- Рейтинг Литрес:4.5
- Рейтинг Livelib:4.1
Полная версия:
Моника Мерфи Игра в недоступность
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
– Пап…
– Нет, дай мне закончить. Мы с твоей мамой знаем друг друга практически с детства. Мы вместе выросли, и да, поначалу были кое-какие трудности, но я знаю, что она полюбила меня не за положение, не за деньги. Она знала меня в ту пору, когда я был балагуром без гроша за душой и курил больше, чем следует. – Папа усмехается, и я тоже.
– Со мной такое вряд ли случится, – признаюсь я. – И кто сказал, что я попаду в НФЛ?
– Конечно, попадешь, – твердо заявляет отец, тем тоном, с которым бесполезно спорить. – Я это точно знаю. Я в тебя верю.
Вскоре после этого разговор заканчивается. Я знаю, что папа пытался меня подбодрить, сделать приятно, но…
От его слов я начинаю психовать еще больше. Кажется, давление только усилилось, а мне такое совсем не нужно. Что если я не попаду в НФЛ? Что тогда?
Папино разочарование – и мое тоже – будет колоссальным.
* * *– А как насчет этой? – спрашивает Дерек, и острый локоть врезается мне прямо между ребер. – Шикарная.
Я даже не поворачиваюсь. Мы сидим за столиком перед студенческим центром и пытаемся наскоро пообедать. Народу куча, все пытаются поесть, как и мы. Я, кажется, никогда не видел в кампусе такой толпы.
А сколько здесь новых девчонок! Буквально повсюду женщины. Погода меняется быстро, но на улице еще тепло, так что все они в крошечных топах и в шортах, открывающих длинные ноги. Смеются, перебрасывая волосы за плечо, широко улыбаются. О чем, черт возьми, я думал, решившись на воздержание? Особенно теперь, когда я футболист со старшего курса и могу получить столько женщин, сколько захочу?
Я говнюк. Говнюк, который испытывает ужасное искушение отдать Дереку штуку и покончить с этим дерьмовым спором. Черт, с тем же успехом можно отдать штуку Кэму и с чистой совестью жить дальше. Я должен обоим негодяям, раз уж мы вместе заключили пари.
В плане денег мне, конечно, повезло, я это прекрасно понимаю. Отец преуспел в НФЛ, сыграл девять сезонов. Заработал кучу денег, снялся в рекламе, которую крутили еще пять лет после его ухода из спорта. Родители создали по трастовому фонду мне и сестрам, отложили деньги, и вот недавно, как только мне исполнился двадцать один год, я получил право распоряжаться своими средствами. Я почти ничего не потратил, но когда, по-вашему, у меня есть время тратить деньги?
Не было у меня времени.
Так что денег у меня много, есть чем заплатить друзьям, чтобы они от меня отстали, потому что Дерек постоянно пытается меня соблазнить какой-нибудь красоткой, и я, черт возьми, уже на пределе. А ведь мы поспорили меньше двадцати четырех часов назад.
– Она не в его вкусе, – подает голос Кэм. Сам он не отрывается от еды, а по сторонам не глядит.
– Ты на нее даже не взглянул, – возмущается Дерек.
– Я и так знаю. – Кэм пожимает плечами.
– И кто тогда в его вкусе?
– Кстати, да. – Я поглядываю на Кэма. – Кто в моем вкусе?
– Следующая девчонка, которая в одиночку пройдет мимо нашего столика, – заявляет Кэм, криво улыбаясь.
Он понятия не имеет, кто сейчас пройдет мимо. Просто несет всякую чушь, лишь бы меня поддеть.
– А если она окажется уродиной? – Я тут же осекаюсь и морщусь. Это я тут веду себя как настоящий урод.
Дерек смеется.
– Из всех нас ты самый везучий. Она будет настоящей красоткой, гарантирую.
– Видишь? – Кэм явно доволен. Он обожает оказываться правым.
Даже если еще не доказано, что он прав.
Мы молча ждем, а я размышляю о том, насколько нам фактически скучно. Мимо проходит несколько парней. Потом горстка девчонок. Они ужасно шумные, а одеты как первокурсницы, которые пытаются впечатлить окружающих согласованными по цвету нарядами.
Какая трата времени. Совсем скоро они натянут спортивные штаны и устанут тратить силы на внешность. Их захлестнет учеба, да и вообще жизнь – и пошло-поехало.
Наконец-то. Я замечаю, как к нашему столу приближается одинокая женская фигурка. Девушка шагает быстро, голова опущена, пальцы крепко сжимают лямки рюкзака. Длинные темные волосы развеваются на теплом ветерке. На ней укороченные джинсы и черная футболка, сверху накинут кремового цвета кардиган, и единственное, о чем я думаю в этот момент, что она, должно быть, просто пылает. В буквальном смысле – на улице-то жара.
А потом я замечаю ее лицо и тут же узнаю ее. Это та девушка из книжного.
Я даже имени ее не знаю.
Ну конечно, именно она должна была пройти мимо. Мне будто никуда не деться от нее.
– Братан, ты что же, совсем не уважаешь нашего капитана? – Дерек качает головой и бросает раскисший ломтик картофеля обратно в бумажный мешок. – Эта девчонка вообще не в его вкусе.
– Она милая, – говорит Кэм.
Я с удивлением кошусь на лучшего друга. Странно, что он назвал ее милой.
Разумеется, страшной ее не назовешь. Ни в коем случае. Мне нравятся ее темные волосы. Темные глаза. На носу у нее россыпь веснушек. Я их еще вчера заметил, пока ждал, когда она пробьет мне чек в магазине. Поймал себя на том, что пялюсь на нее как ненормальный. Слава богу, она ничего не заметила.
Вынужден согласиться со своим лучшим другом: она и правда милая. А еще у нее великолепная задница, с которой я успел близко познакомиться, пока она прижималась к моему хозяйству в баре «У Логана».
Пусть длилось это и недолго, секунд пять, но мне хватило. Мое тело мгновенно отреагировало, а такого в последнее время не случалось. Многие девчонки, усевшись ко мне на руки, будто бы «случайно» прикасаются пальцами к моему хозяйству. Некоторые – те, что посмелее, сразу хватают за член, будто он – их собственность.
В барах такое постоянно случается, и последние несколько лет я никогда не был против. Однако я стал замечать, что мое отношение к подобным девицам изменилось: теперь я слегка улыбаюсь им и отвожу руку. И головой качаю. Первые десять секунд они раздосадованы, а потом отправляются на поиски другого парня. Охота не прекращается.
Вот почему в последнее время секс не вызывал у меня интереса. Я устал быть очередным пунктом в списке чужих побед и уж точно устал составлять собственный.
Мне просто хочется…
Быть.
– На дворе тридцать с лишним градусов, а она в свитере. – Дерек щедро откусывает бургер, не прекращая говорить. – Как думаете, что она прячет?
– Не выношу, когда ты ешь с открытым ртом, Ди. Это просто гадко, замечает Кэм, пока я выворачиваю шею, выглядывая в толпе свою новую знакомую.
Вот только ее уже и след простыл.
– Дурацкая идея с воздержанием, – бормочу я, уставившись прямо перед собой. Аппетит мой постепенно исчезает.
– Да не то слово. – Дерек шумно глотает. – Напомни еще разок, с чего ты вдруг решил так поступить?
– Он хочет сосредоточиться на нашей команде и на учебе, – отвечает за меня Кэм, окинув меня многозначительным взглядом. – Верно?
– Верно. – Я хватаю сэндвич с индейкой и принимаюсь вяло жевать. Мне нужно как можно больше белка, иначе до конца дня я не протяну. – И все равно идея дурацкая.
– Полностью согласен, – кивает Дерек.
Кэм посматривает то на меня, то на Дерека, то снова на меня.
– А мне кажется, ничего дурацкого в ней нет. Может, на самом деле ты очень даже умно поступаешь, избегая женщин. Должен согласиться, они ужасно отвлекают. А постоянные случайные связи все силы вытягивают. И вообще, почему нельзя встречаться с одной девушкой, что в этом плохого?
Я отшатываюсь.
– Что происходит? Ты себе постоянную девушку завел? И мы с ней до сих пор не знакомы?
Мы с Кэмом живем вместе. Уж я бы явно знал, появись у него подружка.
Кэм, к моему удивлению, ощетинивается.
– Нет. Конечно, нет.
– А, по-моему, вы оба просто смешны. Подумаешь, путаемся мы с бабами. Разве это мешает концентрации? А постоянные отношения – это точно ошибка, – замечает Дерек.
– Тебя никто не спрашивал, – подает голос Кэм.
– Я вчера вечером с папой разговаривал. И он, кстати, сказал, что на нынешнем жизненном этапе неплохо было бы начать серьезные отношения. Говорит, если найдешь подходящую женщину и она как следует узнает тебя до того, как ты прославишься, ей можно будет доверять. Ее не ослепит твоя слава и то, сколько у тебя денег. Она полюбит тебя за то, кто ты, а не за то, что у тебя есть, – объясняю я.
– Видишь? – кивает Кэм. – Твой папа – умный человек.
– А по-моему, хрень какая-то. – Дерек тычет в меня долькой картофеля. – Я люблю твоего папу, но совет плохой.
– Он познакомился с моей мамой в девятнадцать, – говорю я.
Картошка выскальзывает у Дерека из пальцев и плюхается на стол.
– Повезло ему. Как же он позволил повязать себя в девятнадцать? Похоже, пропустил лучшие годы жизни…
Чем дольше я испепеляю его взглядом, тем тише становится его голос. Кэм пихает Дерека плечом.
– Прояви уважение к его маме, козел.
– Прости. – Дерек оглядывается, и вдруг глаза его загораются. – Вот черт, вы только посмотрите на эти сиськи!
Мы с Кэмом одновременно поворачиваемся, выискивая поблизости девушку с впечатляющей грудью. Вот только я никого не вижу, кроме…
Вот же срань господня.
– Боже, ну ты и придурок. – Кэм качает головой, но лицо у него аж горит от едва сдерживаемой ярости. – Ради всего святого, это же его сестра.
– Быть не может. – Дерек с ужасом поворачивается ко мне. Голос у него начинает подрагивать. – Старик, я ее не узнал. Клянусь, не узнал!
– Забей. – Я выпрямляюсь и жду, пока Блэр подойдет ближе. Она ясно улыбается. – Привет, сестренка.
– Привет, Нокс. – Взгляд ее скользит к моему лучшему другу, и улыбка становится чуть более сдержанной. – Кэмден.
– Блэр. – Он кивает, быстро, энергично собирает за собой мусор и засовывает все в пакет. Потом вскакивает на ноги, закидывает на плечо рюкзак и говорит: – Увидимся, парни.
Кэм кивает нам всем и исчезает со скоростью света.
– Что это с ним? – спрашиваю я, когда он удаляется на приличное расстояние.
Блэр тут же занимает освободившееся место.
– Кто знает. В моем присутствии он всегда ведет себя так, будто ему кол в задницу засунули.
– Блэр, – с укором говорю я. Дерек посмеивается.
Впрочем, хватает яростного взгляда, чтобы он замолчал.
– Я надеялась на твою помощь. – Блэр ослепительно улыбается. Мне знакома эта улыбка – она появляется всегда, когда сестра собирается просить об услуге.
– С чем тебе помочь? – настороженно спрашиваю я.
– Мне нужен новый ноутбук. Очень срочно, а папа сказал, что я могу купить его сегодня только в том случае, если ты пойдешь в магазин вместе со мной.
Я припоминаю свое сегодняшнее расписание.
– Во второй половине дня мне из кампуса не уйти. У меня всего-то осталось…
– Сорок пять минут до следующего занятия. Мама прислала мне твое расписание.
До чего бесит, что вся семья за мной следит. Кроме того, я почти уверен, что Блэр врет. Папа ни за что не стал бы указывать, когда ей обращаться ко мне за помощью, особенно если речь о покупке нового ноутбука. Блэр чертовски независима.
– Ага, и за такое время далеко не уйдешь.
– Ноуты «Эппл» продают в книжном на территории кампуса, – радостно оповещает она и улыбается еще шире. – Сходишь со мной, ладно?
Вот черт. Книжный магазин.
Интересно, работает ли сегодня та девчонка.
7
Джоанна
– Мне надо кое-что тебе сказать.
Я поднимаю голову, не вставая с привычного места за столом в подсобке, и хмуро смотрю на Леона. Он стоит в дверях, и вид у него встревоженный. Вообще-то я пыталась уединиться и немного позаниматься перед началом смены, потому что крошечный кабинет в подсобке очень приятный и тихий, и здесь никто меня не беспокоит.
Обычно не беспокоит.
– И что же тебе надо мне сказать? – Тут я замечаю, что вечно улыбчивый Леон, похоже, чем-то расстроен, и хмурюсь еще больше. Меня охватывает леденящий душу страх.
Вот-те на. Похоже, ничего хорошего я не услышу.
– Тут твой возлюбленный Нокс Магуайр, и он с девчонкой.
На смену страху тут же приходит небольшое раздражение.
– Да как будто мне до него дело есть. И ты что, правда назвал его моим возлюбленным? Ну тебя. – Я возвращаюсь к учебнику и пытаюсь сосредоточиться. Честно, пытаюсь. Я прямо кожей чувствую, как наблюдает за мной Леон, чувствую его пристальный взгляд. Он буквально прожигает меня насквозь, а потом раздраженно ворчит.
– Ты просто безнадежна.
Я тут же вскидываюсь.
– Мне нет до него никакого дела.
– А зря. – Леон подходит ближе, прикладывает руку ко рту, будто намеревается поведать секрет. – Ты на его коленях сидела.
Его шепот способен мертвого поднять.
Господи, зачем я вообще ему об этом рассказала.
– Я сидела-то секунды три.
– И это были лучшие три секунды в твоей жизни.
Я тут же вспоминаю, какими крепкими и мускулистыми были бедра Нокса под моей попой. Как его руки уверенно легли мне на талию, прожигая ткань топа.
– Насчет этого не знаю. – Я захлопываю учебник с такой силой, что старенький столик потряхивает. Прямо как меня потряхивает от Нокса. Вот блин. – Мне надо выходить на смену.
– А ты умеешь идеально выбрать момент. – Леон многозначительно шмыгает носом, наблюдая, как я выбираюсь из-за стола.
– Прошу, скажи, что он не в отделе с калькуляторами. – Я медленно направляюсь в сторону выхода. Торопиться мне некуда. И как-то не очень хочется снова видеть Нокса.
И в то же время – вроде как хочется.
– Не-а. Он в той части, которую занимает «Эппл», смотрит ноутбуки с хорошенькой блондиночкой. – Леон жалко улыбается. Как ему вообще удается такое выражение лица? – Она красавица, кстати.
– Раз, по-твоему, она такая красивая, почему бы тебе на нее не нацелиться? – подначиваю я. Голос у меня ужасно ехидный, и мне это просто ненавистно.
– У меня девушка есть, – обиженно замечает Леон и складывает руки на груди. – И ты ее, кстати, обожаешь.
Что верно, то верно. Я и правда ее обожаю. Просто веду себя как настоящая стерва.
– Уверен, она ему никто, – продолжает Леон, пока мы идем по короткому коридору, соединяющему подсобку с магазином. Я на мгновение останавливаюсь и отмечаюсь в табеле, указываю, во сколько заступила на смену.
– Мне плевать, кто она ему. – По крайней мере, именно в этом я пытаюсь себя убедить. Серьезно, какое мне дело? Нокс, наверное, даже имени моего не знает. И не хочет знать. Я ему калькулятор помогла найти, вот и все. А потом по ошибке оказалась у него на руках. Уверена, с ним такое каждый день случается.
Кроме того, я все еще «оплакиваю» предыдущие отношения. Несмотря на измену Брайана и все дерьмо, через которое мне пришлось из-за него пройти. Господи, отношения у нас были полный отстой, и даже после всего, что натворил мой никудышный бывший, я все равно по нему скучаю.
Хорошо, что мы расстались – для меня точно хорошо. Теперь я наконец-то могу понять, что из себя представляю, учусь быть собой, не переживая постоянно о том, не решит ли мой парень, будто я без него слишком много веселюсь.
Остановившись у кассы, мы с Леоном оглядываем практически пустой магазин, и у меня волосы на затылке встают дыбом, едва я вижу знакомое лицо.
Нокс.
Он жутко высокий, так что найти его золотисто-русую шевелюру совсем не трудно. На нем белая футболка, и она с такой… любовью обнимает его грудь и плечи… Сразу видно, какой широкий у него торс, какие мышцы скрыты под тканью.
У Брайана было неплохое тело, но одного взгляда на Нокса в футболке достаточно, чтобы понять, какой он накачанный.
Интересно, как он выглядит гол…
– Он на тебя смотрит, – произносит Леон, практически не шевеля губами. – Он пялится на нас, а мы пялимся на него.
Мы оба тут же развиваем бурную деятельность: я бросаюсь к стойке кассы, Леон бежит к витрине у входа в магазин и начинает раскладывать свитшоты. Он, к слову, ненавидит этим заниматься и обычно оставляет подобную работу мне, потому что свитшоты никогда, никогда не остаются в сложенном состоянии надолго.
Вообще-то я даже от кассы слышу, как Леон ворчит себе под нос – наверное, проклинает свитшоты за сам факт их существования, и при мысли об этом меня разбирает смех.
– Что смешного?
Резко вздрогнув от громкого мужского голоса, я кошусь вправо и вижу, как приближается Нокс. Он останавливается недалеко от меня. И он один. Никакой хорошенькой девушки не видно.
Ой, погодите-ка. Она все еще в отделе «Эппл», активно общается с продавцом, а тот показывает ей ноутбук. Сами мы товары «Эппл» не продаем – для этого в магазине есть двое представителей бренда.
Мой смех тут же смолкает, и я качаю головой.
– Ничего. Ты не поймешь.
– А ты проверь. – Он подходит еще ближе и вдруг мрачнеет. – Если, конечно, ты не надо мной смеялась.
Что-что он сказал? С чего мне над ним смеяться? Он что, не уверен в себе? По нему и не скажешь.
– Определенно не над тобой.
– О, ладно. – Он чешет макушку, потом морщится. – Погоди-ка секунду. Прозвучало так, будто весь мир вокруг меня вертится, да?
– Вроде того, – честно говорю я.
Нокс качает головой. Кажется, он раздражен собственным поведением.
– Я козел.
Теперь я и правда смеюсь над ним.
– Вовсе нет.
– Ты так думаешь? – Вид у него удивленный.
Я отрицательно качаю головой:
– Не козел, нет.
И я говорю правду. Со мной он был исключительно мил. Может, при первой встрече держался отстраненно, немного равнодушно, но грубости от него я ни разу не видела.
– Что ж, хорошо. – Ему явно полегчало. На мгновение он оглядывается, потом снова поворачивается ко мне. – Моя сестра покупает ноутбук. Старый вчера сдох, и она потащила меня с собой.
Облегчение, охватившее меня от его слов, куда сильнее, чем можно было предположить. Какая разница, сестра ему эта красавица или нет?
– Просто кошмар. Ненавижу такое.
– Ненавидишь ходить по магазинам с сестрой? Да, полный отстой. – Он пытается скрыть смешок, но я все равно вижу его широкую улыбку.
И мое предательское тело тут же откликается на нее, будто загорается.
– У меня нет сестер, – признаюсь я. – Только старший брат.
– А у меня их две. Блэр только начала здесь учиться, она на третьем курсе. А наша младшая, Руби – на первом, но она в другом колледже. – Он резко замолкает. – Просто случайные факты о моей жизни. Прости.
– Я не возражаю. – На моих глазах он медленно двигается к прилавку, еще ближе. Он настолько близко, что я практически чувствую исходящий от его тела жар и гадаю, и думаю – каково было бы прикоснуться к его груди, какая она на ощупь.
Готова поспорить, такая же каменная, как его бедра.
– Можно кое-что у тебя спросить? – выпаливаю я, пока не передумала.
Нокс останавливается у самой кассы, опирается на потертую деревянную стойку. Мой взгляд тут же скользит к его рукам и задерживается на них. Руки у него крепкие, мускулистые, покрытые тонкими золотистыми волосками, чуть светлее копны у него на голове.
– Что же ты хочешь знать? – спокойно спрашивает он. Я вскидываюсь от его голоса… и совершаю большую ошибку. Теперь я смотрю Ноксу прямо в глаза, а они такого великолепного зеленого оттенка, что на мгновение я теряюсь.
Он, должно быть, осознает, как действует на женщин, потому что губы его медленно складываются в уверенную улыбку.
Блин.
– Почему ты вдруг стал постоянно сюда приходить?
– Смотря что значит «постоянно».
– Последние три дня, – машинально отвечаю я.
– А ты считаешь?
Что ж, неловко вышло.
– Ты не ответил на мой вопрос.
Он изгибает бровь, показательно осматривая просторное помещение, заставленное книгами, а потом снова переводит взгляд на меня.
– Мне нравится читать?
Он так это произносит, будто меня спрашивает. Выходит смешно. Тем не менее, я сдерживаю смех, потому что вообще-то настроена серьезно.
Почему он приходит снова и снова и заговаривает со мной? Не понимаю.
– Не нравится. Не видела, чтобы ты хоть одну книгу здесь купил. – Я ввожу его имя в базу данных на компьютере. Так и есть, результатов не найдено. Что странно, ведь он на последнем курсе. Учебники можно купить и другими способами, но магазин на территории кампуса – самый удобный вариант. – У нас даже твоей информации нет.
– Я всегда плачу наличными.
Никто не платит наличными. Он наверняка меня дразнит.
– Даже если платишь наличными, рано или поздно твоя информация оказывается в системе. У нас есть бонусная программа. Можно сделать всего несколько покупок и получить бесплатный кофе или маффин в кафе.
Нокс на шаг отступает от прилавка и проводит рукой по своему телу.
– Похоже, что я ем маффины?
Я только глаза закатываю. Вот он и показал свою неприглядную сторону.
И да, он не похож на человека, который ест маффины. А вот я – наверняка.
Я поплотнее запахиваю кардиган.
– Не понимаю я тебя.
– А вот я не понимаю… – он снова опирается на прилавок, прислоняется так близко, что я практически чувствую его запах. От него пахнет свежим осенним днем. Осенними листьями, кислыми яблоками, древесным дымом – головокружительная смесь, – …откуда ты знаешь, как меня зовут.
Вот черт. Теперь кажется, будто я сталкер, хотя… ну его. Все в кампусе знают, как его зовут.
Даже я.
Я смотрю ему прямо в глаза и гадаю, видно ли по мне, как я нервничаю.
– Умоляю. Ты местная знаменитость. Еще ты дважды платил за покупки кредиткой, а там твое имя стоит.
Он улыбается еще шире, а я-то думала, такое невозможно. Кажется, я ни разу не встречала человека, который постоянно пребывает в таком радостном состоянии. Будто у него нет никаких проблем. Что ж, полагаю, когда ты – Нокс Магуайр, проблем у тебя и правда нет.
Жизнь идеальна.
– Я думал, девушки вроде тебя и не подозревают, кто я такой.
– В смысле, девушки вроде меня? – оскорбленно уточняю я.
– Я подумал, на футбол ты вряд ли ходишь, так?
Ой, да ладно. Как будто он хоть раз взглянул на меня до нашей встречи в магазине. Он даже не знает, кто я такая.
– Иногда, – пожимаю плечами. Я, разумеется, вру. За все годы в этом колледже я ни разу не была на футбольном матче. – Я в основном работаю.
– Тебе стоит взять выходной в субботу и прийти посмотреть, как я играю, пока шанс есть. Если хочешь, могу достать билеты на лучшие места, когда будет следующая домашняя игра, – ухмыляется он.
Я оглядываюсь, чтобы удостовериться, что он все это мне говорит, а не кому-то еще.
– Ты предлагаешь мне билеты на свой матч? – спрашиваю я, когда наши взгляды снова встречаются.
Нокс медленно кивает.
– Да.
– О, – должно быть, это шутка какая-то. – Что ж. Спасибо, но мне неинтересно.
На мгновение он как рыба открывает рот, будто я совершенно его разочаровала.
– Ты серьезно?
– У меня попросту времени нет. Но спасибо за предложение. – Я поворачиваюсь к компьютеру и начинаю щелкать по клавишам. Ноксу незачем знать, что на самом деле я ничего не делаю. – Честно говоря, мне правда надо возвращаться к работе.
Долгое время Нокс просто смотрит на меня и молчит.
– Ладно, Джо-Джо. Еще увидимся.
Нахмурившись, я снова смотрю на него. Такое ощущение, что, однажды посмотрев в его прекрасные зеленые глаза, я уже не смогу остановиться.
– Откуда ты знаешь, как меня зовут?
– Вот откуда. – Он протягивает руку и касается кончиками пальцев бейджа у меня на шее. Бейджа, который находится прямо у моей правой груди.
Я ощущаю его прикосновение всем телом – и всей своей дрожащей душой.
– Э-э-э… – Я замечаю, что его пальцы касаются бейджа несколько дольше, чем следовало бы, но потом он наконец убирает руку. – Это прозвище.
Зачем я ему сказала?
– А как тогда тебя зовут на самом деле? Стой, дай угадаю! – восклицает он прежде, чем я успеваю ответить. Он пятится к выходу из магазина, а потом победоносно щелкает пальцами. – Джозеф.
У меня вырывается смешок – странный, нехарактерный для меня, будто хихикает кто-то другой.
– Это же мужское имя.
– Тогда Джозефина. – Он все еще пятится в сторону выхода, хотя его сестра до сих пор торчит в отделе «Эппл». Правда, она уже у кассы, и, кажется, ей пробивают покупку.
Кое-кто из посетителей торопится убраться с пути Нокса, чтобы он не налетел на них, а он этого даже не осознает.
– Нет. – Я качаю головой.
– Джолин? Как в той кантри-песне? – Он начинает петь припев, и, господи боже, поет он просто ужасно. Покупатели начинают оборачиваться, пытаясь понять, кто издает эти жуткие вопли, а когда видят, кто, попросту пялятся, но Нокса это не останавливает. Он допевает припев до конца.[6]
Не стоило бы смеяться, но я не могу сдержаться.
– Не Джолин.
Он останавливается прямо в дверях, преградив дорогу какому-то несчастному, который пытался войти в магазин.
– Джоди.
– Не-а.
