Пелевина Катерина Одержимые. Только ты

Глава 7.

Тимур Савицкий

Немного поспал днём, отпустило похмелье.

Хотя башка уже болела от другого. От головняков, от паразитирующих мыслей о нашей встрече. И ныло сердце по-особенному гадко. Даже мать заметила, что я в лице изменился после сна.

– Всё в порядке?

– Да… Поехал…

Она всем сердцем не хотела, конечно. Я по глазам прочитал… Но ушёл. Попрощался и выдвинулся в путь.

Приезжаю в часть. И командир смотрит на меня хмуро, очевидно, вспоминая выслушанное сверху дерьмо. Так то мы всегда зашибись общались… Со мной проблем не было, ровно вот до того грёбанного момента с возвращением…

– Савицкий… – косится в мою сторону.

– Товарищ полковник… – плюхаюсь напротив, склоняя голову, и гляжу исподлобья.

– Не смотри так даже на меня… – рычит он в ответ. – Мне хватило.

– Не повторится больше. Я обратно хочу. Продлить.

– Продлить он хочет… Чтобы мне потом товарищ генерал звонил снова? Сиди пока тебе отпуск оформлен и не рыпайся, блин.

– Меня здесь ничё не держит…

– Савицкий… Водичка у тебя тёплая не держится. Вот это могу точно тебе сказать. Вали давай. Работы много, ты тут отвлекаешь…

Только начинаю уходить, как он одёргивает.

– Стой… И это… Как там… Павлова?

Я молча пожимаю плечами. У нас тут так не выражаются…

– Ладно, – вздыхает он. – Иди… И на связи будь.

– Есть быть на связи…

В душе настоящая агония. Думал хоть с этим проблем не будет, но батя и здесь поднасрал так, что запомнили… Вытянули ведь со скандалом… Конечно, он теперь телится.

Пока гуляю по городу только об этом и думаю… Заняться, сука, нечем… Но бухать я больше не планирую. Это в круг моих интересов давно не входит. Просто похороны – дело такое… Там не только заслонки все сносит… Там уязвимый, будто лодка в шторм…

Соболеву отвечать даже не планирую. Пусть в уши ссыт кому-нибудь другому. Встретиться он захотел…

По-любому из-за неё. Рыдала там, ныла… А иначе других причин нам с ним видеться я тупо не наблюдаю…

Опять хочет внутри всё расколупать или что… Непонятно, чё ей надо…

Уже вечером в районе семи мне набирает та самая девка…

– Да?

– Тим, это Алёна…

– Алёна? – спрашиваю и пытаюсь переварить. Я же в душе не ебу как рыжую звали. – Рыжая которая?

– Ну… Да… – хихикает она. – Рада что запомнил.

– Ну и чем могу помочь тебе, Алёна?

– Встретиться не хочешь…? – спрашивает тихим голосом. Специально интонацию меняет. Я же вижу, что всё это наёбка. Притворство. Такие если на шею сядут, потом сразу характер начнут показывать. Это она сейчас ласковая и пушистая… Но это не навсегда… Хотя мне вообще насрать. Я её чисто поюзать собираюсь.

– Нууууу… Занят пока. А чё предложишь?

– У меня можно…

– Можно… Подружки есть у тебя симпотные?

Она аж тормозит сразу… Долго думает, а я, честно, угораю просто.

– Ну, есть… А ты с другом хочешь быть?

– Ага. С другом… Ты его видела… Трогала… Сосала…

Она молчит, а потом вздыхает.

– Я поняла. Ладно, позову подругу. Ты тогда… Часиков в десять подъезжай…

– Океееей, – сбрасываю и захожу в магаз. Мама хоть и купила вещей, но это не то совсем, что я хочу носить. Поэтому тут же расчехляю кошель и набираю то, что привык. Косуху, рубахи, джинсы, кеды. Рассчитываюсь и еду домой помыться…

Думаю… Я как бы двух одновременно никогда не жарил. Но в принципе, если хорошо пойдёт, могу и так. На самом деле мне вообще похрен как выбросить скопившийся внутри души шлак.

Лишь бы она язык держала за зубами впредь.

Уже к вечеру надеваю на себя новые шмотки, бреюсь, моюсь, привожу себя в человеческий вид, щёлкаю часами на запястье и прощаюсь с матерью… Ей я пока не передавал слова командира. Мало ли что изменится и меня тут же выдернут обратно… Чтоб не обнадёживать, а то у неё сердце, как всегда, заплачет.

Выхожу из комнаты и по маминому лицу понимаю, что забыл, блядь, о приезде брата с семьёй. Слышу звуки в прихожей… Бати-то дома нет, он снова в командировке в другом городе.

– Они уже приехали… Ты что не посидишь с нами?

– Блин… Посижу, конечно. Посижу…

Дела немного двигаю. Пишу мадаме, что опоздаю… Встречаю глазами Серёгу, и тот сразу тянется прижать… И как так вышло, что я стал его больше? Хер знает…

– Дарова, здоровяк…

– Привет, братулишка – братулёк, – ржу я, похлопав по спине. Его супруга стоит и молчит, держа на руках кареглазого мелкого карапуза… И по правде говоря… Меня это выхлёстывает просто… Нещадно… Будто из тела душу выбили, и эта гадина со стороны наблюдает…

– Это Аня… Наконец, хоть познакомить вас…

– Тим, – представляюсь…

– Приятно, – пищит её голос в ответ. Тоже такая маленькая… Прямо как «О»… Твою мать… Ненавижу.

Серёга перенимает мелкого на руки и несёт показать мне… И вот в этот самый момент внутри всё вообще полыхает… Я никогда не думал о детях вот прям серьёзно, но… Я столько раз намекал «О» о своих планах на неё… Что поделюсь фамилией или что она будет моей невестой… И где-то на подкорке мысленно осознавал, что если да… Если да, то только с ней…

И сейчас, когда он даёт мне его подержать. Я растерянно перенимаю его и смотрю как на гранату без чеки…

– Эм… Привет… – здороваюсь, пока он хмурит свои брови. – Сколько ему?

– Уже десять месяцев, – говорит Аня, а мама тем временем нависает и начинает сюсюкать, и я с превеликим удовольствием толкаю его в её руки, сбагрив от греха подальше.

Честно, никогда ещё такой беспомощности не ощущал… Жесть какая-то. Аж ладони вспотели под страхом перед этим пацаном. Я мин-лягух так не боялся, как его держать.

– Пошлите за стол… Да, Володька? Мы же идём за стол? Бабушка тебе пюрешки приготовила сама… Представляешь?

И вот пока женский пол с дитятком удаляются, мы с Серёгой так и стоим в прихожей. Он смотрит на меня и тяжело вздыхает.

– Чё как оно, брат? Реально если…

– Да как… Обычно.

– Мама сказала, ты ещё не решил… Туда или…

– Я решил. Просто мать не знает.

– Понятно, – опускает он взгляд… – Ладно, пойдём хоть посидим немного…

Немного длится часа два…

И я понимаю, что мне не хватало Серёги. Где-то даже рассудительного взгляда. Где-то идентичных черт… Поведения и отношения… Он изменился, конечно, рядом с ней…

Будто бы она что-то внутри задела… Видно, что спокойная и тихая.

До того, как они заделали Вову, работала в надзорном органе. Сама с высшим образованием. Скромная. Мама очень тепло её встретила… И из-за этого, к сожалению, все мои внутренние ресурсы очень быстро начали стремиться к нулю…

Ведь когда-то и я так приводил… Когда-то она и на мою «О» так смотрела…

И будто коросту оторвали сейчас…

Сидеть сижу со всеми, а внутри кровоточу… Даже ехать никуда не хочется… Просто бы здесь рухнуть тяжким грузом и забиться в угол.

Но потом я всё же собираюсь по знакомому адресу… Морально готовлюсь к жёсткому пореву… Двойному…

Выдолбить всё, что внутри поперёк лежит… В том числе «О», о которой уж очень часто думаю… Да и всё, что встряло в горле за ужином с родными тоже нужно удалить, нахрен…

Но подруга моя встречает одна… Естественно. Кто бы сомневался. Не захотела делиться… Пизда с ушами. Да ещё и в таком блядском коротком халатике с кружевными приблудами на рукавах. Я вопросительно смотрю на неё… Мол «а где?». Обещала же групповуху.

– Она не сможет…

– Хах, – выдаю, стаскивая с плеч кожанку. – Ну я так и думал… А ты чем побалуешь?

– А я всем побалую, – дёргает за пояс… Разводит полы в стороны… И ебаться мы начинаем уже у неё в прихожей на тумбе…

***

После трёхчасового марафона я смотрю какой-то тупой фильм по телеку, залипаю, а она лежит рядом и водит своими пальцами по моей грудной клетке. Прямо как лезвием по стеклу, сука… Корёжит нервы.

– Тяжело там?

– М?

– Ну… Там… В бою…

– Нормально.

– Страшно?

– Бывает.

– А у тебя здесь… Никого что ли?

– Почему никого? Родные есть.

– А… Женщина? Вообще никого?

– Вообще.

– Такой красивый… И женщины нет…– говорит задумчиво. Чего ждёт от меня? Хер проссыт.

Сказал бы я ей, куда я ебал её мнение, но даже силы и эмоции тратить не хочу. Она мне реально нравится, когда молчит. Эдакая секс-кукла. И нихера не надо делать, чтоб потекла. Только рубаху снять, она уже ноги свои перебирает. Удобно.

– Нет да нет. И не надо мне. С тобой вон хорошо, – притискиваю её ближе, а она лыбится. Бля… Уже вся растеклась… Ведомая тупая блядь…

– Я всегда мечтала о военном… Красивом, здоровенном, – произносит с такой приторностью, что у меня её слова как сахар на зубах скрипят. И от фразы этой уже тошно.

– Яссссно, – тяну и прибавляю громкость на плазме.

– Ты надолго здесь?

– Как пойдёт. Пока не знаю. Ничего говорить не буду.

– Ээээх, – вздыхает она и целует мою кожу на груди… А у меня от этого жеста внутри всё простреливает. Влетают внутрь осколки и даже говорить больно, а объясняться и вовсе не хочется.

– Не надо так делать, – тут же дёргаюсь и накрываюсь одеялом.

– Почему?

– Просто не надо и всё…

– Ладно… Пить хочешь? – спрашивает, привстав с кровати, и завязывает на голове высокий рыжий хвост.

– Давай…

Она уходит, а я пытаюсь угомонить дурное сердце, которое ни с того, ни с сего вдруг вспомнило, что такими поцелуями меня когда-то награждала «О». Я с тех пор не позволял никому вот так лежать у меня на груди и что-то вырисовывать, целовать… Обычно сразу сваливал или отворачивался к стене… Ну максимум мог придавить собой по-пьяни, чтобы с утреца по-бырому ещё раз присунуть. А тут мне просто реально хочется от тоски выть, ибо идти некуда. Я хочу туда… К ребятам. Обратно. Мне здесь вообще всё не любо.

Днём, пока отдыхал, стоило прикрыть глаза, вообще чуть не отъехал. Потому что внезапно ощутил её запах на своей подушке. Это было так жутко на самом деле… Я весь испариной покрылся. Ведь понимал, что не может быть этого… Два года не нюхал. Да даже не два… Два с половиной уже прошло… То ведь январь был… Суровый говняный месяц, который я с тех пор буквально ненавидел… И не за колотун… А за кровавые полотна под моими ногами… За любовь, которая воткнула нож в сердце и провернула его там на сто восемьдесят.

– Возьми, – передаёт эта самая Алёна стакан, вынимая меня из своих мыслей.

– Пасиб…

Пью, жадно глотая воду… Пересохло всё уже. Чувствую, как мышцы гудят… Им физ. нагрузки не хватает. Чё мне этот секс? Но не буду же я перед ней сейчас отжиматься, правда…

Ставлю стакан на стол, а она снова ложится рядом и молчит… После чего нарушает эту тишину неловким вопросом.

– А можно… Ну, можно… Я буду считать тебя своим парнем?

Смотрю на неё, приподняв бровь и вот прям заржать хочется.

– Считай, похер.

– Круто, – по-наивному улыбается и смотрит на настенные часы. – Ты на ночь останешься?

– Посмотрим…

Тем более, уже почти четыре… Домой возвращаться – мать лишний раз беспокоить… Нахер надо… Лучше тут перекантуюсь до утра…

В итоге засыпаю с пультом в руке и когда чувствую её касания, сразу же щемлюсь к стене, уткнувшись носом в подушку… Выключает быстро, но сны снова какие-то нерадостные…

***

Будит меня навязчивая мелодия звонка. С-с-сука… Десять утра, нахер… Я сплю вообще-то… Какого хера? Если это не командир… Отвечаю…

– Да? – беру на автомате.

– Тим… Дарова. Ты чё каво не ответил? Загасился что ли? – ржёт Миха, и у меня прям-таки неприятно саднит в груди… Если бы посмотрел, кто это, точно бы не взял… Но я спросонья так сделал, блин.

– Чё надо? – спрашиваю, прокашлявшись, пока рыжая рядом вошкается и жмётся к моей спине голым телом.

– Давай словимся завтра… Посидим, попиздим… Вдвоём просто, – сообщает мне, будто бы я тупой какой-то… Вдвоём, ага… Конечно, я вот прям нутром чую ебаную подставу.

Я тебе, сука, покажу «посидим».

– Ну, давай. Где, когда…

– Завтра в 20:00 в «Баттлере». Это ресторан новый…

– Ясно, найду.

– Ну всё, забились.

Он сбрасывает. Я кое-как продираю один глаз и смотрю на улыбающуюся деваху рядом.

– Ты чего? – спрашивает она с ухмылочкой.

– Да ничего… Завтра в восемь вечера ничего не планируй. Пойдёшь со мной в одно место…

От автора: Сегодня я для вас тоже много картинок сделала... И Тима в разных вариациях.

Я так безумно счастлива поддержке, которую вы все мне дарите. Спасибо)

Без тёплых слов автор чахнет, как цветы без водицы... Это истина) Поэтому хочу сказать, что вы все мне жизненно необходимы, и каждый отзыв буквально поднимает мне и настроение, и вдохновение, и хочется творить лучше! Мощнее! Быстрее!) Обнимаю)

А Тим... Ну реально краш... Это если внешне... А что там сейчас внутри... КА-РА-УЛ!!!

Тим со старшим братом Серёгой

Тим с племянником:

Мама Тима с внуком:

Глава 8.

Олеся Ветошникова

Я даже не знаю, что надеть… В чём вообще в рестораны принято ходить? Наверное, простого платья достаточно? Я же не на свидание собралась, верно?

Не успеваю додумать, как от Вари приходит сообщение. Если честно, я порой в шоке от того, как работает наша с ней ментальная связь… Стоит подумать, а она уже пишет ответ… Так и во многих других вещах…

Варя Ветошникова: «Надень то белое лёгкое шифоновое платье».

Блин… Мы его вместе покупали… Я его ни разу так и не надела, но оно мне очень тогда понравилось, особенно его плавные волны и линии, поэтому я и приобрела… Но оно какое-то чересчур нежное… На учёбу мне не хотелось его надевать… А так повода не было… Достаю его с вешалки и смотрюсь в зеркало, прикидывая к себе… И тут даже моя соседка ни с того, ни с сего решает заговорить.

– Красивое…

– Ты считаешь?

– Да… Тебе идёт.

– Спасибо…

Любуюсь и решаю всё-таки его надеть. Благодарю Варю за помощь смайликом… А соседку – настоящей улыбкой. Возможно, мы теперь хоть иногда будем общаться? А то порой слышно, как в комнате гуляет перекати-поле…

Почти не крашусь. Только немного туши и бальзам для губ… Волосы оставляю прямыми… Я вообще изредка стала пользоваться плойкой, так и волосы меньше портятся.

После того как навожу этот эфемерный марафет, сажусь почитать перед тем, как ехать в то заведение… Как раз нужно кое-что для себя подчеркнуть по предмету…

Время за учебником быстро пролетает и нужно уже выходить. Тем более, если Варя сказала не опаздывать, значит, что-то они собираются там делать…

Отправляюсь туда на такси и, когда подъезжаю, осматриваю это шикарное дорогущее место снаружи. Очень круто выглядит. Даже боюсь представить, на сколько здесь выходит средний чек.

Но я и не планирую много есть, так что… Просто иду внутрь, снимая на ходу свой тренч. Вижу их вдалеке… Варя такая довольная. Смотрит на меня и, после того, как я убираю свой верхний наряд на вешалку, вертит вокруг оси, взявши за руку, любуясь и мило улыбнувшись.

– Покружись… Ну, красотаааа… Да же Миша?

– Что? – сразу же теряется Соболев и делает вид, что меня не замечает. А я смеюсь.

– Соболев… Можно… – кивает она, и он ржёт.

– Да шучу я… Красота, конечно… Но ты красивее, моя мармеладная, – целует её в губы, а я там чуть ли на месте от умиления не растекаюсь.

– Боже, какие вы прикольные…

– Ага…

– Уже заказали? – сажусь за стол и беру в руки меню, разглядывая. – Невероятно хочу пить…

– Нет пока, тебя ждали…

Чувствую в Варином голосе какое-то неожиданно вспыхнувшее напряжение…

– Всё хорошо? – приподнимаю глаза, а она смотрит на Мишу с тревогой на лице… А потом её взгляд падает прямо за мою спину. И Миша метит туда же. И какая-то чуйка внутри буквально кричит мне, что всё это неспроста…

– Вы чего? – оборачиваюсь я взволнованно…

И цепенею… В ужасе… На месте…

Потому что прямо сейчас к нашему столу вальяжной походкой победителя подходит сам Тим…

И он не один…

С какой-то рыжеволосой очень откровенно одетой девушкой… Мне даже смотреть на неё сложно. Но объективно говоря, фигура у неё очень красивая… Ноги от ушей, большая грудь, и это напоказ… Всё, что я успеваю заметить, потому что потом перед глазами только огромное серое расплывчатое пятно…

– Я не знал, что он притащит кого-то, – бубнит встревоженно и разочарованно Миша, а потом я слышу знакомый насмешливый баритон.

– Дарова, звал? Ну вот я пришёл… Как фартануло, что ты тоже не один, – звучит ядовитый выплеск из уст Тима, и Варя вцепляется в мою руку.

– Леся, прости меня, – шепчет, а я вот прямо как застыла… Так и сижу.

Слышу только бешенный стук своего сердца, как у маленькой мышки, что попала в мышеловку…

Пока он нарочно не садится напротив… И его же спутница по левую руку от него. Будто бы всё это назло мне…

Аккуратно и медленно Тим закатывает рукава своей серой рубашки, и это гипнотизирует. Выводит на такие сумасшедшие эмоции, что я даже не дышу… Не могу толком лицо его разглядеть… Будто воздух вокруг плавится как в печке… Горим…

В глаза мне не смотрит… Да и я в панике сейчас… Вряд ли бы смогла сконцентрироваться, чтобы заметить…

Такого вот я вообще не ожидала. Никак…

Получается… Они позвали его, чтобы мы поговорили? Сказали ему, что тут буду я или же нет? Или он нарочно её сюда привёл?

– Чё… Заказ делали уже? Выбирай, – даёт девушке меню, и она с довольным видом начинает перелистывать странички наманикюренными пальчиками. – Чё, Соболь… Не рад видеть? Кислый такой… – издевается он, положив ему руку на плечо.

Буквально все молчат… И я тоже не знаю… Абсолютно не понимаю, что делать… У меня от того, что он рядом и без того всё внутри взрывается, а как представлю, что он с ней… Так просто… Замертво в могилу падаю.

– О-о-о, – поглядывает он на нас по очереди. Но особенно ни на ком не задерживается. Будто специально смотрит вскользь… Пустым безликим взором. – Да вы чё-то все такие… Не с той ноги что ли встали?

– Савицкий, – тут же парирует Варя, а я сильнее сжимаю её руку под столом. – Не устраивай цирк.

– Да кто ещё тут цирк устроил? Прямо надо о таких вещах говорить. А то вдруг у кого-то сердечный приступ случится. Мало ли… Ситуации разные бывают. Да, дорогая? – обращается к своей девушке, а та, хоть и недоумевает, но всё равно мило и ласково ему улыбается.

– Молча тухнуть будем, Мих, или бахнем по пятьдесят? – грубо спрашивает, пока я проглатываю ком.

– Тим… Кончай…Чё закладывать стал?

– Так а чё нет? Судьба у меня такая… – бросает свой острый взгляд на меня. И меня как будто на месте скручивает… В огненную воронку… Всё тело словно сейчас порвёт на нити… Не могу с этим справиться. Господи, помоги. – Ну а ты…? – обращается ко мне, и я даже слова не могу проронить. Хоть и вижу это пренебрежение… Эту злость… Гнев вперемешку с гонором Савицкого… С тем самым, с которым я столкнулась при первом знакомстве… И я отлично понимаю, что это щит… Он просто закрывается… И мне нужно тоже в ответ говорить… Мне нужно. Иначе он меня раздавит. Чисто морально меня уничтожит и ничего не останется.

– Что я?

– Выбрала, что желаешь?

– Нет… Я только пришла…

– Она не знала, – перебивает Варя. – А то ты небось уже надумал…

– Конечно… Не знала, – опускает он взгляд и усмехается, будто бы издевнувшись и поставив под сомнения её слова, а девушка тем временем кладёт на него руку и что-то спрашивает на ухо. Словно бы воркует.

И я не выдерживаю… Меня реально бомбит… Будто снова вулкан внутри просыпается… Такая злость, что я вся в магму превращаюсь…

– Я действительно не знала. И если бы знала – ни за что не пришла, – выдаю откровенно и ловлю его чёрные своими. Сопротивление нарастает. Потому что вид у него, мягко говоря, убийственный, но я договариваю. – Ведь ты уже не тот человек, которого я знала. Совсем не тот.

– Да что ты? Много обо мне знаешь, дорогуша? – спрашивает с присущим цинизмом. – Думаешь раз увидела, слёзы полила и всё прощается по щелчку пальца? Ты-то привыкла к этому… Естественно…

Боже, сколько желчи… Как я злюсь… На него и то, что он с нами делает. Без зазрения совести рвёт нас на части.

Имеет ли он право? А я имею отвечать? Потому что не могу затормозить…

Меня уже несёт… И это просто отвратительно… То, во что мы превратились. То, как мы говорим друг с другом… После всего, что было… После той любви… Тех вселенских чувств, как мне казалось… Ведь сильнее их я никогда и ничего не испытывала…

Глаза из-за этого краснеют и слезятся. Боль тупая и ноющая выступает союзником той ненависти, что зарождается в груди. Я под взглядом его теряю себя. Ту прежнюю девочку, что нуждалась в нём всем своим сердцем.

– О-о-о… Началось, – говорит, очевидно, заметив, что я уже не выдерживаю… Хочу заплакать. Хочу…

Лишь поэтому отпускаю Варину руку и тут же встаю с места, направившись в уборную…