Таль Черепанов Быть человеком

Глава 15. И людям, и технике свойственно ломаться. 16.05, пятница. День девятый

Продавец мопеда, молодой человек по имени Семён, встретил потенциальных покупателей с улыбкой, которая тут же исчезла, когда Кузен сел перед мопедом на корточки и достал четки. Чемей молча закурил.

— Говорят, ломается часто, — поигрывая четками, произнес Кузен.

— Ну… я год на нем ездил. Ломалась только ведущая звёздочка. Поменял, и больше никаких проблем, — ответил Семён.

— Тогда почему продаешь?

— Другой хочу взять. Помощнее. С движком на сто тридцать кубиков.

— А у этого сколько?

— Сто десять.

— Ясно.

— Цепь я тоже поменял. Заводская очень мягкая. Того и гляди, порвется. Так что… нареканий в общем-то не было. Единственное, вот эти вот все крышки над мотором. Они пластиковые. Могут поломаться, если по кочкам гонять.

— Хорошо, — Кузен выпрямился. — Покажи, как им пользоваться.

Семён оживился. Мужики, похоже, не особо опытные. Есть, чему поучить.

— А тут все просто. Ребенок справится. Открываете краник вот тут. Видите? Затем включаете зажигание. Закрываете заслонку. Заводите с кикстартера, — Семён топнул ногой по заводной лапке, и двигатель мопеда затарахтел. — Подгазовываете и держите на спидометре две с половиной тыщи оборотов. Как только обороты начинают падать, открываете заслонку. Смотрите, — парень ткнул пальцем в спидометр. — Видите? Мопед держит полторы тысячи. Значит, норм. Можно ехать. Сейчас «Альфа» на нейтралке. Выжимаете рычаг сцепления, и с помощью педали включаете первую скорость. Прокатимся? На ходу покажу, как переключать скорости.

Кузен кивнул и пристроился на сиденье позади Семена.

После того, как прокатились вокруг квартала, Славка перевел с кредитки на карту продавца положенную сумму.

Домой возвращались на мопеде. За руль сел Чемей — у него, в отличие от Кузена, права уже есть.

****

Протас никогда не спешил. Он считает, что излишняя спешка может повредить, поэтому всегда принимает решения взвешенно. И сейчас он тоже не будет торопить события. Пусть проблема выстоится и обретет четкие контуры. И только после этого решит, как поступить. Сейчас, откровенно говоря, он абсолютно не видит сколь-либо стоящего решения. Ясно лишь одно — необходимо наказать недоносков, иначе поползут слухи, что Гоша размяк. Вопрос только, как?

Об этом и надо подумать.

Протас любит думать. Он не прочь применить силу, но считает, что умственное решение проблемы — это проявление истинного искусства. Настоящего. Чтобы избить кого-то, нужно куда-то ехать, выслеживать, тратить силы, время и нервы. А для тщательного обдумывания достаточно уединиться дома и в тишине поразмышлять.

Сейчас у Гоши не одна, а две проблемы. Первая — извращенцы, вторая — недостаток рабочего персонала. Помимо Вики и Светы на на него работают ещё две девочки. Динара — очень смазливая татарка с плоской грудью, но спортивной задницей. С ее помощью он подцепил на крючок главу Дорожно-строительного управления города и, по совместительству, руководителя местной азербайджанской диаспоры. У Гоши хватило ума не бить главного городского дорожника — таким людям морду не бьют. С ними заключают сделку. Поэтому Протас попробовал договориться, хотя прекрасно понимал, что будет сложно. На возраст девушки развратнику откровенно плевать — там совсем другие взгляды на женщин. На мнение жены и подавно насрать — вряд ли она вообще посмеет рот открыть. А вот выход скандала в публичную сферу мог на корню перекрыть возможность получения контрактов. Оба это понимали и довольно быстро нашли общий язык. Теперь чиновник пользуется Динарой, когда захочет, а Игорю отстегивает определенный процент с каждого тендера. Из этой суммы Игорь выплачивает долю Динаре.

То есть, эта девушка теперь на постоянной работе, условно выражаясь. И тут есть над чем подумать. Ее хахалю уже за полтинник — не самый резвый возраст для любовных утех. К тому же у него семья, куча детей и мало свободного времени. Динару он трахает пару раз в месяц. Все остальное время девчонка прохлаждается. В принципе, ее можно привлекать к другой работе почаще. И это обнадёживает. С другой стороны, если с ней что-то случится, Протас потеряет постоянный доход от доли в дорожно-строительном деле.

Со второй девушкой, Ирой, дела обстоят ещё хуже — она стоит на учёте в полиции. Тупая нимфоманка пару недель назад напилась до усрачки и устроила оргию прямо в парке возле памятника Неизвестному солдату. Теперь дуре запрещено покидать дом с десяти вечера до шести утра.

Протас вышел из дома во двор и расположился в кресле с бокалом коньяка. Он не из тех, кто пьет благородные напитки залпом. Он любит смаковать, чувствовать как напиток обжигает язык и медленно разгоняет кровь по телу.

Гоша сделал глоток и с наслаждением откинулся на спинку кресла, вытягивая ноги.

Атмосферу безмятежности прервал телефонный звонок. Протас посмотрел на экран — Вика.

«А этой кобыле чё ещё надо?»

— Да.

— Гоша, приветик! Это Вика.

«Дура, бля. С понтом я не вижу, кто звонит».

— Я в курсе. Что-то случилось?

— Нет-нет. Я насчёт Алины. Она колеблется. Я подумала, может, вам стоит встретиться? Я организую встречу, ты очаруешь ее. Как тогда очаровал меня, — хихикнула девчонка.

Протас ухмыльнулся. Очаровал. Напоил, сунул пачку денег ей в лифчик, потом отвёз к себе и отодрал во все щели. Пиздец, как романтично получилось.

— Я уже выпил, сегодня никуда не поеду.

— Ок. Тогда на днях?

— Договорились. Пока.

— Пока-пока.

Протас отключился и подумал, что Алину будет тяжелее уболтать. Впрочем, деньги творят чудеса. Поломается для приличия, как без этого. Но, в конечном итоге, согласится. В этом Протас не сомневается.

****

Девять дней прошли скромно. Матвей застолья не любил, а поминки — это не застолье, а необходимость. Теща сварила кутью и приготовила блины с медом. Людмила Аркадьевна принесла большую кастрюлю с куриной лапшой. Секач заранее закупил конфет и печенья, достал из погреба компот. Пришли Пал Палыч, Крыша с Ольгой, Сергей Лаврентич и ещё кое-кто из соседок. Имена некоторых Матвей даже не знает.

Под тихие разговоры за столом он пил вместе со всеми водку, не чокаясь, и не пьянел.

Глава 16. У каждого своя работа. 17.05, суббота. День десятый

В девять утра Кузен завел мопед и двинулся в сторону Нового поселка — именно там, по словам Чемея, успевшего навести справки, живёт сутенёр.

Отдохнул, и будет. Пора работать. Для кого-то слежка — это не работа, но Кузен смотрел на все это иначе. С сутенера он рассчитывает получить деньгами. Каждый зарабатывает как может, верно? Он еще не решил, как выбьет деньги с недоумка, но скоро обязательно придумает.

На въезде в поселок дорога расходится по трем направлениям, образуя своего рода трезубец. Кузен остановился. Вытащил из внутреннего кармана бомбера телефон и посмотрел на время — половина десятого.

«Ништяк».

Осмотрелся и решил сначала проехать по главной улице, затем прокатиться по боковым. А вдруг повезет, и он заметит черный «мерин» в одном из дворов.

Китайский мопед в этом микрорайоне — гость редкий. Кузен медленно колесил и с интересом рассматривал особняки вдоль дороги. Видимо, застройка здесь проводилась согласно определенному плану — все заборы первой линии, отделяющие таунхаусы и частные двухэтажные дома от проезжей части, сплошь однотипные. Кованные, секции разделены невысокими кирпичными колоннами. Да и сами здания построены по единому дизайну.

Кузен рассчитывал, что невысокие заборы позволят ему отыскать машину сутенёра, но, увы. Не повезло. Либо тот уже уехал, либо тачка стоит в гараже.

Проехав поселок вдоль и поперек, Кузен остановился на выезде и почесал затылок. Чё дальше? Тут есть остановка, можно перекантоваться на ней, к примеру.

Так и сделал. Припарковал мопед, сел на лавочку и закурил. После второй сигареты решил все же не мозолить глаза местным. Кстати, камеры. Тут ведётся видеонаблюдение? Почему-то об этом он даже не подумал.

«Почему-то», — хмыкнул про себя Кузен. С понтом он частный детектив.

Повертел головой по сторонам, но ничего не обнаружил. Если камеры стоят, то скрытно.

Проторчав на остановке минут двадцать, он покинул микрорайон. На обочине дороги, ведущей к Новостройкам, остановился. И че? Торчать на виду у всех посреди пустыря? Немного подумав, решил поискать позицию для наблюдения на въезде в район Новостройки.

Через пять минут Кузен остановился у небольшого сквера, слез с мопеда и расположился на лавочке. Отсюда дорога из Нового поселка просматривается как на ладони.

«Ништяк».

****

Пока Матвей вместе с коляской прогуливался по двору, Марина фотографировала комод. Потом вышла из мастерской и показала фотоснимки мужу. Секач остался доволен. Он и не сомневался, что жена справится с фотосессий лучше него.

Осталось выложить фотографии на доску объявлений. Попьет чай и займётся этим.

Двоедушник передал детей жене и скрылся в доме. Вскоре подъехал Крыша.

— Чем сегодня займёмся, Матуха? Сундуком?

— Да, — ответил Матвей, расставляя кружки на столе.

— Слушай, помнишь я тебе рассказывал о бабке, почившей в бозе?

Секач кивнул, разливая чай.

— Так вот, я думаю забрать весь хлам оттуда. Меня заинтересовали буфет и четыре стула со столом, но, в принципе, со шкафами, на мой взгляд, тоже стоит поработать.

— Отлично, — ответил Матвей. — Вот и работёнка для Почтальона.

— Это тот молодой мальчишка, который приходил на собеседование? — спросила Марина, беря в руки кружка.

— Да, — ответил Секач, пододвигая к Крыше сахар, а к себе зефир.

— Почему Почтальон? Ай. Горячий ещё, — Марина поставила кружку на стол.

Секач пожал плечами. Крыша тоже.

— Придет, спрошу обязательно, — ответил Матвей. — Вов, позвонишь ему?

— Конечно, Матуха. Кстати, ребята, как насчет шашлыков завтра у меня?

— Ой, я не поеду, — заявила девушка. — Родители приедут нянчиться. В другой раз, Вов. Но Матвея забирай. Чтобы под ногами не путался, пока я уборкой занимаюсь.

****

Звонок застал Федьку на кухне над тарелкой с борщом. Когда на экране смартфона высветился номер работодателя, парень вроде как даже растерялся. Отвечать или нет?

— Ответь, по работе поди, — решила за него мать, ставя чайник на плиту.

Федька вздохнул, вытер руки полотенцем и принял вызов.

— Да.

— Пэтэ, Почтальон! Поработать есть желание? — донёсся голос мордатого.

Поработать желания не было, но деваться некуда.

— А что нужно делать?

— Мебель грузить, епт. Если не передумал, подъезжай в понедельник к десяти утра к дому Матвея.

— Хорошо, буду, — пообещал Федор.

— Адрес не забыл?

— Неа. Помню.

— Отлично. Мы ждём.

И мордатый отключился.

Глава 17. Чуйка. 18.05, воскресенье. День одиннадцатый

Вовка подъехал к дому Секача ближе к трем часам дня. В салоне качал незнакомый трек. Матвей бросил сумку с банными принадлежностями на заднее сиденье автомобиля и забрался в салон. Глянул на дисплей и ни черта не разглядел — набор каких-то букв и цифр.

— Кто играет?

— «4К», братан. 2017 года трек, называется «Дельно».

Понятно.

Матвей пристегнул ремень безопасности и вытянул ноги.

В воскресный день машин на дороге хватало, но пробок не было, и приятели довольно быстро выбрались за городскую черту. Секач чуть приоткрыл окно и с наслаждением подставил лицо под встречный поток прохладного чистого воздуха.

Крыша закурил, и Матвей стрельнул сигарету. В последнее время он курит не часто, но и это многовато. Дурацкая привычка курить за компанию.

По дороге Вовка предложил взять Матвею пиво. Секач отказался. Спасибо, но хватило поминок. В тот день водки он выжрал изрядно и твердо решил до сорока дней не притрагиваться к алкоголю. Только чай и квас.

Вовка свернул с трассы налево, и «десятка», подпрыгивая на ухабах, вползла в деревню. Миновав водонапорную башню, припарковались прямо у ворот.

Усадьба «Под Крышей», — прочитал Матвей табличку рядом с калиткой и глянул на кента.

Лицо Вовки расплылось в улыбке.

— Ништяк, да, братуха? Сам придумал.

Секач хмыкнул, забрал из салона сумку и прошел во двор. Ольга уже была здесь и помогала Галине Павловне. Петр Ильич разжигал мангал. С хоздвора по-прежнему доносились хрюканье и кряканье — с хозяйством семейство Крашенинниковых расставаться не спешило. Ну а чего спешить, раз глава семьи встал на ноги.

— Баня готова. Можете идти греться, — обрадовала Галина Павловна.

Первые минут пятнадцать просто сидели на полке, плеская воду на каменку. Ждали, пока прутья берёзового веника размякнут в кипятке. Потом Крыша парил Матвея, после чего парился сам. Чуть позже, сидя в предбаннике и потягивая из пивной кружки квас, Вовка спросил:

— Ты какой-то смурной, Матуха. Что-то произошло?

Матвей пожал плечами и поставил свою кружку на столик.

— Да не. Просто, дурное предчувствие, братан. Что-то должно произойти.

Чуйке Секача Крыша доверял.

— Есть хоть малейшее представление, касаемо чего?

— Неа, — мотнул головой Матвей. — Ваще без понятия, брат. Ты ни с кем не закусывался?

— Нет, Матуха. А ты?

Секач отрицательно покачал головой и пошел на второй заход.

****

Короткая джинсовая юбочка, светлое худи и белые кеды. Алина еще раз покрутилась у зеркала, осталась довольной и собралась на выход.

— Юбки подлиннее не нашлось? — спросил появившийся со стороны кухни Федор.

Девушка закатила глаза. Федька опёрся левым плечом о косяк, разминая пальцами сигарету.

— Куда собралась?

— Не твое дело.

— Слышь, ты как со старшим братом разговариваешь, кукушка.

Алина показала брату язык, взяла с тумбочки сумочку и вышла из дома.

С Викой пересеклась на улице Трудовая. Взявшись под руки, девушки направились в сторону сквера. По пути болтали обо всем и ни о чем. Затем свернули к кофе-точке, где Вика угостила подругу кофе, и уже после этого приступила к главному:

— Хочешь, я тебя с Гошей познакомлю?

Девушка растерялась. Вика молча ждала, но что могла ответить Алина, если она самой себе не могла дать честный ответ. Подруге и подавно. Последнее время ее раздирал стыд. Стыдно за картины, которые она рисовала в своей голове: как едет на переднем сиденье дорогого автомобиля; как переезжает из своего захудалого поселка в престижный дом; как сильные мужские руки ласкают ее; как ежедневно посещает бьюти-салоны; как ее гардероб наполняется красивыми и дорогими вещами. Стыдно за вопрос, который она постоянно задавала себя: зачем тратить лучшие годы своей молодости на учебу и работу, если можно добиться всего одним простым решением?

— Ну… не знаю. Мне кажется, он немного староват для меня, — вымолвила девушка.

— Я ведь не сватаю тебя, — произнесла Вика. — Он просто хочет познакомиться с тобой. Ты ему приглянулась. Вдруг он предложит тебе работу модели. У него есть связи. Мне предлагал, но пришлось отказаться. Нужно… э… в общем, не важно. А ты… ты через пару недель станешь свободной.

Взяв кофе, девушки не спеша отправились прогуляться по скверу. Вика рассказывала о Гоше. Уверяла, что он взрослый и серьезный мужчина. Задумывается о создании семьи, но проблема в том, что женщины его лет либо замужем, либо нарожали детей. А Гоша не хочет воспитывать чужого ребенка. Вот такой он человек, и его сложно судить за это. Кто знает, может между ним и Алиной промелькнет искра?

— В принципе, мы на этой почве и познакомились. Но… я считаю, что мне ещё рано заводить серьезные отношения. Поэтому мы просто друзья.

Алина сомневалась, что Вика и Гоша просто друзья. Слухи-то разные ходят. С другой стороны, люди сами по себе очень завистливые. Особенно те, кто не добился ничего. Вот и выдумывают всякое.

Слушая Вику, Алина ощущала, как в душе зарождается тревога. И списала ее на обычное волнение, которое всегда присутствует перед… собеседованием, к примеру, или… первым свиданием.

Глава 18. Слабое звено. 19.05, понедельник. День двенадцатый

Кузен сделал некоторые выводы после первого дня слежки и взял с собой небольшой термос с чаем. Кроме того, он занял место в сквере неподалеку от дороги из Нового поселка гораздо раньше по времени. Все же понедельник. А вдруг ублюдку нужно на работу к девяти. Мало ли.

В 8:45 Славка был на месте. Открыл крышку термоса, налил чаю, включил музыку в наушниках и удобно расположился на лавочке.

Через час задница затекла. Пришлось встать и размять ноги. К одиннадцати утра закончился чай, музыка опостылела, а горло саднило от изрядного количества выкуренных сигарет. От скуки напала зевота. Можно позвонить Чемею и попросить составить компанию, но… Во-первых, кореш работает, хоть сегодня и на выходном. Во-вторых, он купил канистру с бензином, греет Кузена сигаретами, платит за карту, а если с сутенером дело не выгорит в ближайшие три-четыре месяца, то покроет долг за мопед. Припрегать кореша к слежке только потому, что одному скучно, Кузен посчитал несправедливым.

Славка не знал, сколько берет частный детектив за работу. Но к двум часам дня уже был на сто процентов уверен, что эта сумма, неважно, какая, абсолютно справедлива. Просто ждать, сидя на жаре, оказалось делом чертовски утомительным. Кузен раз пять порывался бросить все, но каждый раз представлял ухмылку Чемея и оставался на месте.

Хотелось жрать, но оставить пост он не решался. К пяти часам дня желудок свело от голода, и Кузену уже было похер на ухмылку Чемея. Он твердо решил: если черный «мерин» не появится к шести — снимается отсюда, и гори оно все пропадом!

«Мерседес» клиента нарисовался на дороге в 17:25.

Славка вскочил на мопед. Машины шли плотным потоком, и никто не хотел выпускать его на главную дорогу.

«Да куда они все ломятся, черти ебаные, на водопой что ли?» — злился Кузен, глядя в корму удаляющегося «мерина».

Наконец дамочка на Honda Civic притормозила, дев возможность Кузену выехать, и тот рванул за «Мерседесом», даже забыв махнуть женщине рукой в знак благодарности. Благо, на проспекте огромное количество светофоров, «лежачих полицейских» и пешеходных переходов — сутенёр не успел скрыться из вида. Славка следовал в плотном автомобильном потоке за клиентом и очень надеялся, что не упустит его. Потерять сутенёра сейчас было бы пиздец как обидно.

Миновали центр. «Мерседес» въехал в микрорайон Литейка, затем свернул в Рабочий поселок и остановился рядом с кафе.

Кузен припарковался неподалеку и закурил. Из машины вышел коротко стриженный дородный мужик с хмурым лицом, крепко сбитый, но с небольшим животом. Рост выше среднего. В летних светлых брюках свободного кроя и белой рубашке с коротким рукавом. Поставил машину на сигнализацию и направился к летней террасе, где его ждали две молодые девушки. Обеих поцеловал в щёчку.

Кузен внимательно смотрел. Он видел, как сутенёр обращается то к одной, то ко второй девушке. Грудастая брюнетка с пухлыми губами постоянно хихикала. Ее подруга — вероятно ровесница, с темно-русые волосами, подстриженными под удлиненное каре практически до плеч, — часто краснела, а когда смеялась, смущённо прикрывала рот ладонью. В какой-то момент сутенёр наклонился к ней и сказал что-то на ухо, затем погладил ее ладонь своею рукой. Девушка засмущалась, и у Кузена что-то щёлкнуло в голове — вот оно, слабое звено.

Троица разговаривала около часа, приговорив как минимум по три чашки кофе — Кузен особо не считал. Когда сутенёр покинул кафе, Славка не последовал за ним. Нет. Сдался теперь ему этот недоумок. С этого часа он намерен следить за девушкой.

****

Федька так не уставал ещё ни разу в жизни. Нет он, конечно, работал до этого. Ну… там… на огороде, к примеру. Садил и выкапывал вместе с матерью картошку. Каждый год. Потом перетаскивал ее в мешках в погреб. Но мебель грузить не доводилось.

Мордатый подобрал его у дома рыжебородого в одиннадцатом часу. Приехали в какой-то колхоз, где часа полтора ждали какого-то типа, пока тот не подъехал. Ворота открылись, и началась работа. Сначала загрузили буфет со стульями и отвезли к рыжебородому во двор. Разгрузилась, и обратно. Перевезли шкаф. Потом стол. Затем ещё один шкаф. К пяти часам вечера у Федьки поясница болела так, словно его пинали по почкам.

Когда последнюю мебель разгрузили, мордатый сказал:

— Попьем чай, перетащим мебель под крышу, и можешь быть свободен.

Рыжебородый притащил из дома кружки.

Федька макал чайный пакетик в кипяток и, надо сказать, ему даже это давалось с трудом. Усталость брала свое, и парню абсолютно не хотелось двигаться. Хотелось лечь прямо на лавочке и полежать. Федор очень надеялся, что завтра не будет работы.

Мордатый полез в карман и отсчитал ему два косаря.

— Возможно, завтра надо будем комод отгрузить. Сегодня потенциальный покупатель звонил. Посмотрим. Может, своими силами загрузит, — произнес рыжебородый, и Федьке стоило огромного труда сдержать стон.

Зазвонил телефон. Федор посмотрел на экран — Дэн.

— Да.

— Даров, братан! Ты где?

— Работаю. Чё хотел?

— Да я тут, кароч, мимо летней террасы иду. И знаешь, чё?

— Блять, да рожай уже, некогда мне…

— Кароч, Алина тут с Протасом сидит.

— Чего, бля? — Федька аж подпрыгнул на лавочке.

— Братан, ты в уши долбишься что ли? Алина, грю, с Протасом кофе гоняет. Хихикает сидит рядом с ним.

— Ссука. Ссука, — зашипел Федька. — Я перезвоню.

Федор отключился и вышел из-за стола. Мордатый и рыжебородый недоуменно переглянулись. Набрал номер сестры и позвонил. Алина вызов отклонила.

«Ах ты, сучка», — Федька почувствовал, как закипает.

Набрал повторно. На этот раз сестра ответила:

— Але.

— Ты где? — прошипел брат.

— В кафе с Викой. А что?

— С Викой, ссука? С Викой? Ты меня за идиота держишь, Алина, да?

— В смысле, за идиота…

— Слушай сюда, дура. Внимательно слушай. Чтобы я больше тебя с Протасом не видел. Поняла? Ты поняла? — орал Федор. — Не слышу ответа…