Нэд Николсон Коп-стоп

Глава 11. Поучительный Джед, тайна стежков и гребаная сушилка

Джин крепко пожал грубую ладонь и представился в ответ.

– Меня зовут Джинджер. И меня застрелил Сладкоежка.

– Джинджер? Классное имя.

– Знаю, спасибо.

– И за что он тебя? За плитку шоколада? – усмехнулся Джед.

Джин прикинул, как бы лучше ответить, но ничего не придумал и лишь отшутился.

– За пакетик сахара.

Джедидайя снова позабавленно хмыкнул и сделал большой глоток виски.

– А ты не промах, тебя так просто не отвлечешь.

– А зачем вам это?

– Зачем что?

– Отвлекать меня. Я ведь уже понял, что умер. Но Монти наотрез отказывается рассказывать, что ждет меня дальше, хочет лишь слушать про мою жизнь и наливать пива. А теперь и ты, Джедидайя, начинаешь вилять.

– Джед. Просто Джед, напарник. Раз уж ты оказался тут, значит, заслужил. Мы здесь все на равных.

– Да, Монти упоминал об этом.

Джед похлопал себя по бедру, и вокруг него взвилось облако дорожной пыли.

– Просто нам порой не хватает всего этого. – Взгляд старика блуждал, будто тот попытался сосчитать пылинки.

– Чего?

– Жизни. Вот чего.

– То есть? – То и есть. Мы лишь существуем. Делаем свою работу, едим, пьем, отдыхаем порой, но не живем. Мы не можем снова ощутить то же самое, что чувствуют по-настоящему живые.

– Ты про эмоции?

– Нет. Я про забвение. Неведение. Про беззаботность, хоть и относительную.

– Ты опять кривишь, Джед.

– Нет, я отвечаю на твой вопрос.

– Про стежки?

– Про них самых.

Джедидайя сделал еще глоток, осушив стакан, и налил себе еще, но уже не до краев. Бутыль опустела наполовину. Джед снова глубоко принюхался, испытывая огромное наслаждение от этого процесса, но пить не стал. Он поставил стакан на крошечный столик между кресел и чуть отодвинул его от края, чтобы тот случайно не опрокинулся. Казалось, настроение его немного улучшилось с момента прихода в бар, но все равно вокруг явственно ощущалась аура контролируемого раздражения. Джин решил, что Джед не очень-то рад становиться его наставником, и это бесило старика.

– Что ты знаешь о сектах, Джин?

– Типа «Храма народов» или «Семьи Мэнсона»? – нахмурился Джин, припоминая.

– Типа них, – кивнул Джед и снова не на шутку помрачнел.

Джин немного выждал, но старик молчал, глядя куда-то вдаль.

– Сборища несчастных простаков, которых обманули на все, что у них было. – предположил Джин неуверенно.

Детектив не считал себя внушаемым и не верил в гипноз. Теперь, конечно, оказавшись в посмертии, Джин готов был пересмотреть свои взгляды и допускал, что в мире живых остались явления, не поддающиеся логике, но пока придерживался только что озвученного мнения.

– И все они плохие? – продолжал вести куда-то свой бессвязный диалог Джед.

Джин даже встревожился, что старик чрезмерно опьянел и начал уже забываться, но решил предпринять еще несколько попыток разговорить его.

– Сектанты? – спросил детектив.

– Ага.

– Не знаю, – ответил Джин, сдвинув брови.

Он никогда раньше не задумывался об этом. Детектив занимался бандитами, однажды вел дело против преступной группировки и даже вскользь разминулся с картелем, за что впоследствии благодарил судьбу. Но никогда не сталкивался с сектами. Ими обычно интересовались ФБР, налоговики и АТО. Джин вообще не мог припомнить ничего такого, что коснулось бы его даже отдаленно, кроме недавней трагедии в Джонстауне, из которой СМИ раздули не пойми что.

Джед шевельнулся, скрипнув плащом по обивке кресла, и сделал наконец глоток виски.

– Хорошо, что ты не столь однозначен в своих суждениях, Джин, – одобрительно произнес он. – Иначе мы бы не продвинулись дальше.

– Значит, есть и хорошие секты?

– Нет, – хмыкнул Джед, будто этот вопрос его позабавил. – Есть безобидные секты. Так или иначе, все они безвредны для миров, которые мы оберегаем.

– Безобидны? – Опешил Джин, пытаясь вспомнить количество жертв массового самоубийства в Джонстауне. – Оберегаем? Миров?

– Не спеши, напарник, – поднял ладонь Джед. И, словно не желая тратить это движение зря, снова поднял стакан и сделал крошечный глоток, едва смочив губы. Вокруг кресел окончательно сомкнулся плотный торфяной аромат островного шотландского виски. Казалось, даже тренчкот Джина пропах насквозь и теперь никогда уже не выветрится.

Джед все еще злился на себя. Но это разрушительное, опаляющее душу чувство остыло и теперь лишь давило на совесть свинцовой тяжестью. Джин подсел очень не вовремя, сейчас было не до него. Не хотелось заново переживать свою ошибку и снова корить себя за глупость. Сейчас, взвешивая произошедшие события, Джед понимал, что не справился бы лучше. Никто здесь, в «Коп-стопе», не справился бы лучше него.

Но для Джеда это не являлось оправданием. Он должен был уберечь больше стежков. Его поражение могло стоить тому миру слишком многого. Лоскуты чуть было не разошлись окончательно. Предстояло многое обдумать и решить кое-что очень серьезное. А вместо того этот парень достает его глупыми расспросами, ответы на которые не захочет слышать. Слишком уж они будут странными и страшными.

Впрочем, он не так плох, как показалось сначала. Есть в нем что-то, чего Монти уже разглядел. Но если этот клятый бармен навяжет Джина к нему в команду на следующее дело, Джед сожжет бар. «Коп-стоп» все еще не обратился пепелищем лишь потому, что нигде больше в посмертии не сыскать хорошего виски. А вообще, если быть честным перед самим собой, дела в команде с новичками всегда проходили лучше. Ведь новички очень старались. И где они все теперь? Почти никого не осталось. Сгинет и этот Джинджер. Но раз уж Монти поставил бутыль за болтовню, то Джед поболтает.

Все секты служат прихотям своих лидеров. Тех, кто эти секты организовал или перенял правление по наследству или иным причинам. Члены секты лишь исполняют волю своего главаря, как бы он сам себя ни величал. Все у них вертится вокруг славы, власти, денег и других мелочей.

– Ясно.

– Не перебивай, напарник.

– Я и не

– Не перебивай.

Джин промолчал.

– Так вот, секты бывают не только религиозными, но идеологическими и политическими. – продолжил Джед, кивая в такт своим словам. – Они нам не интересны до определенных пор. Ими занимаются законники. Живые законники.

Джедидайя настроился на какую-то свою волну, и теперь его голос звучал размеренно, спокойно и поучительно.

Джинджер глядел на этого изможденного широкоплечего старика, на его узкий длинный нос, на тонкие, широкие, как волчья пасть, губы, и воображал, как Джед смотрелся бы за кафедрой университета, преподавая криминалистику будущим юристам. Казалось, там ему было самое место. Джин представил себя сидящим в залитой солнечным светом аудитории и слушающим этого складно вещающего джентльмена в коричневом шерстяном костюме-тройке с двубортным жилетом.

– Секты тоже нередко губят стежков, но это не наша забота. Понимаешь?

– Да? – не то спросил, не то ответил Джин, но, получив разрешение говорить, продолжил: – А стежки – это..?

– Это люди.

– Люди?

– Ну да.

– То есть ты зовешь людей стежками, так?

– Не всех.

– А каких? – запнувшись, спросил Джин, ощущая, что подобрался вплотную к разгадке величайшей тайны.

Джед замолчал и крепко задумался. Раньше ему не приходилось составлять какую-нибудь аналогию.

– Значит так. Когда в отель кто-то заходит, портье зовет его гостем, а не человеком, так?

– Ну да, так.

– Когда кто-то приходит в больницу на прием, врач зовет его пациентом, а не человеком, так?

– Ага.

– А когда кто-то приходит в автосалон, как такого человека называет дилер?

– Клиент? – неуверенно ответил Джин.

Повисла еще одна недолгая пауза, которую старик занял глотком виски.

– Клиент, – повторил Джед. – А вот мы зовем людей, которых оберегаем, стежками. Тех, кто трудится над стабилизацией реальностей, поддерживая их такими, какими принято.

– Реальности? – тупо переспросил Джин, теряясь в сути диалога. Кажется, он продолжал пьянеть от одного лишь забористого аромата виски, клубящегося над стаканами.

– Реальность, она как лоскутное одеяло, которое постоянно трещит по швам. А люди, представители самых обычных профессий, вроде банкиров, маляров или продавцов в супермаркетах, они – стежки, удерживающие эти лоскутки реальности между собой, понимаешь? – спросил Джед с надеждой в голосе.

– Кажется, да, – протянул Джин. – Они вроде декораций, из которых состоит повседневность, к которой мы привыкли. А отчего рвется это одеяло реальности?

– А ты хорош, – похвалил Джед. – Одеяло рвет всякая нечисть с той стороны.

– Типа вампиров? – ляпнул Джин.

Джед не сдержался и хохотнул во весь голос. Кто-то в баре даже вздрогнул и оглянулся.

– Типа такой хрени, напарник, у которой нет ни форм, ни названий. Некоторые зовут этих существ божествами.

– Так ты что, спасаешь людей от злых божеств?

– Мы зовем их Мифами, – их бесчисленное количество, они обитают в местах за пределами бытия и постоянно пытаются пробраться внутрь под различными предлогами. Зачем? Я не знаю. Наверное, такова их природа. И помогают им люди. Группы людей. Деструктивные культы. Они-то, эти культы, и являются нашими целями.

– Культы? Они типа молятся своим божествам, этим мифам, и те проникают в наш мир? – уточнил Джин, едва сдерживая дурноту.

Внутри него, в самой сердцевине мозга, что-то щелкнуло, будто надломилась какая-то важная ось, о наличии которой Джин даже не подозревал. До сегодняшнего дня.

Какое-то мрачное воспоминание зашевелилось в глубинах его памяти. Что-то давно позабытое, отвергнутое здравым смыслом. Что-то, всколыхнувшее занавес по ту сторону ярко освещенной сцены, бывшей миром его детства, таким уютным и беззаботным. Простым и понятным миром ребенка, проводящего летние каникулы у бабушки Пру в Калифорнии. Значит, ему не привиделось тогда, во время очередного погружения в Каньон залива Монтерей. Он увидел там, на дне, нечто, чему не смог дать разумного объяснения. Чего не в состоянии был понять. Но оно было там, просочилось сквозь лоскутки той реальности, откуда его вытеснила смерть.

– В наши миры, да. – поправил детектива Джед. – Мы оберегаем множество миров.

– То есть ты не уберег стежков, и случилось что-то плохое? – спросил Джин, едва связывая слова в предложения.

Детектива начало тошнить. Это колоссальное откровение, изложенное старым законником, вкупе со зловещим воспоминанием довели его разум до несварения.

– Ага. Произошло сверхмассовое жертвоприношение. Это сильно тряхнуло один из миров. Думаю, это сказалось и на баре. Ты не заметил тут ничего странного? Может, что-то сломалось, может, лампочка перегорела или вентилятор остановился.

– Сушилка, – беззвучно пролепетал Джин и сипло откашлялся. – Сушилка в туалете совсем перестала дуть.

– Это из-за меня, – покачал головой Джед, и с его отросших нечесаных волос посыпалась бесцветная пыль. – Я не справился. Погибли стежки, лоскутное одеяло вверенной мне реальности лопнуло, и сквозь прореху явился Миф. Я сумел решить проблему, но лишь на время. Еще один такой промах, и целый мир погибнет. А за ним, возможно, и вся та Вселенная обернется кошмаром.

Джед распрямился и посмотрел на Джина впервые за этот бесконечно долгий диалог. В его взгляде застыла какая-то остервенелая скорбь, но затаилось там и нечто другое. Чуждая суровому старику эмоция могла быть крохотной искоркой благодарности. Джедидайя был благодарен Джину за компанию, а значит, и Монти, за то, что отправил сюда детектива с бутылкой и дурацкими расспросами. Но Джед скорее сдохнет, чем признается в этом даже самому себе.

Старик неспешно поднялся, двинулся в сторону туалета и прохрипел через плечо:

– Раздобудь нам орешков, что ли, а я скоро вернусь.

Джин тоже поднялся, пошатнулся и опустил руку на подлокотник своего кресла, обретая равновесие. Монти показался из дверей кухни.

– Гребаная сушилка, – процедил Джед себе под нос, толкая дверь в уборную.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.