Даниил Викторович Панков Побег

Глава 1

Проверил предоставленный текст главы на предмет ошибок, описок, повторов и стилистических шероховатостей.

Основные замечания по тексту:

Опечатки и пунктуация:В тексте встречались пропущенные запятые в сложных предложениях (например, перед союзами что, как), а также небольшие сбои в оформлении прямой речи и диалогов.

Повторы:В некоторых местах близко друг к другу стояли однокоренные слова или повторялись конструкции (например, «нажал кнопку... прямо сейчас... сейчас»), которые были сглажены для более плавного чтения.

Орфография:Проверено написание сложных слов и терминов, устранены лишние пробелы и знаки препинания.

Ниже представлен полностью вычитанный, чистый и литературно отполированный вариантглавы без посторонних вставок.

Глава 1. Конёк-Горбунок

— Да ты дура, что ль?! — доносились крики откуда-то из коридора. — Как мне жить дальше? Что мне делать! Я к тебе как к лучшей подруге!...

— Подожди... не ори на меня! Я и сама орать умею!

«О, жена подключилась», — подумал продирающий глаза Олег. Где-то за пределами спальни раздавались истошные женские крики.

— Щас Аглая придёт, будем решать! — крикнула Анжела Катьке. — Аглаша! — то ли орала в окно, то ли в телефон жена. — Спускайся ко мне! Живо! Катька агрится! Да, прямо сейчас!

Олег повернулся на другой бок, накрыв голову подушкой. Через пять секунд раздался оглушительный звонок в дверь, топот бегущих ног, стук резко открывающейся двери и снова крик жены:

— Аглаша, эта дура хочет в окно спрыгнуть, она решить не может, какой размер делать! Пошли быстро! Да там она, в гостиной!

Олег сел на кровати, понимая, что сегодня день уже точно не задался. Обычно он вставал в 07:15, но сегодня его бесцеремонно вырвали из сна в начале седьмого.

Выйдя в пижаме из спальни, он увидел и услышал незабвенное трио — его супругу Анжелу и её лучших подруг Екатерину и Аглаю. Женщины о чём-то очень громко спорили в панорамной гостиной, периодически переходя на визг.

Катька сидела на огромном велюровом диване Minotti в одной туфле на шпильке — сильно подшофе, растрёпанная, с размазанной тушью и припухшим лицом.

— Катька, не реви! — гремела Аглая, эмоционально размахивая айкосом. — Четвёртый размер — это твоя путёвка в жизнь! Ты же знаешь, Арсенчик от этого размера просто тащится. Это вложение, вложение в будущее! Любовь твоего нищего стартапера Артурчика с Ходынки завянет через год, а апартаменты в Сити от Арсенчика сами себя не купят! Четвёртый размер — это долгосрочная инвестиция!

— Но Арсен говорит, что я плоская, как доска! — всхлипывала Катька, утыкаясь в дизайнерскую подушку стоимостью в среднюю провинциальную зарплату. — А Артурчик грозится уйти, если я сделаю четвёртый! Он говорит, что ему нужна натуральная, интеллигентная двойка! Я на себя руки наложу, девочки! Это ужас, Энж! Что мне делать?! Я жить не хочу. Как всё сложно!

— Да ты дура, Катька! — всплеснула руками Анжела. — Выбирай Арсена и четвёрку! И вообще, Аглаша, надо консилиум собирать, тут судьба человека решается!

Олег покачал головой и тихо побрёл мимо гостиной в ванную чистить зубы. Через пару минут дверь ванной без стука распахнулась, и туда стремительно влетела Анжела за салфетками «для девичьих слёз».

Олег, орудуя электрической зубной щёткой, невнятно спросил:

— Слышь, Ангел... А в чём сегодня сыр-бор-то? Из-за чего ор на весь дом с утра-то?

— Ой, Олег, не начинай! — отмахнулась жена, лихорадочно выдёргивая из коробки салфетку. — Катька приехала в шесть утра из ночного клуба. У неё трагедия! Она не может выбрать, какой размер груди ей делать — второй для потенциального будущего мужа Артурчика или четвёртый для богатого Арсена.

Олег прополоскал рот водой и меланхолично поинтересовался:

— Так она ж бухая! А чем её собственный третий-то не устраивает? Ничё так сиськи-то, нормальные абсолютно.

Анжела на секунду замерла, возмущённо округлила глаза, а затем отвесила мужу игривый, но вполне ощутимый шлепок по заднице.

— Ты ничего не понимаешь! Брысь отсюда! Сейчас решается её судьба, а ты тут со своими пошлыми оценками!

Когда Олег вышел из ванной, из детских комнат, словно по команде, вылетел второй десант семейного хаоса.

Тринадцатилетний Тёма со всей силы пнул дверь своей комнаты и взревел:

— Если вы не купите мне iPhone 17 в день релиза, я вообще в эту вашу дебильную школу не пойду! Я прямо сейчас напишу скрипт, взломаю сервер ЭЖД на Мос.ру и удалю к чертям всю базу данных с оценками за четверть! И пусть ваш директор сам свои отчёты вручную пишет, хакер недоделанный!

Тут же из спальни выбежала восьмилетняя Алиса, размазывая по щекам слёзы и размахивая розовым планшетом:

— Мам! Пап! Билеты на «МС Грязь» раскупили за пять минут! Все девочки из класса идут в VIP-зону, а я что, лохушка?! Вы должны достать мне билет! Да хоть у перекупщиков! Мне плевать, сколько это стоит, хоть сто тысяч! Если я не сниму рилс из первого ряда под «Чёрную жижу», я умру! Слышите?! Я просто умру прямо здесь!

Алиса в истерике швырнула на пол брендовую куртку и закричала ещё истошнее:

— И вообще, я в школу в этом отстойнике больше не пойду! Мне ходить не в чем! Весь мой весенний шмот — это позорище полное, он устарел уже на полгода! Выбросите весь этот хлам на помойку! Если вы прямо сейчас не купите мне новые коллекции, я забаррикадируюсь в спальне! Нам в гимназию ходить, а у меня шмотки древние, как динозавры!

Олег обвёл взглядом бьющуюся в истерике квартиру. Левый глаз, словно живя своей отдельной, глубоко несчастной жизнью, начал мелко и ритмично дёргаться, выстукивая похоронный марш.

— Только у меня, видимо, проблем нет в этом доме-дурдоме! — громко резюмировал Олег.

Он накинул пиджак, взял портфель и, даже не пытаясь попрощаться с безумным семейством, поспешно выскочил в стерильную тишину лифтового холла.

Весь последующий день оказался ничуть не лучше утреннего старта. Рабочий день Олега Маслова в пятидесятиэтажной башне холдинга «БольшеЖира» подходил к концу. Бетон и стекло Moscow City давили непомерным грузом, уничтожая остатки его нервной системы. Олег сидел в своём кожаном кресле вице-президента по «решению нерешаемых вопросов», тупо глядя на панораму раскинувшегося внизу города. Его левый глаз мелко и ритмично дёргался в ритме похоронного марша.

Дверь кабинета распахнулась с таким грохотом, будто её вышибли штурмовым тараном.

На пороге стоял Сам — Мегерыч, директор холдинга, Асланов Аслан Мегрелович, человек-ураган, чья бизнес-философия представляла собой дикую смесь агрессивного маркетинга, средневекового самодурства и полной, абсолютной оторванности от законов жизни и здравого смысла. В офисе все называли его Мегерыч!

— Олег! — взревел Мегерыч, с размаху швыряя на стол из полированного мрамора пухлую папку с надписью «Проект: Дизайнерские валенки "Гусь лапчатый"». — У нас ЧП! Зависла гигантская партия наших инновационных валенок. Твоя задача — продать всё, желательно в Сахару. Маржинальность — не менее пятисот процентов. Срок — до пятницы!

Олег медленно закрыл глаза, досчитал до десяти, открыл и уставился на папку.

— В Сахару?.. Валенки? — его голос прозвучал подозрительно тихо. — Но там сейчас плюс сорок пять в тени.

— Вот именно! — победно поднял палец Мегерыч. — Абсолютно девственный, свободный от конкурентов рынок! Там ни у кого нет валенок! Они не только согревают в холода, но и защищают от жары! Ты думаешь, юрты у них, у этих… как их… чукчей, из чего сделаны? Из войлока!

— Естественно, нет, они же там сдохнут от теплового удара! К тому же... — Олег открыл папку и пробежался глазами по спецификации. Лицо его начало бледнеть. — Постойте. Что это за бред в описании? «Валенки анатомические, дизайнерские, с разделением на левый и правый, внутренним утеплением из экомеха и встроенным USB-подогревом подошвы»?!

— Наша гордость! Разработка R&D-департамента для столичных хипстеров! — гордо подбоченился босс.

— Да какой идиот это проектировал?! — Олег не выдержал и сорвался на крик. — Настоящие русские валенки — это цельноваляная обувь из овечьей шерсти! Они бесшовные, у них нет разделения на левый и правый, они сами принимают форму ноги при носке! И им не нужен никакой внутренний мех, тем более искусственный, потому что плотный войлок сам держит тепло идеально! Зачем тут искусственный мех?!

— Олег, ты мыслишь шаблонами позапрошлого века, — поморщился Мегерыч, вальяжно опускаясь в кресло для гостей. — Одинаковые валенки — это совок и отсутствие инклюзивности. Наш бренд-директор доказал, что у современного урбаниста левая нога находится в постоянном стрессе из-за нажатия на педаль сцепления, поэтому ей нужен меньший объём! На китайском заводе просто немного скорректировали матрицы под этот концепт.

— Немного?! — Олег ткнул пальцем в спецификацию. — Здесь в четвёртой партии левый валенок тридцать шестого размера, а правый — сорок первого! Как человек должен в этом ходить?! А этот ваш искусственный «чебурашковый» мех сопрел на складе от влажности, заплесневел и теперь пахнет дохлой собакой! И встроенный подогрев... подогрев, мать его, бьёт током прямо в пятку при попытке включить подогрев!

— Это не плесень, Олег, это эксклюзивный аромат мокрой сибирской хвои после грозы, — строго оборвал его Мегерыч. — А лёгкие покалывания в пятку — это функция электромассажа для стимуляции оттока лимфы. Короче, заверни это в красивую обёртку премиальной эко-органики, как ты умеешь. Назови как-нибудь типа «дышащей шерсти северных единорогов». Запусти вирусный тренд у блогеров. Ну что, я тебя учить буду?! Ты сам всё знаешь, как это делать! Пойди туда — не знаю куда, сделай то — не знаю что, но чтобы инвесторы к пятнице захлебнулись от восторга. Справишься — выпишу премию. Нет — уволю тебя и весь твой департамент к едрени фени!

Мегерыч испарился так же стремительно, как и появился, оставив после себя шлейф дорогого парфюма и выжженную пустыню на месте несчастного рассудка Олега.

— Да когда же это закончится!? — сам себе сказал Олег и дрожащей рукой нажал кнопку селектора. — Юля... Запиши меня к нашему корпоративному психологу. Срочно. Да. Прямо сейчас. Иначе я прямо сейчас выброшусь из окна, но перед этим мне придётся продать свой полёт как инновационный прыжок веры.

Кабинет корпоративного психолога Снежаны больше напоминал бьюти-салон премиум-класса. В воздухе пахло жуткой смесью каких-то трав, дорогого парфюма и кожи нового дивана. Притом что запах парфюма перебивал всё, создавалось впечатление, что Снежана макала палец в стакан с духами либо окропляла помещение как священник.

Самой Снежане было двадцать два года, и она приходилась племянницей Мегерычу. Высшего образования у неё, разумеется, не было, зато имелись двухмесячные онлайн-курсы «Продвинутый психолог-практик за 60 дней» стоимостью десятку зелёных. Стены кабинета были плотно завешаны солидными дипломами «Гарварда» и «Международной Коллегии Когнитивного Дзена», которые Снежана лично распечатала на офисном цветном принтере по совету любимого дяди.

Олег лежал на новом диване, уставившись в потолок. Его левый глаз продолжал жить своей отдельной, дёрганой жизнью. Снежана, лениво рассматривая свой свежий маникюр, дула на ногти и тянула слова томным елейным голосом:

— Ну-у-у, Олежка... Я чувствую, что твои вибрации сейчас очень... ну, токсичные. Твоя чакра ответственности заблокирована дедлайнами. Ты совершенно не в потоке, понимаешь? Твой ментальный контейнер переполнен.

— Мне опять поставлена сверхзадача! Нужно продать три тысячи пар вонючих разноразмерных валенок с электрошокером бедуинам в Сахару за три дня, — глухо просипел Олег. — Я не знаю, как это вообще возможно!

Снежана вздохнула и снисходительно улыбнулась, вспоминая шаблонный скрипт из своего онлайн-вебинара:

— Это всё потому, что ты потерял заземление, Олег. Ты зажат в тиски бетона и офисного пластика. Твоё эго оторвалось от корней. Мой тебе профессиональный совет, как коуч я тебе скажу: тебе нужно воссоединиться с истоками. Сбросить столичный зажим, уехать в глухую деревню, потрогать землю руками, походить босыми ногами по траве и войти в гармонию с природой. Только тогда твой внутренний ребёнок перестанет хныкать, успокоится и обретет ресурс! Ты всё сможешь, ты продашь эти валенки на одном дыхании!

Олег медленно поднялся с дивана. В его воспалённом, изнывающем мозгу внезапно что-то щёлкнуло. Он посмотрел на Снежану, на её фальшивые дипломы в золочёных рамочках, на панораму безумного мегаполиса за окном.

«Ну что за дура! И за что ей бабки платят…» — подумал он.

— О, благодарю Вас, Снежана, вы мне, как всегда, помогли! — произнёс он вслух.

— Всегда рада помочь! — проворковала она в ответ, разглаживая облегающее платье по силиконовым бёдрам.

«Ладно, — подумал он, спускаясь на парковку и садясь в машину. — Эта дура не поможет, наука бессильна».

Олег включил громкую связь и набрал телефон своего давнишнего приятеля — Владимира Семёновича Абрамова. Русский по рождению, он настолько искренне любил образ жизни и манеру речи богоизбранного народа, что абсолютно все знакомые и незнакомые звали его не иначе как Абрам Семёныч, чему тот совершенно не возражал.

— Абрам Семёныч, я тебя приветствую! Есть вопросик!

— Олежка, дорогой, если твой вопросик пахнет деньгами, то я уже весь подмышками вспотел от предвкушения. Слушаю тебя ушами!

— Есть партия дизайнерских валенок с электромассажем и национальным ведическим орнаментом, фото кидаю. Кто из коллег в Африке готов нам помочь?

— Вай, Олег Игоревич, вы умеете удивить старого романтика! Валенки в Африку — это же чистый цимес, поэзия коммерции! У меня в Буркина-Фасо как раз чахнет любимый дядя. В этой прекрасной, но богом забытой глуши местная элита ради русской экзотики готова снять последние шорты. Дайте мне ровно пять минут, я сделаю один звоночек Моисею, и мы решим, как превратить этот ведический войлок в приличный гешефт!

В этот момент Олег краем глаза заметил, как по тротуару неторопливо шагала молодая мама, а рядом с ней, отталкиваясь пухлой ножкой, лениво катился трёхлетний ребёнок на ярком детском самокате.

Мерседес Олега с мотором на четыреста лошадей прополз ровно пять метров и снова встал. Малыш с мамой спокойно проплыли мимо. Через минуту пробка снова дёрнулась, Олег проехал ещё двадцать два метра — и опять замер. Трёхлетка на самокате не спеша обогнал его во второй раз.

Через пять минут Олег с ужасом осознал жестокий математический парадокс столичного трафика. Его элитный немецкий седан за двадцать миллионов рублей, способный разгоняться до сотни за семь секунд, двигался по Москворецкой набережной ровно с той же средней скоростью, что и трёхлетний пешеход на самокате за три тысячи.

Абрам Семёныч перезвонил:

— Олег, радость моя, переходим сразу к тахлес — то есть к сути дела. Моисей уже танцует от счастья в своей хижине! Он берёт всю партию. И знаете почему? Эта кривая закорючка на подошве, стилизованная под автограф верховного главнокомандующего Попутина, — это же не просто обувь! Моисей продаст её вождям как священный артефакт. Он убедит их, что эти валенки с током не только возвращают мужскую силу, но и гарантируют стопроцентный фарт на войне и горы богатой добычи!

— Подожди, какая подпись?! — с удивлением спросил Олег.

— Да как же, вот на втором фото в нижней части.

— Да это же брак машинной строчки! Шили же китайцы в Сычуани, как обычно, вкривь-вкось!

— Ой, я вас умоляю, Олег! Не делайте мне нервы своей честностью! То, что в Сычуани назвали косоруким браком, в Африке станет эксклюзивным брендом. Мы превращаем этот позор швейной машинки в наше главное конкурентное преимущество! С вас валенки, с меня — легенда, прибыль пополам! — промурлыкал Абрам Семёныч в ответ.

Олег откинулся в удобном кресле, почти расслабившись, но, когда карапуз обогнал стоящий в пробке Мерседес в пятый раз и задорно замахал Олегу ручкой, левый глаз вице-президента забился с регулярностью отбойного молотка. Олег судорожно вытер влажный лоб. Мозг кипел. К гадалке. Прямо сейчас.

Олег открыл приложение «Путь к истине» и записался на приём к самой дорогой и авторитетной ведунье Москвы, чьё имя шёпотом передавали друг другу топ-менеджеры из списка Forbes.

Салон «Хрустальная Судьба» на Патриарших прудах встретил Олега полумраком, запахом дорогого сандала и тяжёлыми бархатными портьерами. Стоимость сорокаминутного сеанса составляла ровно тысячу зелёных.

Пока Олег ждал своей очереди в приёмной, из резных дверей кабинета, пятясь и непрестанно кланяясь, вышел взмыленный, но абсолютно счастливый вице-президент крупного банка.

— О, привет, Семёныч! — поздоровался Олег.

Тот молча кивнул в ответ, с трепетом прижимая к груди амулет из сушеного мухомора. Оставив на столике администратора конверт с двумя тысячами долларов, он поспешно скрылся за дверью.

Как только тяжёлая дубовая дверь закрылась, «великая медиум и хранительница древних тайн» Матушка Серафима (в миру — Светлана, тридцать два года, приехавшая покорять столицу из Житомира) мгновенно сбросила с себя таинственное оцепенение. Она сорвала с головы расшитый фальшивым жемчугом кокошник, достала из-под расшитого золотом балахона вейп и с наслаждением затянулась, выпустив облако с запахом клубничного чизкейка.

— Васька! — крикнула она своему молодому помощнику, который параллельно администрировал её Telegram-канал с платными раскладами таро. — Запиши: банкир готов. Тоже поехал «сливаться с истоками».

— Тоже прописала ему деревню, Матушка? — усмехнулся Васька, убирая конверт в сейф.

— А что ж ещё-то!? — Серафима отхлебнула остывший латте на миндальном молоке. — Они же все как под копирку! Топ-менеджеры, девелоперы, банкиры... У всех одна беда — боссы-самодуры, жёны с пилками для ногтей и вечные дедлайны. Приходят и ждут чуда. А им всем нужно только одно — чтобы строгая авторитетная тётка за их же бабки разрешила им всё бросить и уехать в глушь! Скажи я ему «уволься и отдохни» — не поверит, решит, что шарлатанка. А говорю: «Твоя аура зажата бетоном, духи земли требуют, чтобы ты купил избу в Тверской области и ходил босиком», — срочно бежит покупать домик в деревне! Зато, глядишь, благодаря моему бизнесу пара-тройка вымирающих деревень хоть оживёт немножко. Кто там следующий?

— Олег из «БольшеЖира».

— О, из этого тоже можно больше жира выдавить! — Серафима оживилась и водрузила кокошник обратно на голову. — Этому двойную дозу «гармонии с природой» и очищения навозом. Включай туман-машину, зажигай свечи. Запускай страдальца.

Олег вошёл в место таинств, едва видя что-то сквозь плотные клубы бутафорского тумана. За столом, освещённая лишь трепещущим пламенем чёрных свечей, сидела Она! Величественная, блаженная Матушка Серафима. Перед ней тускло поблескивал огромный хрустальный шар.

— Присаживайся, касатик! Знаю, знаю печали твои! Не говори ничего, сама всё увижу!

Серафима долго и пристально смотрела на него, совершая пассы руками над шаром, после чего заговорила глубоким, грудным голосом, от которого у Олега по спине побежали мурашки:

— Вижу... вижу чёрную ауру вокруг тебя, сын мой! Твоя жизненная сила зажата между бетоном и стеклом! Твоя душа задыхается под гнётом дедлайнов! Тебе нужно воссоединиться с истоками. Сбросить столичный зажим, уехать в глухую деревню, потрогать землю руками, почувствовать силу природы, напитать тело от вековых дубов, босыми ногами сконнектиться с травой и пустить в себя силу сырой земли-матушки! Только там, среди простого народа и чистого воздуха, твоя аура очистится, напитаешься ты силушкой и обретешь истинное богатство и покой!

Олег замер. Он молча достал из бумажника деньги, положил на стол и вышел на залитые солнцем Патриаршие пруды. Он сел на скамейку в сквере и обхватил голову руками. В его воспалённом мозгу закравшаяся мысль стала обретать чёткие очертания.

«Как так? Всё к одному! — лихорадочно думал Олег. — Дура-психолог… бабка эта, ведунья… Случайности не случайны… ДА ЭТО ЖЕ ЧЁРТОВ СИГНАЛ ВСЕЛЕННОЙ!»

Олег резко встал со скамейки, достал телефон и решительно набрал номер жены. Он прекрасно понимал: если он прямо сейчас выложит ей всю правду про глухую деревню Тёплая Топь и отсутствие элементарного унитаза, Анжела забаррикадируется в квартире, вызовет психиатрическую бригаду и подаст на развод. Врать жене Олег не любил, но и упускать этот «сигнал вселенной» не собирался. Поэтому он решил просто технично недоговорить правду.

— Алло, Анжелочка, привет! — заговорил Олег, стараясь говорить максимально спокойно. — Слушай меня внимательно. Быстро собирайтесь, мы едем в очень интересное место! Надолго!

— Олег, ты с ума сошёл? — капризно отозвалась трубка на фоне продолжающихся всхлипов Катьки. — Я тут вообще-то выбираю оттенок лака для педикюра, у нас в гостиной драма всей жизни разворачивается... Куда это — надолго? Олежек, неужели мы едем туда, куда ты мне давно обещал?! Мы едем на Грязи?! В спа-отель?! На курорт?!

Олег на секунду замялся, мысленно представив болотистые пейзажи Тёплой Топи, хитрые глаза главы района и тучи местных комаров. На его губах заиграла лёгкая, слегка безумная улыбка.

— Ну... да уж, грязи там точно много! — абсолютно честно ответил он. — И уединение полнейшее, как ты и хотела. Сплошной экологический детокс. Так что собирай детей, хватай наши чемоданы Rimowa и не забудь те резиновые сапоги от Армани, которые ты покупала для загородных прогулок. Выезжаем через час!

— О боже, Олежек! — восторженно взвизгнула Анжела, мгновенно позабыв про Катьку. — Настоящий грязевой курорт! Наконец-то! Тёма, Алиса, быстро собирайте вещи! Мы едем на элитный спа-детокс!

Олег медленно опустил трубку. На душе было странно легко. Формально он не соврал ни единым словом — грязи в Попутинском районе действительно было с избытком. Ловушка захлопывалась, и теперь его элитный табор, весело щебеча, добровольно паковал чемоданы навстречу великому русскому заземлению.

Глав

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.