. Моя мать обмолвилась, что перед балом, посвящённый Номерным, в башне собираются Конфиданты Пяти Измерений.

В глазах Лидера Света загорелись детские чёртики. Конечно же я уверенна, он считал, что идёт на благородное деяние.

– А кто вечно следует правилам? Как понимаю, нас не приглашают на собрание.

Ухмылка Лайта превратилась в детскую шалость, но тут же Светлый посерьёзнел.

– Эмили, это важно. Только вряд ли кто-то будет верить словам из сна о мёртвой девочки. Все Конфиданты не верят в его существование, от того, что боятся. Лучше проверить обстановку. Ты со мной?

Ожидаемо и приятно. Тёплая волна морского бриза раскатилась по мне в спокойствии и решительности.

– Спрашиваешь?!

Я улыбнулась краешками губ парню, заострив внимание на его кудрявых шоколадных волосах. Взор медленно спускался на тёмный, от тени помещения, лоб. Медленно перетёк в глаза. Я рассматривала их глубокие очертания несколько секунд, пока не уловила взаимный. Ресницы заметно вздрогнули, я отвела взгляд, стараясь остановить внимание на чём-то ещё.

Спасением стали складки на платье. Казалось, я могла проводить рукой до образования дыр, дабы любопытство парня было адресовано не только к янтарному зеркалу души бывшей смертной.

– Эмили, – спокойный тон без намёка на приказ побудил к желанию поднять это «зеркало» на уровень глаз Лайта. – За всю жизнь я никогда не решался на подобные действия, полярные закону Шести Измерений. Сейчас я без доли сомнения определил, что выявление истины – это благородное дело, утрировано, но факт.

Парень вновь запустил свою руку в волосы, обнаруживая мой взгляд на себе. Лайт расплылся в белоснежной улыбке.

– Ты влияешь на меня далеко не в Светлую сторону, Эмили Лодсон.

Казалось бы, забавная шутка, но меня загнала в угол секунды на две.

– Нас обыскались, – дрожащим от смущения голосом пробормотала я.

Неземная красота бессмертных заставляла проваливаться в неё. И сейчас один из её представителей смотрел так, словно способен прочитать всю меня. Словно в моей голове копаются мягкие волны, успокаивая. От подобных ощущений я нашла пристанище в мраке мраморного пола.

От резкого перехода белоснежная улыбка Лидера Света расширялась. Казалось, он подтрунивал над моей смущённостью.

– Вряд ли они заметили, – Лайт с улыбкой показал на в шутку дерущихся Кая и Ронни.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20 
Рейтинг@Mail.ru