Мари Делль Мертвецы не плачут

Глава 9

Железные створки Четвертого шлюза закрывались с таким грохотом, будто за нашей спиной захлопнулась крышка гроба. В ту самую секунду, когда датчики пересекли черту, терминал Марка выдал короткий писк - скрипт сработал. Наше предупреждение ушло в сеть Седьмого сектора. Там, за стеной, сейчас начинался ад, но у нас впереди была только бездонная, пугающая пустота. Мы вышли наружу.

В лицо ударил холодный, и давно забытый свежий ветер.. Небо над головой - бесконечный черный купол, усыпанный искрами звезд. Сейчас, фиолетового тумана, как шесть лет назад, здесь не было.

— Куда теперь? — задыхаясь, крикнул Марк. Он крутился на месте, дико озираясь по сторонам. — Куда идти, Олли?!

Олли тяжело дышал, опустив обрез. Его огромная фигура, казавшаяся нерушимой в тесных коридорах гетто, здесь, на открытом пространстве, выглядела потерянной. Он завертел головой, всматриваясь в темноту, но вокруг расстилалась лишь бескрайняя черная Пустошь.

Мы вырвались. Мы были свободны. И мы понятия не имели, что делать дальше. Сзади в любую секунду могли взреветь прожекторы погони. Нужно было срочно, немедленно где-то укрыться.

— За мной! — хлестко, как выстрел, прозвучал голос нашего нового спутника.

Он уже бежал в сторону темнеющей вдали полосы леса. Девочка у него за спиной даже не пикнула, крепче вцепившись в камуфляжные наплечники.

— Я знаю дорогу! — бросил он через плечо.

Мы с Олли переглянулись и побежали, долго, петляя между корявыми, стволами деревьев, которые в темноте походили на тянущиеся к нам руки мертвецов. Ветви били по лицу, ноги вязли в сыром мху и жухлой траве. Лес казался бесконечным, а холод пробирал до костей сквозь тонкие слои одежды.

Наконец, когда легкие уже разрывались от ледяного воздуха, деревья расступились. Мы вышли к полуразрушенной довоенной заправке. Её выцветшая крыша накренилась, одна из заправочных колонок была вывернута с корнем, но кирпичное здание операторской уцелело. Окна были наглухо заколочены прогнившими досками, а тяжелая металлическая дверь оказалась приоткрыта.

— Сюда. Быстро, — скомандовал военный, проскальзывая внутрь.

Мы буквально влетели следом. Олли задвинул дверь и подпер её массивным старым стеллажом, валявшимся в углу. Когда первый шок от бешеного бега утих, я тяжело прислонилась к стене и осмотрела помещение. Фонарик в руках Марка освещал контуры комнаты. Это была бывшая операторская, заброшенная много лет назад, но до сих пор сохранившая следы человеческого присутствия. Бывшие торговые стеллажи, когда-то заставленные товарами, теперь были сдвинуты к окнам, служа дополнительной баррикадой против ветра и возможных гостей. В центре стоял пластиковый стол и пара покосившихся стульев. В дальнем углу комнаты заметила брошенный прямо на пол старый, продавленный диван, рядом с которым валялось несколько потрепанных, серых от пыли подушек. Но больше всего моего внимания привлек другой угол, там лежал относительно чистый матрас, укрытый брезентом. Судя по всему, эта заправка служила перевалочным пунктом, и здесь кто-то иногда тайно ночевал. На полу возле матраса виднелись пара пустых довоенных жестяных банок и обгоревшие щепки от старого костра.

Здесь было темно и относительно сухо. Пахло пылью, бумагой и старым железом. Нам нужно было переждать ночь: идти вслепую по незнакомой Пустоши без карт и приборов было чистым самоубийством.

Олли аккуратно выставил на сломанный пластиковый стол наши скудные припасы: пару свертков белкового брикета и флягу с водой. Военный бережно снял с плеч рюкзак-переноску, достал девочку и усадил её на тот самый матрас в углу, накинув на плечи свою куртку. Малышка посмотрела на нас своими огромными глазами, затем достала из кармашка потрепанный блокнот с карандашом и принялась что-то тихо рисовать.

Мужчина сел напротив нас на один из уцелевших стульев, положив карабин на колени. Без камуфляжной куртки, в одной армейской майке, его фигура казалась еще массивнее.

— Раз уж мы в одной лодке, давайте знакомиться, — его голос звучал глухо, но без угрозы. Он протянул огромную, покрытую шрамами ладонь. — Ян. Бывший командир гарнизона охраны Архивов Пятого сектора. А это Лили.

Сделав шаг вперед, пожала его руку. На мгновение мне показалось, что держу кусок железа.

— Талия Смит. Из Седьмого сектора. Очистная станция.

— Олли. Механик оттуда же, — хмуро буркнул мой напарник, тоже принимая рукопожатие. Он всё еще поглядывал на Яна с недоверием, но обрез на него уже не наставлял.

Марк опустился на старый диван, привалившись спиной к куче пыльных подушек, и пытался унять дрожь в коленях.

— Марк диспетчер четвертого уровня. Тот самый четырнадцатый номер.

Ян внимательно посмотрел на Марка, и на его жестких губах промелькнула едва заметная горькая ухмылка.

— Так вот из-за кого Крейг поднял такую суматоху. Рад, что ты выжил, парень. Из-за твоих кодов мне пришлось сдвинуть свой побег на две недели раньше. Я планировал уйти позже, когда соберу больше данных по внешним базам.

— Зачем тебе это, Ян? — спросила , присаживаясь на край второго стула и глядя на маленькую Лили. Девочка подняла голову и несмело улыбнулась мне, показав свой рисунок - кривое, но явно узнаваемое солнце над зеленым полем. — Ты ведь был частью Верхушки. У тебя были пайки, чистый воздух, защита.

Ян помрачнел. Его челюсть сжалась, а взгляд стал тяжелым, устремленным куда-то сквозь стену. Он посмотрел на девочку, и его голос упал до свистящего шепота.

— Лили. Она молчит, потому что три года назад, когда ей едва исполнилось три, каратели СБ отрезали ей язык. Они сделали это прямо на моих руках. За то, что она слишком громко смеялась на улице Верхнего города, нарушая комендантскую тишину квартала правителей. Для меня в тот день Нового Эдема не стало. Я понял, что в этом бетонном склепе жить нельзя. Никому. И тогда я начал разрабатывать план, по капле собирая коды обхода Четвертого шлюза.

Я замерла, чувствуя, как по коже пробежал мороз. Мой собственный конфликт, который сжигал меня изнутри в Седьмом секторе, показался мелким перед этой леденящей душу жестокостью Системы.

— Но куда ты пойдешь? — тихо спросил Марк с дивана. — Каков конечный пункт?

Ян поднял голову и посмотрел на нас троих.

— Вы ведь помните восстание освободителей два года назад в Шестом секторе? Совет объявил, что они все были уничтожены. Это ложь. Погибла только часть. Другая часть смогла прорвать периметр и сбежать за Стену. Я хочу их найти, если они ещё живы. Перед тем, как уйти, глава того восстания передал мне координаты. Он сказал, куда именно они отправятся.

Военный сделал паузу и указал рукой на восток, в сторону заколоченного окна.

— Наш Новый Эдем находится приблизительно в 230 км от Манхэттена. Выжившие из Шестого сектора собирались отправиться именно туда. Манхэттен огромен, в его руинах можно спрятать целую армию. Они планировали зайти в город, собрать там остатки довоенной провизии, медикаментов и оружия, а потом отправиться дальше. Туда мы и держим путь.

Ян замолчал, и в комнате снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь свистом ветра в щелях заколоченных окон. Он потянулся к карабину, щелкнул предохранителем и положил оружие на пол рядом со своим стулом. Напряжение, державшее нас с самой шлюзовой камеры, окончательно растворилось в пыльном полумраке заправки.

— Я не буду спрашивать, почему сбежать хотели вы, — Ян перевел свой тяжелый взгляд с меня на притихшего на диване Марка. — Тут и спрашивать нечего. В Новом Эдеме у каждого первого есть причина проклясть Совет, и пустить пулю в лоб Крейгу или себе. Всё очевидно.

Он наклонился вперед, уперев мощные локти в колени, и полоснул по мне взглядом.

— Но мне интересно другое. Как вы, работяги из Седьмого, узнали о том, что будет очистка сектора? И не просто узнали, а высчитали время секунда в секунду с точностью до дня недели. Эту директиву Крейг утвердил на закрытом заседании Совета всего три дня назад. Доступ к файлу был только у высшего руководства СБ и у меня, в главном терминале Архивов. Откуда инфа, Талия?

Олли шевельнулся на своем стуле, его рука непроизвольно потянулась к лежащему на коленях обрезу, но я мягко коснулась его плеча, останавливая. Скрывать нам больше было нечего. Мы все переступили черту.

— Я сама ее нашла, — ответила, глядя прямо в глаза Яна. — Несколько дней назад оказалась в диспетчерской. Но вместо простых отчетов, наткнулась на скрытый документ Совета. Там было четко прописано: расстрельные списки на эту пятницу и полная зачистка всего Седьмого сектора через две недели.

Ян нахмурился, вслушиваясь в мои слова:

— Но если в документе стояли две недели, как вы оказались у шлюза сегодня?

— Позавчера случайно подслушала разговор Коваля и командира СБ, — горько усмехнулась, вспоминая ту сцену. — Каратели требовали, чтобы Коваль сам запер гермозатворы в пятницу в час, сразу после мусорного конвоя. Они открыто сказали, что планы изменились. Совет видимо решил перенести зачистку на эту самую пятницу, чтобы избавиться от всех разом и не тратить патроны. Проще перекрыть воздух трем тысячам человек, пустить газ и подождать, пока всё утихнет, чем устраивать показательные казни и тратить провизию на тех, кто уже не жилец Самое удивительное Коваль отказался. Он орал на карателя, швырнул ему в грудь инфо-карту с приказом. Я считала его бездушным тираном, цепным псом Верхушки, который готов нас в порошок стереть ради выполнения плана. А он где-то в глубине души оказался совсем не таким уродом, как всем казалось. Он пытался защитить свой сектор. Рискнул головой ради рабочих.

Ян помрачнел, его лицо снова превратилось в каменную маску. Он перевел взгляд на маленькую Лили, которая на своем матрасе уже дремала, положив голову на рюкзак, но всё ещё сжимала в руке карандаш.

— Коваль — негромко процедил Ян. — Этот жирдяй всегда пекся о показателях своего сектора больше, чем о приказах Совета. Сомневаюсь, что он переживал именно о людях, а не о своем положении. Но против Крейга у него не было шансов. Если он отказался подписывать акт и пошел против СБ, его уже нет в живых. Совет шутить не любит.

Вспомнила искаженное яростью и бессилием лицо Управленца Коваля под глянцевым плакатом о «единстве» и тяжело вздохнула. Система действительно пожирала всех без разбора. Нас, Коваля, даже этого огромного Яна - она перемалывала людей в труху, оставляя после себя лишь безликие номера в расстрельных списках и лозунги на серых стенах.

Ян поднялся со стула и аккуратно сел на матрас, чтобы не потревожить Лили и шёпотом сказал:

— Я вижу, что вы ребята не из простых, но одним вам не выжить. Да и мне бросать вас не хочется. Вы, конечно, можете уйти хоть сейчас, я вас не держу. Но будет лучше, если мы сейчас ляжем спать, а с утра вместе пойдем в сторону Манхэттена.

Взглянула на Олли и Марка, и без единого слова стало понятно - мы согласны идти с командиром.

Г

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.