
- Рейтинг Литрес:4.8
- Рейтинг Livelib:3.8
Полная версия:
Ольга Белышева Астарта. Познание. Книга 2
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
Она снова повела хвостом.
— Мир Лурапис жил в хаосе. Войны, монстры, передел земель. Вампиры захватили Европу. В Америке — оборотни, ведьмы, Бааван Ши. Кто ими управлял — уже не упомню. Хорошо, что всё это позади.
— А в России кто был? — вдруг спросил Богдан, оторвавшись от своих мыслей.
— В России — иначе, — ответила Бастет. — Духи природы, шаманы. Лешие, русалки. Они держали баланс, защищали землю. Долго. Но войны и их не обошли. Выстояли — ценой многих потерь.
— Это интересно, — заметил Богдан, почесав затылок. — Получается, у каждого региона были свои защитники.
— Да, у каждого народа — свои способы борьбы, — подтвердила Бастет, и голос её смягчился. — К счастью, после перезагрузки у нас появился шанс на новый путь. Правда, многие города исчезли бесследно — не прошли Алтарь. Но именно поэтому развитие героя идёт почти автоматически. Только люди с Земли способны всё понять и разобраться. Остальные жители этого мира — пока нет. Думаю, веков через… очень много, возможно, смогут.
— Упс, — буркнул Богдан, опустив взгляд.
Мы замолчали, осмысливая услышанное. История Лураписа была полна трагедий. Кошачья мудрость Бастет добавляла этому миру глубины, заставляя смотреть на всё иначе.
— Я застал многое из сказанного, — задумчиво подтвердил Монти, скрестив руки. — Начало игрового мира. Мне было года три. Тогда было сложно всем.
— Да, тяжёлое было время, — согласилась Бастет.
— Вернёмся к нашему, — сказала я, чувствуя смесь любопытства и тревоги. — Значит, ты можешь посмотреть новости о Большой игре?
— Конечно, — спокойно ответила кошка.
Бастет зажмурилась. Уши дрогнули, будто она прислушивалась к чему-то далёкому. Мы ждали. Минута. Другая. Третья. Тишина.
Наконец она открыла глаза — и взгляд её изменился. Стал серьёзным. Сосредоточенным.
— Извините за задержку, — сказала она. — Неоперативно всё загружают в базу Лураписа. Пришлось ждать обновления последних новостей.
Бастет заговорила дикторским голосом — резким, чётким, без единой запинки:
— «Большая игра: игроки исчезают на глазах у зрителей. Прошлым вечером пропала с экранов информация о геолокации некоторых игроков Базы Север. Мы провели своё расследование. Одновременно с исчезновением игроков было убито сто двадцать пять — сто тридцать пять бойцов команды Север. И несколько — команды Юг.»
Она сделала паузу, давая нам переварить.
— «Что можно сказать об этих игроках? За глаза их называют командой демонов! Возможно, завязался серьёзный бой, в котором демоны одолели столько противников? Мы взяли интервью у Генерала Базы Север и командира Петровича.»
Голос Бастет изменился — теперь она говорила за Генерала. С апломбом, с ленцой.
— «Не думаю, что это связанные вещи. Столько игроков не могли убить новички. Напомню: это выскочки, которые сгруппировались в кучку. Не команда — кучка непонятной субстанции. Зеленушка, Травка Эльфийская, собака с гномиком и рыжая — вообще дети. Винни Пух, Кащей и радистка Кэт?.. Не смешите меня. Целый детский сад под руководством Винни Пуха. Пять недоделок против двухсот двадцати пяти воинов-профессионалов? Не стоит раздувать историю. Лучше обратите внимание на стоящую информацию: по карте видно — команда Север схлестнулась в горах с командой Юг. Идут потери. Но потери только у Юга. Вот это новость».
Бастет перевела дыхание и заговорила другим голосом — мягче, драматургичней. Петрович.
— «Гадать не буду. Но знаю: это не просто новички. Очень организованная, дружная команда. Я следил за их подготовкой. За месяц они поднялись по уровням — и прибавили десять-пятнадцать сверху. Там моя дочка, Клавдия. Она за всё время здесь не могла поднять даже один уровень. А под руководством Дины стала развиваться. Я очень переживаю за них. Думаю, была борьба, и датчики на браслетах повреждены. Они в игре, данные поступают. Просто мы не видим их геолокацию. Надеюсь, они дойдут до стороны противника и будут бороться за главный приз».
Бастет замолчала. Дикторский голос погас, вернулся обычный — мягкий, с хрипотцой.
— Ну вот. Теперь вы в курсе последних событий.
— Травка Эльфийская? За это Генерал ответит! — Эрдан вскинулся, уши покраснели.
— Меня вообще зеленушкой обозвал, — Богдан топнул ногой, сжимая кулаки. — А Клавдию — Винни Пухом. Придушу хмыря.
— Вот ещё последние новости, — спокойно продолжила Бастет, не обращая внимания на возмущение. Голос снова стал дикторским:
— «Большая игра, новости четвёртого дня! Счёт по-прежнему ноль-ноль. Количество игроков уменьшается. Команда Юг — осталось двадцать два игрока против шестидесяти трёх команды Север. Что решит команда Юг? Командующий Базы Юг отказался от комментариев. А Генерал Базы Север дал: „Мы разбили их в пух и прах! Борьба в горах была самой ожесточённой, и мы вышли оттуда без потерь. Сейчас ребята отдыхают около дубов, рядом с полевой кухней. Молодцы, пусть подкрепятся, выспятся — и в дорогу“. Поздравляем команду Север с успешными итогами».
Бастет замолчала, внимательно посмотрела на нас.
— Вот такие дела.
— Ого, — Эрдан подался вперёд, глаза заблестели. — Мы теперь точно знаем: они сделали привал. И даже знаем, где.
Он открыл карту. Показал место с полевой кухней и поляну дубов.
— Мы с одной стороны, около реки. Вышли на территорию врага. А они около гор. Да, разница в несколько часов. Но мы далеко. И главное — они нас не видят.
Но Бастет прервала его. Голос её дрогнул.
— Не торопитесь радоваться. Только что загрузилась новость. Читаю заголовок: «Кто они? Они демоны? Команда Дины вышла из Туманного леса! Как команда низкоуровневых новичков смогла это сделать? Читать далее…»
Она осеклась. Глаза подозрительно замерцали.
— Сейчас загружу фото в чат. Зайдите все в общий.
Мы торопливо нырнули в чат. Полоска загрузки поползла. Медленно. Напряжение росло.
Изображение появилось — и мы ахнули.
Наша команда. Выходит из Туманного леса.
— Это… невозможно, — прошептала я.
— Чёрт возьми, нас засекли, — Богдан стиснул зубы.
— Как они это сделали? — Эрдан побледнел.
Бастет молча смотрела на нас. Взгляд — серьёзный, без тени иронии.
— Это значит, что теперь они знают, где мы, — сказала она тихо.
Слова упали, как камни в воду.
Мы переглянулись. Враг близко. И теперь он готов к нашему появлению.
Я вгляделась в снимок. На первом плане — Эрдан. Лицо сосредоточенное, взгляд вперёд. За ним — я. Кошка на плече. Богдан следом. Клавдия несёт Верочку. Дима замыкает первую половину. Дальше — Алина с Костиком. Волк Джованни. На его спине — Дохляк, измотанный, лежит пластом.
Монти на фото не было. Хотя я точно помнила: он шёл впереди Эрдана. Пригляделась — тонкая верёвка перед Эрданом. Значит, просто не попал в кадр.
— Слава богам, меня там нет, — выдохнул Монти. Но в голосе всё равно дрожала тревога.
— Я помню, когда мы вышли из леса, была маленькая вспышка, — сказала я, вспоминая. — Я тогда подумала — от солнца.
— В любом случае, можно выдохнуть, — предположил Дохляк. — Генерал думает, что мы, выйдя из леса, ничего не помним. Он не знает, что мы знаем.
— Это не повод расслабляться, — хмуро возразил Монти. — Думаю, команда нас уничтожить уже дана. А с учётом фото — наша локация раскрыта.
— Слушай, а может, ты загрузишь видеоданные с мониторов? — я обернулась к Бастет. — Если мы будем видеть то, что видят зрители, мы будем знать, где враги.
— Да, точно! — подхватил Богдан. — Это же преимущество!
Бастет тяжело вздохнула.
— Я же говорила. Из-за глушилок не могу. Видео и телевидение заблокированы.
Она помолчала и снова заговорила дикторским голосом:
— «Команда Дины, тридцать седьмой уровень, совершила невероятный рывок и прорвалась на территорию противника через Туманный лес. Они единственные, кто смог это сделать! Это невероятно! Мы взяли интервью у Генерала Базы Север».
Голос сменился. Теперь — ведущий. Толик. С наигранной бодростью.
— «Расскажите, как вашей команде удалось пройти Туманный лес? Вы раскрыли его тайну?»
Генерал — с запинкой, с досадой:
— «Нам, а, ну это, как его… В общем, это не факт. Они, думаю, плыли по реке, а потом шли вдоль леса. Все знают: лес пройти невозможно. Зайти можно. Но теряешься в тумане и умираешь от лап монстров».
Толик — с усмешкой:
— «Ох, Генерал, вы лукавите. Наши камеры установлены вдоль Туманного леса. Фотоаппарат срабатывает только при движении. У нас есть покадровые снимки — как они все выходят из леса. И почему их двенадцать? Ведь было восемь. Откуда ещё четверо? Скоро будет видео. Оно сейчас обрабатывается, и мы сможем дать чёткую картину».
Генерал — уже раздражённо:
— «Двенадцать? Не восемь? Покажите фото. Ага… Вижу одиннадцать. Вы считаете, волк и кошка тоже игроки? Не думаю. А вот девушка мне знакома. Хотя нет. Не знаю такую. А где ещё один?»
Толик — победно:
— «Ждём видео. Там как раз будет виден и двенадцатый участник. Спасибо, Генерал, за ответы. Мы поздравляем вас с успехами!»
Бастет посмотрела на нас.
— Скоро появится видео, — тихо сказала она.
Мы переглянулись. Всё стало сложнее.
Теперь Генерал знает: мы спасли Алину. Скоро узнает о Монти. Наши козыри тают. Фотография раскрыла нас. Видео довершит.
Стоп. Вернёмся к началу. Дина тридцать седьмого уровня? Как? Почему я не в курсе?
Я посмотрела на ребят — и ахнула.
— Ребята, посмотрите на свои уровни!
Все открыли меню. Раздались радостные возгласы.
— У всех поднялись уровни — кто на пять, кто на семь, — заметила я, пробегая глазами по строкам. — Эрдан догнал меня почти вплотную, Богдан перевалил за тридцатку… А я, оказывается, уже тридцать седьмого.
Бастет довольно мурлыкнула:
— Ничего удивительного. В периметре отключают некоторые уведомления. Здесь опыт удваивается. Постоянные напоминания о том, что опыт увеличен, что нужно распределить очки, — мешают игре.
— Ребята, — сказала я. — У вас есть час. Разберитесь с новым функционалом, распределите очки. А потом — спать. Завтра будет очень насыщенный день.
Глава 5. «Успех — это еще не точка, неудача — это еще не конец: единственное, что имеет значение, — это мужество продолжать борьбу» (Уинстон Черчилль)
Человек — существо, которое растёт всю жизнь. И главный инструмент этого роста — обучение. Оно не заканчивается ни школой, ни университетом: диплом — не финиш, а лишь отметка на пути. Чем больше узнаёшь, тем отчётливее видишь край собственного незнания. Знание не имеет дна; за каждым открытием ждёт следующее.
В ту ночь никто не думал о сне. Информации было слишком много — упустить её казалось грехом. Мы поднялись на десять-двенадцать уровней, и объём нового ошеломлял. У костра засиделись до глубокой ночи: разбирали интерфейс, спорили, перебирали навыки. Бастет рвали на части — казалось, в её голове умещалась целая энциклопедия.
— Каких ещё медведей мне выбрать? Пока доступны два, потом откроются ещё два, — нетерпеливо спросила Клавдия.
Раньше она могла оборачиваться только пандой. Но с новыми уровнями получила доступ к стихийным медведям: гризли, гималайский, гигантский белый и бурый. Этих можно было развивать, наделять особыми способностями — с пандой так не выходило.
— Интересный выбор, — задумчиво заметил Монти.
— Все, кто по расе животные — оборотни, — добавила Бастет. — Но в игровом мире так называют только волков. Стихии — это хорошо, но не то.
Алина фыркнула:
— Это чтобы не выставлять нас дикарями? Всё сложнее. — Она помолчала, потом повернулась к Клавдии: — Разбери характеристики каждого зверя. Прикинь, кто из них вытянет тебя в ближайшее время. У нас, волков, система иначе устроена.
— Иначе? — я подняла бровь.
— В моей расе был выбор, — Алина чуть улыбнулась. — В игровом мире нашу расу объединили с похожими, сделали всех чистокровными ликанами — убрали заражение и неконтролируемых мутантов. Теперь мы можем оборачиваться в обычного волка для скрытности. Или в Сущность. Это огромный волк на двух лапах, с удвоенной силой. Но Сущность тоже бывает разной.
— Какой? — заинтересовался Богдан.
— Я выбрала Вервольфа. Муж мой тоже. Это золотая середина: сила, скорость, контроль. Были ещё Вендиго — чёрная магия, Вурдалак — вампиризм, и Люпены — могильщики. Фу. — Алина поморщилась. — А вот Костику выбора не дали. Система присвоила ему ветку Ликаон. Автоматически.
— Ликаон? — Бастет вскинула голову. Глаза у неё округлились. — Это же персонаж из древнегреческой мифологии. Один из первых царей Аркадии. Зевс проклял его и превратил в волка. Первый человек-волк в истории.
— Надо же, — протянул Монти, но уже без усмешки.
Алина нахмурилась, глядя на спящего сына:
— Я не знаю, что это значит. У нас, у ликанов, ветки Ликаон не было уже сотни лет. Она считается… — она запнулась, подбирая слово, — полумифической. Слишком древней. Слишком сильной. Никто не знает, что она дает на самом деле.
— Хватит гадать, — вмешалась я, чувствуя, как в груди шевельнулось нехорошее предчувствие. — Нас всех изменили, чтобы мы стали лучше. История — всего лишь история. Давайте поможем Клавдии. Значит, медведи стихий?
Бастет задумчиво посмотрела в огонь, но взгляд её всё ещё цеплялся за Костика.
— Выбирай воду и землю. Гигантский белый — вода. Гризли — земля.
— Понятно. А бурый — огонь, гималайский — воздух?
— Верно.
— Ребята, — вдруг зачастила Алина, явно желая сменить тему, — я раньше не читала игровые сообщения. В школу пошла только в шестнадцать, всё пропускала, сосредотачивалась на профессии. А тут нашла бонус-слот к классу следопыта. Наверное, после смены профессии появился? Слот «Хамелеон»: «Прозрачность», «Телепорт на пять метров», «Личина». Это же… это же здорово!
— Не думаю, что только из-за смены профессии, — ответила Бастет, не сводя с Костика прищуренных глаз. — Ты достигла высокого уровня, вот и выпал шанс на уникальные слоты. Редкое явление, но бывает.
— Отличный навык, — добавила я. — Можешь принять любую личину, даже мою. А телепорт — это класс. Быстро перемещаться — бесценно.
Я знала этот функционал наизусть. Сама надеялась на такой слот — но повезло Алине.
— Здорово! Пойду изучать, — она упорхнула, довольная.
Мы с Димой отправились в детскую палатку — разбирать его новые способности. Гермес помогал распределять очки. Потом пришла Бастет. И почти сразу сцепилась с Гермесом.
— Ты, мелкая шмакодявка, лети пулей из палатки и шмякнись об дерево, — ворчала Бастет. — Я лучше знаю, какой навык развивать Диме. Я древняя богиня!
— Твоя старость не говорит о твоём опыте, — визжал Гермес.
Я едва сдерживала смех, глядя на эту перепалку. Но всё же вмешалась:
— Бастет, Гермес, хватит. У нас и без того проблем хватает. Помогите Диме выбрать то, что действительно пригодится в ближайшее время.
Оба недовольно фыркнули. И снова сцепились.
Я махнула рукой и вышла из палатки — посмотреть, чем заняты остальные.
Алина как раз демонстрировала «Прозрачность». Стала невидимой, но если приглядеться — место, где она стояла, слегка расплывалось, будто смотришь сквозь воду. Потом попробовала «Личину» и превратилась во второго Монти. Тот, увидев своё отражение, чуть не подавился яблоком.
— Классно! Просто классно! — воскликнула Алина.
Я решила проверить уровни всех игроков. На пятый день игры я достигла 37-го уровня, а что у остальных:
Дохляк — 34
Богдан — 35
Клавдия — 34
Дима — 30
Эрдан — 36
Костик — 30
Вера — 25
Наши высокоуровневые:
Монти — 120
Алина — 101
Бастет — 201
Отлично. Теперь — характеристики.
В голове всплыло системное сообщение — видимо, из-за отключённых в периметре оповещений оно пришло только сейчас:
«Ваш уровень 37. Прогресс 5/2800. Здоровье 3720. MP 7250.
Основные характеристики: Сила 89, Ловкость 74, Броня/Тело 85, Дух 53, Интеллект 56, Логика 70, Мудрость 49, Харизма 61, Благодать 76, Предчувствие 88, Регенерация 22.
До тридцатого уровня вы получили 75 свободных очков. С 31-го по 40-й вам будет начисляться 25 очков за каждый уровень. На данный момент у вас есть 175 свободных очков. Всего свободных очков 250. Цена одного балла равна 5 очкам.»
Я сразу купила 50 баллов.
«Вы прошли уровень 35 „Премиум“. Варианты бонуса:
— 30 очков;
— 10 очков и возможность увеличить количество дронов;
— получить две новые характеристики.»
Слабовато. Характеристик мне хватало, ещё будут на пятидесятом уровне — там тоже вроде «Премиум». А дроны не помешают. Беру.
«Поздравляем! Вы получаете:
Дроны:
— Стая стальных воронов (15 штук) — Атака клювом 55.
— Гигантский шершень-убийца (35 штук) — Атака Кусь-кусь 57.
— Слепни (25 штук) — Атака укус вампира 53.
У вас осталось 10 очков, которые равны 10 баллам. Итого баллов для распределения: 60.»
Я распределила: по десять в каждого дрона, двадцать — в «Купол» (он был жизненно необходим), ещё десять — в «Броню», чтобы купол держался крепче. С «Бронёй/Телом» 95 я могла выдержать много ударов. Теперь «Купол» стал 68 и мог держаться пять часов.
Игровые механики здесь были простыми — в основном работали автоматически, позволяя улучшать навыки через бонусные баллы. Бастет говорила, это сделано, чтобы избежать ошибок из-за незнания.
С превращениями — строго индивидуально. Если персонаж по расе животное, он не станет рыбкой или кошкой, если это не его природная форма. Оборотень здесь всегда волк и не может стать медведем — только развивать подвиды и сущности. Эрдану предлагали птиц, рыб и насекомых; он выбрал сову и жука-скакуна. Хотя мечтал о гепарде или эльфийских крыльях — такие варианты были недоступны.
Бастет пояснила: у эльфов есть подклассы, каждому — свои возможности. Судя по дополнительным вариантам, Эрдану подходили лесной, серый и солнечный. А гепард или крылья — только тёмным, диким и лунным. Точную расу определит Алтарь или «Око», и многое зависит от деяний — так что всё ещё может измениться. Автоматическое развитие было удобным для всех — даже для тех, кто не умел читать, включая людей, только что покинувших пещеры.
Когда спор между Бастет и Гермесом наконец утих, я пригласила Бастет на приватный разговор. Мне были нужны её многовековые знания — разгадать тайну слота «Око». По личным причинам я не могла обсуждать это открыто.
— Меня очень интересуют навыки «Одержимость» и «Тень».
Бастет задумалась, закрыла глаза. Я успела дважды зевнуть, пока она размышляла. Вдруг она резко открыла глаза:
— Сверхъестественные узы связывают тебя с твоим убийцей или врагом. Есть два автоматических варианта. Если тебя убьют — на убийце появится метка «Одержимость». Ты будешь связана с ним, сможешь ощущать расстояние и примерное местоположение. Или ты сама можешь наложить метку на выбранную цель и следить за ней.
— То есть если бы Монти меня убил, у него автоматически появилась бы метка, и я видела бы его на карте?
— Точно.
— А «Тень»?
— Твоя тень будет следовать за выбранным объектом круглые сутки. Ты сможешь видеть то, что видит он, вкладывать нужные мысли, забирать энергию. Если развить до ста процентов — действует семь дней. Только мне непонятно, почему у тебя такая странная сборка по классу Паладин. И зачем ты выбрала «Око» чёрной магии?
Бастет зажмурилась и расплылась в улыбке — если так можно сказать о кошке. Я не знала, что ответить.
— Я так рада, что мы встретили тебя! Ты очень важный член команды.
Я нежно погладила её. Бастет заурчала.
Теперь стало ясно, почему эти навыки не развивались сами. Меня ещё ни разу не убивали — возможности активировать «Одержимость» не было. Чтобы наложить метку, нужно мысленно представить человека и отметить его образ красным крестом. «Тень» — аккуратно извлечь из слота, медленно перенести на нужного человека, дождаться, пока она подстроится, и нажать старт. Теперь я знала, как их развивать.
Было три часа ночи. Дети и Клавдия давно спали. Дохляк что-то мастерил у костра — интересно, что у него нового? Ладно, не сейчас. Утром поговорю. Волк Джованни и Алина остались на ночное дежурство. Богдан и Монти храпели в палатке. Эрдан сидел в одиночестве и читал. Все были заняты делом. Я отправилась спать.
Утром меня разбудил Дима. Довольный, сияющий, будто солнце само заглянуло в палатку и осталось. Они с Бастет, как выяснилось, ходили к реке. И — летали.
Летали?
Я села рывком, отбрасывая одеяло.
— Надеюсь, вас никто не видел? А камеры? — Голос сорвался на хрип. — Если вас засекут до начала штурма, всё пойдёт прахом.
— Они меня не слушались! — раздался сверху грозный писк. Гермес. Он спикировал откуда-то с потолка и с важным видом уселся на лампу, сложив крылышки. — Накажи их палками! Посади в бочку! Запри эту грязную оборванку! Бастет!
Он ткнул рукой в сторону кошки. Та медленно повернула голову, прищурила зелёные глаза и повела хвостом — лениво, но с явной угрозой. Хвост ходил из стороны в сторону, как маятник. Гермес проследил за её взглядом. Что-то в её позе заставило его замереть. Слишком спокойно. Слишком собранно. Как перед прыжком.
Он не ошибся.
Бастет пригнулась — мышцы под шкурой натянулись, как тетива, — и прыгнула. Прямо на лампу, широко расставив лапы, целясь в маленькую крылатую фигурку.
— Ай! Ай! Драная! Драная и паршивая! — заорал Гермес. Он метнулся в сторону — но коготь всё же зацепил его. На попке вспыхнула ссадина, крошечная, но, судя по воплю, болезненная. Он взлетел пулей и приземлился мне на плечо, дрожа, вцепившись в ткань рубашки. Крылышки трепетали.
— Бастет, так нельзя, — строго сказала я.
Кошка опустила уши. Прижала их к голове — виновато, но не до конца. В глазах всё ещё тлело упрямство.
— Гермес тот ещё жук, — продолжила я. — Но он в нашей команде. А мы своих не трогаем. Не кусаем, не царапаем и уж точно не убиваем.
— Палками её! — не унимался Гермес. Он вытащил откуда-то крошечный баллончик и прыскал на рану, морщась. — Посади её в бочку! Пусть посидит, подумает!
— Это касается и тебя, Гермес! — отрезала я. — Мы своих не обижаем. Точка.
Бастет широко улыбнулась — насколько вообще может улыбаться кошка. Гермес надул губы и отвернулся, всем видом показывая, что обиделся. Но рану зажимал — и не улетал.
— Так что с камерами? — спросила я, чувствуя, как под рёбрами что-то сжалось.
— Я всё сканирую, — ответила Бастет, садясь и обвивая лапы хвостом. — Если нахожу — отключаю. Несколько уже отключила. Пока чисто.
— А почему мы не заметили камеры, когда вошли в Туманный лес? — Я нахмурилась. Этот вопрос мучил меня ещё со вчерашнего вечера.
— Они там есть, — объяснила Бастет. — Но включают их только на пятый день игры. До этого снимать нельзя — тактические манёвры команд. А есть другие — там каждый игрок может передать привет или поделиться новостями. Эти работают всегда.
— Не волнуйся, мама, — с энтузиазмом вставил Дима, подбегая ближе. — Мы были осторожны! У меня как раз тридцатый уровень — и Бастет отвела меня к реке. Полетали.
— У него всё получилось, — подтвердила Бастет.
— А вот Пегас пока спит, — вмешался Гермес, уже забыв про обиду. — Ему нужно окрепнуть. Я за ним наблюдаю и контролирую. Он только что вышел из кокона — нужна подпитка. Я всё изучил: определённый сорт сена и овса.
— Пегас? — переспросила я.
— Мама, ты забыла? У меня есть лошадка, — напомнил Дима. Глаза его горели.




