Лысенко Софья Апперкот шёлком

- Привет, - сказал он, подойдя ближе. Его голос прозвучал чуть ниже обычного из-за сбившегося после быстрой ходьбы дыхания. Он протянул ей стаканчик. - Я не знал, что ты любишь, поэтому взял капучино. Надеюсь, не ошибся.

Анна приняла стаканчик. Их пальцы на мгновение соприкоснулись, и по её руке пробежал лёгкий электрический разряд.

- Ты запомнил, что я не пью раф по вечерам? - спросила она, поднимая на него взгляд.

- Я запомнил всё, - ответил он серьёзно, но тут же уголки его губ дрогнули в улыбке, разрушая пафос момента.

Они сидели на скамейке на некотором расстоянии друг от друга, но по мере разговора это расстояние сокращалось само собой. Разговор потёк легко и непринуждённо, как река рядом с ними. Они обсуждали прошедшую неделю: её маленькую победу над «пыльной розой» и его успехи в зале.

- Знаешь, - сказал Максим после паузы. Он не смотрел на неё, его взгляд был устремлён на воду, по которой расходились круги от брошенного кем-то камня. - Я тут подумал... Мой мир - это не только ринг и кровь из носа.

Он кивнул в сторону видневшегося за деревьями здания «Титана». Его окна уже начали зажигаться жёлтым светом.

- Большую часть времени я провожу здесь как тренер. Я помогаю людям становиться сильнее. Не для боёв, а просто... для жизни. Для здоровья.

Анна отпила кофе. Напиток был горячим и сладким, с идеальной пенкой. Она чувствовала, что он подбирает слова очень тщательно.

- И? - мягко подтолкнула она его, поворачиваясь корпусом к нему.

- И я подумал... может быть... ты бы хотела увидеть это? - он наконец повернулся к ней. В его серых глазах отражался свет далёкого фонаря. - Не как гостья на пять минут, а по-настоящему. Я мог бы показать тебе основы. Не для того, чтобы ты стала качком, а чтобы ты поняла, как это работает. И чтобы... ну... мы могли провести время вместе не только в парке или кафе.

Это было самое неуклюжее и самое искреннее приглашение, которое она когда-либо слышала. Анна почувствовала, как губы сами собой растягиваются в улыбке.

- Ты приглашаешь меня на тренировку? - уточнила она с лукавым блеском в глазах.

- Я приглашаю тебя в свой мир, - поправил он более уверенно и твёрдо. Голос его окреп. - В субботу утром. Зал пустой, тихо. Никакого шума и тестостерона.

Анна представила эту картину: она в своей спортивной форме среди гантелей и тренажёров, а он - её личный гид в этом суровом мире. Это было странно. Это было интригующе странно.

- Хорошо, - кивнула она решительно. - Я согласна попробовать твой мир.

Лицо Максима преобразилось. Напряжение спало с его плеч, и он просиял так широко и открыто, что у Анны перехватило дыхание.

- Правда?

- Правда.

Он протянул руку и легонько сжал её ладонь, лежащую на скамейке.

- Ты не пожалеешь.

Утро субботы выдалось ясным и прохладным. Солнце только поднималось над крышами домов, заливая город холодным золотым светом. Анна приехала к залу на такси за десять минут до назначенного времени. Она стояла у входа, одетая в чёрные легинсы и свободную футболку, сжимая в руках маленькую бутылку воды и кофту на замке. Она чувствовала себя школьницей на первом экзамене.

Максим уже ждал её у дверей. Он был одет в фирменную тёмно-серую футболку «Титана» с логотипом на груди и свободные спортивные штаны. Увидев её, он приветственно поднял руку.

- Привет! Ты рано.

- Ты тоже.

Он открыл перед ней тяжёлую металлическую дверь. Анна шагнула внутрь и замерла на пороге.

Мир изменился до неузнаваемости. Запах талька, резины и чистого мужского пота был здесь гуще и концентрированнее, чем в тот вечер, когда она приходила как гостья. Гул голосов ещё не начался - зал был пуст и тих, но эта тишина была наполнена ожиданием мощи. Гулкое эхо шагов по резиновому покрытию пола казалось оглушительным после уличной тишины.

- Добро пожаловать в мою вторую семью, - тихо сказал Максим у неё за спиной.

Он провёл ей небольшую экскурсию: показал зону кардио, зону свободных весов и небольшую студию для растяжки с зеркалами во всю стену.

- Начнём отсюда, - решил он, подводя её к зеркалам. - Чтобы ты видела технику и не навредила себе.

Он выбрал для неё самые лёгкие гантели из стойки - те самые розовые «двухкилограммовки». Анна с сомнением посмотрела на них.

- Серьёзно? Они розовые.

- Это самые лёгкие из всех существующих здесь гантелей. Не смотри на цвет, смотри на вес. Для начала нам нужно отработать технику без нагрузки на позвоночник.

Он встал позади неё, чтобы показать упражнение на бицепс. Его близость снова сбивала с толку: она чувствовала тепло его тела даже сквозь два слоя одежды - свою и его футболку.

- Спина прямая. Ноги на ширине плеч. Локти прижаты к корпусу... - его голос был спокойным и профессиональным тоном тренера.

Его руки легли поверх её рук, направляя движение ладоней вверх к плечам и обратно вниз.

- Чувствуешь напряжение в мышце? Вот здесь? - он слегка коснулся её плеча своим подбородком, указывая место.

Анна чувствовала всё: и рельеф его груди, упирающейся ей в лопатки при каждом движении, и жар его дыхания на своей шее, поскольку он стоял очень близко, и то, как под его уверенными руками её собственное тело слушалось лучше.

- Чувствую только тебя позади меня... - пробормотала она себе под нос почти беззвучно.

К счастью или к сожалению, он этого не услышал.

Тренировка продолжалась около часа. Он показывал ей простые упражнения на спину, плечи и ноги. Он корректировал технику, заставлял дышать правильно. Анна пыхтела от непривычной нагрузки из-за чего мышцы болели после первого подхода, но чувствовала себя совершенно непривычно - живой и сильной в физическом смысле этого слова.

Через час они сидели на мягком покрытии пола в зоне растяжки, прислонившись спинами к стене из зеркал и вытянув ноги перед собой.

- Это было... необычно, - призналась она наконец отдышавшись и делая глоток воды из своей бутылки.

- Тебе понравилось?

- Понравилось чувствовать полезной своим мышцам. И понравилось смотреть на тебя в деле... Ты очень терпеливый учитель.

Он повернул голову и посмотрел на неё:

- Правда?

- Да. С тобой быть учеником не страшно.Он усмехнулся:

- С тобой быть учителем легко. Ты всё схватываешь на лету.

Они сидели так ещё около получаса, пока солнце не поднялось выше и зал не начал наполняться первыми субботними посетителями: подтянутыми домохозяйками с ковриками для йоги и сонными парнями в толстовках с капюшонами.

Максим посмотрел на часы на стене. Стрелки показывали начало одиннадцатого.

- Кажется, зал скоро перестанет быть таким пустым и тихим, - усмехнулся он, кивая в сторону входа, откуда уже доносились голоса первых посетителей. - Скоро здесь будет не продохнуть от фитнес-энтузиастов.

- И от тестостерона, - добавила Анна, с трудом поднимаясь на ноги. Мышцы ног приятно гудели, напоминая о приседаниях.

- Именно.

Они собрали вещи. Максим закинул на плечо свою неизменную сумку, а Анна накинула на плечи кофту, спасаясь от прохладного ветра, который дул с реки. Выйдя из зала, они оказались на залитой солнцем улице. Утренняя прохлада уже отступала, уступая место тёплому летнему дню.

Они пошли пешком. До её дома было около тридцати минут неспешным шагом - идеальное расстояние, чтобы прийти в себя после тренировки.

- Знаешь, - начал Максим после нескольких минут молчаливой ходьбы, - у тебя отличная выносливость для первого раза. Многие новички ноют уже после пяти минут.

- Я дизайнер, а не неженка, - фыркнула она с наигранной гордостью, хотя дыхание всё ещё было слегка учащённым.

- Я заметил, - он улыбнулся. - Ты даже не пикнула, когда я заставил тебя делать планку.

Анна закатила глаза:

- Я мысленно проклинала тебя на трёх языках.

Он рассмеялся - громко и заразительно. Этот смех был таким открытым и мальчишеским, что Анна невольно залюбовалась им. Сейчас он не был суровым боксёром или строгим тренером. Он был просто парнем, который хорошо провёл утро со своей подругой.

Они шли по аллее парка, который начинался сразу за спорткомплексом. Вокруг было тихо, только листья шуршали под ногами да где-то вдалеке лаяла собака.

- Мышцы болят? - заботливо спросил он.

- Немного. В хорошем смысле. Как будто я действительно что-то сделала.

- Это называется «крепатура». Завтра будет хуже.

-Ты умеешь утешить, - она ткнула его локтем в бок.Он перехватил её руку и не отпустил. Так они и пошли дальше - держась за руки, как обычная пара на прогулке. Его ладонь была большой и тёплой, полностью обхватывая её кисть.

Анна чувствовала приятную усталость во всем теле. Тренировка словно смыла с неё весь офисный стресс и напряжение последних недель. Голова была ясной и пустой от мыслей, кроме одной: «Мне хорошо».

Максим тоже чувствовал непривычную лёгкость. Обычно после субботней тренировки он шёл домой, ел творог и падал спать до обеда. Но сегодня сон не шёл. Энергия била ключом. Он то и дело сжимал её руку чуть крепче, словно проверяя, не сон ли это.

Когда они подошли к её подъезду, солнце стояло уже высоко.

- Спасибо тебе, — сказала Анна серьёзно, поворачиваясь к нему и отпуская его руку только для того, чтобы обнять его за талию под сумкой. - Это было потрясающе.

Он обнял её в ответ, притягивая ближе:

- Лучшее субботнее утро за последние годы.

Они стояли так пару минут, просто покачиваясь в объятиях друг друга посреди двора. Усталые, разгорячённые после спорта, но невероятно близкие.

- Отдыхай, - сказал он наконец, отпуская её. - Пей много воды и не делай резких движений.

Она усмехнулась:

- Ты говоришь как настоящий врач.

- Я и есть твой врач. По спортивной части.

Она поднялась на крыльцо подъезда и остановилась у двери, обернувшись:

- До связи?

- До связи, Анна.

Она зашла внутрь. Максим постоял ещё минуту, глядя на закрытую дверь, потом развернулся и пошёл в сторону своего дома. На его лице играла лёгкая улыбка. Суббота определённо удалась.

Глава 9.

Воскресенье встретило город серым небом и мелким, моросящим дождём - идеальной погодой для того, чтобы не выходить из дома. После субботней тренировки тело Анны приятно ныло, напоминая о каждом приседании и каждом поднятии розовой гантели. Это была хорошая, здоровая боль, которая странным образом расслабляла.

Она как раз сидела на подоконнике с чашкой чая, глядя на мокрый асфальт, когда телефон завибрировал. На экране высветилось сообщение от Максима:

Максим: Привет. Надеюсь, твои мышцы не так сильно болят, как мои. Я даже по лестнице подняться не могу.