Карусель. Сборник рассказов

Владислав Дмитриевич Осипов
Карусель. Сборник рассказов

– Извините, можно узнать, сегодня поступил мой друг Эдди, буквально недавно его отец подходил, помните мы приехали пару часов назад, – сказал Микки.

– Сейчас, – ответила женщина, – что ты хочешь? Сказали же, что твой друг в тяжёлом состоянии, что ты ещё хочешь?

– Я хотел узнать может, что изменилось, меня взрослые оставили тут, чтобы я узнал новости, пока они поехали за мамой Эдди.

– Хорошо, сейчас позвоню в хирургию и тебе скажу.

Девушка отошла от окна, взяла телефон, быстро набрала две цифры и стояла смотрела на Микки. Она произнесла имя Эдди и всё время просто стояла слушала, пару раз кивнула головой и не отводила взгляд с Микки.

– Хорошо, я все поняла, сейчас передам, – девушка положила трубку и вернулась к Микки, – парень твой друг в коме, врачи ничего пока не могут сделать, чтобы он пришёл в сознание, нужно время. Понимаешь? Не могу больше ничего тебе сказать, мне вообще запретили давать какие-то подробности.

– Спасибо, – сказал Микки.

Он отошёл от стойки и почувствовал, как по его лицу побежала слеза, не контролируемое чувство, так бывает, особенно за тех, кого мы любим. Микки нервничал. Он сел на скамью и просто молча смотрел в пол. Примерно полтора часа спустя вернулся отец, а с ним было всё семейство Эдди. Мать рыдала настолько громко, что стены больницы начали содрогаться после того, как она зашла в холл. Грей подошёл к Микки и спросил:

– Новости есть?

– Нет пап, девушка сказала, что он без сознания и все, – ответил Микки.

– Понятно, мне кажется или от тебя пахнет сигаретами?

– Тебе кажется, тут сидел бомж какой-то рядом, рассказывал мне за жизнь свою, так от него стоял тот ещё запашок, – соврал Микки.

– Ладно сын, давай поехали домой, больше пока мы твоему другу не чем не поможем, пусть его родители останутся, – сказал Грей.

Микки встал и пошёл на выход, он попрощался с родителями Эдди, но им было все равно сейчас на него, они в ответ ничего ему не сказали. Хью – отец Эдди, пытался всё время успокоить свою супругу, но попытки были безуспешны, для матери не выносимая ноша боли, когда её ребёнок находится в столь тяжелом состоянии, что он на гране жизни и смерти.

Грей вернулся назад к Хью и оттянул его за руку от жены:

– Если что надо ты знаешь мой номер, позвони сразу приеду, как будут новости сообщи, – сказал Грей отцу Эдди.

Да, спасибо ты и так нам помог, обязательно, как что проясниться дам знать, спасибо, – ответил отец Эдди, они пожали друг другу руки.

Грей сел в машину, включил музыку, играла песня одной американской группы, Микки не мог вспомнить её название, но там были слова вроде: «Жизнь одна твоя мой друг, проживи её, не зная мук…», Грей в момент выключил радио и начал первым диалог:

– Сын, что сегодня произошло, так бывает, понимаешь ты или нет, но бывает.

После того, что эти уроды сделали с твоим другом, их надо судить, надеюсь отец Эдди так и поступит, но есть и обратная сторона этого всего, мой поступок, что я избил отца того урода. Его отец такая же тварь, как и его сын. Не понятно кем они себя возомнили, конечно, у них большое влияние, но они люди, сын, такие же, как ты и я. Каждый человек должен помнить, что он смертен и то, что мы все равны перед Богом. Никакие деньги, власть не решат те ужасные вещи, которые они совершают, а потом замаливают грехи по ночам или в воскресенье в церкви, либо на платных проповедях. Сегодня, что ты видел прошу не говори своей матери, возможно, а может и точно у меня будут проблемы после моего поступка, будь готов взять на себя ответственность за нашу семью, ты уже взрослый мужчина и сильный, не дашь сестру в обиду, друга, это похвально, горжусь, что ты стал таким. Я надеюсь, конечно, что всё обойдется «малой кровью», но просто помни, что я тебе сейчас сказал, это важно, если в этой жизни у нас не будет близких и дорогих нам людей, кому вообще нужна эта жизнь.

– Да я понимаю, пап, но просто так всё произошло внезапно, что я даже не понял до конца, как и почему, – ответил Микки.

– Понимаю, в твои годы мне тоже приходилось сталкиваться примерно с такими вещами, я тебе никогда особо не рассказывал, да и нужды в этом особо не было, но тогда мой отец, сказал, что надо быть сильным для себя и уверенным в своих желаниях и поступках, тогда же придет всё остальное, с этими словами я и прожил всю жизнь, а твоя мать вышла за парня, который имел только на тот момент амбиции и больше ничего.

– Спасибо, я учту, пап.

Они подъезжали к дому. В небе стоял купол дыма, в ночи было трудного разглядеть весь его объём, но было понятно, что он шёл с их улицы, Грей прибавил газу. Через пару домов можно было разглядеть пожарные мигалки, звук напора воды, который трудился, как главный член пожарной бригады. Микки увидел страх в глазах отца, он смотрел на дорогу стеклянным взглядом, для него мир сейчас остановился. Пару минут прошли, как пару секунд и они возле дома, пожарные и скорая помощь на месте, все тушат пожар, Рейна и Роза лежат на земле, черные в копоти, слёзы смешались с гарью на лице и стекали чёрными каплями на землю. Роза держала Рейну в обнимку, девочку всю трясло, а врачи бегали вокруг них и не могли подступиться к ней. Грей выбежал из машины, а следом за ним Микки. Отец и сын буквально подлетели к своим женщинам и вцепились в них, при этом отец проверял нет ли ран на них. У отца дрожало всё тело, ему пришлось сделать над собой усилие, чтобы вымолвить слова:

– Дорогая, что случилось? – спросил Грей.

– Они приехали, они… я хотела, чтобы ушли, а они…схватили меня за руку стали угрожать, потом пришёл парень и вытащили Рейн и сказали ей раздеваться, а потом мне, – у неё дикая истерика, она еле связывала слова сквозь слёзы, – они начали бить меня, после облили здесь всё и сказали: «школьный привет» и убежали, я… не знаю…не знаю кто это.

Грей понимал, что случилось, его семью хотят затравить и это уже перешло все грани, семья Филипсов ввязалась в войну, которую им возможно и не выиграть, но выбора у них нет, дом, работа и все окутано языком красного дракона, который смеется над ним, а имя дракона – Тони Роккл.

Глава 2. Красный дракон

Грей позвонил своей сестре, Ирэн, которая жила в Лондоне. Он решил не посвящать её в полный курс дела, а попросил временно, чтобы жена и дети пожили у неё. Ирэн никогда не могла отказать своему брату. Следующим утром Грей купил три билета в Лондон, но Микки настоял, что никуда не поедет и останется с отцом, после Роза тоже стала настаивать, что нельзя им уезжать, но Грей не был благосклонен к их уговорам и мнению. После долгих препираний было решено, что Микки тоже останется, а девочки поедут к Ирэн, не хотелось бы, конечно, не при таких обстоятельствах ехать в гости, сейчас мало приходится об этом думать. Микки и Грей усадили своих женщин на поезд и поехали искать не дорогой хостел на первое время, надо было обдумать дальнейшее их действия, взвесить все и решить с чего начать. Долго они не искали, в соседнем районе от их дома, был не большой мотель, не хостел, немного лучше и цена не очень кусалась, кровать есть и хорошо, по дороге они заехали в магазин купили продуктов, на пару дней им хватит. Отец и сын не разговаривали, Микки был в оцепенении от происходящего. Он и подумать не мог, что окажется в таком положении когда-либо, а Грей просто не знал, какие слова можно подобрать, чтобы начать диалог с сыном. Лишь, когда они уже были в номере, поели и перевели дух, в голове стало немного что-то проясняться, но этого мало, они не спали почти двое суток, туман накрывал, то самое прояснение и первые мысли. Отец сказал сыну ложиться, чтобы он немного отдохнул и перевел дух. Микки послушал отца, принял душ и направился в кровать, Грей заметил, как дрожит всё тело у сына, но он пытался это тщательно скрыть, не подавая виду, держался и хотел выглядеть сильным, но ещё был не готов, в душе Грея распирала гордость, о которой он недавно заявил Микки, но сейчас он не мог вымолвить из себя и слова. Ребёнок в столь в юном возрасте не должен переживать такое, это было ужасно никому не хотелось желать, чтобы попали в данную ситуацию, но то, что случилось уже не вернуть, надо двигаться и справляться с тем, что уже есть. Он сидел и ждал пока Микки уснёт, сходил в душ, переоделся в одежду, которую они взяли в супермаркете, там всё было скудного качества, но выбирать не приходилось, майки воняли горелым, а свитера и джинсы были в саже, штаны Грея украшены маленькими пятнами крови. Примерно через час Микки всё-таки сдался воле своего организма и уснул, причём так крепко, что даже выстрел его не разбудил бы. Грей вышел из номера и направился к ближайшему таксофону, ему нужно было связаться с отцом Эдди, ибо тот второй день не выходил на связь, а после недавних обстоятельств Хью тоже мог быть под ударом.

Хью ответил на звонок с четвёртого раза, Грей пообщался с отцом Эдди, тот сказал, что у них всё в порядке, кроме того, что Эдди так и не пришёл в сознание. Хоть что-то, подумал про себя Грей, минус проблема, Грей ему рассказал, что случилось и сказал, чтобы тот держал ухо в остро, конечно, он был на эмоциях из-за сына, но раскисать времени не было, надо было продумать план, иначе их сожрут. Грей вернулся к мотелю, взял машину и поехал к дому Тони Роккла, чтобы осмотреть местность. По дороге к дому в голове Грея проигрывались кадры сгоревшего дома, он не мог себе простить то, что допустил такое, а ещё больше его грызло, что семья подверглась угрозе, которую допустил он сам.

Через пару кварталов, дорога стала сужаться, очевидно к дому Роккла вела одна тропа, интересно были там камеры? Грей решил перестраховаться и оставить машину возле начала дорожки. С багажника он достал карманный фонарик, но использовать его было тоже рискованно. Он двинулся прямо по тропинке, оглядываясь по сторонам в поиске камер, Грей в полумраке едва ли что мог разглядеть, он шёл вдоль забора сложно сказать к какой территории он прилегал, но если там были камеры, то они точно не смогут поймают его тем более в ночи, пройдя примерно двести метров, открылся вид на особняк, который полностью просвечивался фонарями, если выйти прямо к воротам будешь, как на ладони. Грею нужен был план, как пробраться так, чтобы его не видели. В месте, где он стоял примерно на углу, от входа к главным воротам, стояли два охранника, по силуэтам казалось, что под пиджаком у них есть оружие, но оно и логично. Грей развернулся, чтобы уходить назад, сейчас здесь ему делать нечего, почти дойдя до машины он увидел, как свет от фар машины приближается к нему, Грей быстро нырнул в кусты, чтобы не его никто не увидел, когда машина проезжала мимо него Грей услышал, что кто-то спорит, наверное, сын Тони. Он побежал к своему автомобилю, чтобы проследить за ними. Они ехали в центр города, зачем несовершеннолетний подросток едет ночью в центр, Грею было очень интересно, чем занимается маленький уродец.

 

Черная машина остановилась напротив бара, первая мысль, которая приходила в голову, что сынок Тони с ранних лет балуется алкоголем, хотя куда папа его смотрит, он ведь лицо города, но первое впечатление всегда обманчиво. Грей зашёл в бар вслед за Вистом. Сынишка сидел за баром и общался с одной из барменш, они смеялись, Вист ничего не пил, Грей заказал себе бутылку пива, которую цедил на протяжении всего времени. После того, как Вист наговорился с девчонкой на баре, он подманил пальцем своего охранника, который ушёл за ширму бара, примерно через десять минут к Висту докопался какой-то мужик, он начал теребить его за плечо и что-то рассказывать, к нему подключился видно его друг и сразу стало понятно, что паренёк уже наделал себе в штаны, а охранника всё не было. Грей решил вмешаться в их «милое» общение:

– Мужики, вы чего к пацану пристаёте, хотите познакомиться или так номерок стрельнуть, а он ведь несовершеннолетний, – сказал Грей, – а может вам скучно и жены не дают, раз вы к молодым мальчикам лезете?

– Ты кто такой, умный что ли, сейчас и до тебя дойдем не переживай, – ответил один них.

– Не, не, я с тобой никуда не пойду сладенький, отвали от пацана.

Один из них подошёл к Грею и провёл взглядом по нему сверху вниз, словно он рентген сканер, другой же продолжал держать Виста за шкирку. Грей долго не думая всадил «сканеру» кулаком прямо в его детектор, что тот сразу, как шкаф повалился на землю, с Греем был разговор короткий, Вист вырвался от второго, как тот сразу полетел на Грея, но он также лёг рядом со своим другом. Вист перевёл взгляд на Грея и заговорил:

– Сэр, спасибо вам, мой отец вас отблагодарит, я расскажу, – сказал Вист и поднял взгляд на Грея, и сразу понял, что к чему, – стоп вы же отец Микки, чёрт, что вы тут делаете?

– Тихо пацан, я только что спас твою шкуру от этих двух озабоченных горилл, так что будь любезен ответь на один вопрос, это твой папаша сжёг мой дом?

– В смысле сжёг, я не знаю ничего, отец сказал, что он преподал вам урок, но то что он сжёг дом ничего не говорил, а с Рейн все в порядке?

– Да, с ней всё хорошо, передай своему отцу, что он просто так не отделается от этого, если он думает, что его деньги ему помогут, то глубоко заблуждается, а ещё скажи, чтобы смотрел в оба, раз он не может нормально разобраться по-мужски, а действует, как крыса, – сказал Грей.

– Хорошо, я запомнил, но скажите, понимаете, я тогда не хотел, чтобы до такого дошло, мне нравится Рейн, а то, что я сказал было специально, чтобы она обратила на меня внимание, но её брат Микки, я думал он адекватный, а он сразу начал размахивать кулаками, а потом всё закрутилось, я честно не хотел, – ответил Вист.

– Уже ничего не поменять, один ваш одноклассник в больнице в тяжёлом состоянии, точнее в коме, твой отец сжёг мой дом, где живет Рейн, которая так тебе нравится, с твоих слов, подумай почему и из-за чего, как надумаешь, дай знать.

Вист сидел в оцепенении, он примерно понимал картину происходящего, но не задумывался никогда, что до такого может дойти ситуация. Грей ушёл из бара, сел в машину поехал назад в мотель. Когда он зашёл в номер Микки спал, отлично подумал он про себя, хоть ничего не поймёт. Завтра надо разбираться с другими делами, а пока необходимо ему тоже было немного поспать. Грей лёг с мыслью, что Вист передаст своему папаше, что он нарвался не на того человека, либо засунет себе язык в задницу и будет терпеть, молчать до последнего, пока ситуация край не обострится.

***

Вист покинул бар, он ехал и думал о том, что сегодня произошло. Его жизнь буквально зависела от Грея, так в одночасье враг стал другом, ему было не комфортно из-за этого, отцу он ничего не хотел рассказывать, но охранники скорее всего сами доложат, ведь это их собачья работа, пожаловаться хозяину по всему, что они видели, только тогда придётся объясняться в плане, что их не было рядом, но так Вист не хотел этого всего, ему надоела такая жизнь, где каждый день он под прицелом критики, обсуждения, проблем, но только не из-за того что он такой, а потому что его отцу всегда мало. А, вообще ещё ожидать порцию вопросов какого чёрта малолетний сын известного человека города шатается ночью по барам.

Тони никогда не слышал своего сына, он слушал, но не слышал, ещё с рождения Виста мистер Роккл нарисовал в голове себе картинку, что мальчик продолжит дело отца и станет его преемником по деловой части, только никто не спросил об этом Виста, который увлекался больше точной наукой нежели политическими играми. Такой порядок по факту смены власти отца на сына устраивал Тони, но точно не Виста.

Ворота открылись, чёрная машина заехала во двор особняка, охранник, как неуклюжая свинья, побежал открывать дверь приемнику босса. Тем временем отец уже стоял на крыльце и ждал сына, как Вист сделал первый шаг на землю Тони начал:

– Говорят ты без спросу по барам катаешься, не маленький ещё, – сказал Тони.

– Избавь меня от своих нотаций, отец, твои верные мальчики уже всё растрепали тебе, лучше бы они так мне помогли, как языком своим чешут, к чему этот спектакль, я устал, – сказал Вист.

Тони был в оцепенении, настал тот момент, когда собственный сын уже затыкает отца. Вист поднялся в свою комнату, кинул обувь на ковёр, завалился на кровать, возле кровати стояла деревянная тумба, на ней была книга, Вист взял книгу и открыл закладку, в книжке он прятал фото Рейн, примерно на полчаса Вист ушёл в свои мысли, рассматривая девушку, которая чуть не умерла из-за больной головы его папаши, если бы такое случилось Вист себя бы точно не простил, ему не было бы дела до этой жизни и до всего остального. Мальчику искренне нравилась Рейн, он уже пожалел о том, что произошло, раз отец поступил, значит надо всё исправить, но как это под силу семнадцатилетнему парню. Вист провёл всю ночь в раздумьях, какие только планы не посетили его хмурую голову, наверно самое адекватное было просто и пойти поговорить с отцом, но он был на него зол. Гордость не позволяла вот так просто всё отпустить, Тони не стал бы слушать в очередной раз своего сына, ведь, а как же имидж?

На часах начало шестого утра, Вист спустился вниз из своей комнаты и пошёл на кухню, отец наверно ещё спит, он заварил себе кофе и вышел во двор, солнце поднималось из-за горизонта, прекрасные лучики света играли по двору, утренняя роса давала по истине настоящую свежесть, мальчик любовался рассветом. В это момент сзади на него упала тяжёлая рука, по перстню Вист понял, что это был отец:

– Доброе утро сын, красиво не правда ли? – спросил Тони.

– Да, почему ты не спишь, такая рань, или ты снова на работу собрался, – спросил Вист.

–Нет, я услышал, что кто-то шаркается и решил проверить, но раз уж мы не спим, не хочешь поговорить, думаю у нас есть, что обсудить.

– Что именно?

– Я хотел поговорить про твою подружку Рейн, отец которой мне лицо разбил, думаю вчера отчасти повёл себя некорректно, но ты понимаешь нервотрёпка, все дела.

– Так и о чём ты именно хочешь поговорить?

– Насколько она тебе дорога?

Вист на секунду замешкался, кажется, отец знал, что у него лежит в книге её фото, но если только он всё это знал, то почему тогда он поджег её дом. Вист не понимал, что тем самым отец пытается оказать влияние на сына, чтобы его голова не была забита ненужными вещами. Тони хотел, чтобы вся отдача ребёнка была направлена на работу, а всё остальное лишь мелочи жизни, наверно только поэтому Тони остался один, а мать Виста умерла из-за халатности отца к семье, пару лет назад, но и тогда он не усвоил никакого урока, лишь на время создавал образ, что ему надо, что ему интересно, а на самом деле его интересовали лишь его дела.

Тони продолжил:

– Сын, ты единственное, что у меня есть, я хочу, чтобы ты понял и прекратил, наконец-то, общаться с людьми недостойного твоего внимания.

– Теперь всё понятно, тебя ничего не интересует в этом мире, кроме самого себя и никогда не интересовало, – ответил Вист.

Вист поставил кружку на стол и ушёл назад к себе в комнату. Тони стоял один и смотрел на солнце, которое уже взошло, злость бежала по каждой клеточки его тела, он ударил о стену кулаком и пошёл собираться на работу, это единственное место, где он мог успокоится.

Глава 3. Лия

Тони собирался на работу, по телевизору шёл утренний выпуск новостей, его жена Лия готовила ему завтрак, пока он слушал репортаж о том, что в этом году выборы могут перенести на месяц раньше, Тони нервничал, что не успеет сдать программу в срок, он уже месяц, как проклятый, готовит проекты и отчеты по предстоящим выборам, это место в палате путь всей его жизни, последнее время он очень мало стал уделять времени семье, мало спать и почти ничего не ел. Лия понимала, что муж работает, всё делается для нее и малыша Виста, но иногда тоже надо было отдыхать. Только не Тони, его цель перекрыла всё, что у него было в жизни, одержимость перерастала в маниакальность, которая несла свои плоды, больные бутоны, роз паразитов, что цвели в душе Тони, они выпустили шипы по всему телу, а убрать их никто не был в состоянии, кроме него самого. Последние время Тони даже перестал спать с женой, он предпочитал спать в зале, потому что ему надо было работать, и чтобы не беспокоить жену. Всё как обычно по расписанию, Лия погладила стрелки на брюках, каждое действие расписано точно по времени, ну вот всё почти готово:

– Дорогой, всё готово, ты поел?

– Да, спасибо, где моя одежда мне надо срочно уезжать.

– Всё висит, надевай.

Тони переоделся с домашних лохмотьев в свой рабочий костюм. Он любовался в зеркало, был чертовски доволен собой, ему хотелось, всегда быть выше и проворнее остальных, что, собственно, ему и удавалось, внешний вид он доводил до идеала, чтобы на голове лишний волосок не торчал, чтобы не было ни одного пятнышка на одежде или ботинках, всё строго, всё чётко. Только глянь на себя, красавец, думал он. Лия вышла в коридор к мужу, Тони поцеловал жену, возле дома его ждал автомобиль.

По пути на работу он разбирал письма, которые ему привезли, обычно этот процесс занимал ровно времени, пока он ехал, что не успевал переносилось на следующий день, либо на вечер, но как правило вечером по пути домой Тони улаживал дела за день по телефону. Машина подъехала к главному офису, где его уже все ждали.

Его команда была всегда в бодром настроение, ведь их наставник задавал нужный тон работе, а те, кто мешали ему, он в тихую выгонял, чтобы никто не видел, так правильно считал он. Сотрудники не должны видеть негативные моменты, чтобы не терять настрой, словно, как дети, родители никогда не должны показывать маленькому ребенку, как они ссорятся, ведь это рушит его психику с малых лет. Вся предвыборная команда Тони работали, как муравьи, если надо задерживались, если можно было уходили раньше, но были одним целым. Начальник был доволен своими людьми, никто никогда не жаловался на шефа, да и по деньгам никого он не обижал, к своей команде Лия считала, что муж даёт больше любви, чем своей семье.

Никогда, конечно, не бывает всё гладко, как хотелось. Однажды Тони узнал, что его «сливают» конкуренту, Бенни Бойту, а тот очень сильно «точил зуб» на Тони. Так вот, ребята Тони нашли «крысу» и сделали так, что тот никогда больше ничего не сливал. Всё случилось очень быстро, когда Лион, а так звали ту самую «крысу», вышел с работы, через пару кварталов его машину обстреляли так, что на ней живого места не осталось, Тони никогда не марал свои руки, но всегда наказывал по всей строгости, связи с полицией безусловно тоже были налажены, никто не должен был знать, как Тони Роккл убирает конкурентов с дороги, но «внутри организма» все знали, что Тони идёт по головам других ради этого места, его ничто не могло остановить, всех и вся он двигал, словно Атлант раздвигающий горы на своём пути.

Так карьера Тони пошла вверх, сын рос, а жена все меньше и меньше стала получать внимание от мужа, она не хотела понимать, что он занят, ничего не хотела, только лишь почувствовать, что у нее есть семья, когда она узнала, что её муж убирает людей, а прикрывается несчастными случаями и делает вид, что он хочет помочь, Лия всерьез задумалась, чтобы уйти от него, конечно, никто ей такого не позволил. Всё буквально происходит в один год; Тони убирает Бенни, которого находят обколотого в туалете клуба «Дикий шторм», следствие ставит причину передозировка, его имя опозорено, а, следовательно, Тони выиграл, так и произошло, но после всего Лия упрекает Тони, что он поступает, как маньяк. Ей надоело такое и она боится за ребёнка. Муж никак не реагировал на истерики жены, он считал, что у него всё под контролем, никто не угрожает ему, а уж тем более ничего не сделает.

 

Однажды пока муж был в офисе и решал новые вопросы кого стоит убрать с дистанции, а кто остаётся, Лия собирала уже все вещи и решила сначала уехать к своей матери, а после поехать в Ирландию, там можно будет обосноваться на время, тем более в Ирландии жил её кузен, так что вопрос с размещением отпадал сам собой, отношения у них были отличные, каждые праздники они присылали друг другу подарки, тот постоянно звал её с семьей на отдых, но из-за графика Тони поездка откладывалась. Лия оставила записку для Тони, где были обозначены все её мысли, она рассказала, как переживает и боится за ребёнка, и почему она молчит, Вист уже заканчивал седьмой класс и начинал понимать, что происходит в семье, Лия не хотела, чтобы сын видел вместо отца – маньяка, который потрошит налево и направо всех, кто ему не угодный. В Ирландии для Виста уже было место, а после он уехал бы в Лондон учится в университет.

Лия упаковала последний чемодан, а Вист перенес все сумки в коридор.

Он решил всё-таки узнать у мамы, что происходит, почему так:

– Мам, почему мы едем без папы, ведь он нас искать будет, – сказал Вист.

– Сынок, папа много работает, не будем его отвлекать, просто съездим в гости и вернёмся домой, мы же можем немного развеется, правда, – ответила Лия.

– Да можем, но папа знает? Он же обычно нам машину и водителя присылает, если мы куда-то едем, а тут никого, может он не знает.

– Маленький мой иди ко мне, – Лия обняла сына, – папа не знает, что мы уезжаем, я ему оставила записку, нельзя его отвлекать от работы, ведь он старается для нас, поэтому мы должны быть благодарны ему, так что поехали, время не ждет, опоздаем на поезд.

Вист взял чемоданы, и они вышли из дома, Лия очень тороплива двигалась в сторону машины, но Вист погрузил часть вещей и сказал:

– Мам я забыл дома своего ковбоя, без него нельзя, дай мне минуту, я быстро, – мальчик побежал назад в дом.

Лия села в машину, закурила пока сына не было, пару затяжек можно сделать, чтобы он не видел, как раз можно было и прогреть двигатель, Лия повернула ключ в зажигании, хлопок и взрыв. Окна с соседних домов по вылетали наружу, сирены близстоящих автомобилей выли, как ненормальные, на небольшом участке местности образовался маленький ад. Вист стоял на пороге дома, в его глазах отражалось пламя, которое исходило из машины матери, очертания её горящего тела, крик, который быстро прекратился и шум улиц после последствия. По щекам мальчишки побежали слезы, он не чувствовал их, как и все остальное, тело онемело, потерян контроль, ноги подкосились и Вист упал на колени, только что умер весь его мир, всё что он любил и было дорого для него, люди начали выходить из домов, бегать, как ошпаренные, в углу Вист увидел записку, уже немного обугленную, он встал с колен и пошёл за ней. Достав письмо из конверта, он увидел странные символы на китайском языке и печать с камнем и ручьём, он не знал, что это значит, да в такой момент ему даже неинтересно это было особо. Он смял бумажку и засунул себе в карман и побежал домой, чтобы позвонить отцу, когда он взял в руки телефон, понял, что номера у него нет, куда звонить? Он один, один среди всего хаоса. В дом к Висту зашла какая-то женщина скорее всего соседка и забрала мальчика, соседи по выбегали на улицы, полный ажиотаж. Вист просидел у соседки пока не приехали пожарники, вслед за ними и приехал Тони.

– Что здесь случилось, что черт возьми тут произошло, где мой сын, где Лия, – Тони кричал на всю улицу.

Женщина вышла с мальчиком во двор, Тони увидел их и побежал к сыну, он подхватил его на руки, и мальчик стал снова рыдать:

– Пап, мама хотела завести машину, а я… а я пошёл за ковбоем, и я услышал звук, и… – говорил Вист.

– Тише, тише сынок ты в безопасности, все хорошо, сейчас разберёмся, давай я отведу тебя в машину и пойду узнаю, что произошло и вернусь, договорились, – спросил Тони.

– Да, но мама, её больше, – Вист снова начал рыдать, – вот, – он протянул бумажку.

Тони взял бумажку у сына, он сразу понял, что это дело рук триады, которая была против его назначения, значит это они всё устроили, но в машине не должна была быть Лия, а он. Автомобиль выходного дня, как раз завтра Тони собирался ехать на ней играть в гольф. Он завис над обугленным автомобилем и смотрел на труп жены, точнее, что от него осталось:

– Дорогая, что ты наделала, это было моё место…

Тони зашёл в дом и увидел на столе письмо, которое оставила Лия, он развернул конверт и погрузился в чтение:

«Любимый мой,

Мне так больно без тебя, даже когда ты рядом, я перестала тебя чувствовать, перестала понимать и осознавать, что нужна тебе. Вся моя жизнь стала для меня, как день сурка, а я в ней твоя прислуга, которая готовит, гладит, воспитывает нашего малыша. Ты полностью погрузился в себя и давно далеко ушёл от нас, твоя команда получает больше Тони Роккла, чем твоя семья, моё сердце рвётся на части от этого, я не могу спокойно спать по ночам, а когда ты спишь в зале, я рыдаю до утра в подушку, от того, что ты просто не желаешь никого слушать, мне больно, а ещё больше больнее нашему сыну, который не видит своего отца. Ты перестал заниматься всем за что я тебя любила, стал, как дикий зверь, который постоянно пытается найти жертву по крупнее, чтобы другие тебя боялись ещё больше, но тебя боится твоя семья в первую очередь. Я решила с Вистом временно переехать в Ирландию, пока не закончится всё это безумие, и ты не вернёшь себе человеческий вид, мне страшно, я тебя боюсь Тони Роккл. Может пора что-то с этим сделать.

С любовью, твоя Ли.»

Тони перечитал письмо ещё два раза, он прогонял каждое слово у себя в голове, чтобы понять, насколько он стал чудовищем в человеческом обличии, никто кроме него не сможет это изменить, но сегодня уже и менять нечего, всё сделано, назад пути нет. Тони вышел из дома. Он посмотрел на свой автомобиль, в котором сидел его сын. Он видел, как Вист смотрит на него через закрытое тонированное окно, слышал, как он плачет о маме.

После того, как разошлись пожарные и Виста отправили в надёжное место, где работал отец, на отдельную квартиру, Тони принялся за убийц жены, он сделал пару звонков и через два часа китайский квартал показал настоящие языки пламени красного дракона, Тони убил всех причастных к смерти своей жены, он не пощадил никого в этот день, месть не вернула ему Лию, Тони остался навсегда с большой «дырой» в сердце, с этого момента он стал больше следить за Вистом и не подпускал к себе ни одну женщину. Вист готов был отдать всё, чтобы хоть на пару часов почувствовать тепло своей мамы, а холод отца он ощутил спустя пару лет и понял, кто он есть на самом деле. Спустя пару лет Вист нашёл документы у отца в кабинете и истинную причину смерти своей матери, он не мог простить до конца отца, но также не знал, что в тот день сделал Тони.

Рейтинг@Mail.ru