Vi Nort За пределами игры

С тех пор на моём джерси выбита фамилия Райдер. И я начал всё с чистого листа. Это было моё решение. Моё имя. Моя карьера.

Но номер 91 я всё равно взял как у отца, чтобы хотя бы за моей спиной мои родители всё ещё были со мной в полном составе. Пусть только на форме, если в жизни, к сожалению, этого уже никогда не случится.

Папа возвращается к нам в гостиную и садится рядом на кожаный диван. Мы перекидываемся несколькими фразами, сново обсуждаем хоккей и то, что Кас сегодня был выбран в профессиональный клуб.

Нас прерывает звук открывающейся двери, и я уже в предвкушении от того, кого увижу следующим.

— Он уже здесь? – взволнованный детский голос звучит из прихожей.

— Даааа, – тяну я громко, чтобы она услышала.

В гостиную в буквальном смысле залетает вихрь по имени Хейли. У меня есть не только младший брат, но и ещё сестра. И плевать мне, что у нас только отец общий – от этого они не становятся мне менее родными. Я готов убить за обоих.

Хейли несётся ко мне в своих белых кроссовках, едва не поскальзываясь на повороте. Светлые волосы собраны в высокий хвост, который уже наполовину развалился, а на щеках и руках виднеются следы пыли и песка.

— Натик! – радостно приветствует меня девочка, направляясь ко мне, пока я встаю на ноги.

Я расставляю руки, и подхватываю её, когда она уже вплотную приближается. Сестра крепко обнимает меня за шею, будто очень хочет задушить, я в ответ целую её в щечку.

— Я так соскучилась!

— Я тоже, принцесса.

— Ты не отвечал мне последние четыре часа!

— Я был в самолете.

— Тебя это не оправдывает.

— Понял тебя, – виновато притупляю взгляд. — В следующий раз выпрыгну из него, чтобы поймать сеть и ответить тебе.

Я ставлю её на ноги, поднимаю взгляд, натыкаясь на широкую улыбку Ванессы. Блондинистые волосы уложены в небрежные волны, большие солнечные очки подняты на голову, а лёгкое бежевое платье идеально подчёркивает загар. Но в ней что-то изменилось, и я пытаюсь понять что именно.

Она тоже обнимает меня, поглаживая по спине, и я также целую её в щёку.

— Что у тебя за праздник на голове? – спрашивает она, взъерошивая мою прическу.

— Просто волосы отросли длиннее, чем обычно, – бурчу себе под нос. — Тебе кстати идёт новая стрижка.

— Вот, пожалуйста, хоть кто-то в этой семье заметил! – с упреком в сторону дивана бросает Ванесса.

На самом деле, я вкинул это наугад. Но, видимо, попал.

— Мы же тебя видим каждый день, мам, поэтому нам тяжелее найти изменения. А вот этот появляется здесь два раза в год, – оправдывается Лиам. — У него есть «до» и «после», понимаешь?

— С языка снял, – кивает ему папа.

— Кто бы сомневался, что вы начнете выкручиваться и придумывать миллион отмазок, – покачивая головой, отвечает женщина.

Ванесса моя, так скажем, мачеха, но это слово мне не нравится, оно слишком злое, а она точно не злодейка. Я знаю её с самого детства, и она всегда была хорошим человеком. Ванесса никогда не пыталась занять место мамы, да и я сам поначалу выстроил между нами стену. Лиама я впустил в свою жизнь сразу и без вопросов, а вот с ней всё было сложнее. И, кажется, всех это устраивало. Потом я повзрослел и понял, что Ванесса действительно любит меня как собственного сына. Но к тому моменту между нами уже сформировалась определённая дистанция, которую никто из нас не пытался ломать.

И, если честно, меня всё устраивает. Я люблю её по-своему, как и она меня. Но я так и не смог назвать её «мамой».

Наверное, какая-то часть меня до сих пор считает это предательством. Хотя головой я понимаю, что это не так.

— Так, парни, нужно съездить в магазин, – произносит отец, хлопнув в ладоши. — Мы сейчас займемся стейками, но у нас нет овощей и соусов. Решите эту проблему.

— Поняли.

Лиам тянется к ключам от машины, которые лежат на столе.

— Стоять, – прерываю его задумку. — Я за рулём.

— Ты итак всегда за рулём.

— Потому что из тебя хреновый водитель.

— У тебя проблема с доверием.

— У тебя проблемы с зеркалами заднего вида.

— Один раз было!

— Ты въехал в мусорный бак.

— Он стоял в слепой зоне.

— Это был огромный зелёный контейнер!

Лиам что-то недовольно бормочет себе под нос, натягивая кроссовки, а я забираю ключи и открываю входную дверь.

Именно в этот момент по коридору раздаётся быстрый топот.

— Подождите!

Хейли буквально вылетает к нам, стараясь затормозить на повороте.

— Можно с вами? – она крутит головой между нами, смотря на нас с надеждой.

— Нет, — моментально отвечает Лиам. — Малявкам с нами нельзя.

Я смотрю на сестру. Та уже делает своё фирменное жалостливое лицо, и глаза, как у кота из Шрека.

Манипуляторша маленькая.

Тяжело вздыхаю и наклоняюсь к ней.

— Нат, можно, пожалуйста…? – тянет она, складывая ладони в умоляющем жесте.

— Тебе можно всё, принцесса.

Ну не могу я ей отказать. Вообще никак. И она этим пользуется. Постоянно.

— Вот поэтому она избалованная.

— Нет, — спокойно отвечаю я, подхватывая Хейли на руки. — Это потому что ты заноза в жопе, а она ребёнок.

— Ей уже десять.

— Помнишь, какой ты был противный в её возрасте? Нет? А я очень хорошо помню.

— Зато весело было!

Мы проходим к машине. Я открываю дверь и пропускаю сестру. Она перемещается с одного края на другой, пытаясь найти лучшее для себя положение.

— За мной садись.

— Почему? – сестра хмурит брови, позабыв о неких наших правилах и моей паранойе.

— Потому что я так сказал.

Хейли болтает ногами на заднем сиденье и больше не спорит, пока Лиам разваливается рядом со мной на пассажирском, продолжая что-то ворчать себе под нос про «тиранический режим».

Я вставляю ключ в зажигание, но машину не завожу. Это папина машина, и её нужно подстроить под меня.

Сначала зеркала. Боковые. Заднего вида. Руль чуть ниже. Сиденье ближе.

— Господи, Нат, мы едем в магазин, а не на гонки, — устало выдыхает Лиам.

Не отвечаю.

Проверяю панель, бросаю взгляд назад.

— Пристегнулись?

— Да, пристегнулись мы.

Я смотрю на него максимально серьезно. Мне не весело. Он всё прекрасно знает и понимает, но вечно выделывается.

Лиам шумно цокает языком и дёргает ремень, демонстративно защёлкивая замок.

Сзади тут же раздаётся довольный голос Хейли:

— А я первая пристегнулась!

— Поэтому ты мой любимый пассажир, – смотря в зеркало заднего вида, видя отражение Хейли, подмигиваю ей.

Сестра начинает смеяться, а я наконец завожу машину — только после того, как ещё раз всё проверяю.

Привычка.

Не могу от неё избавиться.

Но мне спокойнее, когда всё под контролем. Особенно, когда дело доходит до машин и вождения.

Когда мы вернулись домой с полными пакетами продуктов, а Хейли была довольна тем, что запихала в свой рот целую упаковку жвачки, во дворе нас встречал запах жаренного мяса. В магазине мы несколько раз поругались, сначала мы не могли придти к общему решению по гарниру и нам пришлось звонить Ванессе, а потом сестра решила пошутить над своими братьями и сделать вид, будто она потерялась.

Спойлер: мы чуть не убили друг друга с Лиамом, потому что оба за ней не уследили, а потом Хейли взялась из неоткуда, сказав, что это был розыгрыш, и она всё время бродила рядом с нами.

У меня чуть не случился сердечный приступ.

Обожаю нашу семейку.

Лиам отправляется к отцу, чтобы скрасить его одиночество, а я двигаюсь на кухню, чтобы помочь разобрать покупки. Ванесса накрывает на стол, а сестра все ещё ошивается рядом со мной, не отлипая от меня ни на секунду.

— Ты же придешь ко мне на соревнования через неделю? – она снова обнимает меня за талию и смотрит на меня исподлобья.

— Я подумаю.

— Нат!

— Ну, конечно, приду, что за глупые вопросы?

— Хочешь я покажу тебе видео с последними прыжками?

— Очень.

Хейли копается у себя в телефоне считаные секунды, пока я наблюдаю за ней и отмечаю, что она быстро выросла, и я пропустил слишком многое из-за того, что уехал в колледж.

— Вот, смотри.

Хейли занимается конным спортом, не знаю, почему и как так вышло. Мы все гадали после её рождения куда же занесет её жизнь. Ставки были на фигурное катание, но она терпеть не может лёд и коньки, а потом родители заметили, что она любит животных, а при виде лошадей у неё вообще светились глаза. Сейчас тоже самое, но в тройном размере.

— Очень круто, ты умница, – комментирую ролик, что она мне показала.

Она смущенно, но одновременно победно улыбается.

Время близится к вечеру, и у нас наконец-то готов ужин. Первые десять минут мы едим молча, потому что все в буквальном смысле накинулись на еду. Я не исключение, и очень голодный.

— Нат, рассказывай, как учёба? – начинает Ванесса, отпивая вина из бокала.

— Нормально, – отвечаю я, пожав плечами.

— Когда ты приведешь к нам девушку знакомиться? – продолжает женщина, хитро улыбаясь.

— У меня её нет.

— В Монреаль уедет и там найдёт, – папа встревает в наш диалог. — Не забивай себе голову.

— Ну, здесь я, пожалуй, сам разберусь.

— Он так говорит каждый раз, а потом исчезает на полгода, — закатывает глаза Лиам.

— Я вообще-то учусь.

— Ага. И совершенно случайно вокруг тебя постоянно красивые девушки.

— Завидуй молча.

— Я не завидую, я анализирую, – с умным видом добавляет брат.

— Не используй слова, значения которых не знаешь, — вставляет папа.

Хейли начинает смеяться, а Лиам показывает нам средний палец.

Кстати, о девушках. Прошла уже неделя с той вечеринки.

Если честно, первые минут десять после пробуждения я вообще думал, что мне всё приснилось. Потом в комнате уловил сладкий запах женских духов, увидел чужую резинку для волос возле кровати и понял, что нет. Девушка всё-таки была.

Блэйк.

Кажется.

Да. Точно

Она самостоятельно покинула дом и исчезла.

Я её особо не искал.

Это была вечеринка. Алкоголь. Секс. Ничего необычного.

По крайней мере, для меня.

Мы завершаем свою трапезу, и всех детей буквально выгоняют из кухни, чтобы мы не мешались.

— Пойдём может в плойку поиграем, или фильм посмотрим? – предлагает брат, а я в ответ закидываю руку на его плечи.

Лиам сразу пихает меня локтем в бок, потому что терпеть не может любые проявления «братской нежности». Хотя в детстве сам лез обниматься каждые пять минут, когда я был против. Сейчас ему всё это нравится, он просто привлекает к себе внимание. А я его этим злю.

— Давай, только у меня комнате.

— Я тоже хочу с вами, – Хейли возникает рядом слишком неожиданно.

— Ты отвяжешься от нас сегодня или нет? Дай побыть нам вдвоем, мы может хотим поболтать о взрослом, о девочках! – братец начинает повышать голос, и устало вздыхает.

— О каких? О тех, что тебя бросают?

Я давлюсь смешком, пока Лиам возмущенно поворачивается к сестре.

— Не было такого.

— Было совсем недавно, – Хейли скрещивает руки на груди, а после поворачивается в мою сторону, начиная свой рассказ. — Мы ходили в ресторан, и он решил познакомиться с девочкой, и даже подговорил меня, чтобы я ему помогла и сказала ей, что потерялась. Но она всё равно его отшила.

Я уже не сдерживаюсь и начинаю смеяться в открытую.

— Предательница, мы же договорились, что это секрет, – возмущается Лиам.

— Нату же можно, разве нет? – Хейли хлопает ресницами так невинно, будто вообще не понимает, что только что сдала брата с потрохами.

— Вот именно! Когда ты собирался мне об этом рассказать?

— Никогда! Ты с нами не идешь и точка! Тебе пора спать.

— Ну можно я с вами посмотрю фильм, а потом уйду? – Хейли уже меняет тактику и переходит в режим «обиженный ребёнок». Опасный приём. Особенно против мужчин нашей семьи.

— Мы будем смотреть ужасы, а ты потом испугаешься, не сможешь спать одна и будешь проситься ко мне в кровать! Уже было, я больше не хочу.

— Зачем мне ты, если Нат приехал? – фыркает сестра.

Я победно ухмыляюсь, глядя на брата.

— Это аргумент, Лиам, – добавляю я.

Он обреченно запрокидывает голову назад.

— Я сдаюсь.

— Я переоденусь и приду к вам! – она пулей возвращается к себе в комнату.

Мы провожаем её взглядами, пока на втором этаже громко не хлопает дверь спальни.

— Ты что дуешься? – спрашиваю я, заметив грустную физиономию.

Лиам тяжело падает рядом со мной на диван и недовольно проводит ладонью по лицу.

— Просто хочу провести время с братом наедине, а этот самый брат вставляет палки в колеса.

— Я в твоем полном распоряжении следующие два месяца. Я соскучился по вам обоим. И как только мы досмотрим фильм, то останемся вдвоем и поболтаем о всех девочках, что тебя отшили.

Он на секунду замолкает, а потом пихает меня плечом.

— Да пошёл ты, – обиженно дует губы парень. — Завтра идем на пляж. Без неё!

— Тогда придется ускользнуть из дома в пять утра.

— Она чёртов демон.

— Не, всего лишь маленькая девочка, которая вьет из мужчин веревки, зная, что они ей не откажут.

— Мне жаль её будущего парня.

— Да, потому что у неё два старших брата и ему будет очень тяжело с нами.

Когда Хейли только родилась, мне было одиннадцать лет, а Лиаму семь. Мы, как два идиота, сидели возле её кроватки и следили, чтобы она дышала. Родители доверили младенца двум телохранителям с синдромом гиперопеки.

Тогда мы оба поклялись, что никогда и ни за что не дадим её в обиду.

И, честно говоря, с возрастом ничего не изменилось. Только теперь мы стали больше, сильнее и опаснее для любого человека мужского пола, который будет ошиваться вокруг неё. Чудесно.

Минут через пятнадцать Хейли влетает ко мне в комнату уже в пижаме с лошадями и с охапкой подушек в руках.

— Я готова.

— Господи, она ещё и вещи притащила, — бормочет Лиам.

Моя комната не изменилась. Всё тот же тёмный интерьер, огромная кровать, спортивные сумки в углу, клюшки возле стены и разбросанные толстовки, которые я так и не научился складывать нормально.

Мы устраиваемся на кровати, и каким-то образом я оказываюсь посередине. Хейли сразу прижимается ко мне под бок, укладывая голову на плечо, пока Лиам демонстративно закатывает глаза, будто его оскорбили.

— Ревнуешь?

— Заткнись.

Мы включаем «Чёрный телефон».

Первые минут двадцать Хейли держится уверенно, но потом во время одной неприятной сцены вздрагивает и сильнее цепляется за мою руку. Я ничего не говорю, только тихо усмехаюсь.

Лиам это замечает:

— Я же говорил.

— Помолчи, — бурчит она.

В конечном итоге фильм мы досматриваем едва ли. Где-то ближе к середине Хейли засыпает у меня на плече, а потом и Лиам вырубается с другой стороны.

Так я и остаюсь лежать между ними, глядя в потолок и слушая их сопение.

Дом наконец-то затихает.

И впервые за долгое время мне спокойно.