Елена Винчи Развод. Довыбирался Нарцисс

Внутри меня всё онемело. Свекровь, удовлетворённая моей растерянностью, развернулась и чеканным шагом покинула спальню. Душу сковало липкое чувство западни. Спорить было бессмысленно; я и раньше помогала нашей горничной наводить порядок, но знала нрав Марии Сергеевны – эта работа грозила превратиться в изнурительную каторгу.

Когда мы ссорились с Игорем, он всегда уходил ночевать в гостевую комнату. Привыкнув к этому ритуалу, я решила не ждать второго явления свекрови и бросилась туда. Рванув ручку двери, я с удивлением обнаружила, что та заперта. Это было странно: он никогда не закрывался на ключ, особенно если был пьян. Мама такого не позволяла.

Услышав мою возню, свекровь быстрым, тяжёлым шагом поднялась по лестнице. – Что ты к нему ломишься? У тебя кажется появилась работа. Или ты что-то не поняла? – её тон не терпел возражений.

Я вопросительно посмотрела на неё.

– Зачем он запер дверь? Он же был пьян. Неужели вам всё равно? – Всё самое худшее, что может с ним произойти, происходит исключительно из-за тебя, дорогуша, – отрезала она. – Не лезь к нему, пускай мальчик отдыхает.

Она грубо отдёрнула мою ладонь от дверной ручки.

– Иди! Кухня тебя ждёт!

Мария Сергеевна осталась стоять наверху лестницы, ожидая моего подчинения.

– Сейчас только детей проверю, – огрызнулась я.

– Нечего их проверять. Я только от них, они мирно спят. Поспешай! Мы ждём блинчики, – властно приказала она.

Странное поведение свекрови, только усиливало моё любопытство. Они явно, что то скрывают.

Теперь я уже ничему не удивлюсь. Она явно прикрывает своего сыночка. Слепая любовь вызывала лишь глухое раздражение. Неужели он даже не ночевал дома? Эта мысль обожгла меня раскалённым железом, требуя немедленного подтверждения. Но как проникнуть в тайну, если дверь заперта на замок, а по пятам тенью ходит эта «стражница»?

Внезапно озарение пронзило сознание холодной искрой. Свёкор! На днях он возился с крышей, да так и оставил дело незавершённым. Значит, старая деревянная стремянка должна стоять там, под самыми окнами. От одной мысли о предстоящем расследовании меня бросило в жар, а сердце сорвалось в бешеный галоп, предчувствуя очередную горькую правду.

Неожиданно тишину кухни нарушили тяжёлые шаги. В дверях возникла свекровь. – Долго ты ещё будешь копаться? Я уж думала, тесто на сковороду льёшь, а тут даже мукой не пахнет, – недовольно проворчала она.

– Я решила начать с каши для Игоря и малышей, – сбивчиво пролепетала я, тщетно пытаясь скрыть дрожь в голосе. – Пойду в сад за малиной.

– Давай-давай! Шевелись живее, а то ползёшь как черепаха, – буркнула она и отвернулась к кофеварке.

Я поспешно выпорхнула из душного помещения. Фортуна благоволила мне: стремянка действительно стояла в тени гостевой комнаты. Переведя дух и набрав полную грудь воздуха, я осторожно, дюйм за дюймом, придвинула её к стене. Дерево предательски скрипнуло, отозвавшись эхом в гулкой тишине, но окна были наглухо закрыты, скрывая мои действия. Добравшись до самого верха, я замерла и аккуратно заглянула внутрь сквозь белоснежные занавеси.

Плотная ткань мешала обзору, но мерное гудение кондиционера время от времени колыхало невесомый тюль, открывая взгляду запретную картину. Сердце бешено стучало, разгоняя кровь по венам огнём. И вдруг, вопреки всему, увиденное вызвало во мне странный приступ смеха, тихого и нервного. После той постыдной ночи с Иркой в сыром подвале я была уверена, что потеряла самое дорогое и родное, что было в моей жизни. Меня терзали обида, чувство брошенности и несправедливости. Я корила себя, думая, что где-то недолюбила, целовала недостаточно страстно, уделяла мало внимания... Но теперь пелена спала. Дело оказалось вовсе не во мне. Тот человек который лежал в постели с моим дорогим мужем, просто понятия не имеет, что это за семья и кем является Игорь.