Полная версия:
Игорь Геннадьевич Васильев Хроники "ОРКС". Том 1
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
— Это для подвижности! — тут же отозвалась Муо, и слова посыпались из неё как горох, быстрые и убедительные. — И тебя защитит энергетическое поле! Вот, смотри, я активирую...
Она нажала что-то на планшете. Камень на поясе Сианы вспыхнул ярче, и вокруг ламии замерцало едва заметное золотистое сияние — энергетическое поле, похожее на тончайшую, но невероятно прочную плёнку. Поле чуть слышно гудело и отливало тёплым светом, похожим на солнечные блики на воде.
— Вот! Оно остановит и меч, и стрелу, и даже плазменный заряд! А подвижность остаётся. Я специально тестировала алгоритм — поле пропускает только медленные движения, так что ты можешь свободно наклоняться и поворачиваться.
Сиана провела рукой по полю — ладонь встретила упругое сопротивление, словно она касалась тугой, нагретой солнцем воды. Оно было тёплым на ощупь и слегка вибрировало под пальцами. Румянец не исчез, но она слабо, благодарно улыбнулась.
— Хорошо... Я. я привыкну. Наверное. Если оно правда защищает...
Она медленно повернулась, разглядывая себя — насколько это было возможно без зеркала. Хвост в экзоскелете двигался плавно, без малейших задержек. Она сделала пробный взмах — сервоприводы отозвались мгновенно, усилив движение, и хвост рассёк воздух с тихим, угрожающим свистом. Сиана ахнула и прижала ладони к щекам.
— Он... он помогает! Я почти не чувствую веса, а сила... больше! Гораздо больше! Я могла бы... могла бы сбить дерево таким ударом!
— Ты выглядишь... потрясающе, — выдохнула Клелия, и в её голосе звучало искреннее, неподдельное восхищение. — Как воительница из легенд. Как... как богиня змей. Честно. Ты не представляешь, насколько это... величественно. Если бы я увидела тебя такой в первый раз, я бы упала на колени. Или убежала. Или и то и другое.
Сиана смущённо улыбнулась, но в её глазах уже горел новый, незнакомый прежде огонёк — огонёк уверенности в себе. Она провела ладонью по гладкой поверхности топика, по подвижным пластинам юбки, по сегментам экзоскелета, словно знакомясь с новым телом. Кончик хвоста, облачённый в броню, легонько постукивал по полу, и звук этот был похож на довольное мурлыканье.
— Спасибо, — произнесла она, и голос её дрожал, но теперь — от переполнявшей сердце благодарности. — Всем вам. Вик. Су. Муо. Клелия. Я. я не подведу. Обещаю. С этим... с этим я смогу. Я чувствую это. Я больше не беспомощная ламия с ржавым мечом.
Вик, наблюдавший за ней, удовлетворённо кивнул и, достав наконец сигару, закурил — предварительно приоткрыв окно, чтобы не задымить комнату. Он затянулся, выпустил кольцо дыма к потолку и усмехнулся.
— Хорошо. Завтра начнём тренировки с доспехом. Привыкай к нему, учись слушать ИИ. Иди на связь с костюмом, спрашивай, пробуй. Он должен стать твоим вторым «я». Через неделю ты будешь готова к любой арене. А теперь — всем спать. Завтра у нас встреча в девять.
Команда начала готовиться ко сну. Муо сладко зевала, прикрывая рот ладошкой, сворачивая кабели и убирая планшет в рюкзак. Су методично складывала оставшиеся инструменты. Клелия накинула одеяло на плечи и уже устроилась в своём углу, но всё ещё не сводила глаз с Сианы. И только сама ламия всё ещё стояла посреди комнаты в полном облачении, не решаясь пошевелиться. Наконец она тихо спросила, и в её голосе прозвучала нотка растерянности:
— А. как его снимать?
Муо хихикнула, прикрыв рот ладошкой.
— Ой, точно. Прости, я забыла сказать. Вот, здесь сенсор на поясе. Нажми — и он сам расстегнётся. Мы специально сделали большую кнопку, чтобы ты не искала её в темноте. Слушается только твою биосигнатуру.
Сиана нажала, и доспех с тихим, убаюкивающим жужжанием разомкнул крепления, мягко сползая с тела. Она подхватила его, всё ещё не веря, что это чудо — её собственное, созданное специально для неё, для ламии, которую ещё совсем недавно собирались убить на потеху толпе. Бережно, почти благоговейно уложила его на стул рядом со своим спальным местом, свернулась кольцами на одеялах и, кажется, впервые за долгое время заснула без страха перед будущим. Её дыхание стало ровным, а на губах застыла лёгкая улыбка.
***
Утро встретило Тривиарум пасмурным небом и редким, моросящим дождём. Узкая улочка перед «Дубовым листом» была пустынна — лишь телега с рыбой прогрохотала в сторону рынка, да ленивый пёс потрусил куда-то по своим собачьим делам. Забегаловка напротив, приземистое здание с покосившейся вывеской «У старого дуба», уже открылась, но внутри было пусто, если не считать сонного трактирщика, который с отсутствующим видом протирал кружки за стойкой, и одинокого старика в углу, уткнувшегося в тарелку с похлёбкой.
Вик вошёл первым, за ним — Су. Он сразу направился к стойке, бросил несколько монет и взял две кружки чего-то янтарного, пахнущего солодом и хмелем. Су от заказа отказалась — лишь покачала головой и заняла стол в углу, откуда прекрасно просматривался и вход, и весь зал. Вик уселся рядом, сделал большой глоток, прислушался к ощущениям и удовлетворённо выдохнул:
— Неплохо, — произнёс он, обращаясь скорее к самому себе. — Для такой дыры — даже прилично. Жаль, на меня почти не действует. Приходится брать количеством.
Он заказал ещё одну кружку и принялся ждать, лениво потягивая эль и поглядывая на дверь. Су молча сканировала помещение, и её жёлтые глаза не упускали ни одной детали: вот трактирщик зевнул, вот качнулась вывеска за окном, вот пробежала мышь в углу, вот старик в углу облизнул ложку и уставился в пустоту. Обычное утро в обычной забегаловке. Но Су знала, что обычное здесь может в любой момент стать опасным.
Ровно в девять — ни минутой раньше, ни минутой позже — дверь отворилась. Вошёл их вечерний гость в том же тёмно-синем плаще с серебряной вышивкой и в той же изящной деревянной маске, изображавшей безмятежное, почти улыбающееся лицо. Сегодня при дневном свете были лучше видны детали, ускользающие ночью: тонкая перламутровая инкрустация по краям маски, серебряные нити в плаще, образующие сложный, похожий на паутину узор, и перстень на пальце — чёрный камень в простой оправе. Спутники-ниндзя, как и в прошлый раз, остались снаружи, застыв у дверей немыми стражами.
Он неторопливо, с достоинством пересёк зал и, не спрашивая разрешения, сел напротив Вика, сложив руки перед собой на столе. Деревянная маска смотрела на командира всё с той же застывшей полуулыбкой. Трактирщик, заметив нового гостя, хотел было подойти, но гость сделал лёгкое, почти незаметное движение пальцами, и трактирщик, словно передумав, вернулся к своим кружкам.
— Рад видеть, что вы пунктуальны, — произнёс он, и в голосе его прозвучала нотка удовлетворения. — И, как я погляжу, уже успели оценить местный эль? Рекомендую также их копчёный сыр. Неожиданно хорош для такого места. Трактирщик сам коптит, по старому семейному рецепту. Сто лет ему, не меньше.
— Обойдусь, — Вик сделал ещё глоток, глядя на него поверх края кружки. — Я по делу, а не за закусками. Итак. Мы подумали. И решили, что предложение вашего... босса арены — дерьмо, но выбора у нас, похоже, нет. Так что мы согласны. Но с условиями.
Человек в маске слегка склонил голову набок, всем своим видом выражая вежливое внимание. Маска качнулась, и в прорезях блеснули глаза — живые, умные, цепкие.
— Первое. Никакой встречи с главой арены. Мне неинтересно смотреть на его рожу, ему — на мою. Всё общение — через вас. Вы производите впечатление человека, который умеет держать слово. Он — не уверен. Второе. Нам нужно место для тренировок. Глухое, просторное, где можно не стесняться. У нас есть... особые требования. И да, там должно быть темно, сухо и без посторонних глаз. Третье. Выигрыш. Нам не нужны его деньги. Пусть засунет их себе... в свой кошелёк. — Вик сделал милую ухмылку. — Мы участвуем только ради того, чтобы он заткнулся о нашем существовании. И четвёртое. Нейтральность. Ваша организация, эти... «Сокрытые», — вы не лезете в наши дела, мы — в ваши. И, если понадобится, возможность связаться. Взаимовыгодно. — Вик усмехнулся — уже по-другому, ухмылкой, которая не предвещала ничего хорошего его врагам. — У меня есть подозрение, что ваш босс арены задумал что-то недоброе, и когда его планы пойдут прахом, я хочу иметь возможность быстро свалить из этого города, не прорубая себе путь через ваших ребят. Чисто для экономии времени. И ваших людей.
Гость молчал несколько долгих секунд, переваривая услышанное. Затем медленно, с достоинством кивнул.
— Условия разумные. Более чем. Встреча с главой арены действительно излишня — он... не самый приятный собеседник. Скорее, он тот, с кем приятно говорить только тогда, когда он молчит. Деньги — ваше право. Место для тренировок — есть. Под землёй, разумеется. — Он достал из складок плаща свёрнутый лист плотной, чуть желтоватой бумаги и развернул его на столе. Это оказалась подробная, искусно нарисованная карта Тривиарума с отмеченными уровнями — подземелья, тоннели, какие-то обширные полости глубоко под городом. Мужчина ткнул пальцем в точку в восточной части, недалеко от городской стены. — Здесь. Спуск в Подгород. Не удивляйтесь, когда спуститесь. Под Тривиарумом существует... второй город. Там свои законы, свои жители. Зверолюди, полукровки, те, кому нет места наверху. Вашей ламии там будет комфортно — она не единственная. И да, там же находятся тренировочные площадки арены. Вас проводят, когда спуститесь. Просто покажите эту карту стражникам у входа.
Он сделал короткую паузу, снова свернул карту и подвинул её к Вику.
— Что касается связи — разумеется. Я оставлю вам способ связаться со мной. — Его рука нырнула в карман плаща и извлекла небольшой, изящный предмет — костяную пластинку, на которой был выгравирован символ закрытого глаза, окружённый тонкой вязью неизвестных письмен. — Моё имя — Ханс. А это... моя визитка. Если понадоблюсь — сожмите её в руке и произнесите моё имя. Я узнаю. И свяжусь с вами. Нейтральность же — это основа нашей работы. «Сокрытые» не выбирают чью-то сторону. Мы — зеркало. Отражаем то, что выгодно отражать. Пока вы не угрожаете нашим интересам, мы — никто. Просто тени на стене.
Вик взял пластинку, повертел в пальцах — кость была тёплой на ощупь, словно живой, и от неё исходило едва заметное покалывание, — и хмыкнул.
— Зеркало, значит. Ладно, Ханс. Запомню. Теперь — детали турнира. Что за схема? Я хочу знать заранее, к чему готовиться.
— Всё просто. — Ханс откинулся на спинку стула, и его голос приобрёл оттенок лектора, объясняющего прописные истины. — Турнир начнётся через неделю. Команда — четыре участника. Первый этап — отборочные бои. Сетка составлена так, что участники из одной команды не пересекаются друг с другом — каждый дерётся с противником из другой команды. Четыре бойца — четыре отдельных поединка. Команда проходит дальше, если выигрывает большинство боёв — три из четырёх, например. После отборочных останется четыре команды — шестнадцать бойцов. Далее — полуфинал и финал. Командные бои. Все четверо выходят на арену одновременно. Правил почти нет. Смерть допускается, но не приветствуется — мёртвый боец не приносит денег в будущем. Однако несчастные случаи бывают. Особенно в командных боях, когда эмоции зашкаливают.
Вик задумчиво кивнул, переваривая информацию.
— Четыре бойца, значит. У нас как раз четверо. Я, Су, Муо и Сиана. Сойдёт. Тренироваться начнём сегодня. Спустимся в ваш Подгород, осмотримся. Что-то ещё, что мне следует знать, Ханс?
Ханс покачал головой. Деревянная маска качнулась в такт движению, и в прорезях её мелькнуло что-то, похожее на искренность.
— Пока — ничего. Я буду на связи. И да... удачи. — Он поднялся, оправил плащ, и в голосе его прозвучало что-то, отдалённо похожее на тепло. — Вы интересные... люди. За вами любопытно наблюдать. В Тривиаруме редко появляются те, кто способен удивить даже меня.
Он направился к выходу, но у двери на мгновение задержался и, бросив короткий взгляд через плечо, добавил — и в этот раз его голос прозвучал чуть тише, словно он сообщал что-то, не предназначенное для посторонних ушей:
— И кстати. Глава арены действительно задумал недоброе. Вы правильно догадались. Но что именно — мне пока неизвестно. Он не доверяет даже мне. Будьте осторожны. Не хотелось бы терять таких... колоритных знакомых.
Дверь закрылась. В зале снова стало тихо. Только трактирщик всё так же протирал кружки, да старик в углу дохлёбывал свою похлёбку. Вик откинулся на спинку стула, покрутил в пальцах костяную пластинку, разглядывая символ закрытого глаза, и сунул её в карман.
— Он опасен, — негромко произнесла Су, нарушая молчание. — Но, кажется, держит слово. Пока. И он знает больше, чем говорит.
— Пока, — согласился Вик и поднялся, захватывая со стола карту. — Ладно, идём. Нужно рассказать остальным. И готовиться к прогулке под землю. Похоже, наш побег из этого города будет ещё веселее, чем я думал...
Глава 25. Подгород
Солнце клонилось к закату, окрашивая крыши Тривиарума в багряные и золотые тона, когда команда покинула гостиницу. Вик шёл первым, то и дело сверяясь с картой Ханса — изрядно помятым листом плотной бумаги, на котором подземные уровни были прорисованы тонкими линиями, пересекавшимися и расходившимися, словно корни гигантского дерева. За ним следовала Су, она держалась настороже, и её жёлтые глаза непрерывно сканировали окрестности особой, профессиональной цепкостью, которая не упускала ни одной детали. Муо семенила рядом с Клелией, нервно теребя край белого шарфа и поглядывая по сторонам со смесью страха и любопытства, которая всегда появлялась у неё перед неизвестностью. Сиана, закутанная в длинный плащ с глубоким капюшоном, ползла плавно, и её хвост был скрыт тяжёлыми складками ткани, но опытный глаз всё равно заметил бы странность её походки — слишком текучей, слишком бесшумной для обычного человека. Кончик хвоста, как всегда, предательски выбивался из-под ткани и волочился по земле, оставляя в пыли извилистый след. Впрочем, в этом квартале, в темноте, никто не обращал внимания.
Клелия, как обычно, старалась держаться поближе к Сиане. За прошедшие дни она привязалась к ламии так крепко, как никогда ни к кому не привязывалась во дворце. Даже теперь, шагая по незнакомым улицам к неведомому спуску, она то и дело касалась локтем её руки и поглядывала на неё с лёгкой тревогой — всё-таки они шли в неизвестность, а неизвестность, как она уже поняла, путешествуя с этой командой, имела свойство взрываться, стрелять и пытаться их убить. Впрочем, это даже бодрило.
— Не бойся, — тихо произнесла Сиана, заметив её взгляд. — Там, если верить человеку в маске, много таких, как я. Может, я даже перестану быть диковиной... Хотя бы на время. Представляешь? Никто не будет показывать пальцем и кричать «монстр». Для меня это... почти как вернуться домой.
— Я не боюсь, — Клелия фыркнула, но без обычной резкости, скорее по привычке. — Просто... под землю. Темно, наверное. И пахнет, наверное, не очень. И вообще, я принцесса, мне не место в каких-то норах. Я должна жить во дворце, носить шёлк и повелевать слугами. А вместо этого я ем слизней и сплю на одеялах.
— Ты больше не принцесса, Клелия, — Сиана улыбнулась уголками губ, и в этой улыбке было что-то очень тёплое. — Ты одна из нас. А мы, кажется, постоянно по норам прячемся. Привыкай. Через месяц будешь считать подземелья уютными. А через два — начнёшь жаловаться, что наверху слишком много солнца.
Клелия хотела было возразить, но лишь вздохнула и ничего не сказала. Против правды не попрёшь — уже не первый день она спала на земле, ела из походного котелка и носила деревенскую одежду. От принцессы в ней остались только гордость и острый язык, но эти вещи, как выяснилось, в команде Вика были скорее достоинствами, чем недостатками. Гордость здесь вообще была в избытке — достаточно вспомнить разговоры о Неферит.
Указанное на карте место оказалось неприметным проулком между двумя обшарпанными складами, пропахшими кожей и прелой соломой. В конце проулка, у глухой стены, их встретили двое стражников — не в имперской форме, а в тёмных кожаных доспехах с нашитыми металлическими пластинами, какие носят наёмники или телохранители подпольных шишек. У одного из них через всё лицо тянулся старый шрам, делавший его похожим на пирата. Увидев карту Ханса, они без единого слова переглянулись, отступили в стороны и открыли тяжёлую металлическую дверь, замаскированную под каменную кладку с такой искусностью, что ни один случайный прохожий не заподозрил бы здесь прохода. За дверью открылся широкий, грубо вырубленный прямо в скальной породе спуск, и бесконечные ступени уходили вниз, в мерцающий полумрак.
Муо, шедшая теперь впереди с Виком, первой ступила на лестницу. Её голубые глаза, способные видеть в почти полной темноте, засветились мягким светом — она активировала ночное зрение и теперь вглядывалась в то, что открывалось внизу. Несколько секунд она стояла неподвижно, и её лицо постепенно менялось — от настороженности к изумлению, а от изумления к чистому, незамутнённому восторгу.
— Там внизу... свет, — прошептала она. — Много света. И. тепло. Это не просто пещеры. Это целый... город.
Они спускались долго — гораздо дольше, чем можно было предположить по карте. Ступени сменялись пологим пандусом, выложенным булыжником, стены из грубого, неотёсанного камня постепенно превращались в укреплённые арки с вплетёнными в кладку светящимися кристаллами, излучавшими мягкий, чуть зеленоватый свет. Воздух становился теплее и плотнее, наполнялся запахами — жареное мясо, пряности, лёгкая сырость подземелья, мокрая шерсть, горячий металл, какие-то благовония. И шум: отдалённый рокот сотен голосов, размеренный стук молотков, взрывы смеха, обрывки музыки, доносившиеся откуда-то снизу, лязг металла, чей-то пронзительный крик.
Наконец проход расширился, и они вышли на каменную галерею, с которой открывался вид, заставивший всех замереть на месте.
Это было невероятно. Огромная пещера — нет, не пещера, а целый подземный мир — уходила вдаль и ввысь, теряясь в дымке испарений и отсветов. Своды, терявшиеся где-то на головокружительной высоте, были подсвечены тысячами маленьких кристаллов и масляных фонарей, создававших полную иллюзию звёздного неба — созвездия, мерцавшие в каменной вышине, казались почти настоящими. Внизу, на нескольких ярусах, соединённых бесчисленными лестницами, пандусами, висячими мостиками и канатными переправами, раскинулся настоящий город. Улицы, мощённые камнем; ряды прилавков и лавок, тянувшиеся насколько хватало глаз; жилые постройки, вырубленные прямо в скальных стенах и уходившие вверх на несколько этажей, с деревянными балкончиками и верёвками для сушки белья, на которых развевались разноцветные ткани. И жители... нет, не только люди.
Зверолюди с кошачьими и волчьими чертами, грациозные и мускулистые, сновали между прилавками. Ящероподобные гуманоиды с чешуёй всех оттенков зелёного и коричневого торговались с покупателями, и их хвосты нервно подрагивали при каждой удачной или неудачной сделке. Высокая женщина с перьями вместо волос и огромными, немигающими птичьими глазами перебирала какие-то амулеты на прилавке, и её пальцы двигались с пугающей скоростью. Мужчина с головой шакала, оскалившийся в улыбке, предлагал прохожим специи, и его товар источал пряный, щекочущий ноздри аромат, от которого у Муо заслезились глаза. Огромный бронированный ящер, послушный, как вьючная лошадь, тащил телегу, гружённую ящиками, и его хозяин — низенький, суетливый гном с окладистой бородой то и дело покрикивал на него, размахивая короткой палкой. Стая мелких летучих тварей, похожих на помесь летучих мышей и ящериц, сидела на плече у своего владельца — высокого, худого мужчины с бледно-голубой кожей, — и твари эти время от времени срывались с места, облетали хозяина по кругу и возвращались обратно.
Команда замерла на галерее, потрясённая зрелищем. Даже Вик, повидавший десятки миров, не сразу нашёлся что сказать. А когда нашёлся, это было неожиданно тихо и без обычной насмешки:
— Ничего себе... и все это под носом у императора. Какой контраст.
— Это... это как в фэнтези-аниме... — выдохнула Муо, и её голос прозвучал почти благоговейно. — Только настоящее... Живое... Я хочу всё посмотреть! И попробовать! И купить! У меня есть немного денег... И фото сделать! Крис бы сейчас, будь она тут, уже бы содрогнула своды этого города своим восторженным ревом.
— Впечатляющая экосистема, — произнесла Су со сдержанным, но явным интересом, и её глаза уже скользили по деталям с профессиональной цепкостью. — Интересно, как они обеспечивают вентиляцию и утилизацию отходов? Должна быть сложная система... И освещение — кристаллы явно магического происхождения, но работают стабильно, без подзарядки. Это не может не вызывать вопросов.
Клелия стояла, задрав голову к сводам, и на её лице застыло выражение, какого никто и никогда ещё не видел. Она забыла о своей обычной надменности, о страхе, о неуверенности — только чистое, незамутнённое восхищение.
— Я читала о катакомбах под столицей... но, чтобы такое... Император бы в ужас пришёл. Он думает, что нелюди — это горстка дикарей, прячущихся по лесам. А они... они построили целый город. У него под носом. Свой мир, свои законы, свою экономику. Это... это невероятно.
Сиана медленно стянула капюшон, вглядываясь в толпу. Её глаза, зелёные и огромные, засияли тем особенным светом, который появляется только тогда, когда долгожданная мечта вдруг становится реальностью. Она всматривалась в лица, в фигуры, в хвосты, и на её лице расцветала улыбка — робкая, ещё не верящая, но с каждой секундой становящаяся всё шире.
— Там... там ламия! — выдохнула она, указывая на прилавок с тканями. — Смотрите! У того прилавка, с красным хвостом! Я. я не одна... — Её голос дрогнул, и она прижала ладонь к губам. — Я не одна. Нас много. Мы не вымерли.
Клелия взяла её за руку и легонько сжала. В этом жесте не было ни капли снисходительности или жалости — только искренняя радость за подругу. Сиана сжала её пальцы в ответ.
Вик хмыкнул, оглядывая открывшуюся картину с выражением бывалого путешественника, который повидал достаточно, чтобы не удивляться, но всё ещё способен оценить масштаб.
— Подземный город. Бывало и хуже. Однажды мы таскались по канализации на Арктуре-7, и там, доложу я вам, было куда менее уютно. А тут прямо курорт. Ладно, осмотримся. У нас есть время до тренировки. Муо, рот закрой — местные подумают, что ты первый раз видишь... ну, такое. Хотя ты и правда первый раз. Вы все первый раз.
Они спустились с галереи по широкой каменной лестнице и влились в пёструю, шумную толпу Подгорода, сразу же оказавшись в центре водоворота звуков, запахов и красок. Торговцы — люди, зверолюди, ящеры, гномы наперебой зазывали к своим прилавкам, расхваливая товар на десятке языков и диалектов. Здесь продавали всё, что только можно было вообразить: от обычных овощей и мяса до экзотических фруктов, выращенных под землёй в свете магических кристаллов, от простых тканей до блюд из гигантских насекомых, от оружия до украшений, от книг до рабов. Последнее заставило Су поджать губы, но она промолчала — не время и не место устраивать революцию.
У одного прилавка, от которого шёл особенно аппетитный пар, хозяин — коренастый мужчина с головой бородавочника, покрытой короткой, жёсткой щетиной, — ловко переворачивал на решётке нечто, напоминавшее большие полупрозрачные котлеты, истекавшие ароматным соком. Он заметил интерес команды и разулыбался, обнажив внушительные клыки, каждый размером с палец взрослого человека.
— Свежие подземные слизни! Жареные, с пряностями! Пальчики оближешь! Эй, господа, попробуйте! Всего два асса за штуку! Для таких красавиц, как ваши дамы, могу скидку сделать!
Муо, забыв о робости, уже тянулась к монетам. Су с сомнением изучала блюдо. Сиана с любопытством принюхивалась, и её ноздри раздувались, улавливая сложный букет специй. Клелия брезгливо морщилась и отступала на шаг, всем своим видом показывая, что она, может, уже и не принцесса, но слизней есть не собирается.
— Давай пяток, — Вик небрежно бросил торговцу монету. — Попробуем, что тут у вас за местная кухня. Если вкусно — возьмём ещё. Если нет — ты потеряешь клиентов.
Он взял горячий, истекающий соком кусок и осторожно, с видом знатока, откусил. Прожевал, прислушиваясь к ощущениям. Все замерли, ожидая вердикта.
— Хм. Похоже на моллюска. Сладковатое, упругое. Специи хорошие. Вполне съедобно. Лучше, чем пайки в армейке. — Он обвёл взглядом свою команду и широко ухмыльнулся. — Берите, не стесняйтесь. Муо, ты же хотела. Клелия, не криви нос — ты ела нашу походную кашу, а это, поверь, гораздо вкуснее. Сиана, тебе понравится, тут травы есть в составе, я чую. Су — бери, белковая пища, полезно. Ты сама говорила, что нам нужно восполнять силы.