Lars Faellenfaer Печать демона

Так тихо, что слышно биение сердца. Глухо, будто издалека, доносится гулкий отзвук собственных шагов.

Насыщенность алого зарева, исходящего из подземелья, постепенно нарастает. Его оттенок, сначала пунцово-малиновый, вскоре наливается закатным багрянцем.

Ступени остались позади, впереди - длинный зал с высоким сводом и колоннадами вдоль стен.

Колонны из гладкого блестящего камня высечены в виде колоссальных статуй рыцарей в ребристых латах и крылатых шлемах с гигантскими двуручными мечами.

Потолок расчерчен девятилучевыми звёздами, образованных точками схождения складок неврюрного свода, инкрустированного крупными тёмно-красными кристаллами.

В пролётах между колоннами виднеются стрельчатые стенные ниши с силуэтами статуй, скрытыми мрачными тенями.

Зов призыва становится невыносимым, отдаваясь ледяной дрожью вдоль позвоночника, и он переходит на быстрый шаг, будто подгоняемый невидимой рукой, пока впереди, у дальней стены, в бликах алого света не замаячили неясные тени.

Страх неведомого превратился в дикий ужас, который испытывает жертва, заранее зная, что ей не спастись, а охотник всё ближе.

Морок спал молниеносно. Ещё удар сердца назад зал крипты был лишь бесконечным калейдоскопом скульптурных колоннад, утопающих в кровавом зареве.

И вдруг зловещий свет гаснет, и одновременно, душераздирающим ударом гонга гремит чудовищный бас, наполненный злобного торжества:

- НАКОНЕЦ-ТО МЫ ВСТРЕТИЛИСЬ, ЭРЭГИНД! Я ТАК ДОЛГО ЖДАЛ ТЕБЯ!

Громогласное эхо разлетелось под сводами подземелья, обрушив тишину тысячей разбитых зеркал.

Рассудок отказывается верить в реальность происходящего.

Со стены, отделанной массивными глыбами малинового кварцита, прямо на него, заглядывая, казалось, в самую душу, смотрит огромный дымчато-лазурный глаз с вертикальным зрачком, озаряя зал призрачным сиянием, подобным лунному.

А внизу, на троне в виде трёхглавого дракона с блестящей кристально-гранатовой чешуёй и широко расправленными крыльями…

- «Демон»!

Сердце пропустило удар и сжалось жалко трепещущим комком, еле-еле проталкивающим по жилам льдистую сукровицу.

Он облачён в червлёные чешуйчатые доспехи с золотым трёхглавым драконом на груди и алый плащ, застёгнутый чёрной фибулой-цветком.

Черты лица правильные, кожа синевато-матовая, отмеченная пунцовым ветвисто-молниевидным узором.

Лиловые глаза-аметисты с вертикальным зрачком пылают бешеной радостью долгожданного триумфа.

Кроваво-рыжие волосы, очень длинные и густые, разделены на пряди, продетые сквозь серебристые кольца.

Чело венчает диадема из красного золота: две шествующие навстречу друг другу мантикоры; одной лапой каждая поддерживает продолговатый тёмный кристалл, внутри которого медленно вытягиваются, причудливо извиваясь, струйки призрачного пламени.

По правую руку от хозяина стоит тот самый волколак из кошмара.

Взгляд его красных глаз пылает кровожадным безумием, из клыкастой пасти мокрой тряпкой свисает бледный мясистый язык, покрытый вязкой слюной.

Тёмно-синие губы расплываются в самодовольной улыбке вампира, обнажая два тонких клыка.

- ПОДОЙДИ БЛИЖЕ, ЭЛЬФЁНОК. - Могучий, пробирающий до дрожи голос, необъяснимо сочетающий высокие и низкие тональности, отдавался болезненными вибрациями внутри.

В тот же миг Эрэгинда настиг жестокий ментальный удар, от которого потемнело в глазах и затряслись поджилки.

Всем своим существом воспротивившись побуждению злой воли, он вынужденно продвинулся на два шага, отчаянно пытаясь восстановить самоконтроль.

В какой-то момент это ему почти удалось, и герой даже дотянулся до рукояти мэохафона.

Лицо демона перекосилось вспышкой бешенства, и он резко взмахнул рукой в воздухе, будто отгоняя невидимую муху.

В тот же миг Эрэгинд выпустил эфес наполовину обнажённого клинка и с хрипом упал на колени, держась за горло.

- КАК ЖЕ ТЫ СТРОПТИВ!

Демон раздражённо клацнул зубами и встал с трона, медленно подступая, будто в кошмарном сне.

- ПРЕДЛАГАЮ ТЕБЕ ПОКРОВИТЕЛЬСТВО И ИСПОЛНЕНИЕ ЛЮБЫХ ЖЕЛАНИЙ В ОБМЕН НА ПРЕДАННУЮ СЛУЖБУ. ВЛАСТЬ, БОГАТСТВО, СЛАВА, МОГУЩЕСТВО, ВЕЛИЧИЕ И ДАЖЕ, - глаза искусителя многозначительно сверкнули, - БЕССМЕРТИЕ. И ВСЁ ЭТО ПОЧТИ БЕСПЛАТНО. ВСЕГО ЛИШЬ ЗА КЛЯТВУ ВЕРНОСТИ НА КРОВИ.

Эрэгинд полным ненависти и бессильной ярости взглядом посмотрел прямо в глаза мучителю и вытолкнул из сведённых судорогой челюстей категорический отказ:

- Убирайся… в… Бездну!

Лик демона исказила гримаса чёрной злобы, и в тот же миг он чудесным образом оказался лицом к лицу с храбрецом.

- ЖАЛКИЙ ЧЕРВЬ! КАК СМЕЕШЬ ТЫ ДЕРЗИТЬ МНЕ? ПРИМИ СУДЬБУ И СТАНЬ МОИМ СЛУГОЙ ПО ДОБРОЙ ВОЛЕ ИЛИ, - очи демона превратились в омуты фиалкового пламени, - БУДЕШЬ ПРОКЛЯТ. НО ДАЖЕ ТАК ТВОЁ ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ ОСВОБОДИТ МЕНЯ.

- Нет! Никогда! – Пресс злой воли так и не сумел сломить сопротивление эльфа.

- ТВОЙ ВЫБОР СДЕЛАН.

Шестипалая рука в червлёной латной перчатке с длинными когтями накрыла лоб юноши.

И Эрэгинд закричал, заорал воплем предсмертной агонии, когда жить остаётся считанные мгновения.

***

- Вэнтола-заступница, убереги нас! - Наинлит осенила себя защитным знаком.

В смятении девушка бестолково мотала головой, не веря своим глазам, в которых отражалось колдовское сияние.

- Он где-то там и ещё жив. Я чувствую! - Во взоре Тэлса плескалось безумие. - Ты со мной?

На удар сердца во взгляде девушки промелькнула тень сомнения, но в следующий миг она решительно кивнула, всем своим видом демонстрируя готовность идти до конца.

Лицо парня озарила улыбка. Он бросился к ней и крепко обнял.

- Спасибо! Спасибо, дорогая! - Разжав объятия, Таэлнас расцеловал подругу. - Ты же понимаешь, мы не можем бросить его! Как потом смотреть в глаза его родным? Или вернёмся все вместе, или - никто.

Наинлит ответила ему взглядом, полным стоического фатализма.

Влюблённые обернулись к зачарованно светящимся развалинам.

Тэлс обнажил кинжал и мэохафон, Нали взяла наизготовку заряженный лук. Не говоря ни слова, они медленно, но решительно двинулись навстречу судьбе.

Он уверенно находил путь в мегалитическом лабиринте, будто ведомый каким-то колдовским чутьём, и это не укрылось от зорких очей его спутницы.

- Чувствуешь его?

- Да. Мы уже близко.

Вскоре, пройдя между двух высоких стел, эльфы оказались перед массивным порталом, расчерченным строками светящихся пиктограмм.

- Небеса и бездны, он должен быть там!

Нали рванула было вперёд, в тёмный проём портала, но Тэлс с громким криком успел перехватить её за руку.

- Не туда! Иначе с нами случится то же самое! - Глаза юноши сверкнули бешеным блеском.

- Нет, не там. Здесь. – И взмахом руки указал в сторону.

Обернувшись, Наинлит увидела кромлех - круг вертикально стоящих мегалитов, соединённых перекрытиями из плоских горизонтальных плит.

А внутри…

Девушка, сдавленно вскрикнув, хотела что-то сказать, но Таэлнас перебил её, приложив палец к губам.

- Я зайду. Ты прикроешь.– Сообщил он ей на языке жестов, который лесные эльфы использовали на охоте.

Девушка кивнула.

Повисла гнетущая тишина, в которой они вошли в круг мегалитов.

Чутьё не подвело Тэлса: Эрэгинд (или его труп? – настолько безжизненно бледным казался его лик) покоился на прямоугольном постаменте в центре кромлеха.

Таэлнас медленно подступил к постаменту и, остановившись рядом, опасливо осмотрелся: вдруг всё это ловушка?

Мгновения тянулись мучительно медленно, словно волны прибоя вечности, бьющиеся о несокрушимую скалу бесконечно повторяющегося «сейчас».

Но ничего не происходило.

Эльф выразительно посмотрел на подругу и «спросил» жестом:

- Что будем делать?

- Будить.

Тэлс спрятал оружие в ножны, аккуратно коснулся плеча Эрэгинда и легонько потряс – никакой реакции.

- Проверь дыхание и пульс.

Наинлит убрала лук и легко коснулась подключичной впадины на шее Эрэгинда.

- Ну что?

- Жив.

- Хвала альвам! – Не сдержавшись, вслух выкрикнул Тэлс, и, потеряв всякое самообладание, кинулся расталкивать друга.

- Эрги, братишка, очнись, отзовись, это я, Тэлс, твой лучший друг!

Несмотря на его отчаянные усилия, Эрэгинд не отзывался, словно зачарованный заклятием вечного сна.

- Пожалуйста, приведи его в чувство, или мы все сгинем в этом проклятом месте!

- Ты с ума сошёл! Он очень крепко спит, будто его напоили маковым отваром. Придётся нести на носилках.

- Схоронить меня живьём! - Выкрикнув проклятье, Таэлнас сгрёб Эрэгинда и перекинул через плечо.

- Скорее! Возвращаемся за вещами. Держи лук наготове!

Наинлит коротко кивнула и покинула кромлех.

Несмотря на тяжкую ношу, Таэлнас почти бежал.

- «Не так всё плохо - главное, что он жив. А там будет видно. Даже если Эрги проклят какой-то нечистью, госпожа Ваэртильгвэн снимет проклятие. Хранительница мудра и могущественна, она сделает всё возможное и невозможное для его спасения».

Самоутешительные мысли не принесли желанной отрады: сердце словно обвил ледяной змей, на душе было пусто и тоскливо, словно на кладбище в ненастную полночь.

Малахитовое зарево осталось позади. Эльфы добрались до пещеры и с лихорадочной спешкой собрались в обратный путь, чтобы поскорее и подальше убраться из этого проклятого места.

Обогнув холм со стороны болота и проследовал вдоль течения ручья до оврага на краю леса, путники нашли первую путеводную метку, сиявшую среди стволов деревьев одинокой вечерней звездой.

Оказавшись в лесу, Таэлнас снял с плечей Эрэгинда и осторожно уложил на землю.

- Дорогая, мне нужно передохнуть. Подготовь носилки.

Срубив невысокий куст, похожий на орешник, Наинлит быстро соорудила носилки из двух достаточно прямых веток и соединила сплошной перемоткой верёвки шириной в полтора локтя.

Вскоре, уложив туда Эрэгинда, не мешкая двинулись в путь, на этот раз разделив ношу, но далеко не ушли.

Из внезапно разошедшихся туч выглянула пятнистая жемчужина полной луны. Сразу же раздался волчий вой, громкий и протяжный, тотчас подхваченный нестройным хором.

Нали и Тэлс в страхе вскинули головы.

- Матерь Вэнтола, они где-то рядом! – Вскрикнула девушка.

- Лезь на дерево, я подам тебе Эрэгинда.

Не предупреждая, она мгновенно выпустила ручки носилок и сняла с плеча лук, тут же наложив стрелу и натянув тетиву.

Тэлс по инерции пронёс Эрэгинда, пока тот не сполз на землю.

- Что…

Обернувшись, он с ужасом увидел силуэты волков, мелькающие среди деревьев на другом берегу ручья.

Не менее двух дюжин.

- Немедленно на дерево! – Страшным голосом заорал Тэлс.

Наинлит дикой кошкой взлетела на ближайшую ветвь.

Перехватив упавшее тело за пояс, он ногами вперёд вскинул его вверх, в надежде на быструю реакцию Наинлит, но девушка сплоховала, выпустив пойманную было щиколотку.

Таэлнас потерял равновесие и вместе с телом друга рухнул в папоротники. Бешеное рычание раздалось совсем рядом.

Нали душераздирающе завизжала.

Треск куста, ворчащий рык, резкий, гадкий смрад звериного мускуса.

Тетива Заранийоля пропела песнь смерти - и серое мохнатое тело, взвившееся в прыжке, протяжно всхрипнув, отлетает прочь со стрелой в пасти.

Меткость Наинлит, сразившей матёрого вожака, возродила надежду на спасение, но у беглецов оставался один-единственный шанс.

Тэлс рывком встал на ноги и бросился к Эрэгинду.

Дело казалось почти безнадёжным, и он уже представил, как волчьи челюсти железным капканом сомкнутся на шее и разорвут горло, чтобы вдоволь напиться крови, сладкой от адреналина.

И вдруг, столкнувшись лицо к лицу с чудом восставшим из мёрвых другом, прямо перед собой увидел…

Зловеще-алый кровожадный огонь в глазах…

Тех самых глазах из кошмара…

ГЛАЗАХ ДЕМОНА.

И он вспомнил всё.

Рассудок застыл в ступоре, упорно отвергая реальность происходящего.

Раздался звон клинка: Таэлнас почувствовал, как Эрегинд извлёк из ножен его мэохафон, после чего, другой рукой обхватив его корпус, легко, будто мешок сена, забросил на ветку рядом с Нали, которая в немом ужасе, взирала на очевидно невероятный поворот событий, так и не спустив стрелу с уже натянутой тетивы.

А эльф-демон с двумя мэохафонами наперевес бесстрашно двинулся навстречу волчьей стае.

Клинки в его руках, со свистом рассекая воздух, с умопомрачительной скоростью выписывали сложные петли «восьмёрок» и «мельниц».

На него со всех сторон набегали матёрые чёрные волки. Оскаленные клыкастые пасти полны пенистой слюны, загривки вздыблены, в жёлтых глазах – лютый голод, грозящий страшной расправой.

Для Тэлса и Нали время остановилось. Казалось, ещё немного - и стая волков у них на глазах разорвёт в клочья их лучшего друга.

Вот только «лучший друг» и не думал становиться жертвой.

Полуоборот, клинки вспорхнули крыльями бабочки, сходясь «ножницами». Чавкающий хруст - и два первых зверя, душераздирающе хрипя разрубленными глотками, откатились в сторону.

Но их слишком много!

Новая волна атаки - и тот же результат: со смертельными ранами, взвизгивая и скуля, в агонии корчатся трое волков, у одного отрублены передние лапы. Тошнотворно запахло кровью.

Участь неудачливых товарищей ни капли не смутила других хищников, с удвоенной яростью и оглушительным рычанием устремившихся на одинокого бойца, устроившего сокрушительный отпор их первому натиску.

На «Эрэгинда» одновременно со всех сторон набросилось пять волков, на бесконечную пару мгновений скрыв от потрясённых взоров друзей.

Казалось, эту атаку отразить невозможно.

Но он сделал это!

Во все стороны брызнули окровавленные ошмётки искромсанных волчьих тел, фонтанами взвились брызги крови.

Тэлс и Нали одновременно ахнули.

С головы до ног забрызганный кровью, с умопомрачительной скоростью раскручивая клинки, неудержимый мститель перешёл в контратаку.

Поджав хвосты, скуля и повизгивая, стая обратилась в беспорядочное бегство.

Всего за пару сонант до того зверьё с лютой злобой набрасывалось на беззащитную, как им казалось, добычу, а теперь, поджав хвосты, без оглядки удирало прочь.

Но ничто не могло спасти их.

Кровавоокий ангел смерти не уступал бестиям в скорости, преследуя их по пятам.

Окрестности раз за разом оглашали предсмертные вопли и хрипы неудачливых охотников, ставших жертвами.

А Тэлс и Нали не спешили покидать убежище, они буквально оцепенели, не в состоянии не только говорить, но даже смотреть друг другу в глаза.

Первым пришёл в себя Таэлнас.

- Что… Это… Было? – Запинаясь от избытка чувств, потрясённо пробормотал он, глядя куда-то вдаль.

Вместо ответа Наинлит лишь потрясённо покачала головой и неловко спрыгнула на землю.

- Что нам теперь делать? – Спросила Наинлит парня, едва он приземлился рядом.

- Не думаю, что возвращать домой это чудовище – хорошая идея, но, боюсь, у нас нет выбора. Возможно, ему поможет госпожа Ваэртильгвэн, а если нет, то целители Гильдии магов. Если… - Тэлс запнулся. - Нет, не хочу об этом даже думать!

- Ты хочешь сказать, что это больше не Эрэгинд?

Он не смог ничего сказать, да и не нужны слова, когда во взгляде столько боли.

- Но откуда ты знаешь? Возможно, у него скрытые магические способности. Иногда колдовской дар проявляется только тогда, когда его обладателю что-то угрожает.

- Поверь мне, я знаю. Ты просто не … - Тэлс чуть было не проболтался про вещий кошмар.

- «Нет! Ты ни в коем случае не должна узнать об этом»!

- Что «не»?

- Я хотел сказать, что ты не знаешь Эрги так же хорошо, как я. Мы дружим чуть ли не с пелёнок, он мне как родной брат.

- Тогда мы должны быстрее найти его и поговорить, кем бы он сейчас ни был!

Тэлс согласно кивнул, но как-то неуверенно и неохотно, пытаясь скрыть свои истинные мысли.

Лицо Наинлит украсила тень улыбки, и влюблённые пошли по следу жуткой бойни, отмеченному окровавленными волчьими трупами.

- Вэнтола Заступница, что за демон вырвался сегодня на свободу? – Наинлит пыталась не смотреть на мёртвых зверей.

Развязка кровавой драмы наступила у старого бурелома.

Лунный свет явил безумно мерзкую картину чудовищного кошмара.

Под широким замшелым стволом в луже крови громоздилась безобразная груда из мяса, шерсти и торчащих во все стороны разломанных рёбер.

И над ней, стоя на коленях на куче окровавленных внутренностей, склонился «Эрэгинд», с ног до головы забрызганный кровью. Громкие чавкающие звуки не оставляли сомнений в том, что он делал.

Услышав шаги за спиной, демон оторвался от кровавого пиршества и обернулся, продолжая громко пережёвывать кусок сырого мяса, который только что вырвал из мёртвой плоти. Нижняя часть лица сочилась кровью. С подбородка тонкой струйкой медленно стекала вязкая кровавая слюна.

Глаза чудовища полыхнули яро-алым, будто кипящая кровь, огнём, и он оскалил окровавленные зубы.

У Наинлит сразу началась рвота.

- Альвы всемогущие! – Сдавленно прохрипел Таэлнас, отчаянно борясь с почти непреодолимым желанием бежать без оглядки.