Кирилл Мальцев Игра без сохранений

— Я пойду первым, — вызвался Фиран, делая несколько глотков из фляги.

— Хорошо, — Родгар кивнул. — Я буду после тебя.

Фиран покосился на Эмерика. Тот вглядывался в рану Гиды, не обращая внимания на эльфа. Фиран взял лук и скрылся на втором этаже башни.

***

Незадолго до рассвета Эмерик сидел на втором этаже башни и вглядывался в темноту, постепенно растворяющуюся в лучах утреннего солнца.

Солар. Так здесь называют звезду, освещающую Элланор, — очередная подсказка всплыла из глубин памяти.

Его стража подходила к концу, и Эмерик решил потратить оставшееся время на тренировку. Он встал с ящика, придвинутого к бойнице Фираном, встряхнул затёкшие ноги и посмотрел на снег, попадающий сюда из дыры в крыше.

— Что говорят наставники нерадивым ученикам? — пробормотал Эмерик. — Сосредоточься.

Он глубоко вдохнул морозный воздух, выставил перед собой правую руку ладонью вниз и представил, как снег поднимается, закручиваясь в небольшом вихре, уплотняется в комок и зависает в воздухе.

Снег на полу дрогнул, и пригоршня поднялась в воздух, закружившись, словно в танце. Эмерик немного сжал пальцы, и вихрь уплотнился в ледяной шар, размером с кулак. Он завис в воздухе, мерцая голубоватым светом. Метка в груди Эмерика начала пульсировать. От неё, по жилам к руке заструилась обжигающе холодная энергия. Юноша, не выдержав боли, застонал, и шар рассыпался ледяной крошкой.

— Да чтоб тебя! — выругался Эмерик и пнул крошку. — Ладно. Ещё раз!

Он присел на одно колено, свёл ладони вместе, прикоснулся к снегу и закрыл глаза.

— Не будь ты таким слабаком, Гиду бы не ранили, — прорычал он.

Представив, как под его руками из снега появляется ледяное копьё, Эмерик начал осторожно разводить ладони в стороны, не отрывая их от снега. Метка отозвалась. Холод начал свой бег, от груди к рукам, обжигая их холодом. Эмерик сжал зубы и начал медленно подниматься. За ним, из-под снега, в воздух поднялось творение его магии — сантиметров сорок в длину, шириной примерно в три пальца, с заострённым концом. Оно было скорее сосулькой-переростком, чем копьём. Но Эмерику это было не важно. Метка продолжала пульсировать, теперь отдаваясь ещё и болью в голове. Во рту пересохло.

Ещё немного... — мысленно успокаивал он себя.

Свет сквозь бойницу упал на стену, и Эмерик увидел в ней небольшое железное кольцо. Выбрав его целью, Эмерик выбросил руки вперёд, и сосулька со свистом устремилась к цели.

Ледяной снаряд ударил в стену рядом с кольцом — не точно, но близко. Эмерик шумно выдохнул и вытер брызнувшую из носа кровь.

Так-то лучше, — улыбнулся он своему успеху.

— Эмерик?! Что там у тебя за шум? Всё в порядке? — снизу раздался голос Родгара.

***

Гида с трудом открыла глаза. Сознание возвращалось медленно, лениво.

Первое, что она почувствовала — тепло очага на лице и холод чуть ниже правого плеча.

Она с трудом приподняла голову. Ледяная корка на ране подтаивала по краям, но в центре держалась крепко. Гида ощущала, как под ней затягивалась плоть.

Она осторожно повернула голову. Родгар сидел у очага, помешивая что-то в котелке. Из котелка по башне расходился приятный аромат еды. Гида услышала, как в животе заурчало.

Фиран, привалившись спиной к стене, точил наконечники стрел. Мерный скрежет камня о металл действовал успокаивающе. Эмерик спускался по лестнице. На его лице остались разводы от засохшей крови, а на губах застыла слабая, неуверенная улыбка.

Он встретился с Гидой взглядом и замер.

— Гида! — Эмерик улыбнулся шире.

— Очнулась? Как ты? — обернувшись, спросил Родгар, оставляя котелок на огне.

— Жить буду, — слабым голосом ответила Гида, приподнимаясь на локтях. Плечо отозвалось тупой болью.

Фиран отложил стрелы, подошёл к девушке, протянул ей флягу и сказал:

— Выпей. Это просто вода.

Она сделала несколько глотков и, шипя от боли, попыталась сесть, уперевшись спиной об стену. Фиран помог ей, стараясь не задевать больное плечо.

— Спасибо, — устроившись поудобнее, сказала она. — За всё...

— Брось. Теперь мы отряд, а значит своих не бросаем, — подмигнул ей Родгар.

— К слову об этом... — Гида посмотрела на своих спутников. — Если честно, вчера перед боем, я была словно в тумане... Вроде бы всё помню, но только обрывками.

Друзья переглянулись.

— Это нормально, — сказал Эмерик, прервав неловкую паузу. — Я читал, что зверолюды наносят яд на своё оружие. Наверное, это последствия яда, — сочинил он на ходу.

— Эм... Да, ты абсолютно прав, — подхватил его слова Фиран.

Их неловкость смутила Гиду. В силу своей профессии она отлично умела считывать ложь, и сейчас она чувствовала, что её спутники что-то не договаривают. Она не подала виду, но решила присмотреться к ним, когда поправится.

— Фиран, — Эмерик повернулся к эльфу. — Я хочу извиниться за ночную перепалку. Ты был прав — я не совсем понимаю свои новые силы, и впредь буду осторожен. И ещё, не мог бы ты посмотреть, что из этих трав может помочь Гиде? Перед отъездом Гуннар дал мне этот мешочек, — с этими словами Эмерик достал из сумки подарок Гуннара и протянул его Фирану.

— И ты меня прости, Эмерик, — ответил Фиран, принимая мешочек из рук товарища. — Да, конечно, сейчас гляну.

Фиран развязал мешочек, высыпал небольшую часть содержимого на ладонь. Сушёные листья, корешки, несколько тёмных ягод, мазь в маленькой глиняной баночке. Он поднёс мешочек к носу, принюхался и удовлетворённо кивнул.

— Гуннар знает своё дело. Вот это — кровохлёбка. Помогает справляться с кровотечениями, даже внутренними. А это, — он взял щепотку сушёных листьев, — от лихорадки. Сейчас заварю.

— Поможет? — спросил Эмерик, присаживаясь рядом с Гидой.

— Должно. Но самое главное уже сделал ты, — Фиран бросил короткий взгляд на затянутую льдом рану. — Она поправится.

Родгар разлил по мискам горячую похлёбку и раздал их друзьям. Первую протянул Гиде.

— Держи. Еда — лучшее лекарство.

Фиран заварил травы в отдельной кружке, подождал, пока настоятся, и подал Гиде.

— Как поешь, выпей. Как раз немного остынет.

Гида так и сделала. Отвар отдавал горечью, но в дополнение к похлебке приятно согрел её тело.

— Спасибо... Вам всем, — она вернула кружку Фирану.

— Не за что, — эльф пожал плечами.

— Я серьёзно, — Гида взяла сидящего Эмерика за руку. — Вы спасли мне жизнь.

— А ты спасла меня на постоялом дворе, — напомнил Родгар, возвращаясь к ним с картой.

— Это другое...

— Ничего не другое, — перебил Фиран. — И не только тебя Родгар. Вы спасли и меня. Ты верно сказал — мы отряд. И я полностью с этим согласен.

Улыбнувшись, все четверо замолчали. Каждый из спутников принял слова Родгара и Фирана. Этой ночью они стали отрядом.

— Ну всё, развели сопли, — смеясь сказал Родгар, раскладывая карту на укутанных в одеяло ногах Гиды, чтобы всем было видно. — Нам нужно к Ледяной Ведьме, а затем в Нортхольм. Вопрос. Каким путём двинемся?

Гида внимательно присмотрелась к карте, поставила палец на точку, где они находились и сказала:

— Всё просто. Идём до конца ущелья, затем ещё немного на северо-восток по тракту, — она повела пальцем по отмеченной на карте дороге. — Дальше, вот здесь поворачиваем на восток. Так мы дойдем до Гримвуда — городка лесорубов, а там до Ведьминого леса рукой подать.

— Всё-таки к Ведьме? — спросил Фиран.

— У нас нет выбора, — ответил ему Родгар.

— Значит решено, — кивнул эльф.

— Последний вопрос, — Гида улыбнулась, глядя на Родгара. — Отважный рыцарь же не оставит раненую даму в беде и не откажет ей в поездке на одной лошади?

***

Дорога через ущелье и дальше по тракту заняла остаток дня.

К вечеру скалистые стены расступились, и отряд выехал на равнину, повернув на нужной развилке на восток. Справа зловеще темнела полоса леса, а прямо, в миле от них, струйки дыма поднимались в небо — Гримвуд. Городок, промышляющий вырубкой леса, дал о себе знать задолго до того, как путники могли разглядеть его частокол.

Гида сидела вполоборота на лошади Родгара, укутанная в одеяло и прижавшаяся головой к его груди. Сейчас она мирно посапывала, удерживаемая в седле сильными руками.

Фиран ехал чуть впереди, внимательно оглядывая опушку, раскинувшуюся по правую руку. Эмерик замыкал отряд, одной рукой ведя свою лошадь, другой — лошадь Гиды.

Первым звук услышал Фиран. Он натянул поводья и вскинул руку, призывая всех остановиться.

— Слышите?

Родгар придержал лошадь. Гида проснулась. Все замерли. Ветер донёс до них крик, полный отчаяния. Кричал мужчина.

Крик оборвался так же внезапно, как и возник. Повисла давящая тишина.

Родгар бережно придержал Гиду за талию и помог ей спуститься с лошади, но всё же случайно задел её за бедро.

— Может, для начала купил бы мне выпить, прежде чем лапать? — подколола его Гида. Родгар покраснел.

— Я... Ээм...

— Расслабься, — хищно улыбнулась Гида. — Успеешь.

— Не время для шуток, — фыркнул Фиран, бесшумно оказавшись рядом с Родгаром. — Родгар, пойдём проверим. Эмерик, останься с Гидой.

— Но...

— Никаких но! Гида ранена. Защитишь её в случае чего, — оборвал его Родгар, соглашаясь с Фираном.

— Хорошо, — согласился Эмерик.

— Будьте осторожны, — сказала Гида, доставая левой рукой короткий меч.

Родгар и Фиран двинулись пешком вперёд по тракту, оставив Эмерика и Гиду позади.

Вскоре тракт свернул вправо, вглубь леса. Фиран разглядел в опускающейся темноте довольно свежие следы от телеги. Крик больше не повторялся.

— Как думаешь, что там? — тихо спросил Родгар.

— Да чёрт бы его знал. Забыл, где мы? — усмехнулся Фиран, накладывая стрелу. — Думаю, там может быть что угодно — начиная от гоблина, заканчивая драконом.

Дальше шли молча, внимательно вслушиваясь в звуки леса. Через пару минут Фиран и Родгар оказались в центре вырубки. Здесь, в расчищенном от снега месте, стояло несколько пустых телег. Повсюду были разбросаны инструменты — топоры, пилы, упряжи для лошадей. Самих животных не было видно, но сами лесорубы были здесь. Застывшие в разных позах, крепкие мужчины были покрыты слоем льда.

Друзья переглянулись. Родгар, почти переставший видеть в темноте, на секунду закрыл глаза и обратился к богине. В следующий миг его меч засиял мягким, тёплым светом, осветив поляну.

— Ледяная ведьма, ледяные скульптуры... — прошептал Фиран, крутясь во все стороны в ожидании врага. — До сих пор думаешь, что это хорошая идея?

— Я и не думал так, — так же тихо ответил Родгар. — Но Эмерик сказал, мы обязаны ей своей жизнью... Хочешь, не хочешь, а идти к ней придётся...

В этот момент из-за одной из телег раздался голос — высокий, дрожащий от страха:

— Нет, нет, нет! Хватит! Пожалуйста! Прекрати!

Фиран метнулся, обходя телегу справа, Родгар слева.

За ней, прислонившись к колесу, сидел мужчина. Он мотал головой, повторяя свои мольбы. Его глаза бешено вращались, словно пытаясь кого-то высмотреть среди деревьев. В руке он сжимал нож.

— Аааа! Хватииит! — мужчина закричал в очередной раз, затем быстрым движением поднёс нож к уху, и прежде, чем Родгар и Фиран успели среагировать, отрезал его.

— Твою мать! — воскликнул застывший от зрелища Родгар.

Фиран смог быстро прийти в себя. Стоило верещавшему мужчине начать подносить нож ко второму уху, как эльф, отбросив лук, бросился к нему. С трудом, но всё же он успел перехватить нож. Мужчина начал отчаянно сопротивляться, и Фирану не осталось ничего, кроме как мощным ударом в челюсть вырубить беднягу.

— Родгар! Давай к нашим. Запряжём лошадей в одну из повозок и заберём его отсюда, — выпалил Фиран, отрывая кусок ткани от одежды мужчины, и прижимая её к ране.

***

Окончательно стемнело. Гида зажгла факел, и сейчас они с Эмериком стояли на тракте, вглядываясь в темноту леса.

— Что-то долго их нет. Надо бы пойти проверить, — подрагивая, заметила Гида.

— Подождём ещё немного. Если не появятся, я пойду, — ответил Эмерик.

Стоило ему это сказать, как впереди замаячил свет, покачивающийся из стороны в сторону. Это Родгар бежал к друзьям, а огонёк был светом, исходившим от его меча.

— Что случилось? Где Фиран? — спросила Гида у запыхающегося Родгара.

— Фиран остался там... Лесорубы... Всех сковал лёд... Один жив... Ухо... — сбивчиво начал объяснять Родгар.

— Отдышись и давай по порядку, — остановила его Гида.

— Объясню по дороге. Давайте за мной, — восстановив дыхание, сказал Родгар, беря коня под уздцы.

***

Фиран обработал мазью рану, перевязал мужчине голову и положил его на одну из телег. Из леса не раздавалось ни звука. Дожидаясь друзей, он так же решил собрать инструменты бедняг, закованных в лёд. Закончив с этим, он заметил со стороны тропы свет факела, а вскоре и друзей, входящих на поляну.

Эмерик, увидев ледяные фигуры, застыл как вкопанный. Ему вспомнился сон, приснившийся, когда он впервые оказался в Элланоре. Только на месте лесорубов были его друзья.

— Эмерик! — голос Гиды вывел его из оцепенения. — Помоги парням с телегой.

Он тряхнул головой, отгоняя видение, и пошёл к друзьям.

Втроём они быстро справились. Лошади были запряжены цугом, раненый аккуратно уложен в телегу и бережно укрыт одеялом.

Родгар, усевшись на место возничего, тронул поводья, и телега, скрипя, покатилась по замёрзшей колее. Фиран шёл впереди, высматривая дорогу. Гида сидела на краю телеги рядом с раненым, проверяя повязку. Эмерик замыкал отряд, то и дело оглядываясь на поляну, пока свет факела не скрыл ледяные фигуры за деревьями.

***

Частокол Гримвуда вынырнул из темноты неожиданно — высокий, в два человеческих роста, с заострёнными верхушками брёвен. Над воротами горел одинокий факел.

— Стоять! — раздался окрик со стены. — Кто такие?

— Путники. Идём из Астариса. У нас раненый, — ответил Родгар.

Над частоколом показалась голова в меховой шапке.

— Ворота на ночь заперты. Указ Мелтрема. Возвращайтесь утром, — отчеканил стражник.

— Вы не поняли. Это ваш лесоруб. Мы подобрали его на вырубке, — вступил в разговор Фиран.

— Наш, говорите? Хорошо, ворота откроем. Но, если это уловка, пеняйте на себя! — голова стражника скрылась за частоколом, а затем послышался приглушённый голос:

— Открывайте!

Тяжёлые створки ворот со скрипом открылись.