Измерения Тайн

Вэлери Эл
Измерения Тайн

– Повторю для особенных Номерных, – грозным тоном сказал Страж Альфред, взирая на меня с пренебрежением. – То, что вы прошли испытание, не значит, что вы не можете вылететь в Небытие. Стоит уважительнее относиться к шансу стать выше по статусу. Хотя бы избавиться от номера на руке.

Страж Света нацепил самодовольную ухмылку и продолжил, смотря на мой немой вопрос.

– Да, код можно снять, если вы пройдёте в Четвёртое Измерение. Пройдёте в Лидеры. Перед вами откроется многогранный спектр возможностей. Ваши решения будут влиять на континенты, а не на простых смертных. В башне вы будете обучаться науке воздействия на разум людей, истории Измерений, телепатии, телекинезу, левитации и перемещению на большие расстояния. Сейчас вы находитесь в восточном крыле башни. Это крыло предназначено для учеников Пятого Измерения. Западное крыло представлено Лидерам – ученикам Четвёртого Измерения. Однако довольно часто вы будете обучаться вместе, тренируя свои силы. И последнее, что на сегодня я вам скажу…

Учитель посмотрел прямо мне в глаза, я ощутила, что эта фраза предназначена мне.

– Не смейте опаздывать на мои лекции, если, конечно, не хотите всё свободное время разбирать Книгохранилище…

После неоднозначной угрозы Страж Света вышел из помещения, громко распахнув двери одним взглядом.

Я точно сошла с ума.

– Хм, он как всегда суров, с ним скудно. Один раз я не пришла на его лекцию, после чего все свободное время до Церемонии Равновесия разбирала эти пыльные рукописи! – Мэнди сморщила носик. – Да и Страж никогда не меняет наказание…

Неловкое молчание. Я нашла фразу для ответа, но меня вновь перебили.

– Но мы скучать не будем, – Мэнди схватила меня под локоть и потащила в комнату, всё так же хищно улыбаясь.

– Церемония Равновесия? – с непонимающим взглядом спросила я у соседки.

– О да, это лучший бал. Он случается в честь перехода учеников в другие Измерения. Такое случается довольно редко.

Девушка пожала плечами, заканчивая фразу сладким голосом. Мэнди вылетела в комнату и начала нервно поправлять макияж, параллельно выбирая наряд.

– Мэнди, а куда мы, собственно, идём?

– В клуб. Советую тебе тоже примерить вот это.

Соседка кинула в меня длинное алое платье. Излишне откровенное, на вид.

– В космосе есть клубы? – я была не уверена в высказывании на счёт космоса, но соседка даже не повела бровью, – мне казалось тут всё более… антично.

– Нет же, глупышка. Уверенна, ты соскучилась по Земле, – игривое подмигивание.

Действительно, моя душа загорелась.

– Клуб находится на Земле. Но он не совсем обычный. Его хозяин – Эдгар, один из Лидеров Тьмы, по совместительству сын Конфиданта Тьмы Второго Измерения, – в её глазах читалось уважение. – Этот клуб открыт только для учеников, которые желают стать Стражами Тьмы, ну и их друзей, хотя Номерные там бывают крайне редко, Эдгар не уважает смертных.

– Какая жалость, – с нотками сарказма произнесла я. – Рождение в Измерении не делает его особенным. Просто самовлюблённый циник, который…

– При нём только так не говори. Эдгар один из сильнейших Лидеров. Он сильнее некоторых Стражей. Идеально владеет всеми знаниями, которые нам и не снились. Не стоит с ним говорить в таком тоне, особенно в его заведении, если хочешь остаться полноценной, – с ухмылкой и ноткой иронии произнесла Мэнди.

Меня от такого скучающего переизбытка достоинств бросило в сон, я выразительно закатила глаза. Хотела ответить язвительной фразой, но меня остановила соседка, с силой вцепившаяся в мое запястье.

Боль. Темнота. Сильный удар.

      Я открыла глаза.

Передо мной расстилалась картина привычного мне города. Дороги, машины и вечная спешка. Люди торопились на работу, свидание или домой. Я растрогалась при воспоминании о своём доме и матери, с которой я так и не попрощалась. Слезинка непроизвольно прошлась по щеке, которую я сразу стёрла, чтобы не привлечь внимание воодушевленной городом Мэнди. Мы прошли в тишине до здания в античном стиле. Девушка хитро улыбнулась мне и распахнула двери в стильное помещение.

Как только мы вошли, меня окружил плотный аромат дорогого табака, кофе и терпкого бурбона. Огромное пространство окутывала манящая тихая музыка клавиш фортепиано. Было заметно, что у владельца есть вкус. Клуб выглядел элегантным, он не был похож на современные места развлечения, что безумно меня порадовало. Место было наполнено элитной кожаной мебелью в чёрном цвете, барная стойка подсвечивалась тёплым светом, выделяя чёрный мрамор. Столики такого же материала были наполнены напитками из бара. В середине первого этажа располагался танцпол из золотых плит, который выделялся прожекторами такого же тёплого света. Второй этаж больше походил на балкон, который был выделен золотыми бортиками. За ними стоял длинный кожаный диван чёрного цвета на весь этаж.

На диване сидели спинами пару учеников в одежде тёмных оттенков. Напротив, сидел мужчина в элитном чёрном костюме и рубашке. Острые черты лица, словно лезвия, его тёмные волосы были уложены назад, а скучающий взгляд был устремлён на первый этаж, или, скорее сквозь него. Свет от прожектора бара падал на его силуэт, ненавязчиво выделяя из компании.

Рядом с ним сидела самодовольная стройная девушка. И да, она была мне знакома. Селена – эффектная блондинка из комнаты. Она выводила на его алом галстуке узоры и что-то шептала на ухо. Мужчина явно не слушал свою компанию. Его взгляд в пустоту был холодным и отстранённым. От ощущения его присутствия меня прошибла доза мурашек по оголённой спине. Темная энергия была сильна, она питала каждый миллиметр этого места.

– Чего застыла, пойдём!

Мэнди потащила меня к барной стойке и, что-то шепнув бармену, игриво улыбнулась мне. В считанные секунды перед нами показались две дорожки по десять разноцветных алкогольных напитков.

– Я люблю веселиться. Пари. Давай, если я выпью это быстрее тебя, то тогда ты мне должна желание. Ну, а если ты, то наоборот, – вновь эта хищная улыбка с полуобнаженными дёснами.

Я улыбнулась уголками губ соседке, принимая вызов. В тот же момент мы принялись опустошать горячие напитки. Я ощущала, как во мне растекается умиротворение вперемешку с жаром.

Третий.

Голова кружилась сильнее, чем от разбитого лба.

Пятый.

Седьмой.

Ликёр проникал в разум, придавая весёлости моей задумчивости. Как только я закончила с десятым напитком, подняла руки, радуясь своей победе. И, повернувшись к Мэнди, заметила её хитрую победную улыбку. Девушка аккуратно отпивала новый коктейль из трубочки, насмешливо переглядываясь с барменом.

– С тебя желание, Номерная. Это было… интересно, – хитрая ухмылка. – Ну а теперь пойдём, я познакомлю тебя кое с кем, – с заговорщическим тоном произнесла девушка.

Я лишь демонстративно закатила глаза, показывая Мэнди, что это было ожидаемо. Мы захихикали и подошли к одному столику, где сидели два парня, видимо, ожидая знакомых, то есть нас.

Или не просто знакомых, подумала я, когда увидела, что Мэнди сливается в жарком поцелуе с парнем в белой рубашке и кофейных брюках. От количества выпитого алкоголя я совсем забыла, что такое тактичность, и через ухмылку бросила ироничный вопрос.

– Мэнди, ты же говорила, что не любишь якшаться со Светлыми и не позволишь мне, – звонкий смех встретил физиономию едкой улыбки.

– Ронни исключение, его можно считать своим, он даже клуб Лидера Тьмы посещает, – обиженно ответила девушка надутыми губами, играя с пепельными прядями волос её друга своими длинными коготками.

– Сам представлюсь, – парень аккуратно подвинул брюнетку и встал напротив меня. – Меня зовут Рональд, для своих я Ронни, для тебя тоже, – парень подмигнул светло-зелёными глазами и расплылся в дружеской улыбке. – Я Лидер и планирую быть Стражем Света, а это мой брат Кай. Он ещё в Пятом Измерении, но ненадолго.

Парень, находившейся все время за спиной у брата бросил на меня оценивающий взгляд. Это было существо с такими же пепельными волосами холодного оттенка, образующие кудряшки. Его чёрные, как угольки, глаза смотрели на меня с одобрением, а губы скривились в усмешке. Небольшое вкрапление веснушек добавляли в его образ нотки игривости. По его одеянию можно было понять, чем отличались братья. Из-под серого брючного костюма виднелась чёрная рубашка.

– А ты, значит, желаешь быть Стражем Тьмы?

– Стражем Смерти, – поправил меня Кай, что сначала я не сочла важным. – И как твоё имя? Не хочу тебя называть Номерной, это унизительно.

– Эмили, – с облегчением выдохнула я, что хотя бы здесь никто не назовёт эти раздражающие шесть цифр.

Хищная улыбка со стороны юноши была мне ответом.

– Звание Номерной тебе более подходит, – басистый смех.

Было желание придушить его в ту же секунду.

Масштаб личности определяется величиной проблемы, которая способна вывести из себя. И со мной ты познаешь свой масштаб! – дерзкая ухмылка.

– Ведь ты профи в раздражении, этим хотел закончить? – я язвительно улыбнулась удовлетворённому оппоненту. Янтарь моих глаз горел в коктейле всеобщего веселья.

С моими новыми знакомыми я долго рассуждала, где лучше жизнь, на Земле или в Измерении, после смерти. Казалось, что мы можем спорить вечно. К моему удивлению, на моей стороне была Мэнди, которая всё время жила только в одном мире. Я рассказывала про жизнь на Земле, а Кай про случаи в Измерениях и их с братом смешные выходки и казусы на уроках. Мной завладело удивление от их искренней близости, не смотря на абсолютное различие характеров и целей.

– И что же, Номерная Эмили, – протянул довольный собой басистый голос, чьего обладателя я в момент узнала.

Веснушки Кая дёргались с поднятой губой, он продолжал тянуть звуки, словно наслаждался звучанием собственного голоса. Не удивлюсь, если его комната вся завешена зеркалами.

– Все ли люди обладают работающим сердцем?

 

Я вскинула бровь, ожидая подвох. Но поскольку около минуты трое собеседников смотрели на меня, ожидая ответа, решила разбавить ответ сухими фактами.

– Человек является существом биологическим, соответственно живым. Он не может существовать без работы сердца, которое перекачивает кровь.

В ответ все трое надели кислые улыбки, фыркая. Я не сдержалась.

– Что вы ожидали? Что бледные трупы будут ходить по Земле, не нуждаясь в крови? – моё высказывание прервал Ронни.

– Это интересно, ведь по Измерениям ходят и те, кто не имеет стука в сердце.

Мои глаза расширились.

– Потому что уже мертвы… – на кончике языка почувствовала вкус противоречия. А в груди размеренный удар. – Однако мое сердце работает так же, как при жизни.

– Моё тоже. Я родился в Измерении, – подключился Кай. – Формально, они действительно мертвы. В душе, – он бросил беглый взгляд на Мэнди. – Я знаю одну особу, не имеющую сердца.

Я проследила за взглядом чёрных глаз. Заметив мой изучающий взор, Мэнди предупредительно подняла руки.

– И эта особа не я, – её шоколадные глаза встретились с моими, она тихо прошептала, заставляя компанию приблизиться к брюнетке. – Селена Лойд.

Мои брови вскинулись, вспомнив даму с пепельными локонами волос. Её плавные движения, поднятая губа в раздражении. Впрочем, не одна я была поражена.

– Я бы поставил на Эдгара, – Рональд провёл рукой по кудрявым волосам, качая головой. – Видимо, Селена более заслуживает звания бессердечной, нежели Эдгар Двэйн, – парень запнулся на странной фамилии «Двэйн», ловя мой непонимающий взгляд. – Лидер Тьмы не любит, когда упоминают его второе имя. На Земле это называется фамилией. Эдгар не переносит второе имя, данное ему от отца. Если не хочешь быть испепеленной во мгле ненависти, не называй его вторым именем.

На полученный совет я вновь закатила глаза, возвращаясь к интересной теме.

– И как можно жить без стука в груди?

– Просто. Одни существа могут отправиться в Небытие, если их силы невелики. Более могущественные способны спокойно переносить кровь с помощью магии. Чёрная кровь, если это Лидер Тьмы, не циркулирует, но поддерживает жизнь. Алая кровь, кровь Лидеров Света, живёт в таком же режиме. В целом, нет особых различий. Только перед тобой может стоять реальный мертвец, которому не нужно даже дышать,

Ронни заставил погрузиться в размышления о том, что чувствует тот, чьё сердце замерло, потеряв вкус жизни. И что произойдёт, если оно вновь забьётся? Что должно произойти, чтобы оно оживило серость?

Из раздумий меня вытянула властная рука Мэнди, тащившая на танцпол. Не спеша, я приблизилась к золотым плиткам, наблюдая за действиями брюнетки. Подруга изгибалась, словно змея под тихую и плавную мелодию. Уловив её беззаботный настрой и такт музыки, начала повторять движения, создавая свои. От пленительных и эластичных движений на одном месте до хаотичной траектории движения.

Я и подумать не могла, что жизнь после смерти может так резко перевернуть мою судьбу. Иллюзия прекрасной жизни начала таять, как лёд. Неизвестность пугает. Грядут тяжёлые времена. Смогу ли я сохранить свою хрупкую любовь человека и человечность, или она станет осколком прошлого?

Я закрыла глаза, отдаваясь ритму танца. Каждое движение предстало в своеобразном прощении. Ещё несколько манящих движений и моё энергичное тело врезается в чью-то грудь.

Самодовольная ухмылка. Пара чёрных, испепеляющих душу и леденящих вены, глаз смотрят на меня. Я не в состоянии оторваться. Они завораживают и оставляют лишь приятное бессилие.

– Ну здравствуй, Номерная.

Стальной голос окутал всё помещение. Горячие глаза пронизывают меня издевательским пренебрежением. Кругом тишина. Я не в силах раскрыть свои губы, чтобы что-то ответить. Легкие наполнены ароматом горького шоколада с корицей, опьяняющий запах одеколона вызывает у меня слабость. Имеют значение только пара леденящих глаз. Ощущение будто бы они завораживающе воздействует на меня, их властной энергии, которая проникает, игнорируя возникающую у меня эмоцию раздражения.

– Эдгар, это Эмили. Эмили Лодсон. Она со мной, – нервно произнесла Мэнди.

– Ты знаешь моё отношение к убогим, – разъярённо произнёс мужчина в чёрном костюме с алым галстуком, не отрывая яростного взгляда от моей персоны.

Я была поглощена его энергией и напугана появившейся в моём теле слабостью. Желала высказать что-нибудь язвительное, но не получалось даже собрать образ происходящего в голове.

– Начала путаться с Номерными, Мэнди? Не думала, что ты можешь так низко опуститься, – процедила Селена, плотно стоявшая к мужчине в костюме.

Я только заметила грациозную блондинку. Она приняла скучающий вид, ожидая следующего действий своего спутника.

Она создала слово «бессердечная». Уверяю.

К моему удивлению глаза Эдгара проявились в светло-голубом хрустальном цвете, но наглая ухмылка так и не сходила с его лица.

– Номерная пойдёт играть с нами. Это будет занимательно, – прошипел он с азартом.

Это дало понять, что пожалею.

– Но, Эд! Ты впустишь жалкую на второй этаж? – с ленивым презрением ответила бестия, обдавая своим холодом всю территорию.

Но её восклицания остановила рука Лидера Тьмы, повисшая в воздухе, после чего Селена смиренно замолчала, выдавая своё раздражение только пышными губами, покрытые алой помадой.

– Я не играю в ваши игры, – только и получилось мне выдавить из себя из-за влияния стеклянных глаз, которые в ту же секунду вспыхнули чёрным туманным цветом, выражая раздражение.

Тёмный явно не привык к отказам. Создалось впечатление, что он слегка удивлён, наверное, слышал эти слова впервые.

В эту секунду я осмотрелась и заметила, что на нас смотрят десятки заинтересованных глаз учеников, находившихся в клубе. Они ожидали развязки. Казалось, что Эдгар испепелит меня взглядом, тогда в наш диалог и вмешалась Мэнди.

– Эмили, мне кажется, или ты должна мне желание? – с игривым тоном произнесла подруга.

В тот момент я бесконечное количество раз пожалела о пари у бара. Не дожидаясь ответа, девушка потащила меня на второй этаж, уводя от взора пары надменных глаз. С заговорщицким тоном бегло произнесла, будто заготовленную ранее фразу.

– Эдгару нельзя отказывать, тем более я же говорила, что познакомлю тебя со всеми. Это будет весело!

От этих слов я почувствовала, что меня ждёт точно не веселье.



Как только я поднялась на балкон «элиты» местного общества, заметила длинный кожаный диван с люминисцентной подсветкой Освещение в этом месте было довольно тусклым, при этом позволяло помещению выглядеть дорого и незаметно для посетителей первого этажа. Многие лишь догадывались, что здесь происходит.

Я села к Мэнди на край кожаного дивана, напротив меня развалился Эдгар со своей пассией. Девушка изредка кидала на меня недовольные взгляды, но не решалась заговорить что-то в мою сторону из-за ранее прозвучавшего замечания мужчины или ей вовсе было безразлично. По бокам развалились Рональд и Кай. Братья выглядели беззаботно. Это место было явно привычно для них. Они бросали игривые взгляды в предвкушении шоу. На диване вальяжно сидели ещё несколько Лидеров и учеников в чёрном обличии. Они что-то рассказывали Эдгару, но тот лишь смотрел на меня прямым взглядом. В этом взгляде я не могла ничего прочитать. Он умело скрывал эмоции или вовсе ничего не чувствовал. И я была уверена, что второй вариант вероятнее.

Перед диваном стоял длинный чёрный стол из мрамора с золотыми вкраплениями. На столе стояли несколько сосудов, соответствующие числу присутствующих.

– Играем в «Я никогда не…», – властно произнесла Селена. – Но у меня свои правила.

Тёмная посмотрела на меня, демонстрируя, что не собирается разъяснять свою фразу. Её собственнический азарт заставил бросить раздражённый взгляд. Было ясно, что иногда тяга к соревнованиям берет над ней вверх. Даже тогда, когда приз того не стоит.

Тишину прервал Рональд.

– Это не проблема. Я расскажу, это не сложно, – Лидер прошёлся по мне с улыбкой, дарящей спокойствие. – Правила практически не различаются с земными. Игроки по одному зачитывают фразу «Я никогда не…» и заканчивают её тем, что они не делали. Те, кто пробовал, пьют из сосудов. Только в нашей игре мы делаем по одному глотку напитка, стоявшего на столе. Тот, кто быстрее всех опустошит свой бокал, проигрывает и должен одно желанию хозяину территории. Так как мы находимся в клубе Эдгара, то он является хозяином игры. Однако, если хозяин игры проигрывает, то он становится должен всем игрокам по желанию. Вот тогда становится интересно…

Ронни провёл рукой по кудрявым волосам, бросая взгляд на хозяина игры, по всей видимости, глумясь над возможным исходом.

Я улыбнулась и уголками губ произнесла благодарность Ронни. Парень дружелюбно усмехнулся и перевёл взгляд на Мэнди, но тут же его взор малахитовых камней пересёкся с чёрным обсидианом.

Селена смиряла его настораживающим взором, полным негодования. Они были… разными. Контрастом, который ранее я видела только в перемешанных красках. Они как две звезды в галактике, которые если столкнуться своими скоростями идеалами и убеждениями, оставят ядерный взрыв в тумане. Все заметили их молчаливый диалог, но никто не попытался прервать.

– Селена, сделай милость, убери свой взор хищницы с моего брата. Так испытываешь, словно повелителя Галактики увидела! – отвлёк мои наблюдения голос Кая.

Я заметила, как его мышцы и плечи напряглись, а настороженный взор Мэнди был красноречивее слов. Я вжалась в кресло. Казалось, была готова сквозь Небеса провалиться. Я словно была волчком, запущенным в круг, составленный из зеркал.

– Что же этого не потребует твой брат? – не убирая уничтожающий взор глаз ответила Селена Лойд. Её голос насыщен безразличием, а дрожь волн наполнилась вибрацией. Тёмная с пепельными локонами волос лукаво наклонила голову, всё еще задерживая на себе взор малахитовых камней Рональда. – О. Или его Светлый нрав не способен ужиться в нашем «кровожадном» обществе?

– Интересно… – поднял голос Ронни, надев маску кристального спокойствия.

Быть может, так он себя и чувствовал. Так как Селена и Рональд на разных сторонах… Быть может, они были множество раз по разным сторонам… баррикад? Уверена, это не первое недовольство. В таком случае это объясняет негатив, исходивший из двух персон.

Рональд так же наклонил голову на бок, повторяя, я бы сказала, копируя движения каменного, словно струна натянутого, тела Селены.

– Как делается висельная петля?

Мэнди закашлялась. Кай же отвернулся, зажав ладонью рот. Оба выглядели так, будто привыкли развлекаться, истребляя бессмертных разных сторон. Они видят друг друга две минуты от силы. И оба уже попытались друг друга убить словами. Я думаю, между ними особая связь.

– Аналогично.

– А я смотрю, вы хорошо ладите, – пробормотала я, всё еще наблюдая еле видимой вспышкой негодования в глазах Рональда.

Селена откинулась на кожаное кресло, прикрыв глаза.

– Начинает Номерная, – с азартом в голосе и привычной ему ухмылкой произнёс хозяин игры.

Встретившись с пламенным взглядом, я вновь начала ощущать слабость, поэтому поменяла направление взгляда, уставившись на ёмкость с напитком перед собой.

Не было должного времени на выбор. Я сказала самое первое, что пришло на ум, чтобы не быть растерянной от наглого заявления.

– Я никогда не… убивала человека.

Мужчина сменился в лице, словно окаменел, и отпил глоток. Его примеру последовали Лидеры и Селена. Когда я повернула голову на бок, заметила, как Мэнди и Кай осторожно отпивают алкоголь. Только тогда для меня дошло, что значит быть «Стражем Смерти».

В компании истребителей человечества?! Браво, Эмили.

Однако я не показала свою растерянность и с невозмутимым лицом приняла условия игры.

– Я никогда не общался с Номерными, – с издевающейся ухмылкой произнёс Эдгар.

По нему было видно, как ему нравится выводить меня на эмоции. Однако его поглощенность моей нервозностью быстро сменилась скучающим состоянием. Именно поэтому я сделала сдержанное лицо и отпила из сосуда.

Алкоголь был при адском градусе, что дало горькое послевкусие. Тогда я поняла, почему все отпивают по одному глотку. Вероятно, выпивать залпом считается самоубийством. К моему удивлению меня поддержали мои, как оказалось, новообретенные друзья. Мэнди, Рональд и Кай выпили глоток с тёплыми улыбками.

– А я никогда не считала, что жить на Земле считается унижением, – процедила Мэнди, поведя плечами.

Её губы, покрытые тёмной помадой, еле слышно фыркнули. Я и Ронни поддержали её слова. Все остальные исказились в гримасе непонимания и раздражения, на что моя подруга сделала беззаботный вид, расчесывая свои прямые волосы. Ко мне начало возвращаться спокойствие и определённость, но, как оказалось, ненадолго.

 

– В таком случае я никогда не скучала по близким. – Селена прошлась стальным взглядом по мне, тогда я поняла, что эта стерва попала прямо в цель.

Видимо, дама поняла, что превзошла Эдгара Двэйна в степени уязвления Номерной, судя по напускной ухмылке губ. Её слова, словно лезвием, прошлись по уголкам моей души. Не замечая, кто отпивает глотки и делают ли это вообще, внимание Селены было приковано исключительно ко мне. Чёрные глаза впились в мою безысходность. Я уловила себя на мысли, что она создаёт шоу от скуки, не от неодобрения. Вероятно, она даже не вспомнит, как я выгляжу.

Вот и суть существования без сердца.

Её персона напоминала стену. Крепость без единой бреши. Однако такая крепость сильна лишь снаружи, если внутри неё царит пустота.

Понимая, что не в силах это терпеть, я встаю и опустошаю весь сосуд залпом, показывая моё поражение. Жар разливается по гортани, обдувая пламенем. Я словно выпила раскалённую лаву, которая принесла расслабление в единый миг ногам, но не душе. Едва раскрытой улыбкой прохожу по силуэту напряжённой подруги. Отодвигая руки Мэнди, я ухожу в противоположную сторону балкона. И, замечая, что ко мне не обращены пристальные взгляды, скрываюсь в темноте, где теперь могу дать волю своим эмоциям.

В тёмном укрытии я наткнулась на выход на крышу. Нецензурно высказавшись в отношении своей бесхарактерности, я подошла к карнизу, ощутив прохладу. Шанс почувствовать себя живой.

Могла ли я подумать, что буду радоваться холодному ветру? Усевшись на край крыши я смотрю на звёзды, которые меня зачаровывают. Спокойствие и умиротворение зачаровывают. Я растворяюсь в неповторимой изящности созвездий, не замечая, как силуэт парня присаживается рядом со мной. Аромат, содержащий средиземноморские травы с древесной нотой, полный страсти и чувственности, но одновременно свежий и стойкий, обволакивает мои легкие, и я поворачиваю голову медленным движением.

– Лайт! Как я рада тебя увидеть здесь, что… странно, – с некой усталостью и упоением в голосе сказала я, пройдя глазами по тёмным локонам волос, которые в ночное время суток казались чёрными.

– Да, я редко здесь появляюсь. Мы с Эдгаром… эм… не в лучших отношениях…

Было видно, что парень не хочет затрагивать эту тему, поэтому я ответила кивком головы.

– Однако мне нужно было по определенной причине…, – вновь недомолвки. Лайт сделал паузу, заглушая её белоснежной улыбкой. – Уже было подошёл к компании, как увидел тебя, уходящую на крышу, – с некоторой нерешительностью произнес он, будто посчитал, что рушит стену, между нами, без моего согласия.

– Да, у определенных личностей взрывной характер, – кратко и расплывчато прошептала я. Зеркальный ответ на фразу Лидера. – Однако я не хочу сегодня об этом говорить. Во мне слишком много алкоголя, всё никак не решаюсь позвать Мэнди, чтобы она переместила меня в комнату.

Реакция Лайта на лёгкий намёк не заставила долго ждать.

– Поговорим позже? – смущенно проговорил Лайт.

Я приняла его приглашение не из вежливости, а из-за чувства спокойствия рядом с ним.

– Я позову Мэнди, – вновь эта ослепительная улыбка.

Тем временем я исследовала бессмертного пытливым взором. Что скрывается за маской благоразумия и блистательного умиротворения?

Любой персонаж неоднозначен.

Парень ушёл, оставляя меня наедине с размышлениями. Я проводила взглядом удаляющуюся фигуру. В ту же секунду мою спину прожёг испытывающий взгляд из тени, я не видела, кому он принадлежит, но чувствовала каждым сантиметром своего тела.

Усилием воли заставила себя повернуть голову и встретиться с уже знакомыми, до боли леденящими душу, глазами. Эдгар держал в руке свой пустой бокал, демонстративно приподнимая его, словно чокаясь. При резком моргании силуэт мужчины растворился во тьме. Я так и не поняла, было ли это наяву или лишь моя разыгравшаяся фантазия от количества выпитого.

Боль. Тьма. Моя комната и заботливые руки Мэнди, укрывавшие меня в кровати.

Понимание того, что я больше никогда не смогу съесть то самое мороженное на веранде возле моего дома, поворчать на маму или всю ночь напролет смотреть на далёкие звёзды, заставило меня плакать. Только тихо и в себя.






Напряженная тишина и звук перелистывания страниц. Знакомый мраморный пол и стены, которые добавляют статуи. Банкетный зал по случаю помолвки матери и Кристофера, но в нем нет ни души.

Одинокая, маленькая девочка с русыми волосами в пучке сидит на холодном полу молочного цвета. Её шёлковое платье практически незаметно в количестве бумажных страниц, в которых она аккуратно выводит узоры простым карандашом. С каждой секундой её движения становятся резче и грубее. Грифельный карандаш покрывает белоснежные страницы своим тёмно-серым оттенком, поблёскивающим на свету.

Со всей осторожностью я подхожу ближе и вижу, что узоры превратились в острые штрихи, покрывающие весь лист. В середине тёмного листа находятся два белых круга, вернее, их имитации. От приятного запаха весеннего дождя остаётся запах гари и табака, переходящий в грохот и молнию. Меня будто оттолкнуло от девочки, и я упала на балкон навзничь.

Снова Тьма.

Я распахнула ресницы от резких движений моей соседки, которая, вероятно, пыталась разбудить меня не единственный раз.

– Вставай, Номерная. У нас лекция у Кассандры. Она, хоть и Страж Тьмы, не любит, когда нарушают правила.

Противореча своей фразе, Мэнди медленно выводила стрелку на глазу, довольствуясь моим заинтересованным взглядом к её персоне. Силуэт тела девушки был покрыт полупрозрачной ночной рубашкой, а губы скривились в хитрой ухмылке. Создавая видимость отстранённости от томного взора брюнетки, я встала к её шкафу и по обыкновению распахнула двери в поиске чего-то менее вызывающего и похожего на одежду.

Аккуратностью Мэнди явно не отличалась. Её строптивость и резкая решительность особенно выделялась на фоне сваленных вещей. К моему великому удивлению, получилось найти в уголках полок бежевое полупрозрачное платье в пол. Мэнди заметила мой ошарашенный взгляд и оправдалась, заведя прядь чёрных волос за ухо.

– Это платье мне подарила прошлая соседка, которая хотела стать Стражем Света. Она… она попала в Небытие.

Взгляд Мэнди превратился в скорбящий, но спустя мгновение переменился. И вновь передо мной стояла самовлюбленная обольстительница с уверенной улыбкой и взглядом, выражающий отстранённость, будто этот диалог (вернее, монолог) для неё ничего не значил.

– Никак не решалась выкинуть. Но раз тебе оно так нравится, можешь забрать себе. Советую собираться быстрее, мы опаздываем.

Как только я натянула платье, вдохнув свежие нотки аромата, невольно замерла. Мэнди взяла меня за руку железной хваткой. Резкий толчок, к которому я уже привыкла. Темнота.

Двери в помещение в Восточном крыле.

– Мы вовремя, – прошептала соседка и, виляя бёдрами, села за уже знакомым мне парнем.

Я оглядела так называемый «класс», пока подходила размеренными шагами к знакомой парочке друзей. Всё-таки местность была похожа на школу. Многие Номерные выделялись анти-усидчивостью, заинтересованно наблюдая по сторонам. Ученики, сидевшие впереди, имели при себе листы пергамента для записи информации. Обычное разделение классов в классе.

Тавтология здесь уместна?

Однако есть существенное различие. В земной школе при неудаче максимум можно получить неудовлетворительную оценку. А в Измерениях самое страшное наказание – отправление в Небытие. К тому же, здесь невозможно сбежать от невыполненного искусства, когда на Земле этим внеклассным правом пользовался каждый ученик.

Я села к подруге и улыбнулась Каю.

– Ну здравствуй, бестия. Да, безбашенные Номерные в последнее время пошли. Как ты себя чувствуешь после своего триумфа? – с наглой усмешкой спросил парень.

В его глазах-угольках чувствовалось уважение, хоть я совершенно не старалась повысить свою репутацию таким способом.

– Порой у меня появляется желание придушить твою циничность. – уголок губы пополз выше.

– Не раньше, чем я сделаю укладку, – парень прошёлся рукой по пепельно-русым кудрявым волосам, вызывая фырканье двух девушек.

– Солидарна с твоим мнением, Эмили, – Мэнди толкнула меня в бок, раскрывая губы в фирменной улыбке.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20 
Рейтинг@Mail.ru