Говорящий мертвец

Ильяс Сибгатулин
Говорящий мертвец

– Так, милые дамы, секс втроем не предлагать! Мы с бывшей супругой как-то хотели попробовать, но не с мужиками-трансами же это делать!

– Остроумный сарказм, мистер Раш, но совершенно неуместный, – с неожиданно холодным выражением лица произнес Марито, и Раш понял, что шутки кончились.

– Чего вы хотите, джентльмены? – Также серьезно спросил он.

– Убейте Мэлло, – твердо произнес Дорн, – мы вам в этом поможем.

Салливан хотел было что-то сказать, но Марито перебил его.

– Мы знаем, что вас наняли вычислить и убить нашего босса…

– Не убить, а лишь доставить к моему клиенту. В последний момент планы изменились. Хотя да, изначально я должен был прикончить вашего босса.

Раш заметил, что при упоминании слова «босс» оба продажных копа передернулись.

– Не знаю, почему передумал мой клиент, но теперь Винсент Мэлло нужен мне живым.

– Хм, главное избавьте нас от него, – почти умоляюще произнес Марито.

– А как вы мне в этом поможете, господа… или дамы?

Дорн и Марито переглянулись. Один кивнул другому.

– Мы… пригласили его сюда, в наш дом, – ответил Вин Дорн.

– Ого! Какая смелость!

Обоих копов-мафиозников переполняли эмоции. Это чувствовалось. Злость, мольба, ярость и даже где-то облегчение. Но они явно терялись. И сейчас детектива начинало радовать смятение на лицах этих гомосексуалистов, запутавшихся на чьей они стороне.

Салливан начал понимать, зачем им убивать своего господина-садиста, который помогал им не только карман банкнотами набивать, но и продвигаться по полицейской службе, скрывая наверняка имеющиеся преступления и убийства.

– Он не знает, что вы геи? Ведь так? – Довольная ухмылка Раша должна была разозлить бандитов, но те вместо этого смутились.

И Раш понял, что прав.

– А наряды вы точно подобрали!

– Он нас убьет за это, – почти печально произнес Марито, – про его маниакальность ты прекрасно знаешь.

– Знаю, – согласился Салливан (о многочисленных жертвах мафиози вспоминать не хотелось, но картины ужаса с расчлененными и обезображенными телами всплывали в памяти сами собой).

Детектив взглянул на обоих трансвеститов, работающих на два лагеря.

– Да, здорово он вас напугал, ребятки, – почему-то сарказм лез из Салливана сам собой, словно детектив был его чревовещателем, а он – умелым и злобным маэстро-кукловодом. Раш знал, что Марито и Дорн итак в панике, но прикрываются всей этой чертовой клоунадой, которую из-за долбанной политкорректности нужно называть трансвестизмом, а не тупостью. Салливан просто не мог сдержаться, – что, петушки, хвостики поджали?

– Ну все! С меня хватит, – первым не выдержал Дорн. Он был на грани, и после слов Салливана просто выпалил ругательства, достал полицейский револьвер и нацелился на детектива.

Положение у сыщика было аховое: мало того, что он сидел на диване и не мог достать свой пистолет, так еще и Марито тоже потянулся к своему оружию, которое оказывается было спрятано под полой платья.

Да, легавые есть легавые.

А Салливан все больше чувствовал себя дураком – частный сыщик, забывший не только о приличных манерах, так еще и не подумавший о своей безопасности.

Секунды хватило, чтобы оглядеться и оценить фоновую обстановку. Раш понял, что может ногами опрокинуть журнальный столик из легкого дерева, стоявший между диваном и креслом, в котором сидели эти говорящие мертвецы. Они были свободны в своем выборе, но он состоял лишь из одной альтернативы – смерть. Смерть от пули Раша – сейчас, или от лапищ ужасного босса мафии Винсента Мэлло – позже…

Раздался стук в дверь.

4. Странные обстоятельства

– Какого черта?! – Раш говорил одними губами. – Вы пригласили его так рано?!

– Какой кошмар! Мы не успели переодеться к его приходу! – процедил сквозь зубы Вин Дорн. Он взглянул на Марито.

– Тем лучше, любимый. Нам больше нечего скрывать. Раш, открой дверь! – прошипел здоровяк в платье.

Детектив заколебался. «Если там действительно маньяк-мафиози, то из меня сделают решето», – думал он. В дверь снова постучали, уже более настойчиво.

Раш сделал шаг в направлении входа.

– Стой, Раш! – также тихо прошипел Дорн.

Он подошел к детективу и сунул ему в руку свой пистолет с глушителем.

– Это еще откуда? – прошептал Раш.

– Это «чистый» ствол, детектив. Сейчас откроешь дверь, впустишь Мэлло, и будто уйдешь на улицу. Там разделайся с охраной. Их будет двое. С Мэлло мы разберемся сами.

– Предоставим его тебе, как положено, – вставил Марито, – а теперь иди!

Снова стук в дверь, но теперь уже со словесной добавкой.

– Вин Дорн, паскуда! Открывай! – злобный голос не оставлял вариантов, кто за дверью.

Детектив Раш подошел к ней.

Деревянная перегородка, разделяющая его и самого жуткого маньяка убийцу в штате.

«Я пешка, – думал Салливан, – загнанная к краю шахматной доски, и готовая сорваться во тьму». Он спрятал пистолет с глушителем под плащ. «Этот Винсент Мэлло действительно не знает страха и держит продажных копов в кулаке, раз не побоялся явиться в «Полицейскую нору». Главное, продержаться до приезда подмоги от капитана Брауна. А сейчас давай взглянем смерти в глаза».

Раш отворил входную дверь и застыл на месте.

Перед ним стоял Винсент Мэлло и он был зол.

Но Салливана сейчас поразило другое – не так он представлял первую встречу с ужасом во плоти.

Мозг высосали пылесосом. Это словно удар кувалдой по темени – череп крошится и вся та непробудная хрень, которая жила у тебя в голове и называлась «представлением о мире», разбрызгивается ошметками по земле.

Винсент Мэлло – мафиози-легенда, садист, убийца и маньяк, выбил из Салливана его иллюзии.

И дело было больше не в том, что мысленный портрет Мэлло, который рисовал себе в голове детектив, совершенно не совпадал с реальностью, а в том, что появление этого мафиози на пороге дома помогло Салливану расставить все фигуры, точнее почти все, на шахматной доске.

Детектив вдруг ясно увидел, как дальше будут развиваться события – то, что было, и что будет. А потом Раша еще сильнее ударила мысль-молния. Стоило ему взглянуть на маньяка Мэлло, пройтись взглядом по его толстому морщинистому лицу и заглянуть во тьму удивительно непохожих друг на друга глаз. Салливан тут же понял, зачем его клиент нанял его, а не обратился сразу в полицию, и какую цель преследует.

– Ты что за хрен? Почему так долго не открывали? – с порога спросил Мэлло.

Его ворчливый и недовольный тон выдавали усталость и даже какое-то по-идиотски неуместное старческое брюзжание.

Винсент Мэлло пробежал своим цепким взглядом по Салливану.

Не было в этом взгляде смертельной опасности, и уж тем более жути, которую по слухам наводил на своих жертв Мэлло-маньяк.

Мафиози был невысокого роста, лысеющий, в черном плаще, под которым виднелся дорогой костюм-тройка.

Мэлло курил сигару.

За его спиной от машины шли два здоровенных телохранителя.

Куда ж король преступного мира без своих псов!

– Я гость Джоша и Вина. Прошу, мистер Мэлло, проходите. Они вас ждут.

Раш учтиво уступил дорогу мафиози.

– А мне уже пора, – Салливан переступил порог дома. Пистолет с глушителем, что дал ему Вин Дорн по-прежнему был спрятан под плащом.

Мэлло с нескрываемым пренебрежением проводил взглядом Раша, но как только услышал голос Марито, забыл о существовании гостя.

– Босс, проходите, мы вас ждем!

И босс клюнул на приманку.

***

Детектив Раш на удивление самому себе решил не просто пристрелить головорезов Мэлло, а перед этим поиздеваться над ними.

– Парни! Не найдется ли у вас огонька? – Раш наиграно улыбнулся, разворачиваясь к телохранителям мафиози. Пистолет под его плащом уже был взведен оставалось только достать его и пару раз нажать на крючок.

Громилы переглянулись. Добродушно пожали плечами. И один из них полез в карман – видимо, доставать зажигалку. Второй смотрел себе под ноги. Эти их действия продолжались всего две или три секунды.

Но и этого времени Салливану хватило, чтобы достать оружие и прострелить охранникам головы. Кровь и мозги забрызгали белые стены и входную дверь. Теперь двум голубкам копам уже не отделаться от допросов.

***

– Что за гость? Какого черта тут происходит?! – возмущался Винсент Мэлло, переходя из прихожей в гостиную, где его ждали его подручные.

Он вошел в гостиную и увидел – два ствола направлены ему в лицо и живот, два мужика хотят его смерти, две шавки, возомнившие себя не просто сучками, а настоящими матерыми псинами. «Их надо было размазать еще на прошлой неделе, когда они повздорили с Сартмэном», – это была первая мысль, которая посетила Винсента Мэлло в момент увиденной картины.

Рейтинг@Mail.ru