Полная версия:
Славин Митрий Велес
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
— Ну как же? — разочарованно спросил Игорь, будто всё было очевидно. — Мы же в лесу будем, а там до деревни — всего двадцать минут пешком. — Он сделал волнообразный жест ладонью, показывая дорогу сквозь лес.
— Младший сержант Соколов, даже думать забудь об этой идее, — приказным тоном сказал Артём, не смотря в его сторону.
— А чё так? — глупо переспросил Игорь.
— Сейчас не лето, чтобы гулять по лесам.
— Да ладно, Тем, что там может быть опасного? Я дорогу как свои пять пальцев знаю, — начинал распаляться Игорь, забыв, что находится перед старшим по званию.
— Правда не стоит. Там обещают морозы, и без твоих путешествий будет не просто, — более мягким тоном продолжил Артём и снова сел на стул.
— Понял, — обиженно пробубнил Игорь.
Чайник щёлкнул, привлекая к себе внимание. Артём неспешно повернул голову и его взгляд застыл на том, как из его носика тонкой струйкой выходит пар…
…Артём медленно моргнул — и источник пара сменился: белый чайник исчез, уступив место чёрной трубе котельного зала.
Щёки его розовели от укусов морозца, а ресницы, прежде чёрные, стали пепельно-белыми от инея.
Командир части уже десять минут зачитывал инструктаж по проведению внеплановых учений, направленных на ведение боевых действий в условиях сильного мороза. В такой минус проводить учения не стоило, но даже если Артём скажет об этом, его всё равно никто не послушает — приказы сверху не обсуждаются, их лишь демонстративно ругают в ближайшем окружении, а потом выполняют.
— …в связи с сильнейшими морозами учения будут проходить в особо опасных условиях. Поэтому всем необходимо убедиться в полноте экипировки и при малейших признаках обморожения немедленно обращаться к своим взводным. Всем удачи, бойцы! — закончил свою речь командир.
Несколько сотен человек разом крикнули:
— Есть!
Артём наблюдал, как снежный вихрь, сопровождаемый тонким свистом, пронёсся по всей площади…
…и осел прямо у опушки леса.
Артём покачивался на переднем сиденье старого «ЗИЛа», еле удерживая равновесие. Машина весело преодолевала снежные перемёты по едва заметной колее. Его назначили смотрящим не за собственной ротой, и свою часть учений он, внепланово, завершил успешно.
Захлопнув дверь, Артём покинул транспорт и первым делом закурил.
Навстречу ему выбежал молодой ротный Алексей Шмидт. Его лицо было красным от укусов ледяного ветра, а ресницы, брови и забавные усы покрыты инеем.
— Ну как у вас тут? — спокойно спросил Артём, делая глубокую затяжку.
— Дубак нечеловеческий, — констатировал Шмидт. — Как вообще людей в такой мороз можно выгонять на учения?
— Как-то можно, — пожал плечами Артём. — Грузитесь — и поехали отсюда.
Погрузка заняла не более пяти минут. Палатки рота начала разбирать ещё, завидев свет фар конвоя. Артём спокойно курил и наблюдал за бегающими туда-сюда знакомыми лицами, автоматически пересчитывая в уме своих бойцов.
— Всё, загрузились! — улыбнулся ротный и полез в кузов, но Артём придержал его за подол тулупа.
— Я не досчитал ещё четверых. Где Игорь и Рубен? И ещё два «духа»: один — полный, такой, — Артём показал на животе, — и Синицын, кореш его.
Шмидт с непониманием осмотрел его снизу-вверх.
— Так они в первой машине.
Артём посмотрел на него с недоверием, но промолчал. Молодые ребята тряслись в холодных кузовах, где тонкая ткань защищала только от ветра, но не от мороза. Он отпустил тулуп ротного и пошёл к пассажирской двери спереди.
Ухватившись за ручку, он взглянул на впереди стоящий «ЗИЛ» — его кузов уже был закрыт брезентом. Что-то ему не понравилось во всём этом, но ледяной порыв ветра заставил его спрятать лицо в воротник и открыть тёплую дверь салона. Из печки с жужжанием вылетал горячий воздух…
…и дул из напольного радиатора в коморке КПП, когда туда вошёл Артём. Он отчитался дежурному об успешном возвращении с учений, и конвой из четырёх машин наконец впустили на территорию части.
Через двадцать минут вся рота собралась в актовом зале напротив столовой для общего построения. Согревшиеся ребята весело обсуждали прошедший день, и Артём не спешил их прерывать. Он пересчитал по головам доверенных ему людей и, убедившись, что все на месте, оставил их и пошёл к своей роте.
Глаза Шмидта истерично бегали от лица к лицу. Он постоянно сбивался, сплёвывал и начинал пересчёт заново.
Артём напрягся.
Даже без подсчёта было видно: шеренга, в которую выстроились его подчинённые, короче обычного. Он уже знал, чьи лица должен найти в толпе, но никак не мог их обнаружить. Шмидт, сорвавшись, побежал по коридору к выходу. Артём выцепил из толпы хорошо знакомую смуглую голову.
— Азиз, где Игорь и Рубен? — его тон был командным, не терпящим промедления.
Лицо Азиза и без того было напряжённым. Молодой парень избегал зрительного контакта, но по нему было ясно: он напуган.
— Они днём ушли в деревню… — хмуро сказал он, не договорив, но этого и не требовалось.
Его рот открылся в изумлении, а зрачки задрожали от нахлынувшего адреналина. Тут же в памяти всплыл разговор с Игорем неделей ранее. Мысли заметались в голове, пальцы затряслись от нарастающего ужаса.
Быстрым шагом он двинулся за ротным в командное здание, но едва вышел на улицу, как его окатило поднятой ветром метелью…
…Закрываясь рукой от ветра, Артём пробирался через сугробы в лесу.
Уже светлело. С момента пропажи прошло больше двенадцати часов. Артём первым вызвался в поисковый отряд и без остановки прочёсывал лес всю ночь.
Зоны поиска были обозначены, технику подключили, но его не отпускало чувство, что ищут они не там. Закончив свой квадрат, он, вопреки приказу, пошёл в сторону части.
Игорь и Рубен хорошо знали эти места. Если их не дождались в деревне, машины могли уйти без них. Тогда им оставалось одно — идти пешком по ночному морозу.
Вина гнала его вперёд. Пальцев он уже не чувствовал, ноги подламывались, но он упрямо продирался сквозь лес, ломая тонкие ветки.
Следы он заметил не сразу. Странные углубления в снегу, едва различимые под нависшими ветками. Он пошёл по ним, быстро передав свои координаты по рации. Следы вывели его на небольшую поляну.
В центре стоял почти развалившийся дом.
Сердце забилось чаще, во рту появился металлический привкус. Он сделал лишь шаг — и остановился. Ветер стих. Мороз больше не кусал щёки. Идти вдруг стало легко.
Он посмотрел на себя сверху: форма исчезла. На нём была его повседневная одежда.
В окне мелькнуло движение. Он всмотрелся, но ничего не увидел и медленно пошёл к дому.
За несколько метров до порога руки начали дрожать. Он знал, что увидит внутри. Знал — но всё равно шёл.
Однако…
В этот раз кошмар был другим.
Из темноты сторожки навстречу свету шагнула девушка. Когда её лицо стало различимо, Артём с ужасом узнал Юлю.
Он рванул к двери, но, схватившись за ручку, замер.
Вокруг воцарилась плотная, звенящая тишина. Он знал, что за дверью, но не мог её открыть.
Поднялся ветер. Он закрыл лицо, и воздух наполнился шёпотом:
— Помоги…
Голоса накатывали со всех сторон. Артём упал на колени, зажал уши ладонями, уткнулся лбом в ледяные доски порога — и закричал.
Он проснулся от собственного крика.
Темнота временного жилища сомкнулась вокруг. Артём тяжело дышал, стирая холодный пот со лба. Он с силой зажмурился, пока перед глазами не вспыхнули искры.
Потом открыл глаза и медленно опустил голову на подушку.
Уснуть сегодня больше не выйдет.
Глава 11: Свидание
Предрассветное время протекало бессовестно медленно. Артём лежал на кровати, размышляя обо всём произошедшем, пока тьма за окном не сменилась серым рассветом. Комната наполнилась слабым, холодным светом, пробивающимся сквозь редкие просветы в облаках.
Он привёл себя в порядок, умывшись холодной водой, которая разогнала остатки кошмара и вернула его в реальность. Остановившись перед зеркалом, он отметил, как его глаза начали принимать более здоровый оттенок. Иронично усмехнувшись, он покинул уборную.
Холодильник мягко зажужжал, когда открылась его дверца. Артём достал остатки хлеба и сыра. Есть совсем не хотелось, но день мог оказаться длинным и пренебрегать возможностью было глупо. Сделав себе чашку крепкого кофе, он открыл дверь на крыльцо и вышел.
Туман стелился по земле, скрывая тропинки и густо окружая деревья вдали.
Артём стоял на крыльце, вдыхая холодный утренний воздух, и чувствовал, как обогащенная кислородом кровь с лёгким покалыванием растекается по конечностям. Глубокая, спокойная тишина деревни была особенно приятна этим утром. Он щёлкнул колесиком зажигалки, присел на ступеньки и сделал первый глоток.
Сбоку от лестницы послышался шорох в листве. Маленькая мышь выбежала на каменную дорожку и остановилась, разглядывая Артёма.
— И тебе доброго утра, — сказал он и, оторвав кусочек бутерброда, бросил в неё.
Мышь уклонилась, отпрыгнула в сторону и презрительно посмотрела на него, но уже через секунду активно заработала носом. Унюхав еду, она вернулась, схватила кусочек сыра и сразу же съела его. А вот хлебный квадратик обнюхала со всех сторон, затем ухватила маленькими зубками и быстро скрылась в расщелине фундамента.
— А почему у тебя стекло разбито?
Артём обернулся.
Юля стояла у калитки. На ней был тот же наряд, что и вчера за ужином. Лицо — без капли макияжа, отдохнувшее, живое. Её спокойный взгляд сразу снял напряжение минувшей ночи.
— Это… длинная история, которой я не очень горжусь. Пусть останется тайной.
Она пожала плечами.
— Доброе утро. Я не рано?
— Нет, что ты… Я буквально только встал… — соврал он, чтобы скрыть своё томительное многочасовое ожидание.
Он жестом пригласил её внутрь. Юля немного помедлила у порога, потом вошла и оглядела кухню. Всё здесь было чужим, но ухоженным, почти стерильным. В отличие от её дома, где каждая вещь дышала жизнью, здесь она чувствовала лишь функциональность.
— Здорово… У тебя тут всё такое… — промедлила она, подбирая слово. — …интересное.
— Это не моё. Дом предыдущих жильцов. Ты, может, с ними знакома?
— Лично — нет. Но, наверное, все знают, что здесь произошло.
— Что?
Юля пожала плечами.
— Жена пропала. Милиция опрашивала всю деревню — и меня в том числе.
Артём кивнул, не скрывая интереса.
— А как ты думаешь, что с ними случилось?
— Не знаю. Я с ними почти не общалась.
Он задумчиво посмотрел в потолок. Узоры на панелях расходились, как трещины на стекле. Чайник щёлкнул, и Артём занялся кофе.
— А почему ты спрашиваешь? — спросила Юля со спины.
Он не ответил. Вместо этого достал печенье и поставил перед ней чашку.
— Мне просто интересно, — попытался улыбнуться он. — Признаюсь честно: мне тут как-то не по себе.
— В деревне?
— В доме.
Она внимательно прошлась глазами по всей комнате.
— В этих стенах произошло страшное горе, — тихо сказала она. — Никакое горе не проходит без последствий.
Артём почувствовал, как по спине пробежала дрожь. Её голос звучал так уверенно, будто она знала это наверняка.
В этот момент что-то заскреблось по крыше.
Он напряг слух и признал шаги. Взглянул в окно над раковиной: с крыши на ветку перелетела ворона и уставилась на него своим чёрным, блестящим глазом.
— Но, если тебе будет страшно одному, — неожиданно сказала Юля. — то я, так и быть, могу составить тебе компанию.
Последние слова она произнесла игриво, но тут же покраснела, поняв, как это прозвучало.
— Буду иметь в виду, — улыбнулся Артём.
Она ответила короткой улыбкой, пряча взгляд в чашке, покачала кружку в руке, разгоняя чёрную массу.
— Прости, я не подумал… Может, тебе молока или сахара?
Он вскочил, достал молоко и поставил перед ней.
— А ты сам не будешь?
— Я уже пил, — он попытался улыбнуться как можно дружелюбнее.
Между ними повисло молчание. Юля делала маленькие глотки, осторожно оглядываясь. Артём не мешал. Внутри вспыхнуло то старое, забытое ещё со школы чувство — когда хочется показать себя с лучшей стороны.
— Как…
— А ты…
Они заговорили одновременно.
— Говори, — уступил Артём.
— Я хотела сказать, что у тебя вкусный кофе. А ты?
— Хотел узнать, взяла ли ты Яна с собой.
— Нет. Когда я выходила, этот проходимец дрых. Не стала будить.
— Почему «проходимец»?
— А что он делал ночью, если утром так сладко спит?
Артём не стал отвечать. Вопрос был лишь поводом разрядить тишину.
Когда Юля допила кофе, он надел кофту, придержал дверь и закрыл за собой дом. На улице было прохладно. Туман рассеивался, открывая верхушки деревьев. Юля вышла за калитку и остановилась, наблюдая, как Артём аккуратно отодвигает картонку от дыры в стекле.
— Так вот что тут приключилось. Тайна раскрыта, — усмехнулась она.
— Виноват, — пожал плечами он и поравнялся с ней.
Они вышли на тропинку, ведущую в лес.
— А куда мы идём?
— В лес, Артём, — она посмотрела на него, будто он задал странный вопрос.
— А что мы там будем делать?
— Как много вопросов и ни капли доверия… — театрально выдохнула она. — Понимаешь, смотреть здесь особо не на что. Но есть опасные места. Лучше я покажу их тебе, чем ты сам туда полезешь.
— Почему думаешь, что я полезу?
— Вы, мальчики, все одинаковые, — усмехнулась она.
Артём молча кивнул. Болото ему всё равно нужно было проверить — это ключевое место. Возможно, прогулка даст нужные ориентиры.
Тропинка пересекла границу леса. Артём глубоко вдохнул запах влажной листвы, хвойный привкус, тишину. Лес выглядел одновременно пугающим и завораживающим. Сосны стояли ровными рядами, теряясь в остатках тумана. Здесь тропа была шире — чтобы по ней спокойно могли идти двое.
— Ты так хорошо знаешь этот лес. Ты здесь с рождения?
— Нет, — коротко ответила Юля. — Мать привезла меня сюда восемь лет назад.
— А до этого?
— В городе. Перед тем как вернуться сюда, мы долго мотались по съёмным квартирам. У неё не получалось найти стабильную работу.
— Почему?
— Когда я появилась, ей было столько же, сколько мне сейчас. Отец сбежал. Она решила уехать… но, как видишь, не получилось. Куда податься молодой, без образования, с ребёнком на руках?
Её голос потускнел. Она расшвыривала палочки носком ботинка, и на её лице появилась тихая, грустная улыбка.
— А где вчера была твоя мама?
— Не знаю, — коротко ответила девушка.
— Как это — не знаешь? — осторожно спросил он.
— Просто однажды проснулась, а её нет. Только бабушка и маленькая девочка, которая внезапно стала для неё обузой.
— А ты не пыталась найти её?
— Нет. Здесь слишком мало возможностей. Особенно если ты ребёнок.
Она улыбалась, но за этой улыбкой чувствовалась старая, невыговоренная обида.
— А сейчас? Возможностей больше. Почему бы не попробовать?
— Попробую… наверное. Сначала нужно поступить в институт. А дальше видно будет.
Между ними снова повисло молчание.
— Ты обижена на неё?
— Не знаю… Поначалу злилась. Сильно. А потом стала думать — может, дело не в ней.
— А в чём тогда?
— Во мне, — тихо сказала она. — У меня так всегда, Артём. Все, кто со мной сближаются, рано или поздно уходят.
Она резко остановилась и посмотрела ему прямо в глаза.
— Ты тоже это поймёшь.
В её взгляде была боль и немая просьба:
Давай, скажи, что это не так.
Его сердце сдавила тоска. Он хотел пообещать, что не бросит… но понял, что не сможет. Ведь он здесь из-за работы. Через неделю он уедет. Его жизнь — не здесь. Она — там, далеко отсюда.
Юля всё поняла по его глазам. Когда он отвёл взгляд, она улыбнулась чуть шире — будто заранее приняла исход и молча пошла дальше.
Глава 12: Кладбище
Когда Юля неожиданно остановилась, Артём, погружённый в свои мысли, едва не врезался в неё. Она развернулась и только тогда он увидел табличку: «Осторожно».
За ней лес менялся. Деревья становились серыми, лишенными коры и почти без веток, пустые скелеты. Земля скрылась под плотным слоем мха, а в редких проплешинах поблёскивали тёмные лужицы. Тропинки здесь вели в неизвестность и только по старым следам можно было понять куда можно наступать, а куда нет.
Юля играючи перепрыгивала корни, рассказывая правила:
— Используй палку. Наступай только там, где жёстко. Держись тропинок. И главное… — она резко повернулась к нему, — в дождь сюда лучше вообще не ходить.
Артём кивал на каждое слово, как послушный турист.
Чем глубже они заходили, тем сильнее пахло гниющей растительностью.
— Не самое лучшее место для свидания, — проворчал он, споткнувшись в очередной раз о корень.
— Зато оригинально.
— Согласен. Первое в моей жизни.
— Намекаешь на мою уникальность?
— Намекаю, что нам пора заканчивать прогулку, пока мы не зашли на территорию большого и зелёного огра-людоеда.
Юля ухмыльнулась.
Тропинка вновь раздваивалась. Та, куда свернула Юля, была утоптана и было видно, что по ней явно недавно ходили люди. Вторая заросла колючим терносливом. А чуть дальше мёртвые стволы сложились в букву «А», образуя арку. В месте соприкосновения болтался маленький птичий череп.
Артём остановился и уставился в этот проход. Что-то в этой тропе звало его. Не страх, а скорее тяга, как будто там, за аркой, лежал ответ на вопрос, который он ещё не сформулировал.
Юля, не заметив отставания, ушла вперёд. Только когда тишина за спиной стала «неправильной», она обернулась.
— Артём, ты чего застыл?
— А что там такое? — не поворачиваясь на звук её голоса, он кивнул в сторону арки.
— Старое кладбище, вроде.
— Можно посмотреть?
— Зачем?
— Интересно.
— Эх… мальчишки… — выдохнула она и направилась по узкой тропинке.
Они прошли под аркой.
Перед ними проступил контур кладбища. Забор, побитый временем, едва различимый сквозь болотную дымку, будто втягивался в трясину. Столбы накренились, часть ушла под воду. Там, где ограда исчезала, торчали лишь верхушки, как забытые клыки. Вокруг плавали клочья тростника, мокрые листья, ветки. Ржавые гвозди оставили на древесине тёмно-красные подтёки словно это была засохшая кровь.
Артём и Юля осторожно шли по засыпанной листьями тропке. У самой ограды девушка вдруг схватила его за предплечье. В её взгляде не было паники, только напряжённое внимание.
Кладбище не походило на обычное. Оно выглядело так, будто вырвано из другого времени и заброшено сюда, чтобы медленно исчезнуть под влажным покровом. Среди кочек и луж в беспорядке торчали деревянные идолы с грубо вырезанными лицами. Черты их под слоем мха превратились в жуткие маски. Между ними стояли каменные валуны, часть которых уже тянуло в трясину. Мох и лишайники делали их похожими на забытые надгробья.
Вокруг стояла густая, вязкая тишина. Пахло гниющей древесиной, сыростью, тиной. Даже редкое потрескивание веток звучало чуждо и настораживающе. В этом застывшем пространстве легко было представить невидимых хранителей, ревниво оберегающих покой этого места.
— Артём, давай уйдём отсюда, — тихо сказала Юля. — Это плохое место. Оно не похоже на обычное кладбище… Мне тут очень жутко.
— Не бойся. Мне тоже не по себе. Давай выбираться.
Они быстро пошли обратно. Болотистый лес начал принимать привычную форму. Юля прибавила шагу, да так сильно, что Артём едва поспевал за ней.
Через несколько минут они вышли из леса на берег маленькой речки.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.