
Полная версия:
Алика Бауэр Выбрала Демона
- + Увеличить шрифт
- - Уменьшить шрифт
Почему же так случилось? Наверное, потому что мне все равно, что обо мне думает этот человек.
Снег падает на букет, оседает на лепестках. Розы выглядят неестественно красными на этом белом фоне. Слишком ярко. Слишком нарядно.
— Ну давай, — выдыхаю, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает плечи. — Я готова.
— Эту пошлятину и вправду подарил мой брат?
Оборачиваюсь. Руслан кивает на букет в моих руках.
— Ничего не пошлятину, — прижимаю его ближе, защищая. — Красивый букет роз. Просто Влад еще не знает, что это не мои самые любимые цветы.
— Ну да, — он выпускает дым в сторону, подальше от меня. — И на каком свидании ты собираешься признаться, что это… как их там… альстремерии?
Замираю, пытаюсь понять не послышалось ли мне?
— Что? Как ты…
— Они на заставке твоего телефона.
Становится неловко. Глупо, по-детски неловко, будто меня застали за чем-то постыдным. Хочу пошутить, что до ситцевой свадьбы точно скажу, но время тянется, снег падает, а слова застревают где-то в горле.
Я так и не нахожу ответа.
Молча захожу в дом.
Тишина. Темнота. Только из малой гостиной струится теплый, тусклый свет.
Мама сидит на диванчике у окна и смотрит на заснеженный лес. В ее руке бокал с вином, на столике початая бутылка. А у дивана, на полу, еще одна. Пустая.
Слишком много для одного человека.
Я тихо сажусь рядом. Кладу букет на столик, краем глаза подмечая, что и бутылка на столе почти пустая. Мама, наконец, вернувшись из своих мыслей пьяно, но тепло улыбается. Сердце в груди сжимается от этого. Надо что-то делать с ее внезапной любви к алкоголю.
— Детка, — голос у нее тихий, чуть хриплый от долгого молчания и вина. — Как прошло свидание?
— Все отлично, — улыбаюсь, глядя на розы. — Влад романтик.
— Твой папа тоже красиво ухаживал. Я до сих пор храню его стихи, которые он пытался сочинять для меня. Криво, без рифмы, но в них было столько души, что…
Она замолкает. Я вижу, как она сглатывает подступивший ком. Бокал снова подносится к губам. Глоток. Еще один.
Ох, мамочка…
Я беру ее свободную руку в свою. Холодная. Тонкие пальцы, которые когда-то держали олимпийское золото, а теперь сжимают ножку бокала так, будто это единственное, что удерживает ее на земле.
— Как думаешь, — тихо спрашиваю, — все мужчины рано или поздно изменяют?
— Нет, — говорит она тверже, чем я ожидала. — Не все. Если мужчина достаточно мудрый, он изначально берет в жены ту женщину, которую ему приятно терпеть. Страсть уходит с годами, это правда. Но если в ваших отношениях есть взаимопонимание, поддержка, дружба — это будет самый крепкий союз.
Пауза. Она гладит мою ладонь большим пальцем.
— Дочка, а что за мысли у невесты?
— Да так, — опускаю глаза. — Ничего, о чем тебе стоило бы беспокоиться. Просто хотела услышать твое мнение.
Она кивает. Я чувствую, что она не верит ни одному моему слову. Но не давит.
— Мое мнение, — говорит она осторожно, будто пробует каждое слово на вкус, — что, как бы я хорошо ни относилась к Владу и как бы ни была ему благодарна, я думаю… вы торопитесь.
Она смотрит на меня, и в ее глазах та самая любовь, которая сильнее страха сказать лишнее. Потому что боится потерять и меня тоже.
— Но это я уже тебе говорила. Ты знаешь мою позицию. А прислушиваться к ней или нет, дело твое. Ты уже взрослая.
Глава 10
Влад вернулся, как и обещал.
Не то, чтобы я специально сидела в гостиной и ждала, чтобы проверить данное им обещание… Просто мне не спалось. Да, все именно так. И не важно, что последние минут сорок я клевала носом. Но спустя два с половиной часа, когда входная дверь открылась, и я увидела его, во мне за секунду появилось столько силы и энергии, словно по венам пустили энергетик.
Жаль, это работает только в одну сторону.
Влад устало улыбнулся, крепко обнял меня, поцеловал в лоб и ушел в свою спальню.
Все нормально. Время позднее. И я не ждала продолжения нашего свидания. Так же как и не ждала незнакомый мне ранее аромат пряной вишни на его рубашке. Явно женский. Но Влад и не говорил, что у них будет сугубо мужская компания в бильярдном клубе. Поэтому… Да, все нормально.
Эти странные намеки делают из меня параноика. И лунатика к тому же.
Спускаюсь вниз в полной темноте, нащупывая перила босыми ступнями. В горле пересохло так, что язык прилипает.
В доме тихо. Только часы в гостиной отсчитывают половину второго.
Захожу на кухню, тянусь к выключателю, но вдруг замираю.
Я здесь не одна.
За кухонным островком, на высоком барном стуле, сидит Руслан. Он в одних пижамных штанах, выставляя на показ все свое бесчисленное количество татуировок. Перед ним початая бутылка виски, стакан, пепельница и тлеющая сигарета, зажатая между пальцами.
— Не спится, принцесса? — голос тихий, хриплый.
Слышу как он затягивается.
— Пить хочу, — отвечаю я и ненавижу себя за то, что мой голос звучит как оправдание.
Прохожу к холодильнику, стараясь держаться как можно дальше от него. Достаю бутылку минералки, наливаю в стакан. Пью стоя, спиной к нему, чувствуя его взгляд между голых лопаток.
Я в пижаме. Короткие шелковые шорты с леопардовым принтом и черная майка на тонких бретельках, которые я купила в прошлом месяце, даже не думая, что когда-нибудь кто-то увидит меня в ней. А теперь стою под взглядом человека, чье присутствие мне не приятно больше всех на всем свете. Или может это толика страха? Которую перед ним, я ни в кое случае не должна показывать.
— Ты всегда так поздно пьешь? — спрашиваю, не оборачиваясь.
— Ты всегда ходишь в прозрачном? Или для жениха так оделась?
Резко оборачиваюсь. Он усмехается, но в глазах ни капли веселья. Только усталость и что-то тягучее.
— Она не прозрачная, — сдерживаюсь изо всех сил, чтобы не прикрыть себя руками, чтобы не показаться слабой. Не перед этим человеком.
— Ага, — Руслан делает глоток виски, не сводя с меня глаз. — Тогда я, значит, слепой.
Бесит. Бесит, что он оказывается прав. Снова.
Я действительно одела этот комплект сегодня впервые. И да, для Влада, который, похоже, на него даже внимание не обратил. Знал бы он сколько усилий мне потребовалось, чтобы вот так в этом леопарде выйти к нему! Шортики хоть и свободные, но короткие, едва попу прикрывают. Маечка из тонкого материала. Все облегает.
И в итоге меня рассматривает совершенно не тот мужчина, для которого это предназначалось.
Я молчу. Надо уходить. Сейчас же. Поставить стакан и уйти.
Но ноги не слушаются.
— Садись, — Руслан кивает на стул напротив, стряхивает пепел от сигареты. — Не кусаюсь.
— А, по-моему, то и делаешь, что кусаешься.
— Хочешь? — стучит двумя пальцами по бутылке и делает глубокую затяжку отчего фильтр отчетливо загорается в темноте.
— Я за водой пришла.
— Скучно.
Я все-таки сажусь. На самый краешек стула, готовая в любой момент сорваться и убежать. Руслан наливает себе еще, ставит бутылку на стол. Между нами метр столешницы и темнота.
Не знаю зачем осталась, ведь этот человек не самая лучшая компания.
— Не спится? — повторяет он свой вопрос.
— А тебе?
Он пожимает плечами.
— Я вообще мало сплю. Привычка.
— Откуда?
Руслан смотрит на меня долго. Так долго, что я начинаю жалеть, что спросила. Курит.
— В таких делах, которыми я занимался, много спать опасно. Могут прийти, пока ты сны смотришь.
Я сглатываю. Внутри холодок.
— Влад говорил, ты был связан с криминалом.
Слова вылетают раньше, чем я успеваю их поймать. Повисает тишина.
Руслан снова немного отпивает, ставит стакан на стол.
— Влад много чего говорит, принцесса. Вопрос в том, насколько сильно готова ему верить?
— То есть ты не был связан с криминалом?
— Был, — отвечает с хитрым прищуром, затягивается в последний раз и тушит окукор о стеклянную пепельницу.
— И почему же я не должна ему верить? — чувствую, как внутри закипает раздражение. На него. На себя. На эту ночь. — Ты только намекаешь, пугаешь, играешь со мной в какие-то игры…
— Игры? — Руслан резко поднимается. Я даже не понимаю, как он оказывается рядом так быстро. Обходит островок, приближается. Вскакиваю, но он уже слишком близко. — Так ты устала от игр?
Отступаю назад и упираюсь спиной в холодильник. Холодный металл через тонкую майку побуждает проступить марашкам на коже. А передо мной горячее, напряженное тело.
— Руслан…
Смотрю ему прямо в грудь. Точнее на колечко в соске. Во рту почему-то скапливается слюна. Сглатываю и отважно смотрю ему в глаза.
— Что? — Он наклоняется, и теперь его лицо в нескольких сантиметрах от моего. Пахнет виски, табаком и тем самым шоколадом. — Я единственный в этом доме кто не играет ни в какие игры. Скажи мне, Ева. Ты правда думаешь, что твой жених задерживается на работе каждый вечер?
— Не смей.
— А что — не смей? — он усмехается, но усмешка выходит злой.
— У него сегодня была важная встреча в бильярдном с Устиновым.
— В бильярдной? С Устиновым? — Руслан почти выплевывает эту фамилию. — Устинов - старый друг нашей семьи. У него подагра. Его жена пристально следит за его здоровьем. Он не выходит из дома после восьми уже лет пять.
Меня начинает потряхивать изнутри. Ладони сжимаются в кулаки. Но я не способна никого ударить. Я не такой человек. Так и буду продолжать стоять и трястись.
— Ты врешь.
— Ага, — он смотрит на мои губы. На секунду… всего на секунду его взгляд задерживается там. — Хобби у меня такое, сидеть по ночам и выдумывать очередную ложь для собственного удовольствия.
— Зачем ты это делаешь? — шепчу. Голос дрожит, и я ничего не могу с этим поделать. — Зачем ты пытаешься разрушить то, что у меня есть?
— А что у тебя есть, принцесса? — он вдруг кладет руку на холодильник рядом с моей головой. Со стороны - почти объятие, а по факту я в ловушке. — У тебя есть кольцо, которое он тебе подарил. У тебя есть комната в чужом доме. У тебя есть мама, которая плачет по ночам и пьет в одиночку. Нехилый счет в банке. И у тебя есть жених, которого ты видишь меньше, чем свою зубную щётку.
— Замолчи. Ты пьян.
— А еще у тебя есть я. Так уж получилось, что я иду в комплекте с этой семьей, — его голос становится тише. Почти шепот. — Который видит, как ты дрожишь каждый раз, когда я рядом. Который помнит, — он выдыхает мне в губы аромат виски и горького шоколада, — как ты пахнешь. Который…
— Замолчи! — Я толкаю его в грудь. Он даже не двигается. Как скала.
— Или что? — Он наклоняется еще ближе. Его губы почти касаются моего уха. — Позовешь Влада?
Зажмуриваюсь. Потому что, если я буду смотреть на него и дальше, мое сердце, удары которого и так разогнались до 200 ударов в минуту, просто не выдержит.
— Отпусти меня.
— Я тебя не держу.
Правда. Он не держит. Только рука на холодильнике и его тело, перекрывающее путь.
— Ты ничего не знаешь. И просто ему завидуешь.
— Вот значит как? — Руслан тянется рукой к моему лицу. Медленно, давая время отстраниться. Но я, почему-то этого не делаю. Его пальцы касаются моей щеки. — Как я уже говорил, мне кристаллически похуй кто и что обо мне думает.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.


