Проблемы сфинкса

Антон Алексеевич Воробьев
Проблемы сфинкса

– Я в отпуске вообще-то.

– Считай, что тебя из него вызвали. Будь на связи, – отключился.

Вот же… Ррррр! Я встал с постели и пнул ногой соседнюю койку:

– Подъём, ходячий ужас!

Ленивый продрал глаза и непонимающе воззрился на меня.

– Ничего не желаешь мне поведать? – задал я вопрос с тонким намеком.

У меня были лапы, хвост и крылья. И голова – вполне себе человеческая. Однако всё это было лишь формой, внешней оболочкой для меня и Других. Столь странную форму мы получили из-за Её прихоти.

Я видел, как Она приходила вчера в это тесное помещение. Хотела осуществить свой план. Безуспешно. Другие помнили множество подобных визитов. Каждый раз поначалу Она была полна решимости, старалась изо всех сил. И каждый раз в конце Её ждала неудача. Ибо то, что Она пыталась с нами сделать, было невозможно.

– Егор, нужда в земном представительстве в настоящее время отпала, но вас рекомендовали мне как высококлассного специалиста по альтер-когнитивной диффузии, – сообщила принцесса. – Именно поэтому я хотела бы видеть вас в своей команде.

Интересно, и кто же этот рекомендатель? Уж не известный ли в узких кругах восьминогий любитель плюшек? Сейчас я вдруг отчетливо вспомнил, что идея поехать в отпуск на Кани исходила именно от Ленивого. Хоть бы удосужился мне поведать, что означает эта «альтер-там-чего-то»…

– Гм, – собрался я с мыслями. – Работать с вами будет для меня честью, ваше высочество.

– Вот и прекрасно, – улыбнулась принцесса Зи.

– Не могли бы вы в общих чертах рассказать, какие задачи нам предстоит решать?

– О, скоро вы и сами всё увидите. Прошу сюда, – элегантные пальчики коснулись рисунка на стене, и часть кладки растворилась в воздухе, открыв проход к порталу.

Так и знал, что «камень» резиденции – не настоящий. Наверняка оборудование, которым меня сканировали, было встроено в одну из колонн «храма».

– Куда ведет переход? – деловито осведомился я.

– В аналитическую лабораторию.

Принцесса прошла в портал, продавив телом матовый слой перехода, я шагнул следом.

Лаборатория канийцев представляла собой сад. По крайней мере, таково было первое впечатление. Несколько десятков деревьев, кусты, клумбы, трава под ногами – всё цветет и пахнет. В воздухе туда-сюда носились насекомые, похожие на земных пчёл.

– Комиссия по фитосанитарному контролю настояла, чтобы лаборатория находилась вне жилых зон Кани. Поэтому нам пришлось расположиться в северных горах, – указала принцесса на окружающий ландшафт.

Вокруг и вправду возвышались снежные пики. Небольшой участок с деревьями и домиками ученых занимал плоскую вершину одной из возвышенностей. Прозрачное силовое поле, как и во Дворце, обеспечивало комфортный для работников микроклимат.

– Это объект изучения? – кивнул я на сооружение в центре лабораторной площадки.

Оное представляло собой синий куб высотой примерно двадцать метров.

– Внутри, – коротко ответила принцесса.

Кстати, ещё одной деталью ландшафта были сами сотрудники лаборатории. Пока мы шли к синему кубу мимо ученых, ни один из них не пошевелился. Все стояли на месте, закрыв глаза и слегка наклонив лица, так что лепестки на головах были раскрыты прямо к небу. В целом казалось, что на лугу росли высокие антропоморфные цветы.

Заметив мой заинтересованный взгляд, принцесса Зи пояснила:

– Они сейчас анализируют и обрабатывают данные. Мы в этом отношении немного отличаемся от землян, Егор. Канийцы способны… как бы сказать на русском… выпускать корни. Мы соединяемся корнями друг с другом.

– Разве здесь нет сети? – удивился я. – Телепатический вход в инфо-сеть видится мне более удобным.

– Это немного другое, – возразила принцесса. – В сети не достигнуть настоящего слияния разумов, а с помощью корней мы объединяем свои возможности, и те увеличиваются многократно. Сейчас здесь нет отдельных ученых, сейчас здесь – один Ученый, единый с анализаторами и банками данных, – взмах руки в сторону деревьев.

– Гм. Но я-то вряд ли смогу пустить хотя бы один корешок, ваше высочество. Можно ли как-нибудь посмотреть на уже достигнутые результаты обычным способом?

– Конечно, – с улыбкой ответила принцесса. – Вы получите полный отчет. Но сначала – взгляните на диагностическую матрицу.

«Диагностическая матрица» – именно о ней упоминал Розвик. Старый хессу признался, что его контора уже давно интересуется деятельностью аналитического отдела принцессы Зи. Сведений о работе этого отдела было крайне мало, даже спецслужбы Сириуса имели весьма смутное представление о том, чем ученые мужи тут занимаются. Контрразведка Кани месяц назад дала добро на операцию по получению исследовательских данных, и мой восьминогий приятель приступил к разработке плана.

Всё, что было известно на данный момент – это то, что принцессе поручили проанализировать причины «казуса пятерых» – небольшого скандала, разразившегося лет десять назад. Тогда несколько высокоразвитых цивилизаций вышли из Совета Галактики – высшего органа управления Млечного Пути. Сам Совет насчитывал около шести тысяч членов, такой демарш практически не сказался на его работе, но поскольку это был первый прецедент подобного рода, причем без видимых веских причин, Королевский Двор Сириуса счел нужным разобраться в проблеме.

Рейтинг@Mail.ru