Кэти М. Ди Аккорд на двоих

Итан

Прошло уже почти две недели, а я так и не смог воплотить задание лагеря в реальность. Все просто отказывались мне помогать, стоило им услышать об задании или увидеть мой потрёпанный вид, то сразу махали мне "давай досвидания".

В восемь утра я уже сидел в кабинете звукозаписи. Вокруг стояла тишина, которую я так невзлюбил, но сегодня она давила сильнее обычного. Я принёс всем кофе — даже этим заносчивым парням, Ноа и Коулу, — и теперь нервно черкал список того, что мне необходимо купить для лагеря. Миа уезжала на несколько дней с отцом на какое-то пафосное выступление. Гастроли, приёмы, вспышки камер, патлый парень — её привычный мир. Сегодня она должна была вернуться.

Я покрутил в руках пустой стакан из-под кофе. Без неё эти стены казались ещё холоднее. Я ловил себя на мысли, что жду её шагов в коридоре — этого резкого цоканья каблуков, за которым всегда следовала очередная колкость. Мне не хватало её ярости за роялем и того момента, когда она, забывшись, начинала играть «настоящую» музыку.

Дверь кабинета приоткрылась. Я напрягся, ожидая увидеть профессора или охрану, но в проеме показалась знакомая копна волос. Миа выглядела уставшей, под глазами залегли едва заметные тени, а в руках она сжимала свой неизменный блокнот.

— Живой? — бросила она вместо приветствия, проходя в кабинет. — Я думала, ты за эти дни сбежишь обратно в свой Лутон, не выдержав тишины.

Я усмехнулся, пряча список в карман.— И оставить тебя одну с этими флаерами? Ну уж нет, Роудс. Кто-то же должен напоминать тебе, что жизнь — это не только поклоны в Карнеги-холле.

Она лишь слегка улыбнулась, приземлившись на диван и откидывая голову на спинку. Вид у неё был такой, будто она только что отыграла сольный концерт перед королевой, а не просто вернулась из поездки.

— Как ваши успехи? — спросила она, прикрыв глаза. — Ты подготовил всё к лагерю? Список оборудования, логистика, инструменты?

И тут я напрягся. В горле внезапно пересохло, а список в моем кармане показался тонким листком приговора.

— Вообще-то... нет, — выдавил я, глядя в сторону микшерного пульта. — Все отказываются помогать. Стоит мне заикнуться о помощи, как эти пафосные придурки разбегаются. А один я просто физически не успеваю. У меня нет машины, Миа, чтобы мотаться за покупками и кабелями через весь город туда-сюда на метро.

Миа резко открыла глаза и выпрямилась. Её расслабленность испарилась за секунду, сменившись тем самым холодным блеском, который я видел в день нашего знакомства.

— Итан, осталось четыре дня! — её голос прозвучал как хлыст. — Ты хоть понимаешь масштаб катастрофы? Если мы не представим готовый проект лагерю, руководство мне голову открутит. Моя фамилия не спасет нас от позора, если мы даже шнуры закупить не в состоянии.

Она вскочила с дивана и начала мерить комнату шагами, нервно покусывая губу.

— Четыре дня, Браун! Четыре! И ты говоришь мне это только сейчас?

Я сжал кулаки, чувствуя, как внутри закипает ответная ярость.— А когда я должен был это сказать? Твоему автоответчику? И к чему такая спешка, если лагерь только через месяц?

Миа замерла и посмотрела на меня так, будто хотела испепелить на месте. Но потом её взгляд смягчился, она устало потерла переносицу и выхватила ключи из сумочки.

— Ладно. Хватит ныть. Машины у него нет... — она тряхнула ключами от своего белого кабриолета. — Собирай свои бумажки. У нас есть четыре дня, чтобы совершить невозможное. Приказы руководства не спорятся. Сказали через две недели, значит через две Поехали, «снабженец». Покажешь мне, в каких подворотнях ты собрался искать оборудование.

— Вообще-то я должна была сейчас гулять с Боди по требованию отца, а не кататься с тобой за покупками, — пробурчала она, нервно поправляя зеркальце.

Вид у неё был такой, будто я лично украл её законный выходной и заставил копаться в мусоре. Она резко выхватила у меня листок и вчиталась в мой корявый почерк.

— Серьезно? Вообще ничего не куплено? Итан, это же весь день займет, не иначе! Мы по всем пробкам Нью-Йорка соберем все ямы.

Я почувствовал, как внутри вскипает раздражение.— Ну извини, Роудс. В моей заднице нет золотой ложки, в отличие от тебя. Чтобы щелкнуть пальцами и получить всё на блюдечке.

Миа замерла, медленно повернула голову и выгнула идеальную бровь так высоко, что мне стало не по себе.

— В моей, Итан, её тоже нет. Что за дурацкая забава — засовывать ложки в зад? У вас в Лутоне это национальный спорт?

Ответить я не успел — тишину бесцеремонно прервал звонок. Я скосил глаза: на экране сиял "Боди". Парень с картинки: светлые волосы до плеч, ухоженная щетина и ослепительная улыбка во все тридцать два зуба. Он выглядел так безупречно, будто только что сошел со страницы каталога об успешной жизни.

Миа на секунду замешкалась, глядя на экран, и я заметил, как её пальцы на руле едва заметно дрогнули.

— Чего не берешь? — буркнул я, отворачиваясь к окну. — Твой принц заждался свою принцессу. Наверное, уже забронировал столик в месте, где кофе стоит как моя гитара.

Миа медлила лишь секунду, прежде чем схватить вибрирующий телефон. Она сделала глубокий, почти судорожный вдох, стараясь выровнять голос, и нажала на кнопку приема.

— Привет… — начала она, и я кожей почувствовал, как она натягивает на лицо невидимую маску «идеальной девушки». — Да, прости, я уже приехала. Знаешь, Боди, не получится сегодня. В колледже завал, полно работы, я вообще ничего не успеваю. Да… понимаю. Прости.

Из динамика доносилось приглушенное, но отчетливое ворчание. Даже не видя его лица, я чувствовал, как «принц» недоволен тем, что его отодвинули на второй план ради каких-то там дел. Миа слушала его претензии, прикрыв глаза и закусив губу. Она явно была раздражена.

— Завтра, хорошо? Да, надеюсь, ничего не изменится. Извини... Перезвоню сама, как только освобожусь.Короткие фразы улетели в динамик, и она тут же прервала связь, будто этот разговор жег ей слух. Гнев вырвался наружу мгновенно: она резко ударила по рулю, заставив машину едва заметно вздрогнуть.— Черт, как же бесит! — прошипела она, не глядя на меня, но я и так видел, что этот «глянцевый» Боди довел её до предела..

— Извини, — тихо проговорил я, глядя на её напряженные плечи. — Кажется, я окончательно сорвал тебе все планы.

Миа резко повернула голову, и в её взгляде не было злости на меня — только какая-то выжженная усталость.

— Нормально всё, Итан. Слышишь? Всё нормально, — отрезала она. — Это изначально были мои дела, и мне не следовало перекладывать их на тебя, сваливая на гастроли. Моя ответственность, мой прокол.

Она резко переключила передачу.

— Мы купим всё по списку сегодня. До последней гайки и кабеля. А завтра ты с гордым видом отнесешь этот отчет руководству под нос. Пусть подавятся. А дальше… дальше пусть сами строят свои палатки, нанимают рабочих или что им там еще нужно. Наша задача — закрыть этот вопрос и забыть о нем.

Промзона встретила нас серым небом и запахом жженой резины. Миа, в своем кашемировом пальто и на каблуках, выглядела здесь как инопланетянка, случайно приземлившаяся на свалке металлолома. Она припарковала свой сверкающий кабриолет между огромным ржавым фургоном и горой старых покрышек.

— Нам точно сюда? — она с опаской огляделась, прижимая к себе сумочку. — Итан, если нас здесь прирежут за пару медных кабелей, отец меня убьет дважды.

— Расслабься, Роудс, — я усмехнулся, выпрыгивая из машины. — Здесь лучшие цены на звуковое оборудование в штате. Просто не смотри по сторонам слишком внимательно.

Мы зашли в ангар, где под потолком висела густая пыль, а стены были завешаны проводами всех мастей. Продавец — мужик с татуировками на шее и вечной сигаретой во рту — лениво поднял на нас глаза.

— О, Браун! Опять за хламом пришел? — он хрипло рассмеялся, а потом перевел взгляд на Мию. — А это что за райская птичка? Ты её украл из витрины Пятой авеню?

Миа вскинула подбородок, и я увидел, как в её глазах вспыхнул холодный огонь. Она не смутилась. Наоборот, она сделала шаг вперед и положила наш список на грязный прилавок.

— Эта «птичка» — твой главный кошмар, если ты попытаешься всучить нам бракованные переходники, — отрезала она таким тоном, что продавец даже выплюнул сигарету. — Нам нужны активные мониторы, три бухты экранированного кабеля и пульт на двенадцать каналов. Живо. И скидку за пыль на коробках не забудь.

Я стоял рядом, едва сдерживая улыбку. Продавец, явно опешивший от такого напора, молча поплелся на склад.

— Ничего себе, — присвистнул я, глядя на неё с новым интересом. — А ты не промах, принцесса. Где научилась так строить мужиков?

— В шоу-бизнесе, Итан, — она устало оперлась о прилавок, игнорируя слой грязи на нем. — Там либо ты строишь их, либо они вытирают об тебя ноги. Помогай давай, нам еще грузить всё это.

После промзоны мы заехали в огромный туристический гипермаркет, где окончательно добили список: палатки, спальники, какие-то котелки и куча мелочевки для похода. Багажник кабриолета был забит до отказа, а пара коробок со звуковым оборудованием уже перекочевала на заднее сиденье к гитаре.

— Всё, я больше не могу. Устала, — Миа буквально рухнула на водительское сиденье, откидывая голову. — Давай заедем в какое-нибудь кафе. Я сегодня даже не завтракала.

Я посмотрел на неё — бледная, выжатая как лимон, но всё еще с идеально прямой спиной.

— Неудивительно, почему ты такая худая, — буркнул я, пристегиваясь. — Есть вообще не успеваешь со своими делами. Ты на подножном корму, что ли, живешь?

Миа вскинула бровь и смерила меня колючим взглядом.— Ой, зато я погляжу, ты прямо то и дело провисаешь в студенческой столовой? Набираешь массу?

— Нет, я провисаю в зале, — я с ухмылкой согнул руку, демонстрируя ей бицепс, на который она тут же закатила глаза с видом величайшего страдания.

— Мозги там на лавке оставил, Шварценеггер? — парировала она, но в уголке её губ промелькнула тень улыбки.

— Мозги на месте, Роудс. А вот желудок требует мяса. Знаю я тут одно место... не «Мишлен», конечно, но после него ты хотя бы перестанешь выглядеть как призрак викторианской эпохи.

Я указал дорогу к небольшой круглосуточной закусочной, где пахло жареным беконом и старым блюзом. Миа припарковала свой белоснежный болид между заляпанным грязью пикапом и байком, и мы зашли внутрь. Она выглядела здесь так же неуместно, как скрипка Страдивари в гараже, но, кажется, ей было уже всё равно.

Когда перед ней поставили огромный бургер и картошку фри, она на секунду замерла.

— Итан... я это не съем, — прошептала она, глядя на порцию. — Можно мне просто салат?

— Ешь давай, «королева снабжения». Тебе еще завтра отчет сдавать. Силы понадобятся.

— Вообще-то, отчёт завтра сдавать тебе, — она с победным видом пододвинула ко мне тарелку с бургером. — И ещё… Прости, но послезавтра меня снова не будет.

Я замер с бургером в руках и медленно выгнул бровь.— Чего? Как это «не будет»? Роудс, а репетиция? Коул ни хрена не делает, только на баб пялится, а я устал просто так брямкать по струнам в пустоту. Группе нужен лидер, а ты вечно где-то витаешь.

Миа резко подалась вперед через стол и шикнула на меня так, будто мы обсуждали план ограбления банка, а не расписание занятий.— У меня выступление на катке, — прошептала она, бросив быстрый взгляд на дальнобойщиков за соседним столиком. — Важное. Закрытый показ.

Я замолчал, чувствуя, как злость уступает место странному пониманию. Каток. Её тайная жизнь, где нет нот отца и пафоса Боди. Где она — это просто она.

— Чёрт, ладно… — выдохнул я, откидываясь на спинку дивана. — Раз такое дело… Тогда ешь давай. Сил на твои тулупы и аксели нужно больше, чем на мои гаммы.

Она неуверенно взяла картофелину, обмакнула её в соус и впервые за день по-настоящему расслабила плечи. В свете неоновой вывески закусочной она не выглядела как недосягаемая звезда. Просто девчонка, которая чертовски боится, что её мечту заметят.

— Спасибо, Итан, — тихо сказала она, не поднимая глаз. — За то, что не спросил «зачем».

— Я и так знаю зачем, — буркнул я, воюя с огромным бургером. — Чтобы не сойти с ума в твоём идеальном мире. Я всё спросить хотел, — я выудил из нагрудного кармана ту самую флешку, которую Коул всучил мне еще в первый день. — Коул сказал, там музыка, но смотреть нельзя. Типа, «секретные материалы». Что там на самом деле?

Миа выгнула бровь, с любопытством разглядывая пошарпанный пластик.

— Флешка? Коул вечно что-то мутит. Давай глянем, раз он так просил её не открывать.

Она быстро достала из сумочки переходник и вставила флешку в свой телефон. Секунда тишины, пока грузилась папка, и вдруг… тишину закусочной разорвали отчетливые, ни с чем не сопоставимые звуки стонов. На экране замелькали кадры видео, которое явно не предназначалось для глаз приличных студентов музыкального колледжа.

Миа вскрикнула, её глаза округлились до размера блюдец. Она начала судорожно тыкать в экран, пытаясь закрыть вкладку, но телефон, как назло, на секунду завис. Мужики за соседним столом, до этого лениво жевавшие свои бургеры, тут же оживились и синхронно усмехнулись, переглядываясь.

Я не выдержал. Глядя на пунцовую Мию, которая готова была провалиться сквозь землю прямо здесь, под неоновой вывеской, я заржал на всю закусочную.

— Вот же Коул идиот! — выдавил я сквозь смех. — «Музыка», ага! Групповая аранжировка, не иначе!

— Заткнись, Итан! — прошипела Миа, наконец-то выключив видео и выдергивая флешку из телефона так, будто она была раскаленной. Её лицо по цвету теперь не уступало томатному кетчупу на моей тарелке. — Это… это просто отвратительно! Я его убью. Собственными руками. Завтра же.

Она бросила на меня испепеляющий взгляд, но я видел, что она и сама едва сдерживает улыбку за этой маской праведного гнева. Ситуация была настолько абсурдной, что даже её «королевская» выдержка дала трещину.

Нашу хрупкую идиллию вдребезги разбил резкий звонок — на экране нагло высветилось: "Боди". Она долго игнорировала его, раз за разом обрывая звук, но на шестой попытке всё же сдалась. И тут же изменилась. Прямо на моих глазах она нацепила ту самую фальшивую маску, подстраиваясь под голос в трубке. Я поспешно отвернулся к окну, делая вид, что поглощен разборками байкеров у входа. Смотрел на них и думал об одном: лишь бы она не заметила, как сильно меня задело это мгновенное превращение.

— Нет, сейчас никак… Дела, я же говорила. Не знаю. Хорошо, ладно, — затараторила она, чеканя слова, словно на деловом совещании. В следующую секунду её рука плотно накрыла динамик, и она обернулась ко мне. В глазах — полная растерянность. — Как называется это место? — одними губами выдохнула она, отчаянно надеясь на мою подсказку

— Просто придорожная закусочная, — так же тихо, почти сухо ответил я, чувствуя, как магия момента испаряется.

— Послушай, я сейчас скину тебе геолокацию, ладно? — снова обратилась она к Боди, окончательно возвращаясь в тот мир, где мне, кажется, не было места. — Я на машине, но... мне нужно кое-что отвезти. Хорошо. Жду, — её голос в трубке звучал непривычно, отсекая всё то тепло, что было между нами минуту назад.

— Как же надоело это всё, — прошипела она себе под нос, и быстро отстучала пальцами по экрану, отправляя локацию, и вдруг впилась в меня пытливым, оценивающим взглядом, будто видела впервые. — Ты водить умеешь? Права есть?

Я невольно вытаращился на неё, опешив от такого резкого перехода.

— Есть... А что вообще происходит?

— Сможешь сам отогнать мою машину в колледж и выгрузить вещи? Думаю, Ноа сможет помочь. Мне нужно уехать...

Я не дал ей закончить. В груди кольнуло — наша прогулка, которая казалась чем-то особенным, только что превратилась в обычное поручение для «парня из сервиса».

— Ладно, отвезу, — буркнул я, стараясь скрыть разочарование за напускной иронией. — Только не взрывайся, если я невзначай поцарапаю твою дорогую игрушку. К таким породистым «ласточкам» я не привык.

На её губах промелькнула едва заметная, почти издевательская улыбка.

— Починишь... Ты же в сервисе работаешь, для тебя это раз плюнуть, — бросила она, окончательно закрепляя за мной роль послушного исполнителя.

Минут через пятнадцать тишину парковки разорвал рев мощного мотора — это подкатил её хваленый Боди. Честно говоря, я ожидал увидеть его в костюме с иголочки, но реальность оказалась куда более странной.

Из машины выбралось нечто среднее между рок-звездой на реабилитации и бродягой из элитного квартала. Спутанные волосы до плеч выглядели так, будто он не расчесывался неделю, а небрежная бородка только добавляла хаоса. На нем были рваные джинсы и явно брендовые шмотки, но сидели они так нелепо, словно по пути сюда его знатно потрепала стая голодных псов. Он так и веял этим специфическим «богатым пофигизмом» — когда у тебя столько денег, что тебе плевать, насколько помятым ты выглядишь.

Он направился к нам разболтанной, вызывающе небрежной походкой. Не говоря ни слова, Боди по-хозяйски притянул Мию к себе, властно впиваясь в её губы поцелуем, который больше походил на маркировку территории, чем на проявление чувств. Я заметил, как она на мгновение окаменела — это секундное напряжение в её плечах не укрылось от моего взгляда. Она едва заметно отстранилась, пытаясь вернуть себе пространство.