Анна Ойцева Астра под куполом

Глава 3

Проснулась Астра, когда женский блок опустел. Она пошарила глазами в поисках своей недавней знакомой, но её не было. «Что же делать», – думала она, нервно расчёсывая пальцами волосы. Сегодня местное начальство должно просканировать её чип, установить личность и растрезвонить, что беглянка Астра Галодон найдена. Её, конечно, отправят в специализированный центр при министерстве кислых щей, где на бежевых креслах сидят её ровесники при галстуках и со свёрнутыми в гульку лицами. Нет, не бывать этому.

На цыпочках, будто кто-то мог услышать, беспрестанно озираясь, Астра выглянула за двери женского блока. В коридоре толпились полсотни человек, мокрые и помятые, иногда пьяные и с синяками или прилично одетые, но с отпечатком скорби на лице. Она проскользнула за их спинами, но была окликнута зычным голосом.

– Девочка, ты куда собралась?

Рядом выросла дородная женщина в красной синтетической кофте с огромным декольте. Астра уже открыла рот, но так и не придумала остроумного ответа.

– Я хочу подышать.

– Знаю я вас, а ну марш в комнату.

Астра замерла от удивления, она уже собралась повиноваться, как молодой мужчина с электроглазом обратился к красной женщине. Используя свою секундную фору, Астра сорвалась с места и побежала. Красная женщина что-то крикнула ей в след, но Астра уже неслась к выходу, лавируя между людьми. Непростительная задержка у тяжёлой двери, и вот она на улице, мчится, не разбирая дороги. Лишь у старого памятника Гагарину она перевела дух.

– Маруся… – она осеклась. – Где часы? Где мои часы?!

Её рука была пуста. Астра дважды похлопала по карманам, не смея поверить, что её обокрали. Она мигом вспотела, кровь ударила в голову, она была совершенно одна в незнакомом городе, без денег, без одежды и без единственного помощника.

Меж тем вокруг кишели люди, будто вся Москва высыпала на улицы. О пресвятая Терешкова, День Победы, этого ещё не хватало. В декоративном фонтане она умылась и прополоскала рот. Над её головой пролетели старинные «МиГи» с неуправляемыми ракетами, БПЛА с первым искинами, «стелс-истребители» с функцией невидимости и, наконец, современные «Скифы», увешанные лазерами, и юркие «Кошки» с магнитными двигателями. Техника пролетела, а Астра всё стояла, пытаясь совладать с собой. Её живот громко урчал.

Она зашла в первую закусочную, где за стеклом лежали аккуратные, будто пластиковые, сосиски.

– Извините, я очень хочу есть, но у меня нет денег. Не могли бы вы…

– Нет, ну вы посмотрите на неё, а может, я зайду в ваш дом и потребую поставить мне обед? Какая наглая нынче молодёжь пошла, они только брать хотят.

«Если бы я осталась на завтрак, ведь наверняка, в соццентре есть завтрак, если бы я только подумала об этом раньше. Да и где теперь этот центр, уже и не найти».

А сверху лилась музыка, военный дабстеп временами затихал, и с другой стороны улицы раздавалось отчётливое «Вступайте в армию объединённых континентов. Важен каждый доброволец. Служим народу, служим будущему». Глубоко вздохнув, Астра перешла дорогу и подошла к мобильной рекрутинговой станции. В открытом электромобиле сидел тощий длинноволосый юнец.

– Простите, в прошлом году ведомство устроило масштабную дегустацию. В этом году будет что-то подобное?

Юнец подорвался.

– Я не знаю. Правда. Но я могу рассказать о центре подготовки! Мы рады каждому новобранцу, армия – это уникальная возможность стать частью истории.

Астра сникла.

– Нет, мне это не интересно.

Она улыбнулась, стараясь быть вежливой, и попятилась.

– Мы предлагаем ряд преимуществ: медицинское обслуживание, образование и возможность строить карьеру, а также полный пансион. После прохождения трёхмесячных курсов, вы…

– Питание? – переспросила Астра. – Записывайте меня.

Он засуетился и, взяв планшет, весь вытянулся как шпала.

– Ваше имя?

– Астра… Астра… Чёрт, – выругалась она не в силах назвать себя.

– Вот это фамилия. И как тебе с такой живётся? Ой, виноват. Полных лет?

– Будете сканировать? – спросила Астра, юноша отрицательно покачал головой. – Тогда восемнадцать.

– Место рождения?

– Да пишите уже что хотите!

Юнец снова засуетился и в полном молчании заполнил данные.

– Что ж, кадет Чорт, добро пожаловать в ряды добровольческой армии объединённых континентов.

– Доставьте меня в пункт сбора. У вас же есть электромобиль, доставьте меня.

Юнец смутился и долго не решался ответить, но Астра повторила требование тоном, не терпящем возражений. Она уселась на нагретое косым солнцем сиденье, и они медленно покатили по тёплым московским улицам.

– Говорят, когда-то здесь был лес, – юнец размахивал руками, показывая то вправо, то влево, и беспрестанно болтал. – Дорога в лесу, я и представить не могу, что не было бы воздушных трасс и наших высоток, говорят, земля была дешёвая, максимум сто этажей ставили, ума не приложу, где размещались все эти люди. Я бы не хотел жить в древности, это ж скука смертная, всё делать руками.

– Суровые времена производят меньше бесполезной биомассы.

– Возражаю. Каждому человеку есть своё применение.

– Сегодня я ночевала в соццентре, никогда не видела столько безысходности. Целые толпы людей, которые никому не нужны.

– Ну за этот сброд не скажу, но тот, кто попадает к нам, обретает семью. Принимая присягу, ты становишься новым человеком, неважно, что было раньше, теперь ты военнослужащий самой доблестной армии во всей галактике. Думаю, тебя возьмут в информационную безопасность, или в криптографистки, у женщин вообще такое лучше выходит. Меня вот почти зачислили в медики, но вернулся десант, и я упал в обморок. Вон уже полигон виднеется, смотри.

В зоне видимости показался лес. Настоящий лес в этом бескрайнем ущелье из стекла и галогеновой рекламы. Юнец припарковал мобиль у кирпичной стоэтажки, которую сам назвал учебной базой, она будто отделяла настоящий город от древнего острова, полного зверья и прочих доисторических опасностей.

– Лосиноостровский полигон, тут проходят тренировки и учебные бои. Я тебе советую делать то, что говорят.

Астра направилась к нелепому зданию. Андроид-ресепшионист подсунул ей срочный договор на год, и Астра не глядя подписала. На электронном табло она рассмотрела планы этажей и отправилась на 10-й искать столовую.

Как же она скучала по настоящей еде. Не по тому суррогату, который ела в соццентре, и даже не по осьминогам, которые толком не были в её желудке, а по мясу, выращенному из живой клетки, которое щедро навалила живая женщина на раздаче.

– Вот принесло балерину, ешь давай.

Она хищно вгрызлась в стейк из выращенной свинины, и тут же кусок выпал из её рта, а сама она высунула обожжённый язык. Она подула и снова укусила, обжигая нёбо и щёки и выдыхая изо рта густой пар. Лишь откинувшись на стуле, она огляделась и чуть не подавилась щавелевым смузи – через стол сидел молодой мужчина в спортивном костюме и, уложив голову на руки, в упор смотрел на неё.

– Люблю женщин с хорошим аппетитом.

– А я нелепые подкаты, – съязвила Астра, но улыбнулась. Он легко подхватил своё сильное тело и подсел.

– Я Михей, уже неделю здесь тусую, пока народ набирается. Тренировки начнутся после праздников, может, даже будем в одной группе.

– Три месяца?

– Нет, конечно! Разве тебе не рассказывали? Месяц на строевую, а потом приедут покупатели, нас поставят в рядок, тогда и посмотрим, кто из нас слабое звено. Вот распределят по частям, так и будет ещё два месяца профильных, если дадут.

– И куда можно пойти?

– Ну тебе бы в инженерные войска или ПВО, чтоб на Земле служить.

– Отлично сработало наше ПВО на Рузе, ничего не скажешь, герои.

– А ты знаешь, сколько их летело? Если б не парни из ПВО, мы бы сидели в руинах, если б вообще сидели. Если б не медики, инженеры, пилоты, мы бы давно превратились в фарш в тарелках небурийцев.

Астра потупилась. Она подавила желание извиниться, в конце концов, Михей не был виноват в её трагедии.

– Что, родители военные?

– Военные. На тяжёлом крейсере «Леонов» служат. А ты что же, принцесса из политических?

– Уже не принцесса, а, наверное, лягушка.

– Ты извини, если что. Я тебе покажу, что тут да как.

10 мая в 6 часов утра в женской спальне прозвенела оглушительная побудка. По зычной команде «Рота подъём» женщины всех возрастов повскакивали со своих кроватей, централизованно умылись, одинаково оделись в выданную им спортивную форму и ровным строем вошли в столовую.

Астра получила свой бобовый крем, протеиновый батончик и чашку синтетического кофе. Она только расправилась с половиной, как её соседки встали со своими подносами, освободив места новому потоку новобранцев.

– По тебе видно, что ты новенькая, – сказала женщина с фиолетовыми волосами. – Долго ешь. Я тоже не сразу привыкла к таймингу. Меня зовут Мия, как косметика.

– Мия, куда мне идти?

– Сегодня тебе во двор, там собирают всех новеньких. У меня было вводное занятие до праздников, мы пересечёмся на тренировке.

– Спасибо. Я пришла только вчера и чувствую себя немного неловко.

– Привыкнешь. И не опаздывай, Тарашкевич страсть какой злой к опоздунам. Я это говорю, чтоб ты бежала прямо сейчас. Серьёзно, беги. И волосы собери.

И Астра побежала, лифт мучительно медленно спустил её на первый этаж, а во дворе уже стояли две шеренги людей, перед которыми как индюк прохаживался рябой командир. Она пристроилась сбоку.

– И ко всему прочему, не каждый из вас поступит в ряды доблестной армии объединённых континентов, – он дошёл до конца шеренги, развернулся на пятках и пошёл в обратную сторону. – В экстремальной ситуации один психически нестабильный элемент может быть опаснее врага. А нестабильным элементом стать проще простого.

Он остановился напротив Астры и что есть силы заорал прямо в лицо.

– А резинку вам принести!? А часы!? А говна на лопате!?

– Нет, капитан! – выпалила она первое, что вспомнила из «Капитана Редженса».

– Лейтенант, рядовой! – он отвернулся и снова зашагал. – Чем быстрее вы поймёте, что дисциплина – это основа боевого братства, тем быстрее вы станете настоящими солдатами. Быть солдатом – это гордость, быть солдатом – это защищать свой дом, это стоять до последнего, это верить в свои идеалы, это смотреть в лицо опасности, запомните – лучше смерть, чем позор. Служба – это не только ломом плац подметать, служба – это ваша новая семья. Только будучи братьями и сёстрами, опорой друг для друга, вы преодолеете все тяготы военного дела.

– Как понял, рядовой?! – рявкнул он на Астру.

– Поняла, товарищ лейтенант.

– Выйти из строя! Имя!

Астра шагнула прямо на лейтенанта и оказалась так близко, что по шеренге прошёл шепоток и хихиканье.

– Астра Чорт, товарищ лейтенант, – выкрикнула она в его бугристое лицо.

– Зря бобов натрескалась. Встать в строй.

В качестве разминки смешанный отряд отжимался, подтягивался и качал пресс, казалось, время еле ползёт. Астра выдохлась, её тошнило утренним бобовым кремом, а тело отказывалось повиноваться. Она почти захохотала от счастья, когда лейтенант Тарашкевич скомандовал «Вольно», она упала на утоптанную землю спортплощадки и повесила руки.

– Вот бы можно было отрезать всё бесполезное, – пропыхтела рядом тощая женщина лет тридцати. – Завтра мы пожалеем, что не умерли сегодня.

Она подмигнула Астре и встала по новой команде лейтенанта Тарашкевича.

– Устали? Зато теперь никуда не убежите. Так, у нас ещё час.

– Товарищ лейтенант, мы же не роботы, – закричал кто-то.

– Очень плохо! – рявкнул Тарашкевич. – Построились.

Астра с усилием поднялась на ноги и встала в шеренгу.

– Бежите отсюда и до обеда. Потом в душ и на тактику. А кто вздумает филонить, будет у меня всю территорию спичечным коробком мерить. Понятно вам? Марш!

У Астры сбилось дыхание, горели лёгкие и ныли ноги, никогда она столько не бегала. Путь их пролегал по широкой тропинке, окружённой стройными рядами деревьев Лосиноостровского полигона. Астра без конца спотыкалась на неровной плоскости и почти падала от усталости.

– Давай, подруга, некогда лежать, – женщина лет тридцати подняла её на ноги и подтолкнула вперёд. – Тебе не надо превозмогать всё. Просто переживи этот день.

Астра сжала зубы и сделала шаг. Сделала второй. Медленно и неотвратимо принялась перебирать ногами, пока боль не стала единственной её проблемой на сегодня.

– Бой – это активное столкновение противоборствующих сторон. Основная задача отдельного бойца – это обеспечение своей безопасности и безопасности товарищей.

Эта лекция показалась Астре раем, неужели больше не надо бегать, делать выпады, принимать упор лёжа, а можно просто сидеть и слушать.

– Фронтовое наступление применяется при относительно слабой обороне противника или при полной огневой мощи. При ограниченных временных ресурсах, при поддержке других атак, но стоит заметить, что фронтовое наступление требует тщательного планирования, если противник готов и защищает свои территории, оно может привести к большим потерям.

Фланговое наступление – это обход позиций противника, применяться может при относительно слабой обороне на флангах, к тому же элемент неожиданности может сыграть решающую роль в сражении. Про пассивные виды ведения боя будем говорить на следующем занятии. Все на медподготовку!

– Прежде чем совать руки в кишочки своего товарища, оцените обстановку. Вы не поможете сослуживцу, если сами невзначай грабанётесь. Кровотечение – это хорошо, значит, человечек ещё жив. Если нет стерильных повязок, ну хотя бы чистых, запишите время наложения жгута, чтобы облегчить работу более смышлёным товарищам. Если ваш товарищ не дышит, начинайте реанимацию, ломайте рёбра, если он останется жив, то за рёбра вам никто не предъявит, если нет, то тем более. По возможности продолжайте компрессии до появления признаков жизни или до прибытия медицинских работников. Записывайте всю информацию, что можете, не можете – запоминайте, и всегда говорите раненому, что помощь уже в пути. На следующей лекции потренируемся на Максимах, вон они в шкафу лежат, а сейчас шуруйте на психологию!

– Морально-психический фактор определяет степень боевой готовности, вашей и группы в целом. 90 % из вас во время боя испытают страх, 25 % обмочатся и потеряют сознание, только малая часть из вас сможет продвигаться по полю боя и самостоятельно атаковать противника, не ожидая команды. Остальные будут действовать по приказу своего командира, что тоже неплохо. Наша задача – минимизировать потерю боеготовности, в двух словах, обосрался – не мешай остальным. Каждые 60 дней вам предоставляется отпуск не просто так. Повышенная нагрузка, стрессы, радиация истощат организм настолько, что вы уже не будете приспособлены к мирной жизни. А теперь марш на площадку!

И снова группа новичков поступила под командование лейтенанта Тарашкевича. Он выстроил первогодок в шеренгу и пересчитал.

– Сейчас мы с вами поиграем в игру. Рядовой Чорт!

Астра вышла из строя.

– Скажи мне, рядовой Чорт, сколько времени тебе надо, чтобы одеться?

Астра обернулась на сослуживцев, безмолвно прося помощи. Нестройное шептание едва долетало до её слуха.

– Минут двадцать, товарищ лейтенант.

Тарашкевич расплылся в улыбке.

– Так вот, мы с вами будем играть в игру под названием «Рота, подъём! Рота, отбой!». Заключается она в том, что все раздеваются до белуги и укладываются в койки. А по команде «Рота, подъём!» вскакивают, одеваются и выстраиваются в шеренгу на взлётке, уложиться надо в пятьдесят секунд. Если один не успевает, – правильно говорю, рядовой Чорт? – то весь взвод по команде «Рота, отбой!» раздевается и укладывается. Будем играть пока не наступит обед. Марш в казарму!

Первую неделю Астра провела как в тумане, она только бегала и слушала лекции, в перерывах проглатывая еду, она просыпалась, училась и засыпала с болью во всём теле. Ей не хватало ни времени, ни сил думать о постороннем. Ещё пару недель назад она бы вся извелась, почему лейтенант её невзлюбил, она же так всем нравилась. Но зато она и не убивалась по родителям, измученное тренировками тело бросило все силы на восстановление мышц и отключило рефлексию, как функцию.

– Йоу, Астра, – Михей нашёл её на складе ГСМ. – Я тебе из чипка принёс.

Он помахал пиццей прямо у неё под носом. Астра, мокрая и уставшая, отложила ручной насос и пнула ногой машину. Шишига закачалась на воздушной подушке, автоматические стабилизаторы упёрлись в бетонный пол и так же скрылись в обвесе.

– Ты знал, – она чмокнула его в щёку и вгрызлась в толстое тесто. – Покачай пока. Нужно заправить шишигу, сундук сказал влить туда ровно полканистры. Снова поставку задержали.

– А как узнать, что половина есть? – спросил Михей.

Астра пожала плечами.

– Через отверстие посмотри. У тебя есть фонарик?

Михей пошлёпал себя по карманам и достал зажигалку.

– Давай я наклоню, а ты посветишь.

– Ты дурак? – Астра подавилась и закашлялась.

– Да это ж соляра, в неё можно хоть спички кидать, хоть бычки тушить, ничего не будет. Мы в ДОСААФе, когда учились, по-разному пробовали – ничего. Вот тряпку обмокнуть, то горит, что надо. Да ты не дрейфь.

Он вытащил насос с топливоприёмником, Астра зажала в зубах остатки пиццы и чиркнула зажигалкой. Столб пламени прошёл в пяти сантиметрах от её лица, опалив жаром. Она выронила изо рта пиццу и завизжала. От неожиданности Михей выронил бочку, она рухнула на пол и покатилась, разливая горящее топливо.

– Чёрт возьми!

Астра запрыгнула в противопожарный ящик и стала усиленно копать и выбрасывать руками песок. Потянуло характерным маслянистым запахом, дым заполнил помещение, когда огонь добрался до брошенной на пол олимпийки.

– Дура! – закричал Михей, подхватил Астру на руки и выбежал со склада.

Она вцепилась ему в плечи мёртвой хваткой, продолжая визжать. Михей бросился в сторону леса, наперерез ему, выскочил лейтенант Тарашкевич.

– Вспышка справа! – рявкнул он, и Михей рухнул влево, прикрывая свою голову и голову Астры.

– Вы, летучие обезьяны, что натворили?

– Склад! – закричала Астра.

Территорию потряс хлопок, будто взорвался огромный пакет с воздухом.

– Залёт, ёбаный в рот, – отозвался лейтенант.

Густой чёрный дым уже вовсю поднимался над частью. Когда Тарашкевич за шкирку приволок Астру и Михея к месту преступления, шишига выгорела изнутри, расплавилась даже воздушная подушка. Штатная пожарная команда в количестве двух машин стояла с развёрнутыми шлангами и подшучивала – у них снова не было воды. Низкорослый молодой прапорщик бегал кругом, хватаясь за голову. У Астры подогнулись колени, но Тарашкевич встряхнул её.

– Есть на свете инструмент такой же тупой, как и вы, мои юные друзья. Берёте сапёрные лопатки, вот отсюда расходитесь, а вон оттуда сближаетесь. Понятно?

– Окапывать склад? – переспросила Астра.

– Окапывать, – он отпустил её и с силой стукнул по спине, что она потеряла равновесие и упала. – Пока противопожарную траншею не сделаете, в казарме чтоб я вас не видел. Пирамиду вам откроют, скажете, я приказал.

Астра силилась придумать решение, но не могла. Она переглянулась с Михеем и рванула в оружейную.

К ночи она прокопала двенадцать метров траншеи глубиной не более сорока сантиметров, Михей прокопал восемнадцать, оставалось ещё столько же. Руки её тряслись, лопата падала на землю.

– Не могу больше, – Астра рухнула в окоп, как в собственную могилу.

Земля осыпалась ей на плечи, холод пробрал её потную спину, тёмно-русая засаленная коса неудачно легла под затылок, но Астра была слишком слаба, чтобы её поправить. Михей подполз поближе и растянулся, раскинув руки.

– Пусть делает с нами всё, что хочет.

– Смотри, какие звёзды.

Бесконечный космос раскрылся над ними. Где-то там, думала Астра, звезда массой в десять, тридцать или сто наших Солнц уже выжгла весь водород в своём ядре и начала падать сама на себя, разогреваться, а может быть, даже уже отбросила от ядра внешнюю оболочку потоком нейтрино. И сейчас весь этот свет летит в сторону Земли. Через миллион лет потомки увидят взрыв сверхновой, и по массе коллапсирующего остатка ядра даже смогут сказать, что стало с источником, возникла ли новая нейтронная звезда или чёрная дыра. А в военных частях на Земле, Небуре или WY всё так же будут вбивать квадратные колья в круглые лунки, катать квадратное и носить круглое.

– Идём спать, – скомандовала Астра и с болью поднялась.

– Эй, – позвал Михей, – может, погуляем, когда закончится всё это дерьмо?

– Может, – подмигнула Астра и поковыляла в казарму, как подстреленная утка.

В три часа пополуночи часть оглушила пожарная тревога. Астра вскинулась на кровати, выпучив глаза и открыв рот. Она тяжело задышала от усталости и недосыпа и спустила на пол ноги в кроссовках. Она с трудом вспомнила, как пришла, и едва живая рухнула в койку, не раздеваясь, а теперь всё вокруг зашумело и затопало, и она не могла понять, что происходит.

– Рота, пожар! – заорал дежурный. – Выносить всё на улицу.

Не успев подумать, Астра схватила свою тумбочку и с ней в обнимку помчалась на выход. За десять минут вынесли стулья, кровати и шкафы, расставили в том же порядке, что и в казарме, заправили, подмели чистый асфальт и выстроились. Лейтенант Тарашкевич прошёлся по рядам.

– Бойцы! – похвалил он. – Все слышали, что у нас пожар в части? Двое ваших сослуживцев как раз вырыли противопожарный окоп, его мы и пойдём осматривать.

Строевым шагом рота пошла вслед за лейтенантом к складу ГСМ.

– Это не траншея. Рядовой Чорт, и ты, как там тебя, выйти из строя. Это окоп для стрельбы в положении лёжа для анаконды. Моя бабка и то лучше копает. Ну что, рота, покажем, как нужно копать? Все за лопатами!

Уже ближе к концу мая, когда солнце набрало свою силу, но ещё не прогрело до конца землю, когда сквозняк из открытых окон приносил запах прелых листьев, обещая дать пару вечеров для тайных свиданий, и казалось, что весь мир замедляет свой ход, позволяя каждому мгновению растянуться и наполниться смыслом, на Астру сошло ностальгическое желание прихорошиться. Она задержалась в душе, как следует промывая и разбирая на пряди длинные волосы. Хоть и потерявшие былой блеск, они всё ещё мягко ложились ей на плечи. Её тело приобрело манящий рельеф, мышцы выступили на руках, животе и спине, она с удовольствием их ощупала. Она приподняла выше похудевшую грудь и осталась довольна своим новым подтянутым телом. Мия застала её за любованием и схватила за руку.