Мария Бордюк Нулевая кровь

Она закрыла глаза.

Перед ней снова возникло то видение.

На этот раз она попыталась вспомнить каждую деталь.

Девушка не назвала своего имени.

Не сказала, откуда пришла.

Не объяснила, почему именно Марианна должна была её увидеть.

Она говорила только о Вивьен.

О крови.

О силе, которая должна была исчезнуть вместе с Эвелин, но каким-то образом перешла дальше.

И о Рейдах.

Марианна медленно открыла глаза.

Вот почему она должна была ехать.

Не к Вивьен.

Не к Лее.

К Рейдам.

Если кто-то и должен был знать, что происходит с дочерью Эвелин, так это Адриан.

Он прожил достаточно долго, чтобы знать то, чего не знала ни одна книга в доме Морганов. Он знал происхождение Вивьен, знал её кровь и наверняка понимал, почему некоторые вампиры боялись её ещё до того, как она сама научилась понимать собственную силу.

А Элиас...

Марианна вспомнила его лицо.

Он всегда был спокойнее брата. Осторожнее. Если Адриан мог принять решение за секунду, Элиас сначала искал причину.

Может быть, именно он сможет понять, что происходит.

Она поднялась наверх, взяла пальто и ключи.

Лея выглянула из комнаты.

— Мам, ты куда?

Марианна на секунду замерла.

— Нужно кое-куда съездить.

— Сейчас?

— Да. Ненадолго.

— Что случилось?

Марианна посмотрела на дочь и улыбнулась так спокойно, как только смогла.

— Ничего. Просто одно дело, которое я давно откладывала.

Она не стала объяснять больше.

Лея ещё несколько секунд смотрела на неё, но спорить не стала.

Марианна вышла из дома.

Только когда дверь закрылась за её спиной, улыбка исчезла с её лица.

Она села в машину и положила руки на руль.

Несколько секунд просто сидела неподвижно.

Потом тихо произнесла:

— Если ты сказала правду...

Она не договорила.

Потому что сама боялась продолжения.

Марианна завела двигатель.

Ей предстояло встретиться с Адрианом Рейдом и рассказать ему то, что она сама до конца не понимала.

И если хотя бы половина увиденного была правдой, это касалось не только Вивьен.

Это касалось всей семьи Рейдов.

А возможно, и всего сверхъестественного мира, о существовании которого обычные люди даже не подозревали.

Марианна приехала к дому Рейдов уже глубокой ночью. Дорога показалась ей непривычно длинной, хотя она знала её достаточно хорошо, чтобы проехать почти не задумываясь. Несколько раз она ловила себя на том, что хочет развернуться и вернуться домой, но каждый раз перед глазами возникало одно и то же видение, и тогда сомнения исчезали.

Она не могла рассказать Лее.

И тем более не могла сказать Вивьен, что после одного прикосновения к её руке увидела незнакомую девушку, которая говорила о силе, о Нулевой крови и о смерти Вивьен так спокойно, словно уже знала, чем закончится её история.

Марианна остановила машину перед воротами, несколько секунд посидела в тишине, а затем вышла.

До двери она дошла быстрым шагом и, не утруждая себя стуком, приложила ладонь к замку. Металл едва слышно щёлкнул, и дверь открылась.

В огромном холле было темно.

— Адриан Рейд, — позвала Марианна, и её голос разнёсся по пустому пространству.

Ответом ей стали быстрые шаги на лестнице.

Адриан появился первым, а следом за ним Элиас. По тому, как они спускались, Марианна сразу поняла, что они решили, будто в дом проник кто-то опасный. Адриан уже держал в руке оружие, а его лицо стало настолько холодным, что любой другой человек, вероятно, развернулся бы и ушёл.

Марианна осталась на месте.

— Если бы я хотела причинить вам вред, — сказала она спокойно, — я бы не стала открывать дверь так громко и объявлять о своём присутствии на весь дом.

Элиас бросил короткий взгляд на Адриана, после чего тот медленно опустил руку.

— Ты приехала посреди ночи, без предупреждения и вошла в мой дом без приглашения, — произнёс Адриан. — Поэтому я думаю, что имею право знать причину.

— Имеешь.

Марианна сняла пальто и положила его на спинку кресла, словно собиралась остаться здесь надолго.

— Я приехала поговорить о Вивьен.

При этих словах выражение лица Адриана изменилось.

— Что с ней?

— Ничего. Она жива, здорова и сейчас находится не здесь.

Только после этого Адриан немного расслабился.

Элиас внимательно посмотрел на Марианну.

— Тогда что произошло?

Марианна медленно выдохнула.

— Сегодня Вивьен была у меня дома. Лея позвала её на чай, мы сидели на кухне, разговаривали. Всё было совершенно обычно, пока я не коснулась её руки.

Она ненадолго замолчала.

— В тот момент со мной произошло что-то, чего я не могла контролировать. Я перестала видеть комнату, будто на несколько секунд оказалась совершенно в другом месте. Передо мной стояла девушка, которую я никогда раньше не видела.

Элиас нахмурился.

— Ты уверена, что это было видение, а не чужое заклинание?

— Уверена настолько, насколько вообще можно быть уверенной в подобных вещах. Я ведьма, Элиас. Я знаю разницу между обычной магической реакцией и тем, когда тебе показывают что-то, чего ты сама никогда не искала.

Адриан всё это время молчал, но теперь спросил:

— Что сказала эта девушка?

Марианна посмотрела прямо на него.

— Она сказала, что сила вернулась.

Адриан едва заметно нахмурился.

— Какая сила?

— Нулевая кровь.

После этих слов в холле воцарилась тяжёлая тишина.

Элиас первым отвёл взгляд.

— Ты понимаешь, что сейчас говоришь?

— Именно поэтому я здесь.

Марианна прошла к креслу и села, потому что ноги снова начали слегка дрожать.

— Я знаю, что Нулевая кровь считалась чем-то почти мифическим. В старых ведьминских записях она описывалась не как обычная магия, а как сила, способная нарушить саму связь между существом и той природой, которая даёт ему жизнь. Но я никогда не думала, что когда-нибудь столкнусь с её носителем.

Адриан смотрел на неё неподвижно.

— И ты считаешь, что носитель этой силы Вивьен?

— Не считаю. Мне это показали.

Марианна провела ладонью по лицу и тихо продолжила:

— Та девушка сказала, что Нулевая кровь находится внутри Вивьен. Она сказала, что Вивьен не только вампир, но и наполовину ведьма.

Адриан резко поднялся.

— Этого не может быть.

— Я понимаю, почему ты так говоришь.

— Нет, Марианна, ты не понимаешь. Я знаю кровь своей дочери. Я знаю, что передал ей я. Я знаю, кем была её мать. Эвелин была человеком.

— Я знаю.

Марианна посмотрела на него спокойно.

— И прежде чем ты начнёшь искать в этом какую-нибудь связь с моей семьёй, сразу скажу: у меня и Эвелин никогда не было никакого родства.

Адриан нахмурился.

— Ты знала её?

— Нет. Мы даже не были знакомы близко. Я знаю о ней только то, что связано с Вивьен и тем, что произошло много лет назад. Фамилия Морган у нас просто совпала. Мы однофамильцы, не родственницы.

Элиас задумчиво посмотрел на Марианну.

— Тогда каким образом ведьминская сила оказалась у Вивьен?

— Вот этого я и не знаю.

Она опустила глаза.

— Именно поэтому я приехала сюда. Я могла бы оставить всё при себе, сделать вид, что ничего не произошло, но если то, что я увидела, действительно связано с Вивьен, вы должны знать.

Адриан медленно подошёл к окну.

— Что ещё она сказала?

Марианна не сразу ответила.

— Она сказала, что вы не должны мешать Вивьен делать то, ради чего эта сила вернулась.

Элиас нахмурился.

— Ради чего?

— Она не сказала.

— А ты не спросила?

— Я не могла. Видение закончилось почти сразу.

Марианна замолчала, а затем добавила:

— Но перед тем как исчезнуть, она сказала ещё одну вещь.

Адриан обернулся.

Марианна посмотрела ему в глаза.

— После того как Вивьен сделает то, что должна, она умрёт.

Адриан несколько секунд просто смотрел на неё.

Не было ни вспышки ярости, ни крика. Только полная неподвижность, которая почему-то пугала сильнее любого гнева.

— Нет, — произнёс он наконец.

Марианна сжала пальцы на коленях.

— Адриан...

— Я не собираюсь принимать это как неизбежность.

— Я и не говорю, что ты должен.

— Тогда хорошо.

Он отвернулся к окну.

— Потому что никто не будет решать, когда умрёт моя дочь.

Элиас медленно сел напротив Марианны.

— Ты сказала, что девушка говорила о силе так, будто знала Вивьен. Ты запомнила хоть что-нибудь ещё? Её лицо, голос, одежду, место, где она находилась?

Марианна задумалась.

— Она выглядела очень молодой, но в ней было что-то такое, что невозможно описать возрастом. Когда она смотрела на меня, мне казалось, что она видит гораздо больше, чем я сама способна понять. И ещё...

Она замолчала, пытаясь восстановить воспоминание.

— Мне показалось, что она говорила не о будущем. Она говорила так, будто всё это уже когда-то происходило.

Элиас переглянулся с братом.

Марианна заметила этот взгляд.

— Вы знаете, кто она?

— Нет, — ответил Элиас. — Но теперь я хочу это выяснить.

Адриан медленно повернулся к ним.

— А я хочу понять, почему моя дочь оказалась в центре всего этого.

Марианна поднялась с кресла.

— Я тоже.

Она взяла пальто.

— Только, пожалуйста, пока ничего не говорите Вивьен. Я не знаю, насколько правдиво это видение и что именно от неё хотят. Если она узнает, что после выполнения какого-то неизвестного предназначения должна умереть, она либо начнёт искать ответы сама, либо попытается доказать, что ей ничего не страшно. И оба варианта могут закончиться плохо.

Адриан посмотрел на неё тяжёлым взглядом.

— Я не стану говорить ей сегодня.

Марианна кивнула.

— Этого достаточно.

Она направилась к двери, но перед выходом остановилась.

— И ещё кое-что.

Адриан поднял глаза.

— Если эта девушка сказала правду и Нулевая кровь действительно вернулась через Вивьен, возможно, именно поэтому её раны заживают иначе, чем у других вампиров.

Адриан ничего не ответил.

Марианна вышла из дома.

Дверь закрылась за ней.

Элиас некоторое время стоял неподвижно, после чего посмотрел на брата.

— Ты понимаешь, что это значит?

Адриан продолжал смотреть на закрытую дверь.

— Понимаю только одно.

Он говорил тихо, но в голосе звучала такая уверенность, что Элиас больше ничего не спросил.

— Что бы ни происходило с Вивьен, я не позволю кому-либо забрать её у меня.

Когда Вивьен вернулась домой, в доме было непривычно тихо.

Она закрыла за собой входную дверь, бросила ключи на небольшую тумбу возле лестницы и уже собиралась подняться наверх, когда заметила свет из гостиной.

Адриан и Элиас сидели там вдвоём.

Они даже не посмотрели в её сторону.

Вивьен остановилась на несколько секунд, прислонившись плечом к стене. Отец сидел в кресле, слегка подавшись вперёд, а Элиас находился напротив него, опираясь локтями на колени. Оба разговаривали настолько тихо, что обычный человеческий слух не смог бы разобрать ни слова.

Но Вивьен была вампиром.

Она чуть прищурилась и включила слух.

— Нам нужно решить, что делать дальше, — тихо произнёс Элиас. — Если Марианна действительно увидела то, о чём говорит, нам необходимо узнать больше об Эвелин и её семье. Возможно, ответ всё это время был связан именно с её происхождением.

Вивьен нахмурилась.

Эвелин.

Она узнала имя матери сразу.

— Зачем нам вообще узнавать что-то о родственниках моей мамы? — раздался её голос из дверного проёма.

Оба мужчины мгновенно замолчали.

Вивьен стояла, скрестив руки на груди, и смотрела на них с холодным недоверием.

— Вивьен, — первым заговорил Элиас, стараясь сохранить спокойствие. — Мы не хотели тебя тревожить.

— Это я уже слышала.

Она медленно вошла в гостиную.

— Каждый раз, когда вы двое начинаете говорить тише обычного, оказывается, что вы «не хотели меня тревожить». А потом я случайно узнаю что-нибудь, что касается непосредственно меня.

Адриан поднялся.

— Тебе сейчас лучше подняться к себе и лечь спать. Мы поговорим утром.

Вивьен остановилась.

Несколько секунд она просто смотрела на отца.

— Нет.

Адриан нахмурился.

— Вивьен.

— Нет, папа.

В её голосе уже не осталось привычной насмешки.

— Вы опять что-то от меня скрываете.

Элиас поднялся следом.

— Это не так просто, как тебе кажется.

— Тогда объясните мне, как всё обстоит на самом деле.

— Мы сами пока не знаем всего, — осторожно сказал Элиас.

Вивьен усмехнулась, но в этой улыбке не было ничего весёлого.

— Конечно. Вы не знаете. Вы никогда ничего не знаете, пока я не узнаю это сама.

Она сделала ещё несколько шагов в их сторону.

— Я постоянно узнаю о собственной жизни последней. Я не знала о Наталье. Я не знала, что происходит с моей кровью. Я не знала, почему мои раны заживают не так, как у остальных. Теперь вы сидите здесь и шепчетесь о моей матери, а когда я спрашиваю, что происходит, мне снова говорят идти спать.

Адриан смотрел на неё молча.

Вивьен почувствовала, как внутри поднимается злость.

Не та привычная злость, которую она испытывала, когда кто-то раздражал её.

Другая.

Гораздо глубже.

Обида, которую она слишком долго не позволяла себе признать.

— Вы можете хоть что-нибудь не скрывать от меня? — голос Вивьен дрогнул. — Я вообще-то живу в этом доме. Я имею право знать, что происходит со мной и с моей семьёй.

Элиас сделал шаг к ней.

— Виви, послушай меня...

— Нет, дядя.

Она резко подняла руку, останавливая его.

— Я устала слушать, что вы пытаетесь меня защитить. От чего вы меня защищаете? От правды?

В гостиной стало совсем тихо.

Вивьен сжала кулаки.

— Вы говорили мне, что мы семья.

Она посмотрела сначала на Элиаса, потом на Адриана.

— Вы сами постоянно повторяли, что я могу доверять вам, что вы никогда не оставите меня одну и что я должна говорить вам обо всём. Но почему это работает только в одну сторону?

Адриан медленно подошёл ближе.

— Вивьен, мы не хотим сделать тебе больно.

— Вы уже делаете.

Она произнесла это почти шёпотом.

А затем сорвалась.

— Я чувствую себя лишней в собственной семье!

Голос эхом разнёсся по огромному залу.

— Я не знаю правды о собственной матери, не знаю, почему со мной происходит всё это, не знаю, что ещё вы успели от меня спрятать, а теперь вы стоите передо мной и снова говорите, что мне лучше ничего не знать!

Элиас попытался приблизиться.

— Виви, пожалуйста, успокойся. Мы расскажем тебе всё, как только сами разберёмся...

— Я не маленькая!

На этот раз она закричала.

И дом ответил ей.

Где-то наверху с громким звоном задребезжало стекло. Люстра над их головами резко качнулась, хотя в комнате не было ни малейшего движения воздуха. Свет несколько раз мигнул, погас на долю секунды и снова загорелся.

Адриан и Элиас одновременно посмотрели вверх.

Вивьен этого даже не заметила.

Она продолжала идти к ним.

— Я не маленькая девочка, которую нужно посадить в комнату и приказать ей спать, пока взрослые решают, что ей можно знать, а что нельзя.

Элиас вдруг побледнел.

Он почувствовал это раньше Адриана.

Что-то изменилось.

Воздух в комнате стал тяжёлым, почти давящим.

— Вивьен, остановись, — тихо сказал он.

Она посмотрела на него с раздражением.

— Почему? Потому что сейчас я наконец-то говорю то, что думаю?

Элиас не ответил.

Он только посмотрел на Адриана.

Тот уже понял.

Сила исходила от Вивьен.

Но не вампирская.

Не та, которую они знали.

Что-то другое.

Что-то, чего раньше в ней не было.

Вивьен сделала ещё один шаг.

— Вы говорили, что мы семья, — повторила она, уже почти плача от ярости. — Но всё, что я слышу...

Она резко остановилась.

И в следующую секунду Элиас согнулся пополам.

Он рухнул на колени, схватившись обеими руками за голову.

— Виви, не лезь... — успел выдохнуть он, прежде чем стиснул зубы от боли.

Адриан тоже пошатнулся.

Он попытался удержаться на ногах, но его будто ударило изнутри. Он опустился на колено и прижал ладонь к виску.

Вивьен замерла.

— Что...

Она посмотрела на них, совершенно не понимая, что происходит.

Элиас тяжело дышал, пытаясь поднять голову.

Адриан с трудом повернулся к дочери.

И впервые Вивьен увидела в его глазах не злость.

Страх.

— Вивьен, хватит!

Его голос сорвался на крик.

Она отшатнулась.

Сила исчезла так же внезапно, как появилась.

Свет перестал мигать.

Люстра медленно остановилась.

Вивьен смотрела на отца и дядю, не понимая, почему они лежат на полу и почему оба смотрят на неё так, словно только что увидели совершенно другого человека.

— Я... я ничего не делала...

Она сделала шаг назад.

В голове внезапно возник оглушительный шум, словно десятки голосов одновременно заговорили прямо внутри неё.

Вивьен схватилась за голову.

— Что со мной происходит?..

Ноги перестали её слушаться.

Адриан попытался подняться.

— Виви...

Но она уже не слышала.

Её глаза закатились, тело обмякло, и она рухнула на пол.

— Вивьен!

Адриан оказался рядом с ней первым.

Он подхватил дочь на руки, прижав к себе, а Элиас, всё ещё тяжело дыша, поднялся с пола и подошёл ближе.

На лице обоих было одно и то же выражение.

Они наконец поняли, что произошло.

То, о чём Марианна рассказала им несколько часов назад, больше не было просто странным видением.

Нулевая кровь действительно проснулась.

Вивьен не почувствовала удара, когда потеряла сознание.

Просто всё вокруг исчезло.

Голоса Адриана и Элиаса растворились где-то далеко, стены дома исчезли, исчезло ощущение пола под телом. Осталась только темнота, настолько глубокая, что Вивьен сначала даже не поняла, открыты у неё глаза или нет.

Она попыталась пошевелиться.

Ничего.

Потом впереди появился свет.

Сначала слабый, почти прозрачный, а затем всё ярче.

Вивьен прищурилась.

Перед ней возникла комната.

Она была совсем не похожа на гостиную Рейдов. Здесь не было современной мебели, электрических ламп или высоких окон. Вокруг стояли старые деревянные шкафы, на стенах висели потемневшие от времени картины, а несколько свечей горели в тяжёлых подсвечниках.

Вивьен огляделась.

— Где я?..

Её собственный голос прозвучал глухо, словно пространство вокруг поглощало звук.

Она сделала шаг.

И остановилась.

У окна стояла женщина.

Вивьен узнала её не сразу.

Длинные светлые волосы, мягкие черты лица, спокойный взгляд.

Она видела это лицо только на старых фотографиях.

Но знала его.

— Мама?..

Женщина медленно повернулась.

На её лице появилась улыбка.

Такая тёплая, что Вивьен на несколько секунд просто застыла.

— Вивьен.

У неё перехватило дыхание.

— Ты...

Она не смогла закончить.

Эвелин подошла ближе.

Вивьен смотрела на неё, не понимая, почему внутри вдруг стало так больно. Она почти не помнила мать. Для неё Эвелин всегда была фотографией, именем, несколькими рассказами отца.

Но сейчас перед ней стоял живой человек.

Её мать.

— Я так долго хотела тебя увидеть, — тихо сказала Вивьен.

Эвелин посмотрела на неё с грустью.

— А я хотела увидеть тебя взрослой.

Вивьен сглотнула.

— Почему я тебя вижу?

— Потому что ты подошла к моменту, которого боялись все женщины нашей семьи.

Улыбка исчезла с лица Эвелин.

Вивьен нахмурилась.

— Что со мной происходит?

Эвелин несколько секунд молчала, словно пыталась подобрать слова.

— Ты чувствуешь силу, которая проснулась внутри тебя.

— Нулевая кровь?

Эвелин кивнула.

— Да.

Вивьен опустила взгляд на свои руки.

— Но я вампир.

— Ты вампир.

— Тогда почему у меня есть ведьмовская сила?

— Потому что кровь не всегда наследует только то, что должна.

Вивьен подняла глаза.

Эвелин подошла ближе.

— Моя мать была ведьмой. Очень сильной. Но сила, которую она носила, была старше большинства известных ведьмовских линий. Она не принадлежала обычной магии.

Вокруг них начали появляться едва заметные образы.

Сначала Вивьен увидела женщину в старом платье.

Потом другую.

Потом ещё одну.

Женщины стояли одна за другой, словно несколько поколений одной семьи.

— Моя мать создала заклинание, — продолжила Эвелин. — Не для того, чтобы сделать кого-то сильнее. Наоборот. Она хотела сохранить равновесие.

— Между чем?

— Между всеми силами, которые существуют в этом мире.

Вивьен молчала.

— Она увидела, что однажды появятся существа, которые станут слишком сильными. Вампиры. Ведьмы. Другие создания. Кто-то обязательно захочет получить власть над остальными. Поэтому она создала силу, которая способна разрушить любую сверхъестественную связь, если она становится угрозой равновесию.

Вивьен медленно произнесла:

— Нулевая кровь.

— Да.

Эвелин посмотрела ей прямо в глаза.

— Но у этой силы есть цена.

Вивьен почувствовала тревогу.

— Какая?

Эвелин тяжело вздохнула.

— Она не может существовать сама по себе.

Вокруг них погасли несколько свечей.

— Ты родилась вампиром. В тебе есть Первая кровь. Именно она дала тебе бессмертие, силу и всё то, чем ты являешься сейчас.

— А Нулевая кровь?

— Противоположность.

Эвелин коснулась ладонью груди Вивьен.

— Пока ты существуешь, эти две силы удерживают друг друга.

Вивьен нахмурилась.

— Что будет, если одна победит другую?

Эвелин не ответила сразу.

И этого молчания оказалось достаточно.

— Скажи мне.

— Если ты полностью отдашься своей вампирской природе и перестанешь использовать ведьмовскую силу, Нулевая кровь начнёт угасать.

— И что тогда?

— Баланс исчезнет.

Вивьен смотрела на неё.

— И?

Эвелин тихо сказала:

— Тогда начнётся цепная реакция. То, что удерживалось Нулевой кровью, больше не будет сдерживаться. Сильнейшие существа получат возможность уничтожать слабых. Одни виды начнут охотиться на другие. Старые связи разрушатся. А потом начнёт разрушаться сама граница между сверхъестественным миром и человеческим.

Вивьен почувствовала холод.

— Ты хочешь сказать, что могут умереть все?

— Не сразу.

Эвелин посмотрела на неё печально.

— Но если равновесие окончательно исчезнет, да. В конце концов погибнут и сверхъестественные существа, и люди.

Вивьен отступила на шаг.

— Тогда я просто буду использовать силу.

— Не всё так просто.

— Почему?

— Потому что чем сильнее ты используешь Нулевую кровь, тем больше она разрушает твою вампирскую природу.

Вивьен замерла.

— Что?

— Ты уже почувствовала это сегодня.

Она вспомнила боль.

То, как Адриан и Элиас рухнули перед ней.

То, как сила прошла через всё её тело.

— Если я буду использовать Нулевую кровь...

— Твоя вампирская сущность начнёт угасать.

— И я стану человеком?

Эвелин покачала головой.

— Нет.

Её голос стал совсем тихим.

— Ты начнёшь умирать.

Вивьен долго смотрела на неё.

— Значит, если я использую силу, умру я.

— Если не будешь использовать, погибнет баланс.

— Очень справедливо.

В её голосе появилась горечь.

Эвелин подошла ближе.

— Именно поэтому моя мать создала заклинание.

— Какое ещё заклинание?

— Заклинание передачи.

Вивьен почувствовала, как внутри всё сжалось.

— Что оно делает?

Эвелин посмотрела на неё так, будто заранее знала, насколько тяжело ей будет это услышать.

— Когда носитель выполняет то, ради чего была создана Нулевая кровь, сила должна перейти к следующей наследнице.

— И что происходит с предыдущей?

Эвелин ничего не сказала.

Вивьен медленно поняла.

— Она умирает.

Эвелин закрыла глаза.

— Да.

Вивьен отшатнулась.

— Поэтому ты умерла?

— Нет.

— Тогда почему?

— Потому что я была частью цепи, но не носила силу.

Эвелин посмотрела на неё.

— Я не унаследовала Нулевую кровь. Она должна была перейти ко мне, но не перешла. Я была обычным человеком.

Вивьен нахмурилась.

— Тогда почему она оказалась у меня?

— Потому что после моей смерти заклинание нашло следующую кровь, способную принять силу.

Вивьен замолчала.

Эвелин коснулась её щеки.