Точка Кипения
Капсула падала в темноту, и Бьорн Ларсен подумал, что так, наверное, чувствует себя ребёнок в утробе — тесно, тепло и абсолютно непонятно, зачем тебя куда-то выталкивают. — Четыреста двадцать, — голос оператора в наушнике звучал буднично, словно он считал этажи лифта в торговом центре. — Четыреста тридцать. Крен ноль-два. Норма.
