Расплата за любовь

Дина Варламова
Расплата за любовь

Достала косметичку и попыталась немного подправить макияж. Оставшись, впервые за последнее время, довольная своим внешним видом, я отправилась на встречу с Захаровым. Припарковав машину возле торгового центра, я немного прогулялась пешком до Фонтанной площади. День выдался солнечным. Мамочки с детьми и влюблённые парочки выбрались поближе к воде. Малыши с упоением набирали воду из фонтана в маленькие ведёрки и поливали близлежащий газон. Мамочки, собравшись вместе, обсуждали новинки косметики и делились секретами воспитания. Парочки же предпочитали лавочки в тени деревьев и кустарников, мило беседовали и целовались. Я устроилась на свободной скамейке и постаралась не обращать внимания ни на тех, ни на других. Захаров появился вовремя. Я ещё издалека заметила мужчину лет сорока в светлом костюме с портфелем в руке. Он стоял и осматривался, пытаясь найти меня. Я помахала ему, и он направился в мою сторону.

– Валерия Сергеевна? – спросил он, подойдя ко мне.

Я кивнула.

– Надо же, – удивился он. – Никогда бы не принял вас за следователя.

– Предъявить удостоверение? – съязвила я. Что-то в последнее время меня перестали воспринимать как сотрудника правоохранительных органов. Может перестать носить на работу джинсы и облачиться в форму. Я попыталась вспомнить день, когда в последний раз надевала её.

– Извините, что назначил вам встречу на улице. Просто весь день сидишь в душном офисе, хочется просто подышать воздухом, – отвлёк меня от воспоминаний Аркадий Леонидович.

– Я вас понимаю, – согласилась я.

– Так о чём вы хотели со мной поговорить?

– Я по поводу вашего заявления о пропаже пистолета, – начала я.

– Чёрт! Совсем забыл о нём. Зря вас беспокоил.

– Почему? – не поняла я.

– Так ведь пистолет нашёлся, а заявление забрать не смог, аврал на работе – важный проект сдавали.

– А где он был? – поинтересовалась я.

– Очень смешная история вышла. Я как-то брал деньги из сейфа и забыл закрыть его. А сын залез и взял пистолет поиграть. Тут к нам как раз тёща в гости приехала. Увидела у сына пистолет и поняла, что он не игрушечный. Короче, не знаю, как ей это удалось, но оружие она изъяла и спрятала в кухне в шкафу. Когда я понял, что пистолет исчез, тёща уже от нас уехала. Я написал заявление в милицию. А неделю назад Наташка вечером общалась с мамашей по телефону и сказала, что у нас оружие пропало. Тут тёща-то и вспомнила, что она его спрятала. Так что нашли мы пропажу.

– Нужно быть осторожнее, – заметила я. – Ребёнок мог выстрелить и неизвестно, чем бы это закончилось.

– Слава Богу, пистолет был не заряжен. Извините, пожалуйста, за беспокойство.

– Ну, что вы. Это же наша работа, – улыбнулась я.

– Может кофе? – предложил Захаров.

– Нет, спасибо, – ответила я.

Мы попрощались, и он ушёл. Я ещё несколько минут посидела, наслаждаясь солнышком. Потом достала мобильник и набрала следующий номер. Никто не ответил. По третьему мне сообщили, что нужного мне человека пока нет в городе, а тот, с кем я разговаривала, ничего не знал о пропаже пистолета. Потерпев очередную неудачу, я решила ехать домой.

На следующий день я часов до трёх просидела на работе. В очередной раз посмотрев на часы, я решила, что можно уйти. Сегодня у меня было ещё одно важное дело. Я тихо вышла из кабинета. Проходя мимо кабинета Лебедева, я остановилась и, подумав, вошла. Андрей как всегда сидел за столом и улыбнулся при моём появлении. Странно, но меня это уже почти перестало раздражать. Наверно привыкаю.

– Привет, – сказала я, села на стул напротив него и осмотрелась. Цветы на подоконнике начали потихоньку увядать. Я не выдержала, встала и потрогала землю в горшках. Она была сухой. Я полила цветы, послав Лебедеву взгляд, выразивший всё моё негодование по этому поводу, на что он виновато улыбнулся. Вообще-то какой-то умник расставил растения во всех кабинетах отдела, но так как работали тут одни мужчины, которым до них не было никакого дела, то были они в весьма плачевном состоянии. Такое положение дел сохранялось до моего появления здесь. Хотя я тоже особыми цветоводческими талантами похвастаться не могла, зато у меня была лёгкая рука, и при минимальном уходе с моей стороны зацветал любой веник.

– Цветы надо хотя бы изредка поливать, – наставительно изрекла я.

– Слушаюсь, товарищ старший лейтенант, – отозвался Андрей и поинтересовался: – Чем обязан столь неожиданному визиту?

– Ты помнишь, какой сегодня день? – задала я встречный вопрос.

– Нет, а что?

– Сегодня девять дней, как погиб Игорь. Я сейчас поеду на кладбище. Не хочешь составить компанию?

– С удовольствием, – сказал Лебедев и стал собираться.

По дороге я остановилась у цветочного ларька и купила две красные розы.

– Странный выбор, – удивился Андрей, когда я вернулась.

– Просто это наши с Игорем цветы, – ответила я.

– Почему?

– Он всегда дарил мне такие, – сказала я и смахнула набежавшие слёзы.

Лебедев замолчал и всю дорогу больше не задавал вопросов. Вскоре мы выехали из города. Машин было мало, поэтому до кладбища мы доехали достаточно быстро. Оставив машину у входа, я медленно шла между памятниками, пытаясь вспомнить, где находиться могила Игоря. Лебедев шёл в следующем ряду.

– Лера, сюда, – позвал он меня.

Я направилась к нему. Андрей стоял рядом с гранитным памятником, на котором я увидела портрет Игоря. Он был в форме и очень серьёзен. Я вспомнила, что эта же фотография была у него в удостоверении.

– Привет, любимый, – тихо сказала я, подойдя к ограде.

Лебедев отошёл в сторону, чтобы мне не мешать. Я положила цветы на памятник.

– Мне так одиноко без тебя, – прошептала я и провела рукой по лицу Игоря. Почувствовав под пальцами холодный камень, я расплакалась. Я села на землю и продолжала всхлипывать, прижавшись к ограде. Минут через пять ко мне подошёл Лебедев.

– Пойдём, – сказал он и попытался поднять меня с земли.

Я послушно встала. Он обнял меня за плечи и повёл к выходу.

– Давай ключи, – сказал Лебедев, когда мы вышли на стоянку.

Я выполнила его просьбу. Он усадил меня на пассажирское сидение, нашёл в моей сумке и бросил мне на колени пачку бумажных носовых платков. Я отвернулась к окну и всю обратную дорогу пыталась привести себя в порядок.

Я сидела в своём кабинете, страдая от безделья. Вдруг раздался звонок телефона. Я сняла трубку.

– Валерия Сергеевна, – раздался голос дежурного. – Не могли бы вы спуститься. Вас тут спрашивают.

– Одну минутку, – ответила я и отсоединилась.

Кому это я так срочно понадобилась? Я вышла на улицу и тут же заметила машину Никиты. Сам он, улыбаясь, шёл навстречу мне.

– Привет, – сказал он, пытаясь приобнять и поцеловать меня в щеку.

– Что-то давно тебя не было видно, – съязвила я, с легкостью увернувшись от поцелуя.

– Прости, ездил в столицу по делам, – виновато улыбнулся Никита.

– Как Москва? – поинтересовалась я.

– Стоит в пробках, – пошутил он. Я улыбнулась. – Извини, у меня у мобильника батарейка села, пришлось вызывать тебя через дежурного.

– Да ладно, – отмахнулась я. – Надеюсь, моей репутации это никак не повредит. Зачем приехал?

– Просто захотел увидеть. Очень соскучился. Может, сходим куда-нибудь вечером? – предложил он.

– Я подумаю. Извини, но мне нужно работать, – сказала я.

– Хорошо, я позвоню попозже, и договоримся о встрече.

– Ну, вот и отлично, – кивнула я и поспешила откланяться.

Мы попрощались, Никита сел в машину и уехал, а я вернулась на своё рабочее место. Неожиданно в дверь постучали, и вошёл Лебедев.

– С кем это ты так мило беседовала? – загадочно спросил он.

– Это что, допрос? – вопросом на вопрос ответила я.

– Нет, простое любопытство, – сказал он и уселся на стул напротив меня.

– А ты за мной следил? – съязвила я.

– Даже не думал, – улыбнулся он. – Просто мимо проходил. Так кто этот тип? – снова спросил он.

– Этот, как ты выразился, тип мой друг.

– Любовник? – уточнил Лебедев.

– Нет, просто друг. А что за интерес к моей личной жизни?

– И как зовут друга? – проигнорировал Андрей мой вопрос.

– Никита Воронов, – ответила я. – Доволен? Можешь идти.

Лебедев изменился в лице.

– Воронов? – переспросил он.

– Да, что-то не так?

– Поздравляю, Валерия Сергеевна, вы уже с бандитами дружите.

– Что ты имеешь в виду? – не поняла я.

– Знаешь, как зовут папочку твоего друга?

– Понятия не имею.

Куда он клонит? Меня уже начал выводить из себя этот допрос.

– Колосов Владимир Николаевич. Бизнесмен, а по совместительству, глава всего преступного сообщества города и области. Да под ним все бандиты ходят.

– Откуда такие сведения?

– Позволь тебе напомнить, что экспорт наркоты из Казахстана идет через нашу область в вашу и далее в центр, так что по службе приходилось сталкиваться, но Колосов сам ни в чём не участвует, поэтому и не посадили до сих пор. Я тебе поражаюсь. Столько лет работать в милиции и не знать главного бандита города.

– Я слышала о Колосове, но понятия не имела, что у него есть сын, – заметила я.

– А он недавно объявился. Колосов бросил мать Никиты, когда она была беременна. Сын вырос и решил найти отца. Наверно решил отомстить за честь матери, но, узнав, кем стал его отец, сменил гнев на милость. Колосов тоже обрадовался вновь обретённому сыну и взял его под своё крыло, переписав на него часть бизнеса.

– И что из этого? – спросила я.

Андрей резко встал и подошёл ко мне.

– Лера, будь осторожна! Никита очень опасный человек, – сказал он и ушёл.

Что это с ним? Какой-то он сегодня странный. Откуда такое беспокойство обо мне? Решив больше не думать о Лебедеве, я отправилась домой.

Я сидела на диване и пыталась читать. Мысли были где-то далеко, и я никак не могла уловить смысл прочитанного. Поняв бесполезность своего занятия, я отбросила книгу в сторону. Неожиданно раздался звонок в дверь. Кого там ещё принесло? Я пошла открывать. На пороге стоял Никита с неизменными белыми лилиями и бутылкой шампанского под мышкой. Судя по немного расфокусированному взгляду и еле уловимому запаху алкоголя, мой гость был не совсем трезв. Только этого мне не хватало.

 

– Привет, – улыбнулся Никита, протягивая мне букет. – Извини, что не позвонил, встретил старых друзей, немного посидели, – покаялся он. – А потом решил заехать к тебе, сделать сюрприз.

– Ладно, проходи, – смилостивилась я.

Никита водворился в квартиру.

– Кофе будешь? – предложила я.

– Может лучше шампанского? – предложил он.

– Пожалуй, воздержусь, – покачала я головой, – мне завтра на работу, да и тебе, по-моему, на сегодня хватит.

– Уговорила, тогда давай кофе, – ответил он, устраиваясь на диване.

Я пристроила цветы в вазу и занялась приготовлением кофе, прикидывая как бы побыстрее избавиться от Никиты.

– Как продвигается твое расследование? – неожиданно спросил он, когда я снова появилась в гостиной с двумя чашками ароматного напитка.

– Зашло в тупик, – честно призналась я.

Мы молча пили кофе в гостиной. Я наблюдала за Никитой. Странно, но когда этот человек появился в моей жизни, всё перевернулось с ног на голову. Некстати я вспомнила слова Лебедева.

– Лера, выходи за меня, – неожиданно сказал Никита.

– Что? – вынырнула я из своих мыслей.

– Выходи за меня замуж, – повторил Никита. – Я люблю тебя.

– Неудачная шутка, – заметила я.

– Я серьёзно, – возмутился он. – Я полюбил тебя с нашей первой встречи в супермаркете. Помнишь?

– Никита, мы едва знакомы, – попыталась я призвать его к порядку, – и мне кажется, я не давала повода думать, что наши отношения могут развиваться в подобном направлении. И вообще я не люблю тебя! Никогда не смогу полюбить!

– Ты по-прежнему любишь Игоря? – спросил он.

– Да, люблю, – отрезала я, – и всегда буду любить!

– Он же умер, его уже нет!

– Но он живёт в моём сердце!

– Лера, ты говоришь глупости! – вспыхнул он. – Ты здоровая, молодая женщина! Зачем хоронить себя заранее?

– Никита, по-моему, тебя это не касается! Я не хочу продолжать этот разговор и прошу тебя уйти!

Я встала с дивана с твёрдым намерением немедленно выставить его из квартиры. В глазах Никиты вспыхнул недобрый огонёк. В одно мгновение он подскочил ко мне, схватил за талию и резко притянул к себе. Я попыталась вырваться.

– Никита, пусти! Я буду кричать! – предупредила я.

– Кричи, сколько угодно! – зло усмехнулся он, приблизился к моему лицу и попытался поцеловать меня в губы.

Я попыталась увернуться, но особых успехов не достигла, Никита крепко держал меня. В какое-то мгновение я почувствовала его руки у себя под футболкой и по-настоящему испугалась. Ну, уж нет! Я резко подняла руку и со всей силы вонзила ногти в его щёку. Никита вскрикнул от боли и ослабил хватку. Я вырвалась из его объятий и выбежала в прихожую. Там я схватила свою сумку и нащупала в ней пистолет. Никита вышел за мной. Он был в ярости, по щеке медленно стекали струйки крови. Он попытался приблизиться ко мне. Я достала оружие из сумки и щелкнула предохранителем. Он резко остановился.

– Стой! А то я буду стрелять, – предупредила я. – Убирайся из моего дома и забудь сюда дорогу!

Он сделал вид, что внимательно меня слушает.

– Ну и дура же ты, Лера, – неожиданно рассмеялся он. – Ты ещё не знаешь, с кем связалась! Запомни, я сам решаю, с кем мне быть! И никто, слышишь никто, мне не помешает!

– Убирайся! – крикнула я.

– Ты ещё об этом пожалеешь! – бросил он и ушёл, громко хлопнув дверью.

Я надела наушники, прищурилась, пытаясь рассмотреть мишень вдали, и нажала на курок. Грянул выстрел, потом ещё несколько. Когда патроны кончились, я ещё раз посмотрела на мишень. Оставшись довольная результатом, я начала перезаряжать пистолет.

– В общем-то, неплохо, – услышала я за спиной голос Лебедева и вздрогнула от неожиданности.

– Неплохо? – удивилась я.

– Ну, ладно, хорошо, – смилостивился он.

– Ты что здесь делаешь? – спросила я.

– Тебя ищу, – ответил он. – Ребята сказали, что ты в тире.

– И зачем это я тебе так срочно понадобилась? – проявила я интерес.

– Надо поговорить.

– А если я не настроена на разговор?

– Тогда придётся вызвать тебя повесткой.

– Ты всё-таки решил устроить мне допрос, – догадалась я.

– Можешь считать, что так, – кивнул Лебедев.

– Будем разговаривать здесь? – поинтересовалась я.

– Если ты не против, то лучше в моём кабинете, – бросил он и направился к выходу.

Я последовала за ним. Что он опять задумал? Что-то это мне совсем не нравиться. Хотя, если размышлять как следователь, кто знал всё об Игоре, как не я. Лебедев молча открыл дверь и пропустил меня вперёд. Я расположилась на стуле и стала ждать, что будет дальше. Лебедев тянул время, видимо не зная, с чего начать.

– Я предупреждена об ответственности за дачу ложных показаний, – помогла я ему.

– Не язви, – заметил он.

– Я ещё не начинала, – сделала я невинные глазки.

– Валерия Сергеевна, когда вы познакомились с Вороновым Никитой Владимировичем? – неожиданно спросил Лебедев.

– По-моему тебя это не касается, – заметила я.

– Мне наплевать, с кем ты спишь! – начал закипать он. – Я хочу найти убийцу своего друга, так что потрудись ответить на мой вопрос!

– У нас с Никитой ничего не было, – напомнила я.

– Ты будешь отвечать или нет?

– Около месяца назад.

– Где ты была в день убийства? – спросил Лебедев.

– Дома, потом отправилась по магазинам. Я разбила чашку Игоря и поехала купить новую, к тому же на следующий день мы должны были уезжать на море, поэтому не мешало бы купить что-нибудь съестное в дорогу.

– Во сколько ты была в магазине? – задал он следующий вопрос.

– Не помню, я встала в десять, пока приняла душ, завтракала, собиралась. Может где-то в половине двенадцатого.

– Ты была одна?

– Да, ты думаешь, что это я его убила? – наконец поняла я, к чему он клонит.

– Не исключено, – заметил он. – Или твой дружок по твоей просьбе мог найти человека. Хотя, учитывая, что я сегодня видел в тире, из тебя самой неплохой киллер выйдет. Ну, а с оружием Воронов вполне мог помочь. Ты здесь работаешь, так что в курсе всех дел. Делай выводы сама.

Я округлила глаза, а потом расхохоталась.

– Браво, товарищ майор! Отличная версия! Я застрелила человека, которого любила и за которого собиралась замуж, а потом отправилась покупать себе свадебное платье!

– Причём здесь платье? – неожиданно спросил Андрей.

– Притом, что когда ты мне позвонил, чтобы сообщить известие о смерти Игоря, я стояла в свадебном салоне и примеряла платье своей мечты, – ответила я. – На следующий день меня начала мучить совесть, и я решила наглотаться таблеток! Жаль, не вовремя ты появился в моей квартире, пришлось немного в героя поиграть! А то бы нашли через пару дней мой остывший труп, и всё бы прекрасненько сложилось! Вот он труп, а вот убийца, правда, тоже труп. Ну, нашла себе девка хахаля побогаче и решила старого грохнуть, чтобы не мешал её счастью! А потом одумалась, да уже поздно было. Вот она с горя и траванулась… Отлично! Ни к чему не прикопаешься!

Ужасно хотелось разреветься, но он не должен видеть меня в таком состоянии. Я попыталась взять себя в руки.

– Прости, я, кажется, перегнул палку, – сказал Лебедев, встал и отошёл к окну.

Я достала сигареты и закурила. Мы молчали минут пять.

– Я познакомилась с Вороновым за три дня до гибели Игоря, – прервала я молчание. – А вечером в день убийства он появился на пороге моей квартиры с огромным букетом в руках.

– Немного странное совпадение, – заметил он.

– Не знаю, – пожала я плечами. – Но, мне кажется, что Никита не имеет отношения к этой истории, кстати, я его выгнала.

– За что? – поинтересовался Андрей.

– Начал распускать руки, пришлось успокаивать его при помощи оружия. Хорошо, что до стрельбы дело не дошло.

– Я тебя предупреждал, чтобы ты была с ним осторожна. А он что?

– Сказал, что я об этом пожалею.

– Может тебе лучше уехать на пару недель, – предложил Лебедев.

– Что-то я не понимаю логики. Сначала ты подозреваешь меня в убийстве, а теперь предлагаешь исчезнуть из города?

– Забудь, – сказал Андрей. – Но учти, люди как Воронов такое не прощают.

Разговор спокойствия в моей душе точно не прибавил. Лебедев подозревает меня? Вот уж глупость! Господи, что же произошло тогда в том проклятом доме? Я должна выяснить, чтобы мне это не стоило. С этой мыслью я отправилась к операм. Кто-то из них был там тогда. Плевать на конспирацию! Пока Лебедев придаётся больным фантазиям, убийца Игоря разгуливает на свободе. Или, скорее всего, уже давно смылся из города.

Я остановилась у заветной двери, постучала, услышала резкое «да» и вошла. В комнате за компьютером одиноко восседал Колька и с выражением крайней задумчивости что-то печатал.

– Привет, Валер, – сказал он, оторвавшись от монитора.

Я невольно усмехнулась. Парни в лицо предпочитали называть меня на мужской манер Валерой. Честно говоря, меня это вполне устраивало, потому что мне, двадцатидвухлетней девчонке, каковой я являлась, когда впервые появилась здесь, было дико слышать, когда взрослые дяди называют меня Валерией Сергеевной. Конечно же, у меня, как и у всех в отделе, было прозвище, но оно мне категорически не нравилось, поэтому никто не рисковал назвать меня так в лицо, а за глаза, пожалуйста.

– А где все? – проявила я интерес.

– В отпусках, Санька с Генкой на выезде, остальные по домам, время-то уже позднее, – объяснил он.

Я понимающе кивнула и спросила:

– А ты что сидишь?

– Так дежурю я сегодня, да вот ещё отчёт Жукову надо написать, а то ведь не отстанет, – пожаловался Колька.

– На какую тему отчёт? – полюбопытствовала я.

– По профилактике правонарушений, – буркнул он и задумчиво поскрёб бритый затылок. – Ну, прикинь, какая на фиг профилактика в нашем деле? Что нам потенциальных киллеров отлавливать? Нашли, блин, Толстого! Вон, пусть старший опер и пишет!

– А кто у вас теперь старший? – заинтересовалась я, потому что до недавнего времени эту должность занимал Игорь.

– А ты не слышала? – удивился Колька. – Лебедева три дня назад назначили.

Я присвистнула и с двойным интересом уставилась на него.

– Вот и мы про это, – продолжил он. – Мужики в ауте. Он тут, блин, без году неделю…

Колька разразился пламенной речью, в основном состоящей из нецензурных слов.

– Извини, – сказал он, закончив.

– Да, ладно, привыкла, – отмахнулась я. – Что, не нравится Лебедев ребятам?

– А то! Говорю тебе, странный он какой-то. Всё ходит, всё что-то высматривает. Откуда такой умный взялся на нашу голову?

– Из соседней области прибился.

– И чего ему там не сиделось? – вопросил Колька.

– А вот этого я не знаю, – отозвалась я. – Самой интересно. И что же дальше?

– Кто его знает? С Жуковым у них там какие-то заморочки, вот и назначили. Он считай, кроме Игоря твоего, ни с кем не общался. Они раньше знакомы были?

– Учились вместе, – кивнула я.

– Понятно.

– Коль, – заискивающе начала я. – Может, ребята рассказывали… Что там тогда было?

– Когда? – не понял он.

– Ну, когда Игорь погиб, – пояснила я.

– Тебе это зачем? – насторожился Колька. – Своё расследование затеяла? – Я нехотя кивнула. – Ну и правильно, – неожиданно поддержал меня он. – Так с Лебедевым и поговорила бы. Он это дело себе отхватил и никого к нему не подпускает.

– Он со мной такими мыслями не делится, – пожаловалась я.

– Ну, ладно. Всё с утра было как обычно, потом хмырь какой-то позвонил. Так, мол, и так… люди, которых вы разыскиваете, находятся по такому-то адресу. Ну, информация есть, надо её проверить, вот мы и поехали.

– Вы, это кто? – уточнила я.

– Я, Игорь, Лебедев, ещё кто-то, кажется не из наших. Приехали, сначала всё вроде бы нормально, а потом эти придурки пальбу начали, ну, пришлось отвечать. Завязалась перестрелка, потом ОМОН подоспел… На штурм пошли, дверь выломали… Такой дурдом начался! Один из парней, что там прятались, у нас на глазах застрелился, второго наши случайно зацепили, через три дня в реанимации скончался… Пока с ними возились и не заметили, что Игоря-то нет! Я на площадку вылетаю, а там Лебедев злющий с мобильником носится и матерится на чём свет стоит. Смотрю, Игорь бледный на лестнице сидит, к стене привалился, а рядом кровищи. Он ещё в сознании был, о тебе вспоминал… А потом как-то странно завалился и затих. Я сразу и не понял, что он того… Тут «Скорая» приехала, её, оказывается Лебедев вызвал, да уже поздно было…

 

Колька замолчал. Я сидела, бессмысленно уставившись в одну точку. Я так ярко смогла представить всё, что там происходило, что невольно зажмурилась и тряхнула головой, стараясь отогнать невесёлые мысли.

– Валер, водки хочешь? – предложил он.

– Я за рулём, – отозвалась я.

– Знаешь, что мне странным показалось? Пальба какая-то беспонтовая была…

– Что ты хочешь этим сказать? – насторожилась я.

– На какой-то… спектакль похоже, – нашёл нужное слово Николай. – И ещё, Игорь-то пулю в спину получил.

– Хочешь сказать его кто-то из наших? – не поверила я.

– Кто его знает? – пожал он плечами. – Что он дурак спину под пули подставлять?

Как я поняла, вопрос был риторический. Колька замолчал, рассматривая стену.

– Ты скажи мне, друг любезный, – снова ожила я. – Вы, почему без бронежилетов были?

– Да кто ж знал, что такая заварушка будет, – буркнул он. – Думали быстренько возьмём их и всё, а тут, блин, три трупа… А из-за чего? Три ствола и граната. А битва такая была, как будто военный склад брали.

– Парней, что там обретались, как звали? – спросила я.

– Панкратов Денис Иванович и Кирюхин Егор Васильевич, – ответил Колька.

– Чем мальчики знамениты, что их вся милиция разыскивала?

– Мы вообще-то Панкратова искали, проходит он по одному делу соучастником, разбойное нападение, – пояснил Колька, заметив вопрос в моих глазах, – а Кирюхин только освободился, шесть лат отсидел.

– За что?

– Да сколотили с пацанами группу и нападали на трассе на машины. Их тогда быстро взяли.

– А с Панкратовым их что связывало?

– То ли в школе вместе учились, то ли в одном дворе выросли, что-то в этом роде. Квартирка, кстати, на которой их взяли, Кирюхину принадлежала. Он пока на зоне срок мотал, бабка у него померла и завещала любимому внучку квартирку.

– Понятно, – кивнула я. – А о Панкратове, что можешь сказать?

– Что о нём скажешь? Двадцать восемь лет, по малолетке за грабёж сидел, потом вроде бы остепенился, техникум окончил, в армии служил, в последнее время работал водителем в фирме «Салют».

– Что за лавочка?

– Так по мелочи, пара кабаков по городу, клуб. По ходу, конечно же, наркота, проституция, ну, сама понимаешь. – Я кивнула. – Догадки есть, а доказательств никаких, вот и не прикрыли пока.

– Ясненько, а хозяин кто там?

– Вообще это дочернее предприятие Колосова, у него таких десятка два, а заправляет там сыночек его. Такая, я тебе скажу, мразь. Папа по сравнению с ним ангел.

– Никита Воронов? – уточнила я. Кто знает, может у Колосова ещё пара-тройка незаконнорожденных сыночков найдётся?

– Он самый, – кивнул Колька. – Откуда знаешь? Он недавно объявился.

– Не поверишь, лично знакома, – усмехнулась я.

– Ни фига себе, – присвистнул Колька.

– Вот так, – развела я руками.

– Ты это поосторожней с ним, – предупредил он. – Мало ли что этому придурку в башку взбредёт.

– Что ж вы меня так все воспитывать любите, – посетовала я. – Можно подумать, у меня своей головы нет.

– Тебя воспитывать, себе дороже, – усмехнулся Колька. – А кто ещё рискнул?

– Лебедев твой обожаемый, – отозвалась я.

– В друзья набивается? – поинтересовался он.

– Чёрт его знает, – пожала я плечами. – Разговорчик у нас только что был весьма прелюбопытный.

– Что приставать пытался? – нахмурился Колька.

– Лучше бы приставал. С этим я хоть знаю, как бороться.

– Ну не томи.

– Он меня в убийстве Игоря подозревает, – выдохнула я. – И, знаешь, так складно всё получается, что можно сразу признательные показания писать.

Колькина физиономия приобрела бордовый оттенок.

– Вот сука! – рявкнул он так, что я от неожиданности подпрыгнула. – Да как у него язык повернулся тебе в лицо такое сказать!

– Как видишь, сказал, – развела я руками.

– Да я ему морду набью! – рассвирепел Колька. – Да он у меня кровью умоется!

Колька разошёлся не на шутку. Я встала, подошла к нему и положила руки ему на плечи.

– Спокойно, друг мой, спокойно, – тихо сказала я.

Вообще-то Колька вполне безобидный, несмотря на откровенно бандитскую внешность. Но если вывести его из себя, что достаточно сложно при его ангельском характере и безграничном терпении, он становился совершенно неуправляемым и может запросто претворить свои угрозы в жизнь. Так что за здоровье Андрея Александровича я волновалась не без основания.

Я немного помассировала ему плечи, и Колька начал постепенно остывать, но глаза его продолжали метать гром и молнии.

– Вот гад, – продолжал возмущаться он. – Да я не удивлюсь, если он сам Игорька и грохнул, а на тебя свалить хочет!

– Интересная мысль, – пробормотала я.

– Что? – переспросил Колька.

– Да так, мысли вслух, – отмахнулась я. – Значит так, друг мой, я сама разберусь с Лебедевым и его больными фантазиями. Тебя прошу только об одном, чтобы ни одна живая душа не узнала о нашем разговоре. А с меня отчёт для Жукова, только завтра, договорились?

– Не вопрос, – отозвался он.

– Ну, ладно, я пойду.

– Ты, если что, заходи, – отозвался Колька и уткнулся в компьютер.

Я встала, помахала ему ручкой и вышла из кабинета. Зашла к себе, взяла сумку и наконец-то покинула здание.

– Интересная картинка вырисовывается, очень интересная, – пробормотала я, выезжая со стоянки.

Проигнорировав поворот к родному дому, я, взглянув на часы, поехала на улицу Мира. Одна мысль не давала мне покоя, и я решила её проверить. На этот раз я не оставила машину у магазина, а заехала во двор. Заглушила мотор, вышла и, закурив, немного осмотрелась. Всё-таки здесь очень живописный район: обилие зелени, нет крупных промышленных предприятий, лесопарк рядом, да и центр города недалеко. Всё это вполне могло компенсировать не очень большую площадь местных квартир. К вечеру жара спала, мамочки с колясками высыпали во двор. Детки копошились в песочнице, мальчишки постарше гоняли на велосипедах или играли в футбол. Я затушила сигарету и направилась к группе старушек, удобно разместившихся на скамейке в тени кустов акации. Ещё издалека среди них я заметила Розу Константиновну. Она тоже меня узнала.

– Здравствуй, Лерочка, – улыбнулась она.

– Добрый вечер, – улыбнулась я в ответ.

Старушки с интересом поглядывали на нас. Я предъявила удостоверение, и интерес усилился троекратно.

– Что, всё ищите? – поинтересовалась Роза Константиновна.

– Ищем, – кивнула я. – Можете ответить на пару вопросов?

Старушки дружно закивали.

– Кто раньше жил в той квартире? – начала я, привалившись к дереву и скрестив руки на груди.

– Анастасия Антоновна, в прошлом году умерла.

– Она одна жила?

– Да, дочка у неё, Наташенька, за москвича замуж вышла и уехала. Навещала иногда, внука стала ей на каникулы привозить. Егорушка, красивый такой мальчик. Потом она с мужем развелась, снова сюда вернулась. Опять замуж вышла. Живёт с мужем где-то то ли на Лядова, то ли на Ладожской, где-то в том районе.

Я усмехнулась. Да, район немаленький, если учесть, что эти две улицы находятся в разных его концах.

– Когда вы Наталью последний раз видели? –задала я следующий вопрос.

– Так на похоронах и видели. Ещё про Егорку её спрашивали. Она говорит, на север уехал, на заработки значит.

Я снова усмехнулась. Уж не знаю, какие на зоне заработки. Но мои собеседницы, не обращая внимания на мои усмешки, неслись дальше:

– А около месяца назад смотрим, парень какой-то в квартире поселился. Егорка вернулся, конечно, повзрослел, но узнать всё равно можно.

Рейтинг@Mail.ru