Евгения Владимировна Потапова Я больше так не буду

Глава 10 Была бы шея - хомут найдется

Инка всё же позвонила Сергею Николаевичу, поинтересовалась, в силе его предложение или нет.

— Да, я от своих слов не отказываюсь, — ответил он.

— Только, вы знаете, это как-то не по-людски — дружить за деньги. Может, вы меня к себе на работу возьмете? — спросила она.

— Кем? — напрягся мужчина.

— Ну, я не знаю, домработницей или уборщицей, может, кухаркой.

— А-а-а, а я уже было подумал, — рассмеялся Сергей. — В принципе, всё по дому делает Галина. Она особо никому не доверяет, ну и готовит тоже она, но как-то не очень, если честно. Иногда хочется борща или картошки жареной, а она что-то такое интересное приготовит, и не знаешь, то ли любоваться, то ли есть.

— Ясно.

— В общем, давайте я вас пока возьму домработницей на пару дней в неделю, ну а там видно будет. Её, скорее всего, выпишут через неделю, может раньше. Я вам тогда позвоню на этот номер.

— Хорошо, буду ждать, — ответила Инна.

Она весь разговор передала Татьяне.

— Ну вот, будет тебе подработка со следующей недели, — обрадовалась соседка.

— Но мне что-то дома не хочется сидеть до этого времени. Что вы там говорили про ларек с овощами и фруктами? — поинтересовалась Инка.

— Сама сходи, да всё узнаешь, объявление еще висит, — ответила Таня.

Инна оделась и потопала к ларьку. Там торговал довольно колоритный дядечка южных кровей.

— Чего хотела, красавица? Вот у нас персики есть, такие же, как ты, румяные и красивые, — начал он нахваливать свой товар, попутно делая комплименты барышне.

— Я насчет работы, — улыбнулась она.

— Ты же моя красавица, ты же моя умница, — обрадовался он. — Спасла Вахтанга от этой изнуряющей жары. Я плачу за выход пятьсот рублей, плюс несколько процентов от выручки, но там совсем немного. Подгнившие, подпорченные овощи можно забрать себе. Я привожу товар, ты вот в этой тетрадке всё записываешь, взвесила, продала, записала. Деньги считать умеешь?

— Умею, — кивнула Инна.

— Если что, вот тут есть калькулятор. Если воровать будешь, то зарэжу. Да что ты, я шучу, а нет, не шучу, — рассмеялся Вахтанг, смотря на круглые Инкины глаза. — Киоск открывается в девять утра и закрывается в восемь или до последнего покупателя.

— Мне нужно два выходных в неделю, — ответила Инна.

— Не вопрос, сделаем. Скажешь, когда — я сам торговать буду. Завтра выходишь?

— Выхожу, но зарплата каждый день.

— Без ножа меня режешь. Может, раз в неделю? — он хитро посмотрел на нее.

— Я только из больницы вышла, денег нет совсем, — вздохнула Инна. — Даже на хлеб нет.

— Вай, такой красивый и такой голодный, — покачал он головой.

Он быстро накидал что-то в пакет.

— На, поужинаешь, — протянул он ей какие-то овощи.

— Не надо, — испуганно сказала Инка.

— Да бери, это от души.

— Спасибо, — покраснела она.

— Иди, кушай, завтра утром я тебя жду. Хорошо? — спросил Вахтанг.

— Хорошо, — согласилась она.

Инка потопала домой с пакетом.

— Вот наклянчила, — поморщилась она.

Около подъезда ее встретила бабушка Дуся.

— Ты чего, Инка, ко мне на следующий день не зашла? Окно так и недомытое, — сердито спросила она.

— Здрасьте. Так меня в больницу увезли в этот же день. Вот вчера только выписали, — ответила Инна.

— Ох ты! А чего случилось?

— Желудок прихватило.

— А сейчас всё нормально? — с участием спросила старушка.

— Подлечили, но посадили на жесткую диету. Если хотите, то могу сейчас окно домыть.

— Хочу, конечно. Я тебя борщом накормлю. Два дня назад сварила много, еще осталось.

— Я не голодная, — ответила Инна, вспоминая прошлый пирожок.

— Так ты же вон какая худая. Хотя после больницы стала лучше выглядеть, румянец вон появился.

— Спасибо, — улыбнулась Инна. — Я продукты только занесу и к вам спущусь.

— Ага, давай, ждать тебя буду, — ответила старушка.

Инна занесла пакет с гостинцами от Вахтанга. Татьяна вышла ее встречать.

— Ну как? — поинтересовалась она.

— Вот тут насовал чего-то, я не смотрела. Выход пятьсот рублей, плюс проценты, сколько — не сказал.

— Пятьсот рублей?! — Татьяна посмотрела на нее с удивлением.

— Да.

— За то, чтобы стоять целый день на солнцепеке? — возмутилась Татьяна.

— Ну там же в киоске сидеть.

— А он нагревается, между прочим, нехило. Инна, это очень мало.

— Это больше, чем ничего, — ответила девушка.

— Ну да, но всё равно мало за такую работу.

— Поработаю пару дней, посмотрю, как пойдет.

— Будь только аккуратна и с покупателями, и с хозяевами, — покачала головой Татьяна.

— Ну так дядька вроде приятный.

— Приятный, пока ты у них не работаешь. Ладно, чего говорить, попробуй, ты ничего не теряешь. Всё живые деньги на руках будут. А чего он там тебе насовал? — поинтересовалась Таня.

— Не знаю.

Они заглянули в пакет. Там лежали четыре картофелины, пара морковок, парочка луковок, головка чеснока, одна свеколка и большая помидорина. Женщины посмеялись над пайком.

— Ну вот на обед себе напобиралась, — улыбнулась Инка.

— Ничего, в хозяйстве всё пригодится, и за это спасибо, не зря сходила, — кивнула Татьяна.

— Я бабе Дусе обещала окно домыть.

— Сейчас?

— Да.

— Только не ешь у нее ничего, — предупредила Татьяна.

— Не буду, научена уже, — хмыкнула Инка.

— И не сиди у нее долго.

— Хорошо.

В этот раз Инна быстро справилась с окнами. Баба Дуся попыталась усадить ее чай пить, спиртное не предлагала.

— Нет, некогда мне, побежала я, — отмахнулась Инна.

Старушка тяжело вздохнула, вытащила из сумки пятьсот рублей и протянула девушке.

— Вот, как обещала. Любка с соседнего подъезда тоже хотела, чтобы ей окно помыли. Молодая да ленивая. Я сказала, что ты семьсот рублей берешь за штуку, а она и обрадовалась. Хошь, сходи к ней, спроси.

— Я не знаю никакой Любки, — ответила Инна.

— Она в восемьдесят третьей квартире живет.

— Ясно, может и загляну. Спасибо за денежку. Побежала я.

Инка свернула купюру и запихнула ее в карман джинсов. Она подумала про магазин, но решила, что лучше эти деньги отдаст Татьяне. Вышла в подъезд, немного постояла и отправилась к той самой Любке.

— Кто там? — спросил ее хриплый женский голос в домофон.

— Здравствуйте, мне баба Дуся сказала, что вам нужно помыть окна.

— И не только окна, — ответила Люба и открыла ей входную дверь. — Третий этаж, поднимайся.

Хозяйка квартиры курила в подъезде.

— Ты что ли Инна? — спросила она.

— Угу.

— Проходи, — толкнула она дверь.

Инна вошла в коридор и тут же обо что-то споткнулась, весь пол был усеян каким-то мусором. Из большой комнаты выглянула огромная кучерявая собачья голова и оглушительно гавкнула.

— Не бойся, они у меня не кусаются, — хозяйка квартиры втолкнула Инку.

— Они? — с испугом спросила она.

— Ага, собаки.

Через несколько секунд весь коридор заполонили лохматые здоровые собаки, которые пытались облизать Инку.

— А-а-а, — тихо просипела она.

— Да нормально всё. Фу-фу, пошли все вон, — погнала их Люба. — Короче, мне нужно убраться в квартире, в общем, по полной программе. У меня завтра свекровь приедет, а у нас тут такое.

— За полдня тут всё не выгребешь, — с ужасом ответила Инна, рассматривая бардак.

— Я знаю. Ну, хотя бы сделай так, чтобы был легкий свинарник, типа не убирались неделю. Заплачу пять тысяч.

— Я согласна, — обрадовалась Инна.

Она позвонила Татьяне и сказала, что придет поздно вечером, её позвали на генеральную уборку.

— Инна, надо пообедать нормально и поужинать, а потом всё остальное. Опять в больницу загремишь.

— Я зайду потом, поем.

— Только не забудь, я тебе звякну.

— Хорошо.

Инна приступила к уборке, начала со сбора мусора. Собаки ходили за ней по пятам и всё норовились ее лизнуть. Хозяйка же сама спряталась в какой-то из спален и громко разговаривала по телефону. Перед этим она выдала Инке полный набор разных чистящих средств, тряпок, мусорных мешков и резиновых перчаток.

Девушка несколько раз выходила на помойку с мешками мусора.

— И ведь люди не алкаши, — удивлялась она. — Надо же было так загадить квартиру.

Чего она только не выбрасывала, начиная от бутылок и банок из-под газировки и заканчивая использованных средств женской гигиены.

Через час ей позвонила Татьяна и велела идти домой обедать. Инка предупредила Любу.

— Да ладно тебе. Сейчас дошик с тобой заварим и похаваем. Нормально будет, — сказала она. — Хочешь, вон сухарики есть, чипсики. Перекусишь и дальше работать будешь. Чего время тратить?

— Я только из больницы. У меня панкреатит и гастрит.

— А-а-а, больная, ну тогда иди. Только потом приходи, я одна не справлюсь. А то свекровка опять орать будет, что мы свиньи. А я себе дошика заварю, пообедаю, пока ты ходишь. Можно было бы и пельмех сварить, да только у меня все кастрюли грязные. Ты их потом помоешь?

— Обязательно, — вздохнула Инна.

— Вот и чудненько, — обрадовалась Люба. — Ну, иди, быстрей уйдешь, быстрей вернешься.

За час Инна только успела собрать весь мусор по квартире, к мытью даже еще не приступала.

Глава 11 Свекровь все испортила

Инна после обеда отправилась назад убираться у Любы. Она прошмыгнула в подъезд следом за какой-то деловой дамочкой предпенсионного возраста. Они поднялись вместе с ней на один этаж и остановились около квартиры неряхи. Женщина с неприязнью покосилась на Инну и нажала на дверной звонок. Дверь тут же распахнулась, и на пороге появилась Любка, жующая яблоко. Она вытаращила глаза, затем вся перекосилась, а потом на лице появилась кислая улыбка.

— Проходите, Ангелина Семеновна, вы же обещались завтра к нам приехать, — сказала Любовь. — А Андрюши еще дома нет.

— А мы его вместе подождем, поболтаем по-женски, секретами поделимся, — ехидно сказала дамочка.

Инка хотела тоже зайти в квартиру, но Любка ее резко остановила.

— Иди отсюда, — зашипела она. — Потом придешь, не сейчас. Блин, ничего не успела сделать.

— А деньги? — тихо спросила Инна.

— Потом как-нибудь отдам, — сказала она и захлопнула перед ее носом дверь.

Инна ошалело смотрела перед собой.

— Но-но, мы же договорились, — с обидой сказала она.

— Это соседка была, опять, наверно, что-то нужно, — услышала она, как Люба лебезит перед свекровью. — Вот затеяла уборку, не успела перед вами всё убрать.

— Вот сука, — зло сказала Инна и пнула смятую пачку из-под сигарет, которую, скорее всего, бросила хозяйка квартиры.

Из пачки показался красненький уголок какой-то бумажки. Инка подобрала смятую упаковку и вытащила оттуда пятьсот рублей.

— Ого, ну хоть на этом спасибо, — обрадовалась она. — Хоть не зря мусор таскала.

Видно, Любка там имела заначку, да забыла про нее.

Инна повеселела и отправилась домой. Эти деньги она решила целиком и полностью отдать Татьяне. Все же в прошлый раз магазин для нее был большим искушением.

— Лучше пока не рисковать, — решила она.

Все же периодически в голове проплывали мысли про алкоголь, но как-то сразу резко начинало колоть в боку и заходилось сердце так, что было больно дышать.

Около подъезда она столкнулась с братом, тот, видно, торопился и случайно толкнул ее в бок.

— Ой, простите, — извинился он и взглянул на Инну.

— Это ты? — парень посмотрел на нее с удивлением.

— Я, — смутилась она.

— Я уже думал, что больше никогда тебя не увижу. Ты в прошлый раз так плохо выглядела, когда мы с отцом тащили тебя на носилках.

— Спасибо вам большое, — улыбнулась она. — Меня вчера выписали из больницы.

— Это хорошо. Инка, знаешь что?

— Что?

— Ты не пей больше, пожалуйста. Отец в прошлый раз так за тебя расстроился, а мама корвалол пила. Мы же думали, что ты насовсем пропала, сгинула, как мама говорит, — быстро-быстро заговорил паренек.

У Инки вдруг подкатил ком к горлу, и слезы сами хлынули из глаз.

— Ну ты чего, не плачь, — кинулся утешать ее младший брат.

— Юрочка, я постараюсь, я больше так не буду, — зашептала она, вытирая соленые капли с лица.

— Инка, не надо, не плачь, все будет хорошо. Прости, мне бежать нужно на секцию. Ты сейчас у тети Тани живешь? — спросил он.

— Да.

— Это хорошо, только не пропадай и не пей.

Юра побежал по лестнице наверх, а Инна осталась внизу и старалась быстрей прийти в себя. Ей не хотелось показываться соседке зареванной. Она вытерла оставшиеся слезы, несколько раз вдохнула и выдохнула и медленно стала подниматься по лестнице. Позвонила в нужную дверь. Немного постояла, через пару минут Татьяна ей открыла дверь.

— Ты чего ревела? — сразу спросила она.

— Нет, просто пыль на улице поднялась и песок в глаза попал.

— Ясно, проходи. Ты же говорила, что там уборки непочатый край, а так быстро вернулась.

— К ней гостья пришла, и она меня домой не пустила, — вздохнула Инна.

— А деньги? Хотя бы за вынос мусора?

— Не дала.

- Вот засранка, в прямом и переносном смысле, — возмутилась Татьяна.

— Зато я около ее двери нашла пятьсот рублей, — похвасталась Инна.

— Ну вот, есть же Бог на свете, он все видит.

Инна вытащила заработанную тысячу из кармана и положила ее на стол.

— Пятьсот рублей за окна и пятьсот рублей за мусор, — сказала она. — Это на продукты.

— Пятьсот рублей возьму, а остальные себе оставь. Сейчас пойдем с тобой в магазин, купишь там себе что-нибудь, — ответила тетя Таня.

— А что?

— Ну, мороженое там или йогурт, или трусы, или какой-нибудь гель для души, вернее для душа, — улыбнулась Татьяна.

— Да, трусы надо бы свои иметь, — рассмеялась Инка.

— Тогда пошли тратить твой заработок. Там как раз открыли магазинчик со всяким дешевым барахлом, может чего выберешь себе.

— Одежда у меня есть, и она хорошая, а вот от нижнего белья я бы не отказалась. Хожу без бюстгальтера в майке, как в детстве, позорище. Хорошо, что хоть грудь маленькая, — вздохнула Инна.

— Ну вот. А она еще меня спрашивает, что ей купить, — улыбнулась Татьяна.

Вдвоем они отправились в магазин под названием какая-то там распродажа. Инна нашла себе несколько бюстгальтеров подходящего размера. Стоили они в два с половиной раза дешевле, чем остальные бюстики.

— А чего так дешево? — спросила она у продавщицы.

— Это еще с прошлогоднего завоза остались, неходовой товар, никто не берет, вот и уценили.

— Ну и хорошо, что никто не берет, — улыбнулась Инна. — Всего сто пятьдесят рублей, и чего бы не взять.

Она потратила пятьсот рублей на нижнее белье. Вышла из магазина довольная, как в детстве, когда ей купили красивую куклу.

— Я сама заработала, не украла, не отдали, не в помойке нашла, а сама, — радовалась Инка.

— Ну вот какая ты молодец, — похвалила ее Татьяна.

Тетя Таня купила себе только ремень на джинсы. Затем они зашли в магазин и купили продукты. Инка даже не глянула на стеллаж с алкоголем, сделала вид, что его не существует. Сейчас ее больше всего волновали обновки, хотелось скорей попасть домой и нормально все примерить.

Они вышли из магазина, обсуждая меню на ужин.

— Все же хорошо, что Любка тебя прогнала. После больницы нужно соблюдать диету, — сказала Татьяна.

Вдруг женщина сунула Инке сумку с продуктами, гордо подняла голову и проплыла мимо какого-то немолодого мужчины.

— Танечка, здравствуй, — обратился он к ней. — Как дела? Как погода? Как здоровьице?

— Здравствуй, Сеня, всё замечательно, погода такая же, как и у тебя.

Она свысока посмотрела на него и подхватила Инну под руку.

— Идем, дорогая, у нас с тобой еще столько дел.

— Это ваш ухажер? — тихо спросила Инка.

— Не твоего ума дело, — фыркнула Татьяна. — Пошли быстрей домой, а то опять прицепится.

Для Инны так и осталось загадкой, кто же это мог быть.

Глава 12 Какие все же люди бывают

На следующий день Инка отправилась торговать овощами и фруктами. В восемь утра уже был открыт киоск, и Вахтанг выставлял товар на улицу.

— Утро доброе, моя красавица, — обрадовался он. — А я уже думал, что ты и не придешь ко мне.

— Вы говорили же, что с девяти киоск работает, — удивилась Инна.

— Так я встал пораньше, да поехал. Не спалось мне. Заехал на базу, купил немного фруктов и овощей. А ты чего так рано пришла?

— Я в окно вас увидала.

— Ну вот и хорошо, давай, золотце, бери тетрадку, всё записывай и запоминай. Вот эти помидоры «Ташкент», большой, красивый, а пахнет как, понюхай. Он вкусный, как персик. Стоит 200 рублей килограмм, не перепутай. Этот помидор местный, пахнет травой, кислый, но есть можно. Этот помидор мелкий, не местный, привозной, как пластик, на всякие пиццы-шмиццы пойдет, он по пятьдесят рублей.

Вахтанг рассказывал ей про каждый фрукт и овощ, а Инна всё записывала, что сколько стоит. К ним подходили покупатели, и мужчина расхваливал свой товар. Он ловко всё взвешивал и продавал.

— Смотри, если тебе говорят, надо полкило, то клади на 200–300 грамм больше. Обычно редко кто требует перевешивать, берут так. Если сама товар набираешь, то бери всё подряд, не разглядывай особо. Гнилье, конечно, не суй, а то и побить могут, но можно положить вот такую помидорку. Она мягкая, и тут небольшая точка, никто не заметит. Если мало берут, то клади только хорошее, а много, можно чего и похуже запихнуть. Товар я обычно привожу рано утром, чтобы было чем торговать. За деньгами либо приеду я, либо моя жена. Никаким моим родственникам деньги не отдавай, только мне на руки. Телефон мой запиши, если будут вопросы — звони. Ясно?

— Да, — кивнула Инна.

— Видишь порченное — откладывай в сторону, вечером всё перевесим и уберем из записей. Следи, чтобы никто не воровал. Не торгуйся, цены у тебя фиксированные, снизишь, заплатишь сама.

Инка тяжело вздохнула.

— А туалет у вас где? — спросила она.

— Вон в киоске ведро стоит, — улыбнулся он.

— Замечательно. Киоск не закрывается?

— Нет, — помотал он головой.

— Очуметь.

— Ты же рядом тут живешь, попросишь кого-нибудь посмотреть, да домой сбегаешь.

— Да уж.

Мужчина помог разложить и расставить товар.

— Всё запомнила? — спросил Вахтанг.

— Да, — кивнула Инка.

— Ну всё, давай, торгуй, красавица, принеси дяде Вахтангу много-много денег, — он погладил ее по руке.

— Я постараюсь, — она кисло улыбнулась.

Идея работать на овощах уже не казалась ей такой радужной. Мужчина уехал, и она осталась торговать. Каждый ящик был подписан, и ей не пришлось вспоминать, какой помидор сколько стоит. Утром особо народа не было. Так люди тянулись, покупая картошку да лук с морковью. К обеду покупателей стало больше. Инке всё казалось, что у нее воруют. Она нервничала, подходила к людям практически вплотную и внимательно следила, кто что себе накладывает.

Одна женщина не выдержала такого давления, бросила пакет с фруктами, обозвала Инну психической и ушла.

— Сама такая, не поймешь, чего у нее в голове, — проворчала Инка и стала раскладывать всё назад.

Во втором часу пришла Татьяна.

— Иди, пообедай, а я за тебя посижу, — сказала она.

— Ой, спасибочки, тетя Танечка, а то у меня уже мочевой на желудок давит, не знаю, как бы тут в туалет сходить.

Татьяна вручила ей ключи и уселась на маленький стульчик.

— Там на плите супчик стоит, еще горяченький, — сказала она.

Инна сорвалась со своего места и практически бегом устремилась в подъезд. Открыла квартиру, сначала помыла руки с мылом, а затем посетила туалет. Налила суп и быстро принялась его хлебать. Ей не хотелось, чтобы на такой жаре долго сидела Татьяна.

— Я-то молодая, я-то вынесу, а вот ей тяжело будет. Да не дай боже грохнется там еще от перегрева.

Она быстро проглотила суп, влила в себя еще стакан компота и понеслась обратно. Татьяна взвешивала огурцы на весах какой-то полной женщине и рассказывала ей рецепт изумительного салата.

— Ты чего так быстро? — удивилась соседка. — Я еще не успела устать и пообщаться с людьми.

— Боялась, что вам плохо от жары станет.

— Это тебе уже плохо от жары стало, смотри, всё лицо красное. Надо было кепку надевать, а не вот эту косынку. Козырек хоть немного от солнца защищает.

— Да-да, такая жара, мигом обгореть можно, — согласилась полная тетушка. — Я вообще не представляю, как продавцы сейчас на улице сидят.

— У нас Инна очень хорошо убирается. Вам ничего помыть не нужно? — спросила Татьяна покупательницу.

— Да я сама как-то обхожусь.

— А окна?

— Ой, окна — это моя боль, с моим весом страшно на подоконники залазить. А сколько стоит?

— Семьсот рублей, — сказала Таня.

— Ох, дорого, — вздохнула тетушка.

— А клининг полторы берет за окно.

— Да вы что, ужас. Давайте я ваш телефон запишу на всякий случай, может, надумаю хотя бы одно окно помыть.

Татьяна быстро продиктовала номер телефона Инны. Тетушка поблагодарила, забрала свои огурцы и ушла.

— Тетя Таня, ну зачем вы это? — спросила Инка.

— Потому что лучше мыть окна, чем стоять на таком пекле. Ты за пару часов такие же деньги заработаешь, как за целый день, торгуя.

Она еще немного посидела рядом с Инной и поковыляла к себе домой.

К вечеру Инка валилась с ног. Лицо у нее обгорело, хотелось пить и писать. Народ попадался разный и всякий, кто-то с удовольствием болтал, а кто-то мог и нахамить. За деньгами никто не приезжал. Инна смотрела на ящики и на открытую дверь в киоск. Надо было всё убрать и закрыть, но замок с ключами ей никто не оставил.

Она продолжала торговать. Ей позвонила Татьяна и поинтересовалась, когда она будет сворачивать торговлю. Инна пожаловалась на то, что никто не пришел за деньгами, да и ключа у нее нет от киоска.

— Так позвони ему!

— Точно. Я совсем забыла, что у меня есть его телефон.

Инна стала набирать номер. К ней подъехала иномарка, и из нее вышла эффектная армянка.

— Я жена Вахтанга, а ты новая продавец? — женщина брезгливо оглядела Инку. — Выручку давай.

Она протянула руку. Инна вытащила из кармана фартука смятые купюры, стала их складывать в пачку и считать.

— Где он тебя только нашел, — поморщилась хозяйка, — давай сюда.