Империя Млечного пути. Книга 3. Пилигрим

Денис Бурмистров
Империя Млечного пути. Книга 3. Пилигрим

– Бхут сказал, что именно здесь ищет?

– Нет. Лишь указал район для посадки.

Фигура аджая в объятиях массивного противоперегрузочного кресла казалась маленькой и тонкой, на серебристой непрозрачной поверхности его шлема расползались отражения разноцветных огней пульта управления.

– Ты сможешь приземлиться возле пеленга последнего сеанса связи? – спросил Гарин.

– Не уверен, поверхность со сложным скальным рельефом.

– Нужно попробовать, Боагтар.

Гладкая поверхность шлема повернулась в его сторону.

– Я попробую, Юра, – твердо сказал Си Ифмари. – Но обещать ничего не могу.

– Желание – половина дела, – Юрий улыбнулся, хотя пилот и не мог видеть этого.

– Если бы все было так просто, – дистант двинул пальцем небольшой рычажок, сбрасывая скорость. – После того, как вас высажу, вернусь на место предыдущей посадки, на случай, если группа Джаббара уже там. Это в трех километрах севернее, на небольшом каменистом плато. Включу маяк, буду ждать.

– Что-то они на ровере недалеко отъехали, – заметил Юрий. – Три километра – даже для пеших ерунда.

– Дело не в расстоянии. Сам сейчас увидишь.

Аджай протянул тонкую руку и переключил тумблер над головой. Свет в кабине изменился на красный.

– Всем приготовиться! – громко предупредил Гарин, выглядывая в овальный люк в десантный отсек. – Идем на посадку!

За его спиной, в десантном отсеке, спешно завозились контракторы, проверяя крепления ремней и замков.

– Сожмите челюсти, – скомандовал взводу Ярвис. – А то язык прикусите – в крови утонете.

Си Ифмари заложил крен на правый бок и вошел в облака.

Их тряхнуло с такой силой, что на миг из легких выбило воздух. Шаттл стало кидать из стороны в сторону, будто он на всей скорости несся с горы по валунам. Все вокруг ревело, грохотало, свистело – Юрий торопливо отключил внешние динамики. В узкое лобовое стекло катера билась мелкая желто-зеленая крупа, растекаясь по сторонам длинными узкими дорожками. Эта густая метель то и дело вспыхивала голубым – Гарин не сразу понял, что это отсветы молний.

А еще, как он ни старался, не мог разглядеть внизу поверхность планеты.

Си Ифмари не в первый раз сажал катер «вслепую», но было заметно, как он осторожничает, кружит, снижается по чуть-чуть.

– Босс! – взмолился в наушниках Маракши. – Долго еще? Меня сейчас наизнанку вывернет!

– Терпите! – сквозь зубы проговорил Юрий. – Если не хотите разбиться – терпите!

Иова мученически застонал, отключился.

– Пролетели над местом изначальной посадки, – сообщил дистант. – Сигналов нет.

– Ясно, – с сожалением процедил Гарин. – Давай к последнему пеленгу!

Катер накренился, подныривая под воздушный поток. Юрий панически вцепился в подлокотники, нервно сглатывая подступившую к горлу желчь.

Борьба Си Ифмари со стихией продолжалась еще несколько минут, показавшиеся «блохам» вечностью. Катер мотало, как листок в водовороте, и Юрий готов был поклясться, что несколько раз видел промелькнувшие за иллюминатором темные массивы скал.

– Прибыли на место, но я здесь не сяду, – наконец выдохнул аджай, в его голосе слышалось неподдельная досада. – Приметил небольшую площадку возле горного ската. Здесь кормовой крен минимальный, могу зависнуть для десантирования.

Гарин не стал спрашивать, каким образом пилот мог вообще что-то «приметить», спросил:

– Почему не сядешь?

Перспектива прыгать в неизвестность ему совсем не улыбалась.

– Места мало, могу перевернуться, – пояснил аджай.

– Принял, – вздохнул Юрий. – По готовности дам сигнал.

Он отстегнулся от кресла, примагнитил к груди автомат и, цепляясь за стены, полез в десантный отсек.

В багровом свете дежурного освещения сидящие в страховочных капсулах «блохи» выглядели зловещими истуканами, безликими и массивным. Единственный, кто выделялся из общей массы, был Брамма – измученный вид, бледное лицо со страдальчески сведенными бровями, на грудной пластине и ногах остатки рвотных масс – видимо, во время тряски не сообразил где санитарный раструб. Хорошо еще, что догадался шлем стащить. Или кто подсказал, уже не важно.

– Внимание на командира! – рявкнул Рэнт, заметив Гарина.

Все повернулись к Юрию. Тот расставил ноги пошире, схватился за тянущийся над головой леер и со всей серьезностью сказал:

– Задача всем известна. Напоминаю, наш приоритет – Высший дистант и представитель корпорации Аглая Рубин, именно в таком порядке. Само собой, будем стараться вытащить всех. Вопросы?

Вопросов не было.

– «На грунт» сесть не выйдет, поэтому будем прыгать, – продолжил он. – Пилот пообещал, что будет невысоко. Тихомир!

Одна из фигур приподняла руку.

– Не разбей коммуникатор!

Глебович обнял тубус взводного устройства связи как родной.

– Условия снаружи сложные… Сами слышите, – Юрий ткнул пальцем в сторону борта. – Поэтому будьте осторожны. Иова!

– Да, босс!

– Отвечаешь за Баччана.

– Не хотелось бы!

– А это и не просьба.

– Ясно, понял, – понуро ответил Маракши.

Юрий повернулся к новенькому, который усиленно размазывал бронированной перчаткой рвоту на груди.

– Брамма.

Ноль эмоций.

– Брамма! – повысил голос Юрий.

– Брамма, мать твою! – рявкнул Рэнт. – Ты оглох что ли?

– Да! Ага! – закивал парень, выпучивая глаза.

– Ты в порядке?

– Да, босс, в порядке!

Баччан попытался отсоединить из креплений шлем, чуть было не сорвал зажимы, начал надевать его задом наперед.

– Брамма, – со вздохом позвал Юрий.

– Да-да, я сейчас!

– Брамма! – вновь пришлось добавить в голос металл. – Остаешься обеспечивать безопасность шаттла.

Маракши радостно крякнул.

– Босс, я с вами! – испуганно залепетал Баччан.

Он, наконец, справился со шлемом, напялил его, защелкнул фиксаторы. Заелозил в кресле, планируя отстегнуться.

Гарин в несколько шагов достиг подчиненного, положил ему ладонь на плечо. Сказал спокойно:

– Брамма, остаешься в шаттле. Я не могу бросить пилота одного. Это понятно?

Контрактор хотел что-то возразить, но Юрий легонько стукнул его ладонью по шлему, спросил настойчиво:

– Тебе задача ясна?

Баччан перестал дергаться в ремнях, опустил голову. Кивнул.

– Понятно, босс.

– Вот и хорошо.

Гарин выпрямился, взглядом переключил каналы связи:

– Боагтар!

– Да, Юра, – откликнулся из кабины пилот.

– Мы готовы. Оставляю тут с тобой одного паренька, так что не пугайся.

– А что с ним? – удивился аджай.

– Укачало.

– Понял, – и добавил через паузу. – Внимание, захожу на десантирование.

Катер мелко затрясся, начал клониться из стороны в сторону, словно спускающийся с лестницы тяжеловес. Чуть провалился вниз, но выровнялся. Заморгали лампы над шлюзом.

– Герметичность! – напомнил Юрий. – Давление проверьте!

Дрогнула, расходясь, десантная рампа. Сквозь щели уплотнителей внутрь ворвались серо-зеленые пылевые кольца, закружились, оседая хлопьями.

– Опять все дезинфицировать, – ворчливо пробубнил Тихомир.

Рампа открылась наполовину, два луча бортовых прожекторов нырнули в кружащуюся снаружи пургу. Где-то внизу заскользили по неровной поверхности.

– Приготовиться! – махнул над головой Гарин.

Контракторы поднялись, забряцали амуницией. Вышли в центр, вставая на магнитную полосу и придерживаясь за леер.

Рампа опустилась полностью.

– Ниже не опущусь, – сообщил Си Ифмари. – Извините.

– Все нормально, – успокоил коллегу Гарин. – Внимание! На грунт!

И «блохи» прыгнули – друг за другом, беззвучно исчезая в метели незнакомой планеты.

Юрий напоследок посмотрел на понуро сидящего Баччана. Не удержался, помахал ему рукой. Потопал к зеву шлюза, прижимая автомат к груди. Глубоко вдохнул и прыгнул вниз.

«Грунт» оказался ближе, чем показывал электронный целеуказатель шлема. Красное перекрестие скользнуло по кружащейся пелене и вдруг провалилось на летящие прямо на Гарина серо-зеленые камни. Если бы не силовые системы бронескафандра, принявшие на себя удар и погасившие перегрузку, то Юрий впечатался бы в поверхность Кардоги-3 всем телом. А так его лишь тряхнуло, уплотнители шлемофона не позволили въехать носом в лицевую панель забрала. Предупреждающе пискнул зуммер агрессивной среды – по ту сторону бушевал кислотный дождь.

– Юра, держи! – в поле зрения появилась массивная фигура Рэнта, протягивающая стальной трос с карабином на конце.

Над головой рыкнуло – шаттл стремительно ушел вверх и в сторону, исчезая среди пылевого вихря.

Гарин сквозь толстый материал перчаток нащупал трос, прицепил карабин к поясу. Положил ладонь на рукоять автомата, потянул, высвобождая оружие из магнитных захватов на груди.

– Тихомир! Развертывай «мачту», – скомандовал он, разглядывая схематичную карту на экране шлема.

– Уже.

– Одучи!

– Одучи тут!

Тень, которую Юрий до этого принимал за высокий валун, качнулась, стало видно массивную фигуру урсулита, держащего рельсовый пулемет.

– Попробуй найти следы ровера.

– Одучи найдет.

– Не сомневаюсь.

– Босс, – обратился Маракши. – Нам бы самим тут не потеряться – нихрена не видно!

– Следи за своим сектором, – не стал вдаваться в обсуждения Гарин. – Не хватало еще проворонить огневой контакт на необитаемой планете.

Вокруг завывал ветер, стегая броню рыхлым песком и кислотной взвесью, не сильно, но настойчиво толкал в разные стороны. Пылевые стены то расходились, являя скалу в паре сотен метров, то с шелестом и треском сходились, скрывая ближайшие объекты. Хотелось говорить громче обычного, словно не в микрофоны, а голосом стараясь перекричать шумную вьюгу. Оставалось догадываться, какой кошмар творился здесь еще недавно, когда по этим местам полз гигантский многолетний ураган.

На краю экрана загорелась зеленая пиктограмма – Глебович включил на коммуникаторе функцию «маяка».

 

– Юра, – окликнул Гарина Ярвис. – Нашли следы.

Одучи жестом указывал на землю.

Гарин подошел ближе, присмотрелся.

Находкой оказались раздавленные камни – пористые и мягкие, явно инородные на этой скалистой площадке.

– Ровер ехал оттуда – туда, – урсулит показал рукою направление. – Одучи почти уверен.

Гарин сверился с картой. Линия пеленгов тянулась вдоль извилистой скальной гряды в сторону широкого каньона. Очень хотелось надеяться, что команда Джаббара так и продолжила путь, а не помчалась прочь от скал, в сторону обширных вулканических полей. Но, пока что, догадка Одучи вселяла надежду.

– Отлично, – Юрий свернул карту, расчищая обзор. – Двигаемся колонной. Одучи первый, я за ним, Ярвис – замыкающий.

– Перецепляться надо, – сварливо проговорил Иова, дергая карабин с тросом.

– Не развалишься, – толкнул его в плечо проходящий мимо Рэнт.

Уже после первых пройденных метров стало ясно, что трос не был излишней мерой предосторожности. Стоило группе отойти от площадки, выйдя из-за какого-то невидимого в пурге препятствия, как налетевший ветер снизил видимость до нуля, отчего Юрий перестал видеть спину шагающего впереди урсулита. Трос сзади натянулся – это чуть не упал Маракши, самый легкий из контракторов.

– Осторожнее, – предупреждающе крикнул Гарин.

Вдруг Одучи покачнулся, одна его нога провалилась в песок, и дистант торопливо опрокинулся на спину, отползая от открывшейся в земле трещины. Гарин помог ему подняться, наблюдая, как ветер стремительно засыпает яму.

– Вот тебе раз, – озадачено протянул Рэнт. – Эдак, тут могут быть дыры и поглубже, – глубокомысленно протянул Ярвис. – Наши на ровере проскочили, а мы можем с головой макнуться.

– Может, я первым пойду? – предложил Иова. – Вам меня будет легче вытащить.

Юрий секунду размыслил над предложением, но тут вмешался Глебович.

– Вот, пробуйте этим.

Он вытащил из-за спины черную пластиковую палку, которая в два движения развернулась в пятиметровый шест.

– Запасная мачта для комунникатора, – пояснил он. – Можно проверять дорогу.

– Отцы-духовники, – выдохнул Юрий, передавая мачту урсулиту. – Живем в мире межзвездных перелетов, а пользуемся палками для проверки пути.

– Это у нас такие скафандры древние, – подал голос Иова. – У тактик-операторов, думаю, персональные сканеры пол планеты вглубь просвечивают.

Группа двинулась дальше, медленно и тяжело. С каждым метром ветер усиливался, завывал сотнями турбин, толкал шагающих контракторов словно назойливый сумасшедший. «Блохи» то и дело прыгали в наполненные пылью и грязью ямы и кратеры, выбирались на каменистые островки, и вновь спускались в сыпучие каверны. Если Одучи шестом не находил дна, искали обходные пути, стараясь, не погружаться слишком глубоко, стараясь не слишком расходиться, натягивая единый на всех трос.

Все это время Юрий и Тихомир не переставали вызывать группу Джаббара, упираясь в шелест и скрип помех. Хорошо еще, что с шаттлом держалась устойчивая связь, это успокаивало.

На втором километре бесконечных спусков и подъемов, борьбы с ветром и поиска обходных путей Одучи наконец нашел еще следы отряда Джаббара. Фигура урсулита с наросшими на плечах песчаными сугробами остановилась возле черного ребра скалы, указывая на широкую полосу стесанного камня.

– Недавно, – прокомментировал дистант. – Почти не засыпало. Одучи видит краску ровера.

– Чего это их так повело? – воскликнул Маракши, осторожно проводя пальцами по царапинам на скале. – Никак Журавлю дали порулить? Тогда немудрено, что они потерялись.

– Водителем назначали Киру, – отозвался Тихомир.

– Понятно! – хохотнул Иова. – Баба за рулем…

– На «Полынь» вернемся, Кира тебе пояснит и за «бабу», и за твой тон, – пообещал подчиненному Гарин.

– Черт, босс! Не надо! – Маракши испуганно затряс шлемом. – Не говори ей ничего, ладно?

– Мужики! – позвал Рэнт, бродящий рядом. – Гляньте-ка на это.

В нескольких метрах от скалы ветер заметал песком довольно глубокую яму, словно отсюда вытащили довольно массивный столб. Чуть поодаль виднелись еще две такие же.

– Это что? – спросил Юрий.

– Не знаю. Но появились недавно. Есть идеи?

Идей не было, лишь Иова предположил, что это ямы от задницы господина Грюнера.

Двинулись дальше. Долго огибали скалу – встречный ветер перестал шутить и теперь налетал отчаянно, при любой возможности опрокидывая контракторов навзничь. Приходилось пригибаться, преодолевая тугое сопротивление и надеясь не оглохнуть от хлесткого скрежета песка, летящего навстречу со скоростью пикирующего катера.

За поворотом группу ждала неприятная новость – сигнал с шаттла сильно ослаб, и Тихомиру приходилось прикладывать усилия, чтобы удержать его. Здесь же Одучи наткнулся на оторванный элемент брони ровера. Помятая стальная пластина торчала из песка, шляпки крепежных болтов висели на согнутых и обломанных ножках. Земля рядом с пластиной казалась вспаханной, виднелись следы протекторов и какие-то узкие борозды.

– Одучи не нравится, – прогудел урсулит, нервно хлопая ладонью по пулемету.

– Похоже на последствия удара о скалу? – спросил у него Гарин, сам понимая, что совсем не похоже.

Урсулит прорычал что-то невнятное, прошелся вдоль следов, вернулся обратно.

– Может, наши опять с бхутским «пузырем» схлестнулись? – невесело предположил Рэнт, – Другого объяснения я не вижу.

Юрий лишь покосился на товарища – ему не хотелось предполагать подобное.

– Поймал голос, – тревожно сообщил Глебович, подняв ладонь. – Пытаюсь пеленговать.

– Голос? – воскликнул Иова. – Чей?

– Не могу определить, – нехотя ответил Глебович.

Юрию было сложно сдерживать эмоции, но он не стал поддаваться общему радостному настроению. Пока он своими глазами не увидит Рэя, Киру и остальных живыми и здоровыми, ликовать не станет.

– Сильным ударом сорвало, – сказал Ярвис, осматривая пластину. – Чем-то сверху приложило.

– Есть пеленг, – неуверенно сообщил Тихомир.

Указал рукой в направлении темнеющей горной гряды.

– Туда, живее! – Гарин подтолкнул Одучи, за ними потянулись остальные. – Тихомир, держи направление.

Первые столбы они увидели спустя несколько минут торопливой ходьбы, те черными вертикальными полосами расчерчивали пейзаж, теряясь в низких облаках. Чем ближе рейтары к ним подходили, тем больше столбов выплывало из пылевой пурги, и вот их уже стал целый лес, тонких и толстых, похожих на колонны и на шесты, округлые и многогранные. Местами эти странные объекты из угольного с красными прожилками камня располагались плотно друг к другу, а местами между ними можно было проехать на ровере.

Перед первыми столбами Одучи остановился в нерешительности, оглянулся на Юрия. Тот понимал сомнения урсулита, ему самому было не по себе.

– Планета точно необитаемая? – спросил Маракши. – Кто мог натыкать здесь этого частокола?

– Может, ветер так скалы обработал? – предположил Рэнт. – Я что-то подобное где-то видел.

– Если у ветра нет лазерного резца, то вряд ли, – Гарин с сомнением указал на одну из колонн с диагональными бороздами. – Тихомир, мы верно идем?

Глебович сверился с массивным устройством, висящим на груди, кивнул.

– Аварийный маяк ровера, – пояснил он. – Автоматический. Метров двести-триста.

– Вперед, – приказал Гарин. – Смотреть в оба.

Друг за другом они вошли в этот каменный лес, ощущая нависший над головой невидимый давящий свод. Зато здесь не было заполненных пылью ям, поэтому Одучи вернул мачту от коммуникатора Глебовичу и полностью сконцентрировался на следах.

Через несколько шагов они обнаружили разметанную землю, словно здесь кто-то яростно крутился на месте, а также стальные элементы обшивки и вытянутое масляное пятно. Ковырнув ногой песок, урсулит вытащил на свет несколько гильз от крупнокалиберного пулемета.

– Они от кого-то отстреливались? – нервно прошипел Маракши.

– Цепью! – скомандовал Юрий, ударяя кулаком по рычагу самосброса и отщелкиваясь от троса. – Держать сектора, не расходиться. Тихомир, веди на пеленг, живо!

А сам принялся громко вызывать по рации, с надеждой повторяя одну и ту же фразу:

– Внимание! Это Гарин, «Полынь». Кто меня слышит? Мы рядом, подайте сигнал! Внимание! Это Гарин…

Маркер активного прицела прыгал с объекта на объект, подсвечивая других контракторов яркими силуэтами. Казалось, что за каждой колонной, за каждым движением пылевых масс кто-то скрывается, кто-то злой и выжидающий.

Ровер обнаружил Ярвис, оповестив остальных свистом. Крепкая боевая машина, пережившая не один тяжелый бой, была разорвана и раздавлена. Она торчала из глубокой ямы в земле, словно жук, на которого наступили, слепо глядя в неприветливое небо слепыми линзами прожекторов. Вокруг валялись детали, элементы обшивки и много, очень много гильз.

– Иова, Тихомир! Прикрывайте! – холодея от увиденного, воскликнул Юра. – Одучи, Ярвис!

Никому ничего не нужно было говорить, все всё поняли. Маракши и Глебович разбежались в разные стороны, поводя стволами автоматов из-за колонн, а Гарин, Рэнт и урсулит бросились к роверу, растаскивая крупные элементы, вгрызаясь пальцами бронированных перчаток в края заклинивших люков.

Первым поддался люк десантного отсека, общими усилиями удалось его отвести в сторону. К проему тут же прильнул Юрий, с тревогой рассматривая перекошенные внутренности.

– Пусто! – выдохнул он с облегчением.

– Здесь что-то есть, – упавшим голосом сообщил Рэнт.

Гарин в два прыжка оказался перед изуродованной мордой ровера, плечом оттер Ярвиса от полураскрытой двери штурмана.

Здесь не мог выжить никто. Задняя стенка машины практически вдавилась в переднюю панель, из-под острых краев переборки торчали белые уплотнители кресел, песок уже успел засыпать разбитые рычаги, осколки на полу.

И большую лужу вскипевшей и замерзшей крови, обрывки комбинезона, какой «блохи» надевали под скафандры, и рифленую подошву тяжелого ботинка, торчащий из-под завала.

– Отцы-духовники, – прошептал одними губами Юрий.

Здесь же мигал и огонек аварийного маяка, маленький беспомощный светлячок среди остывающего железа.

– Крупный ботинок, – тихо сказал Рэнт.

– Что? – хрипло переспросил Гарин, отстраняясь от ровера.

– Крупный ботинок, – так же тихо повторил Ярвис. – Не ее.

Юрий не нашелся что ответить, лишь благодарно похлопал товарища по гладкой стали наплечника. Добавил тонизатора в дыхательную смесь, вновь взял автомат на изготовку.

– Надо найти остальных, – твердо сказал он. – Одучи, ищи другие следы. Тихомир, сигналы есть?

Глебович развел руками.

– Ищи, – коротко приказал Юрий. – Они не могли уйти далеко.

Сам составил короткий и сухой информационный пакет, отправил его по линии связи с шаттлом.

– Движение! – воскликнул Маракши. – На три часа, дистанция метров сто.

Он рубленным жестом продублировал направление.

Глебович остался контролировать спину, остальные заняли позиции за ровером и на краю ямы.

Среди столбов действительно что-то двигалось, быстрое и белое. То замирало, то стремительно перемещалось в сторону, то пропадало в пылевых рукавах, то вдруг появлялось совсем в другом месте.

– Одучи знает что это, – его массивная голова в треугольном шлеме повернулась в сторону Юрия. – Одучи считать это виновным? Открыть огонь?

– Погоди.

Гарин тоже узнал белое существо. Опустил ствол оружия, поднялся в полный рост на край ямы. Приказал:

– Не стрелять.

Сделал несколько шагов по направлению к мечущему пятну. Расправил плечи, словно от этого мог стать еще более заметным.

Эфир, энергетический робот бхута, замер между столбами, будто действительно разглядывая появившегося человека, вдруг быстро полетел в сторону контракторов.

– Проклятый «пузырь», – с раздражением произнес Иова. – Долбануть по нему, босс?

Гарин жестом приказал ему не двигаться.

Икс-джинн остановился в паре шагов от него, большой и раздутый, с белоснежными снежинками-скелетами внутри силовых шаров. Его поверхность переливалась, когда на нее попадали песчинки и капли кислоты, но оставалась такой же чистой и обманчиво хрупкой.

Юрий включил внешний динамик, хотя был уверен, что робот Высших услышит его и так. Произнес негромко:

– Где твой хозяин?

Маленькие «пузыри» на внешней поверхности большого шара переместились, совершили какое-то хитрое движение, но Гарин не понял этого знака. Если это вообще был знак.

– Он вместе со всеми?

Юрий не успел договорить – эфир просто полетел прочь. Не быстро, но достаточно резво, чтобы Гарин поторопил своих товарищей и, громыхая броней, побежал следом.

 

Мимо замелькали столбы, по правую руку вырисовался темный массив приближающихся скал.

– Босс, – срывающимся от бега голосом спросил Иова. – Ты уверен, что это не ловушка?

– Да, Юра, – голос Рэнта напротив, совсем не изменился, будто он просто шел рядом. – Думаешь, это хорошая идея?

– Пропал сигнал шаттла, – оповестил Глебович.

– Вон, и сигнал шаттла пропал, – вторил Ярвис. – Не верю я этому бхутскому ублюдку.

– Хотел бы убить – уже напал бы, – уверенно ответил Юрий, сберегая дыхание. – Чего ему нас куда-то тащить…

И перешел на шаг, оторопев от увиденного.

Здесь ветер дул менее интенсивно и воздух очистился. Сквозь полупрозрачную пылевую взвесь открылся вид на горы, но взгляд Гарина приковала одна скала, ближайшая.

На ней, во всю немаленькую высоту, был высечен фасад дома. Обычного земного дома с крыльцом в три ступни, с двумя окошками в крестовидных рамах, с треугольной крышей и куцым «хвостом» печной трубы. Это не могло быть игрой света и тени, иллюзией, обманом зрения – над рейтарами, над пыльной и ядовитой планетой, во всю свою многометровую высоту возвышался самый настоящий земной дом. Более того, Юрий узнал этот дом, он его уже видел раньше – на иллюстрации в книге, которую когда-то читал Элли. Когда-то, когда они вместе дрейфовали в маленьком медицинском боксе с «Пилигрима-2».

Именно в таком доме девочку Элли и ее верного друга Тотошку поднял и унес ураган злой ведьмы.

– Ты чего? – прущий танком Рэнт чуть не снес остановившегося Юрия.

– Я…

– Бегите! – раздался отчаянный крик в наушниках.

Крик Киры!

Девушка стояла у подножия «дома», возле узкой расщелины, словно маленькая мышь у трещины в фундаменте.

– Кира! – выдохнул Юрий, одновременно радостно и встревожено. – Что произошло?

– Бегите сюда!

За спиной предостерегающе вскрикнул Ярвис. Земля под ногами дрогнула, что-то тяжелое и темное с гулом опустилось рядом с Юрием, обдав фонтаном каменной крошки.

Это была одна из черных колонн, она буквально упала с неба, чуть не раздавив его!

Сзади испуганно заорал Маракши, взревел урсулит, гулко застрочил пулемет.

Юрий развернулся, вскидывая оружие.

Странный «лес» пришел в движение. Столбы и колонны взмывали вверх, с треском и грохотом опускались в другие места, будто лапы гигантского насекомого, решившего прогуляться. Тяжелые удары подняли столбы пыли, в них терялись фигуры контракторов.

– Все к скалам! Живо! – закричал Гарин.

Никого уговаривать не пришлось. Рейтары, лавируя между падающими колоннами и перепрыгивая оставшиеся от ударов воронки, понеслись в сторону машущей руками Аоки, из-за спины которой появилось другие фигуры в бронескафандрах.

Юрий пропустил мимо себя Маракши и Тихомира, дождался Рэнта и отставшего Одучи, побежал рядом.

Они преодолели половину пути, когда земля под ногами вспучилась, вырастая горбом. Рэнт успел миновать опасное место, а вот Гарина и урсулита подбросило вверх. Уже падая, Юрий увидел вылезающую из-под песка полупрозрачную фигуру, похожее на дерево с шевелящейся кроной.

Его сильно приложило спиной, аж дух вышибло, но уже через миг Юрий откатился в сторону, вскочил на ноги.

Лишь для того, чтобы его схватили, оплели тугими и сильными щупальцами, вздернули вверх.

В наушниках заревел Одучи, кто-то еще что-то кричал. А Гарин слышал лишь свое дыхание внутри шлема, да писк предупреждающих зуммеров. Изловчился, направив автомат вниз вдоль тела, нажал на спусковой крючок. Оружие завибрировало, посылая длинную очередь в плоть неведомой твари. Полетели ошметки студенистой массы, освободившиеся ноги провалились в пустоту.

– Оставь его, сука! – раздался яростный вопль Киры совсем рядом.

Гарина сдавило с такой силой, что он услышал скрежет трущихся друг о друга бронепластин. И вдруг – упал на земляной склон, скатился вниз. Его тут же подхватили, поставили на ноги. В поле зрения появился кто-то из рейтаров, Юрий не смог определить кто именно.

А рядом Кира двумя боевым ножами кромсала полупрозрачную тварь, разбрызгивая вокруг что-то похожее на кровь.

– Бежим! – толкнули в плечо, и Юрий узнал голос Рэнта.

– Кира! – позвал подругу Гарин. – Уходим!

Аоки резво соскочила на землю, уклонилась от мелькнувших щупалец, догнала Юрия и побежала рядом. Над головой пролетели продолговатые гранаты, за спиной бахнуло – это выстроившиеся перед расщелиной контракторы прикрывали отход товарищей.

– Внутрь! – Гарина встретил Журавлев в грязном и потертом скафандре. – Там не достанут!

Юрий, стукаясь плечами о стены, влетел в неровный вход. Прошел чуть вперед, чтобы не создавать затор, остановился.

– Вы настоящие психи! – встретил радостный возглас Одегарда. – Как вы смогли сюда дойти?

– Ты в порядке? – шепнула оказавшаяся рядом Кира.

– Да, – коротко ответил Гарин. – В порядке. Ты чего на него с ножами полезла?

– А что мне надо было делать? Смотреть? – казалось, что даже глухой шлем смог передать удивление девушки.

– Хорошо, – не стал возражать Гарин. – Спасибо.

Повернулся к светлому разлому, за которым виднелся край закрытого тучами неба. Спросил громко:

– Все здесь?

Ему ответил нестройный хор голосов. В котором Юрий не услышал голоса лейтенанта Джаббара.

Гарин стер с лицевой части шлема липкую субстанцию, включил ночное зрение. Осмотрелся.

Они находились в «слепом» проломе, образующем небольшую площадку с отвесно уходящими вверх стенами. По стенам, оставляя зеленые разводы, стекали кислотные ручьи, над головой что-то неприятно хрустело и пощелкивало.

Возле дальней стены, привалившись спиной к камням, сидел Василий Бодров. Он без особенного энтузиазма копался в разбитом коммуникаторе, из которого торчали провода и вытекал изоляционный гель, но даже Юрий видел, что передатчику конец.

Рядом с Бодровым на спине лежала фигура в офицерской броне – Кахир Джаббар. Было непонятно жив он или нет, никаких признаков жизни лейтенант не подавал. Здесь же, запрокинув голову в шлеме, без движения лежал еще один рейтар, по элементам брони Юрий узнал в нем Зарыгу. Скафандр Батора был густо перемазан машинным маслом, на который плотно налип песок, левая нога ветерана отсутствовала по колено, культю покрывал желтоватый слой застывшей санитарной пены.

За ранеными контракторами, в самом дальнем углу грота, в воздухе висел господин Грюнер в своем странном костюме-«вазе», словно некое мрачное божество, забытое в пещере давно сгинувшими аборигенами. Он никак не отреагировал на появление спасательной группы, будто действительно являлся лишь декорацией.

Юрий еще раз осмотрелся, быстро пересчитал присутствующих – вроде бы, все…

– Где Рубин? – спросил он, сообразив, кого же не хватает. – Что вообще произошло?

– Хороший вопрос, – неожиданно зло воскликнул Журавлев.

Юрий недоуменно повернулся к парню, но Рэй махнул рукой, мол, «не обращай внимания», начал рассказывать:

– В общем, высадились как по учебнику, несмотря на погоду. Вывели ровер, покатились в заданный район. Боагтар сразу сказал, что уйдет на орбиту – это сейчас еще буран почти стих, а тогда погода стояла такая, что боялись, как бы машину не унесло со всеми нами. Бхут сразу своего робота выпустил, тому, судя по всему, вообще все нипочем. Ну, мы расслабились – планета мертвая, из беспокойств только ветер, вообще непонятно на кой ляд нас сюда потащили, коли у этого Грюнера такой замечательный «пузырь» имеется.

– Ровер Кира вела? – спросил Гарин.

– Нет, – Рэй поправил автомат на груди. – Джаббар сказал, что сам поведет. К нему в кабину еще Батор полез, мол, вспомнить юность боевую. Короче, ехали с долгими остановками, даже я задремал. А потом началось вот это…

Рэй указал пальцем себе за спину, в направлении светлого пятна выхода.

– В общем, на ровер напали, – Одегард закашлялся, потом продолжил. – Мы не сразу поняли кто именно. Ударило так, что одно из кресел сорвало с крепежей. Журавлев на пулемете огонь открыл. Пока я пытался на сканере определить цели, лейтенант дал по газам. Наверное, единственно верное на тот момент решение. Не знаю как он дорогу выбирал… Да еще и эта буря!

– Мы нашли ровер, – сказал Юрий.

– Тогда ты видел, чем все закончилось, – невесело усмехнулся Рэй. – Что-то нас схватило, ровер стал переворачиваться. Я запросил команду покинуть машину, и хорошо, что Кахир не стал тянуть. Черт, Юра, я так быстро никогда ровер не покидал! А вот лейтенант и Зарыга чуть задержались. В общем, когда по машине сверху ударило, Кахира сквозь лобовое вышвырнуло, а Батору ногу прижало, он ее в три удара ножом отрубил.

Юрий с неподдельным изумлением посмотрел в сторону лежащего ветерана-десантника.

– Короче, пока лейтенанта подбирали – его чуть не раздавила одна из этих хреновин. Пока вытаскивали Батора, куда-то убежала Аглая. Андрей говорил, что слышал ее крики, даже пытался окликнуть, но потом стало не до поисков.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34 
Рейтинг@Mail.ru