Рина Чар Оковы сердца

Глава 1 Путь

Аннотация к книге

Я – звезда Империи. Королева, но не императрица. Что поделать, когда в идеально выстроенную картину грубо ворвался… Дракон?

В моей жизни нет ему места, но как отказаться от столь щедрого дара самого принца и жениха?
Я привыкла к бесконечным играм на публику и холодному расчёту. Ни единого лишнего жеста или эмоции.

— Ты наивно полагаешь, что у тебя есть выбор? — раз за разом смеялась судьба. — Королевы не выбирают. Ими пользуются...

Он мой личный хаос. Теперь лишь одна жертва стоит между мной и свободой. Что станет платой? Не столь важно, ведь я его уже не отпущу... Ой! Не упущу!

***

«Хочешь обрести — умей отдать».

Эту фразу вбивали в нас до синяков. Веками наш род хранил секрет подчинения тех, кто когда-то властвовал над небом. Драконов. Грубой силы у нас не водилось, брали другим. «Ловцы». В этом прозвище не было ни капли благородства, только работа.

Дар притягивал стервятников. Семьи вырезали наёмники и маги, что плевали нам вслед днём, а ночью лезли в окна за нашими тайнами и кровью. Но Императорский двор платил щедро. Благодаря «таланту» род и впрямь не знал бедности. Замкнутый круг.

Когда Совет начал забирать одарённых детей на «обучение», никто уже и не вспомнит. Формально — добровольно. Фактически — ради выживания остальных. Пятнадцать лет дрессуры. Обратно мы возвращались чужими, а семьи превращались лишь в раздражающую помеху.

— Вы готовы, госпожа? — донесся из тени голос.

Я не обернулась. Связные Совета — идеальные куклы, им с младенчества вытравливали волю. Ни расы, ни запаха. Просто говорящая пустота.

— Да, — бросила я в темноту. — Где в этот раз?

— У графства Кинеллов.

— Почему они сами не разбираются на своей территории?

— Госпожа Кинелл занята. Отправили вас.

Я усмехнулась, глядя в окно на пустую улицу. От нашего маркизата до тех земель — половина империи. По пути был десяток других ловцов.

— Значит, надо, — подытожила я. — Иначе живо напомнят о дисциплине.

Я схватила зимнюю накидку и закрыла глаза. Пространственный скачок привычно сдавил виски.

Вместо мягкого ковра под сапогами хрустнул наст. В легкие ударил ледяной ветер, пахнущий хвоей и чужой паникой. Я сфокусировала зрение. Зрелище было паршивым. Дракон рычал, срывая голос. Он ещё дергался в магических силках, но резерв явно иссякал.

— Сработал призыв? — я перекричала гул метели, плотнее запахивая меховую накидку.

— Сам границу пересёк, — отрезал стоящий неподалеку Учитель.

Я прищурилась сквозь пургу. Дракон даже первую линьку не прошел. Какого демона он поперся за барьер? Впрочем, теперь это не имело значения. Его судьба решена.

— Удивительно. На той стороне совсем перестали следить за выводком? — обронила я.

— Тебе есть до этого дело? — Учитель резко повернулся. — Хочешь поменяться с ним местами? Организую.

Его тон не сулил ничего хорошего. Мужчина с трудом удерживал силки, а я опоздала с прибытием.

— Никакой разницы, Учитель, — я опустила взгляд. — Просто отметила факт.

— Я не давал тебе разрешения отмечать факты. И тем более — думать.

На спине фантомно заныли старые рубцы от карцера. Я заставила себя расслабить напряженные плечи и покорно склонила голову. Спорить с ним — себе дороже.

— Могу приступать?

— Шевелись. В следующий раз за задержку накажу, — буркнул он, отворачиваясь к бьющемуся в снегу ящеру.

В его тоне сквозила откровенная алчность. Значит, аукцион уже назначен, и товар им нужен живым.

Визуализация и новости

Приветствую, дорогие читатели. Новая история, новое приключение. Я искренне надеюсь, что книга найдет свой отклик. Автор будет очень признателен за звездочку, комментарий и подписку. Вам несложно, а мне приятно)

🌹Для 3+ активных читателей подарю ПРОМО на историю. Или любую другую по вашему желанию. Прошу, делитесь своими впечатлениями о прочитанных главах))) Я вижу каждого и премного благодарна ❤️ (PS: Если есть вопросы, задать можете в моем блоге о книге - https://litnet.com/shrt/ldrV)

А результаты выйдут отдельным блогом, следите за новостями🌹

Приятного времяпрепровождения! С любовью, Рина!:)

О, к слову... Я тут чуток помагичила... Возможно, полные арты дальше...)))

Книга выходит в рамках литмоба «Дракон в рабстве». Здесь собраны истории, где кровь стынет в жилах, страсть поджигает крылья, а свобода – не подарок, но трофей.

Что будет, если в один котёл закинуть драконов, рабство и любовь? Ты получишь не просто книги. Это будет 10 историй, где кровь стынет в жилах, страсть поджигает крылья, а свобода — не подарок, а трофей.
Хочешь дракона в цепях? Пожалуйста.
Хочешь героиню, что рвёт путы? Будет!
Любовь, да такую, что обрушит небеса и сожжёт всё к чёрту? Найдем...
Каждая история — с характером. С чешуйками. С изюминкой.
И, возможно, с хэппи-эндом (но это не точно).

https://litnet.com/shrt/lh9K

Глава 2

Я привычно отгородилась от внешнего мира. За годы дрессировки в Совете это стало рефлексом — глушить эмпатию, чтобы не сойти с ума. Только ледяной рассудок позволял проводить захват без ошибок.

Дракон корчился в грязи, разрывая собственные мышцы о магические силки. Хруст ломающихся костей смешивался с рыком. Чешуя осыпалась, тело разрушалось и тут же регенерировало, но магия не поспевала за ущербом. Кожа покрывалась уродливыми, сочащимися сукровицей наростами.

Он не замечал кровопотери. Не понимал, что распадается на части. В его хрипе не осталось ничего осмысленного — только животная, слепая паника.

Наемники удерживали цепи, ругаясь сквозь стиснутые зубы. Дракон был пугающе силен. Будь у него хоть капля опыта, он давно бы сбросил путы. Ему требовалось лишь нащупать чужие потоки маны и ударить в центральный узел, где пыхтел здоровяк-охотник. Цепь бы разлетелась в пыль.

А так... он просто выжигал собственный резерв.

Я сходу заметила две бреши в плетении ловушки. Дилетанты. Налепили ошибок, из-за которых теперь едва сдерживали дракона.

— Завесу тишины. И ослепите его, если планируете дожить до вечера, — бросила я наемникам.

Я шагнула вплотную к бьющемуся ящеру и начала ритуальный напев.

Пограничное состояние. Самая уродливая стадия линьки. Парадокс заключался в том, что только ловцы могли вправить им мозги и остановить мутации. Без вмешательства молодняк застревал в этой фазе на годы. Ни человек, ни зверь. Изувеченный гибрид.

В столице таких пускали на тягловую силу. Ни для прислуги, ни для постели они не годились, а выпускать на волю — самоубийство. Чаще всего их просто забивали на мясо или продавали на подпольные арены. Совет официально приравнивал «застрявших» к бешеным псам. И я была с ними согласна: чем дольше длилась ломка, тем меньше шансов вытащить оттуда личность.

— Имя, дракон стужи? — ровно спросила я сквозь песню.

Он стоял на коленях, низко опустив голову. Белые волосы слиплись от пота и грязи. Рубашка превратилась в кровавые лоскуты, обнажая плотную серебристую чешую на шее и ключицах. Никакой поэтичной невинности — только загнанный в угол убийца.

Его сознание угасало. Еще немного, и точка невозврата будет пройдена. Я вцепилась пальцами в белые пряди и грубо запрокинула его голову, заставляя смотреть мне в глаза.

— В глаза смотри, — процедила я. Причина буйства стала ясна: его внутренний источник пошел вразнос. — Решил сдохнуть? Валяй. Только не тащи за собой остальных. Или на выводок тебе плевать?

Я всматривалась в мутные серебристые радужки. Ответа не было. Только глухой рык на самом дне сознания.

— Что ж... Оставить тебя себе или сдать Совету? Поверь, с аукциона ты быстро уйдешь в чью-нибудь весьма изобретательную коллекцию.

— Нет, — хрипнул он, захлебываясь кровавым кашлем.

Дракон дернулся, пытаясь вырвать волосы из моей хватки. В мутном взгляде прорезалась ненависть.

Я проигнорировала выпад. Ментальный щуп наконец наткнулся на то, что я искала.

— Отлично. А теперь слушай, ящер. Повторять не стану. Мой цвет — алый. Ты под корнями Алого Древа. Я — твоя Хозяйка, — отчеканила я.

Под давлением моей магии его ярость начала захлебываться отчаянием. Он сдулся, осознавая, что проиграл.

Я кивнула наемникам. Двое ближайших резким рывком бросили пленника с колен на живот, втаптывая в снег. Я наклонилась, не разжимая пальцев на его волосах, удерживая голову на весу.

Охотники грубо заломили чешуйчатые руки ему за спину. Парень зарычал, дернулся, но путы держали мертво. Я прижала ладонь к основанию его шеи. Кожа под пальцами обжигала ледяным холодом.

Я возобновила ритуальный напев. Малейшая фальшь сейчас — и откат либо переломает кости охотникам, либо выжжет мне мозги.

«Са… Сашир… Ш-ш-ш… Ррони…»

Имя — это ключ к его сущности. Вытащить истинное имя означало получить абсолютный контроль.

— Лукавишь, — я надавила пальцами на позвонки, усиливая ментальный пресс. — Подсовываешь фальшивку. Врать бесполезно. Спрашиваю в последний раз: имя, ледяная ящерица?

Каждая фонема была критична для контракта. Крылатые упирались до последнего. Зачастую приходилось ломать им кости еще до наложения печати, а сейчас этот упрямый дракон мог просто выморозить мне кровь, если я пережму.

— Имя, паршивец! — выплюнула я. Терпение лопалось.

Мы перетягивали ментальный канат. Он тащил меня в свою стихийную заморозку, я пыталась пропихнуть в его каналы свою подавляющую мантию. Каждый рывок отзывался фантомной болью, обдирая ладони до мяса. Ставки были просты: либо я подчиню его безумие, либо он выморозит мне душу.

— Да пошла ты… — прохрипел он.

Глава 3

Дракон зашипел и утробно зарычал, отказываясь подчиняться. В его помутневших глазах билась злоба и нестерпимая обида. Он наслаждался тем, как мне тяжело, как ледяной пот стекает по моему лицу. Но моя магия уже вгрызалась в его каналы, расползаясь внутри, как корни ядовитого плюща.

— Имя, дракон стужи?

Он молчал, но взгляд начал тускнеть. Искры сопротивления гасли. В угасающем разуме медленно прорастало понимание: он терял себя, превращаясь в марионетку.

— ИМЯ! — прохрипела я. Челюсти свело до хруста. По подбородку скользнула теплая капля — я прокусила губу, и во рту разлился железистый привкус крови.

Дракон заскулил сквозь стиснутые клыки. Я вздрогнула: эхо его агонии ударило по мне через натягивающуюся связь. Эти полукровки — проклятые создания. Их магия рвалась наружу, как кипящая смола, сжигая собственный разум.

Проклятое чешуйчатое упрямство.

Неспособные обуздать мутацию, они цеплялись за свободу до последнего вздоха. Еще пара минут — и безумие поглотит его окончательно. Но гордыня, как всегда, оказывалась сильнее инстинкта выживания.

Окажись я на его месте, я бы тоже выбрала смерть. Но мне такого выбора не давали, а ему об этом знать не полагалось.

— Имя, дракон ветра и стужи? — методично чеканила я, чувствуя, как магия вытягивает из меня резерв до дна.

Ещё немного, и наемники просто порубят его на куски. Совет не церемонился с дикой стихией: свободный дракон — это угроза, а «застрявший» раб — бомба с горящим фитилем.

— Ты сдохнешь, а я выживу при любом раскладе. — хрипло выкрикнула я. — И моя воля скует тебя льдом!

В ушах стоял набатный звон. Зрение по краям начало темнеть — предвестники обморока, но я упрямо давила. Слишком много сил вложено, чтобы сейчас отступить.

Этот юнец по силе превосходил стаю взрослых ящеров. Неудивительно, что семеро мужиков едва удерживали его на земле. Будь он на пару лет старше и мудрее — от охотников остались бы лишь промерзшие кости.

— Пока дышишь — живешь. Сдохнешь — всё кончится! Ты понял? — я встряхнула его голову за волосы, как глупого щенка, не понимающего, что зубы ломаются о сталь.

Да, я заставляла его пресмыкаться перед врагом. Обрекала на жизнь в мире, где даже воздух для него будет отравлен. Но он будет жить.

— Имя! Склонись! Или… к демонам тебя, паршивая ящерица! — прошипела я и ударила магией напрямую, взламывая его сознание.

Левую руку прострелило невыносимой болью. Кожа на пальцах начала чернеть и трескаться от обморожения. Я сжала зубы, выжимая из своего источника всё, что могла.

Я давала ему шанс. Последний.

Его рёв оборвался.

«Самирран’Шшаа Рроонисс», — прогремело в моей голове. Магия пробила последний бастион. Дракон сдался.

Я сплела наши энергии в единый узел договора. Холод пронзил плоть, на секунду остановив мое сердце. Ледяные шипы ментальной связи вонзились в душу, выжигая клеймо абсолютного господства.

Дракон судорожно выдохнул. Сквозь грязь и кровоподтёки на его лице проступил лихорадочный румянец. Теперь он чувствовал меня так же, как я его. Наивный. Это была ложь подчинения, но в их культуре такое слияние считалось священным. Интимным актом абсолютного доверия, невозможным для чужаков.

Я коротко выдохнула, стряхивая с себя тяжесть ритуала. На плече налились жаром уникальные руны — у каждого плененного свой узор. Видимые только мне, они пульсировали в такт его пульсу. Теперь этот ритм — моя собственность.

Позже ему наденут физический ошейник и продадут другому хозяину. Но моя власть останется вшитой прямо в его подсознание.

— Твое истинное имя принадлежит мне. Я оставляю тебе лишь осколок. Отныне ты — Саир, — глухо произнесла я, впечатывая невидимую печать ему в шею.

Ритуал закрылся. Его тело выгнуло дугой — стихия отвергала принудительное возвращение в человеческую форму.

В мире нет зрелища отвратительнее драконьей линьки. Влажный треск рвущейся плоти, хриплые вопли, куски отмирающей чешуи, падающие в кровавый снег. И это только начало процесса.

Я с брезгливо отвернулась и пошла к Учителю, чья фигура казалась мне сейчас средоточием всей этой грязи.

Так работала наша магия: голос, ломающий чужую волю; кровь и древние слова, обжигающие язык. Искусство палачей.

— Готово.

Сокращая имена, я оставляла рабам иллюзию личного пространства. Кто-то считал это милосердием, кто-то — насмешкой. Я не знала. Мне самой давно вырвали корни. В любом случае, дальше его будут звать так, как захочет покупатель. Я видела ловцов, которые клеймили драконов номерами или кличками для собак.

Для крылатых потеря имени была первым шагом в мясорубку. Моментом, когда стирается память крови. А мы отнимали и это.

— И что мне с этим куском мяса теперь делать? — Учитель брезгливо цокнул языком, глядя на Саира. Раны выглядели так, словно целители за них даже не возьмутся.

Я мельком отметила, что наша группа поредела: двое наемников не послушали моего совета насчет тишины. Теперь эти идиоты валялись в снегу со стеклянными глазами.

Я не успела ответить.

Саир забился в снегу. Мои ноги подкосились от магической отдачи — изуродованный, истекающий кровью молодой дракон снова рванулся в бой. Откуда в нем столько дури?!

— Ах ты… слабая человеческая паршивка! — просипел он, захлебываясь кровью. — Я тебя найду! Я тебя уничтожу! Жди! Ты заплатишь за всё! Алая!

Он дернулся, и остатки физических цепей с лязгом лопнули. Наемники шарахнулись в стороны — зачем лезть под когти, если ментальный ошейник уже застегнут?

Саир слепо метался, выплевывая ярость. Отныне его главной клеткой стало собственное тело. Четверо громил, устав от этого цирка, просто сбили его с ног, как мешок с требухой. Двое других спешно дочерчивали руны транспортного портала.

— Все вы так говорите, — я хрипло усмехнулась, стирая кровь с подбородка. И ткнула пальцем в сторону его шеи, где горела невидимая метка: — Но я жива. А ты теперь на поводке.

Глава 4

Дракон взревел, швырнув двоих наемников в сугроб. Оставшиеся двое с ругаясь повисли на цепях, удерживая его в паре шагов от меня.

Я даже не попыталась сжать его сердце через ментальную метку. Воспоминания о прошлых магических откатах до сих пор сводили мышцы судорогой.

Я заставила себя стоять неподвижно. Не думать. Не эмпатировать. Я глотала его ярость через нашу проклятую связь, и она жгла горло. Пусть ненавидит. Пока в нем кипят эти чувства — он не сломается. Не превратится в пустую, пускающую слюни куклу, какими забиты подземелья Совета.

— Какой бойкий кусок мяса, — равнодушно произнёс Эдван, брезгливо ткнув дракона тростью в кровоточащее плечо. — Наденьте второй ошейник — и в забой на каменоломни. Когда полиняет и обрастет — посмотрим, на что он сгодится.

Желудок скрутило спазмом. Я живо представила Саира — изломанного, с незажившими ранами — под кнутами надсмотрщиков в шахтах. И тошнило меня вовсе не от вида крови, а от этого лощеного советника.

Но... Один неверный жест, одна тень сочувствия на моем лице — и я снова окажусь в карцере.

— В каменоломни, Учитель? — мой голос прозвучал ровно и сухо. Годы дрессировки сделали своё дело.

— А что? — Эдван резко повернулся. — Хочешь сама кайлом помахать вместо него?

— Хочу, чтобы ваши вложения окупились, — я холодно выдержала его взгляд. — Этот дракон с северных пустошей. Чистая ледяная порода. Вы абсолютно правы: пока он не перелиняет, как боевик он бесполезен. Но если подождать, вы продадите его втрое дороже.

— Обоснуй.

— На каторге линька пройдет криво. От сырости и побоев половина чешуи сгниет, — я говорила размеренно, словно торговка, оценивающая скот. — Расточительно портить такой материал.

Бесцветные глаза Эдвана впились в мое лицо. В уголках его губ дрогнуло предвкушение. Он ждал моего промаха, как волк у капкана.

— Тебе его жаль, Амира? — вкрадчиво спросил он.

— Мне жаль упущенной выгоды, — ответила я, не моргнув глазом. Отчасти это было правдой: своей шкурой я рисковать не собиралась. — Вы же знаете: чешуя первой линьки ледяных идет у алхимиков на вес золота. Кинете его в шахты — кирки испортят товар. Сорвете чешую в стерильных условиях — сорвете куш.

Эдван задумчиво постучал набалдашником трости по ладони. В Империи драконы ценились по частям. Кости, кровь, чешуя — люди пустили в оборот всё.

— Предлагаешь ждать и кормить его? Слишком дорого, — отрезал Учитель. — С ним придется возиться. Дрессура сожрет время.

— На дрессуру потребуется время, да. Но даже необученным он — редкая диковинка. Столичные аристократы падки на экзотику. Выставите его на закрытом аукционе как дикаря — за него перегрызут глотки.

Я говорила ровно, хотя внутри всё сжалось в тугой ком.

Эдван долго смотрел на меня. Его взгляд сканировал мою броню, ища малейшую трещину. А затем его тонкие губы растянулись в отеческой, теплой улыбке. От неё по моему позвоночнику пополз холод.

— Какая похвальная забота о бюджете Совета, — мурлыкнул он. — Что ж. Убедила. Портить товар мы не станем.

Я не дрогнула, хотя его внезапная покладистость явственно воняла ловушкой.

Эдван шагнул вплотную ко мне. Его пальцы в кожаных перчатках по-хозяйски, почти нежно поправили меховой воротник на моей шее.

— Знаешь, Амира… Совет давно искал способ поощрить тебя за послушание, — тихо произнес он. — Раз уж ты так хорошо разбираешься в рентабельности… Считай, что настало время для подарка к твоей свадьбе.

***

Отмеченная фэйри. Дар и проклятье 16+

https://litnet.com/shrt/ud6C

Глава 5

Я опустила взгляд и растянула губы, пытаясь изобразить искреннюю радость. Обычно лесть работала безотказно.

Но Эдван не был идиотом. Его проницательные глаза легко считывали фальшь: и тон, и едва заметное напряжение моих плеч.

— Что-то не так? — его голос прозвучал обманчиво участливо.

Я заставила себя поднять голову и прямо встретить этот немигающий взгляд.

— Всё безупречно, — ответила я, выравнивая дыхание. — Просто вымоталась.

Эдван молчал. Тишина затягивалась, и мороз начал пробираться под меховую накидку. Я судорожно просчитывала варианты. Нужно было срочно сгладить углы, накормив его самолюбие.

— Без вашего вмешательства я бы не удержала дракона, — покорно повинилась я. — И я бесконечно признательна, что старейшины Совета помнят о моих нуждах. Но я не заслужила столь щедрого дара…

— Не тебе судить о своих заслугах, — Эдван осклабился, обнажив ровные зубы.

— Вы правы, — я покорно склонила голову, пряча ледяное бешенство в глазах. — Позвольте узнать, к чему такая щедрость именно сейчас?

— Скоро ежегодные игры. Колизей открывает двери, — лениво отозвался Учитель. — Прольется кровь во благо Империи и в память о нашем освобождении от чешуйчатого гнёта.

Я мысленно скривилась. Подпольные арены работали круглый год без перерывов, а «память об освобождении» была лишь удобным поводом для легальной резни.

— Драконы будут рвать глотки не только химерам, но и собственным соплеменникам. А выжившие отправятся на аукцион, — продолжил надзиратель.

— Достойный финал, — сухо поддакнула я.

— К делу, — он брезгливо отмахнулся от философских рассуждений. — Совет постановил: тебе нужен личный раб. Экзотический. И ты «купишь» его на этой арене.

— У меня? Но я невеста принца… — нахмурилась я. Зачем им публичный скандал?

— И что? — язвительно отрезал Эдван. — Ты будущая королева, а не Императрица. От тебя требуется только родить наследника с твоим даром. А если тебя волнуют пересуды столичных святош — расслабься. Держать в постели нелюдя сейчас в моде. Никто тебя не осудит.

— Но от нелюдей тоже бывают бастарды, — вырвалось у меня. Внутри закипал протест против того, как легко они распоряжались моим телом.

Лицо Эдвана мгновенно заледенело.

— Только попробуй понести от этого отродья, — процедил он, чеканя каждое слово. — Мы найдем ему применение, и его папашу выпотрошим наизнанку, а тебя заставим смотреть. Ты меня поняла?

— Разумеется. Простите мою дерзость, Учитель, — я поспешно и глубоко поклонилась, гася конфликт. — Я лишь удивилась... До этого меня держали в стерильности, чтобы избежать лишних слухов.

— Слухи поползли как раз потому, что ты строишь из себя невинность, а сама шатаешься по теневым кварталам… — он криво усмехнулся. — Тебе нужно алиби. К слову, принц тоже будет в Колизее.

Удовлетворенный моей показной покорностью, он шагнул вплотную ко мне. Запах его дорогого парфюма перебил морозную свежесть леса. Эдван небрежно, но крепко ухватил меня за подбородок жесткими кожаными перчатками, задирая мое лицо вверх. Он оценивающе осмотрел меня, словно кобылу перед скачками.

— Зная о вашей с принцем нежной «дружбе», Совет решил: публичный подарок от жениха снимет все вопросы. Это выглядит куда разумнее, чем твой личный каприз, — ласково произнес он, больно сдавив мне челюсть. — Навести портниху. И потренируйся перед зеркалом, чтобы твоя радость от подарка выглядела правдоподобно. Ты теряешь хватку, девочка.

— Я всё поняла, — я растянула губы в лучезарной улыбке. — Вот так?

— Сойдет, — скучающе бросил Эдван и отпустил мое лицо. Брезгливо вытер перчатку о камзол. — Доберешься в поместье сама по связующей нити, или оставить тебе конвой?

— Справлюсь самостоятельно.

— Как я и предполагал. Готовься, через пару дней жду тебя на арене. И да... твои пойманные «марионетки» тоже там будут. В виде исключения. Выставим их против бойцов.

Он взмахнул тростью, разрезая пространство. Портал с чавкающим звуком втянул его фигуру и тут же захлопнулся.