Штурмовая бригада

Александр Тамоников
Штурмовая бригада

– Я уже докладывал, Борис Ефимович, с севера подойти к объекту крайне сложно, и действовать оттуда неудобно! И все же я не отбросил, как видите, этот вариант, планируя прикрыть северное направление огневой точкой и бойцом на дальней вышке.

– Подойти, говоришь, крайне сложно? И атаковать оттуда неудобно?

Генерал задумался, остановившись напротив карты и глядя на схему, начертанную на секретном документе. Затем спросил:

– Но возможно? И подойти, и действовать?

– Теоретически да, но практически…

– А что практически? Практически, Григ, Омар как раз и может напасть оттуда, где его меньше всего ждут!

Но Пашин не согласился:

– Не думаю! Во-первых, Омар будет выходить к цели, уверенный, что находится вне зоны внимания спецслужб. А посему поведет отряд туда, откуда легче всего не только выполнить задачу, но и уйти после акции. Во-вторых, в целях перестраховки подчиненный Гурбани по идее должен разделить отряд. На группу непосредственного штурма объекта и группу прикрытия, которую, вполне вероятно, возглавит сам. Я уже говорил о возможности обстрела шлюзов со склонов водостока. Но тогда применять пять человек с дальнего конца плотины вообще не имеет смысла. Караул, какой бы он ни был хреновый, в этих условиях сможет отбить атаку боевиков, которым вдобавок ко всему придется тащить на себе и взрывчатку. Нет, считаю, что Омар будет действовать с юга, из того массива, где я с ребятами проводил разведку объекта!

Луганский присел на прежнее место:

– Ну, хорошо, убедил! Значит, из двадцати трех бойцов почти половину ты решил задействовать на самой плотине?

– Примерно так!

– Восемь человек на постах раннего обнаружения противника и четырех в оперативном резерве?

– Так точно!

– Лады! Я утверждаю твой план! Вылет в район применения завтра, восьмого сентября в 22.20 непосредственно из учебного центра. Пилоты сообщат тебе свой позывной. До отправки связь по необходимости, по прибытии в заданный район и далее по мере занятия рубежей действия – доклады мне!

– Есть, товарищ генерал!

– С этим решили.

Луганский прошел к сейфу, достал из бронированного шкафа пакет, бросил его поверх карты:

– А вот, Григ, снимки объекта № 17, которыми ты так упорно интересуешься! Я смотрел их! Качество хорошее. Общую планировку завода, складов наземных заградительных и оборонительных сооружений ты определишь. Если они не понадобятся, а я уверен, что не понадобятся, по возвращении из Туры сдаешь обратно мне. Все же документы носят гриф «Совершенно секретно»!

– Конечно, сдам! Зачем они мне?

– Договорились. Все. Забирай пакет, побудь с супругой, кстати, большой привет ей, и с утра на полигон!

Подполковник поднялся:

– Разрешите идти?

– Иди, Григ, иди! И удачной охоты тебе там, в лесу!

– Будьте спокойны! Отработаем задачу как надо!

– Не сомневаюсь!

Сложив карту и убрав в кейс ее и пакет со снимками космической разведки, Пашин покинул кабинет Луганского, а затем и здание Управления «Z» и вскоре был дома. Встретила его Нина.

– Я тебя уже и не ждала, Гриша. Думала, останешься в учебном центре.

Супруга не имела ни малейшего понятия о предстоящей командировке мужа.

– А я вот приехал, но, к сожалению, завтра вновь покидаю тебя!

– Далеко отправляешься? В Чечню?

– Да нет! В совершенно противоположном Кавказу направлении.

– Я не должна ничего знать?

– Почему же? Мы расстанемся на неделю, дней на десять, максимум!

– Теперь уже на задание?

Пашин улыбнулся:

– Как тебе сказать? Конечно, на задание, только не совсем отвечающее профилю Службы!

– В смысле?

– Да в один из районов следует какая-то важная иностранная делегация, мне и поставлена задача обеспечить безопасность ее передвижения за пределами Москвы. Так что ничего серьезного, не считая потери времени. Но приказ есть приказ, и его надо выполнять.

Нина подошла к мужу, взглянула ему в глаза:

– Ты говоришь правду?

– Нина, повторяю, я должен обеспечить безопасность объекта! И это чистая правда!

– Кто еще с тобой будет обеспечивать эту безопасность?

– Глебов, Затинный, Щурин, ну и еще двадцать бойцов из вновь набранных!

Пашин обнял жену, поцеловал ее в шею.

– Я соскучился по тебе, Нина!

– Так скоро?

– Да! А ты нет?

Женщина повернулась, положив руки на широкие плечи супруга:

– И я соскучилась!

– Может, устроим вечером праздничный ужин? С шампанским и свечами? А затем и ночь подарим друг другу, а?

– Тебе, наверное, рано вставать?

– Ничего подобного! Как обычно! Так как?

– Я только за!

– Вот и отлично!

Глава 5

Проснулся Пашин в 6.00. Выполнив несколько общефизических упражнений, принял душ, побрился, позавтракал и, попрощавшись с женой, отправился на полигон. На улице шел дождь. У столовой учебного центра встретил Глебова, тот поздоровался первым:

– Доброе утро, командир!

– Какое оно доброе? Погода, видишь, какая?

– А что погода? Вполне по сезону! Осень на носу!

– Все это так, но, если дождь за день не прекратится, придется переносить срок вылета.

Глебов проговорил:

– Распогодится еще! Дождь не обложной, тучи рваные, и ветер.

– Будем надеяться! А ты чего поднялся рано?

– Аналогичный вопрос я могу задать и тебе.

– Личный состав отдыхает?

– Отдыхает. До 11.00.

– Правильно, пусть выспятся ребята!

– Какой распорядок на сегодня?

– В 16.00 смотр, затем постановка задачи, получение оружия и всего необходимого. С 20.00 – ожидание прибытия вертолета. Наверное, и Луганский приедет. Ну а в 22.20 вылет!

– Ясно!

– Встречаемся в 16.00.

Подполковник прошел в свой кабинет. Вновь разложил карту района. Впрочем, рассматривал ее недолго. В районе водохранилища подполковнику все было ясно. Он принялся изучать снимки так называемого объекта № 17, сделанные со спутника космической разведки. Как и говорил генерал Луганский, они были превосходного качества. На фото Пашин отчетливо мог разглядеть не только корпуса завода и ангары складов, но и три ряда колючей проволоки, бронетранспортеры батальона охраны, «Шилки» и БРДМы с системами ПВО «Стрела-2» зенитно-ракетной батареи. Даже долговременные огневые точки были хорошо видны. Надо признать, объект охранялся неплохо. И вот так с ходу его оборону даже солидному отряду хорошо вооруженных боевиков не прорвать. Но это с ходу и действуя в лоб. Если же каким-то образом внезапно взломать заслон проволочных и минных заграждений, проделав проход до собственно территории завода, то дел наворочать можно неслабых. И в этом случае будет бессилен предпринять что-либо серьезное и батальон охраны, и зенитно-ракетная батарея. Последняя вообще может сыграть негативную роль. Она нацелена на воздух, и если ее позиции захватить, то мощное оружие ПВО, обращенное против объектов завода, может такого наделать! А эти позиции, судя по снимкам, совершенно беззащитны от нападения с земли. Они находятся под прикрытием сил батальона охранения. Но только до тех пор, пока сам батальон контролирует ситуацию. Хотя надо признать и то, что способов прорваться через три заслона заграждений, один из которых находится под высоким напряжением, Пашин, как ни старался, не видел. Может, правы были чины из Службы обеспечения безопасности подобных объектов в своей абсолютной уверенности в неприступности химического завода? И он, Пашин, просто зациклился на вероятности нападения на объект № 17? Может, и так! И дай бог, чтобы там, за восемьдесят километров от города Тура, во время действия отряда «Скорпион» у плотины ничего не произошло! Дай бог! Однако какое-то подсознательное чувство опасности не оставляло опытного подполковника. И опасность эта исходила не от группы Омара! И не касалась плотины. Что-то еще, кроме попытки взорвать сооружение и затопить город, должно было произойти. Где? И что? На это у Пашина уверенных ответов не было. И не могло быть. Григорий и не заметил, как за размышлениями просидел у рабочего стола почти до двух часов.

Оторвавшись от снимков, он взглянул на окно. Капли на стекле отсутствовали. Подполковник поднялся, убедился, что дождь кончился, хотя погода по-прежнему оставалась ветреной и хмурой. Но хорошо, что хоть дождь прекратился. Еще бы ветер к ночи стих!

В 15.50 он прибыл в модуль размещения отряда «Скорпион».

В 16 часов майор Глебов, построив подчиненных, доложил о готовности подразделения к осмотру.

Пашин обошел строй. Обратил внимание на оружие, которое состояло их двух пулеметов «РПК», автоматов «ВАЛ», снайперских винтовок «винторез». Этого арсенала вполне хватало для выполнения задачи по нейтрализации банды Омара, а вот для выполнения другой задачи, по тому же объекту № 17, могло оказаться недостаточно. Черт его знает, как там сложится обстановка. Поэтому подполковник распорядился усилить вооружение гранатометами «ГМ-94». Глебов удивился отданному Григом распоряжению, но уточнять, для чего тот решил усилить отряд, не стал. Григ знал, что делал!

После осмотра подполковник разрешил личному составу находиться в корпусе, майора же Глебова, капитанов Воронцова и Скоблина – командиров групп в отряде «Скорпион», а также прапорщиков Затинного со Щуриным пригласил на совещание в свой кабинет.

Там, рассадив офицеров за рабочим столом, Пашин обратился к ним:

– Товарищи офицеры! Как вы все знаете, сегодня в ночь нам надлежит убыть в район населенного пункта Тура, где у плотины Туринского водохранилища предстоит предотвратить террористический акт, который намерены совершить боевики некоего Омара, подчиненного печально известного Гульбеддина Гурбани.

Подполковник расстелил карту района с нанесенными на ней необходимыми обозначениями.

– Внимание на карту. Перед вами район водохранилища с населенными пунктами Тура, Черная, Ильинское и Барская. Три последних представляют собой брошенные деревни, другими словами, скопление сплошных руин, за исключением Барской, где имеются несколько относительно уцелевших зданий и почти нетронутый временем и рукой человека остов бывшей животноводческой фермы. И еще полуразваленная церковь в Ильинском. В 22.20 из учебного центра мы вылетаем в Горный. Оттуда совершаем марш-бросок к деревне Барской. В селении первый привал, там же организация первого пункта раннего обнаружения противника. Старшим в деревне останется прапорщик Затинный. Далее следуем в обход водохранилища с юга непосредственно к плотине, по пути выставляя сдвоенные посты наблюдения в Ильинском и Черной из числа личного состава группы капитана Воронцова. Непосредственно у плотины тот же Воронцов выставляет из оставшихся бойцов группы заслон на восточной окраине лесного массива. Капитан Скоблин из своей группы выделяет двух человек в оперативный резерв, который расположится вот здесь.

 

Пашин указал на красные точки на карте, что были обозначены в стороне от грунтовой дороги Тура – Барская, немного на юг.

– Остальные бойцы во главе с самим Скоблиным поступают в мое распоряжение. Майору Глебову находиться во главе резерва. Свой группе я поставлю задачу отдельно на месте. Скоблину за оставшееся время изготовить легкие муляжи часовых на вышках. Чтобы и нести их было легко, и на людей хотя бы верхней половиной похожи были. Майору Глебову позаботиться о паре бронеодеял, которыми закроем дощатые корзины вышек. Такова общая задача. Будут ко мне вопросы?

Руку поднял капитан Воронцов:

– Каков порядок и режим связи между постами?

Пашин ответил:

– На период ожидания противника связь по необходимости. Позывные у группы Затинного – Зорро. У остальных постов, соответственно, Селение-1 и Селение-2. У тех, кто перекроет восточную окраину леса, – Восток. Позывной Воронцова – Ворон, Скоблина – Плотина, мой – Григ! Запомнили?

– Так точно!

– Еще вопросы?

На этот раз спросил Скоблин:

– Мне одно непонятно, товарищ подполковник, в каких целях отряд берет с собой дополнительное вооружение?

– Этот вопрос оставлю без комментариев. Ответ на него узнаете позже исходя из того, как будет складываться обстановка в районе применения, и… возможно, не только в нем! У кого есть еще что?

Воронцов спросил:

– Нам известен количественный состав противника?

– Примерно! Предположительно семь человек.

– Ясно!

– Все?

Подчиненные Пашина промолчали.

Подполковник подвел итог совещанию:

– Итак, товарищи офицеры, боевая задача до вас доведена. Может, и не так подробно, как обычно в подобных случаях, но у нас будет уйма времени в районе применения для всякого рода уточнений и отработки взаимодействия! И потом, наши действия будут зависеть от того, как поведут себя боевики. Так что не исключаю и кардинальных изменений в общем плане уже по ходу самой акции. Всем надо быть готовым к любым стремительным и самым неожиданным изменениям в обстановке. Сейчас соберите своих подчиненных и доведите до них задачу, определив, кто и где конкретно будет задействован в районе применения. Следующее построение непосредственно перед посадкой на борт. Если больше вопросов нет, все, кроме Глебова, свободны.

Оставшись с Глебовым, Пашин присел напротив майора.

– Тебе, Макс, на месте предстоит руководить резервом. Будем находиться в непрерывной связи.

– Я это уже понял!

– Но задержал я тебя не только по этому поводу. Меня не оставляет предчувствие, что Гурбани запланировал более масштабную и губительную акцию в России, нежели затопление города Тура.

– Ты о химическом заводе?

– Да! Не дает он мне покоя, Максим, слишком уж заманчивая цель – этот объект № 17 при всей его внешней недоступности.

– Слушай, Григ, я понимаю тебя, но этот объект нас никак не касается. Чего ты-то голову ломаешь? И без нас найдется кому защитить завод!

Пашин поднялся:

– А вот тут ты ошибаешься, Максим! Случись что на объекте, именно нас перебросят туда, потому как «Скорпион» окажется ближе всех к заводу.

– Это при условии, что Гурбани действительно наметил акцию против секретного объекта и запланировал ее одновременно с атакой на плотину у Туры! О чем у нас никакой информации нет!

– И все же считаю, отряд должен быть готов и к работе на заводе!

– Но мы ничего не имеем по нему, Григ! Он так же секретен для нас, как и для всех других! Как в таких условиях подготовить отряд?

– И опять ты ошибаешься, Макс!

Подполковник поднялся, прошел к сейфу, достал из него пакет, положил перед майором.

Глебов удивленно взглянул на Пашина:

– Что это?

– Информация по объекту № 17.

– Да? Я могу узнать, откуда она у тебя?

– Из космоса, Макс!

– Я серьезно!

– Я тоже! В пакете снимки разведывательного спутника. Схема территории завода и прилегающих рубежей защиты как на ладони, единственно, без пояснительной записки! Но разобраться, что к чему, можно!

– Кто ж тебе преподнес такой секретный подарок?

– А ты как думаешь?

– Луганский, больше некому!

– Угадал! Постарался Борис Ефимович.

Майор, высыпав из пакета несколько снимков, спросил:

– Так что, ты и Катрана заразил своими подозрениями?

Подполковник уточнил:

– Не подозрениями, Максим, а предположениями. Но, признаюсь, мне это удалось с трудом. Генерал, как и ты, как и все остальные, не допускает мысли о возможности нападения на химический завод!

Глебов посмотрел фотографии, спросил:

– Что с ними делать мне?

– Изучить и вложить, как компьютерный файл, в память своего черепа. Авось пригодится.

Майор вздохнул:

– Изучать, как понимаю, придется здесь и в форсированном режиме?

Пашин похлопал подчиненного и друга по плечу:

– Хорошо иметь дело с понятливыми людьми. Работай, Макс, а я пройдусь пока, посмотрю, что за погода на дворе. Через полчаса вернусь. После чего устрою экзамен. Так что изучай снимки как следует!

– Иди, экзаменатор!

Пашин вышел из штатного корпуса. Осмотрел небосклон. Он был затянут тучами, но дождь не шел. И ветер стих! Вот бы так продержалось до ночи! Откладывать переброску отряда нежелательно. Да и примета плохая. Пожалуй, стоит узнать, какова метеорологическая обстановка в районе Туры. Подполковник запросил метеорологов. Их ответ и прогноз на ближайшие сутки успокоили Григория. Возле Туры сейчас было ясно, и особых изменений в погоде не намечалось. Да и в Подмосковье к ночи тучи должны рассеяться. Циклон, что обильно поливал московскую землю, постепенно покидал границы столицы, уходя на юго-восток.

В 21.30 на вертолетную площадку учебного центра совершил посадку транспортный «Ми-8».

Пашин объявил построение личного состава отряда «Скорпион».

В это же время на полигон прибыл и генерал Луганский. Григорий доложил ему о готовности подразделения к боевому выходу. Луганский лично обошел строй. Затем отозвал в сторону Пашина:

– В каких целях, Григ, ты берешь с собой дополнительное вооружение?

Подполковник ответил:

– Пригодится! Оружие и боеприпасы, насколько помню, ни в одной из проведенных ранее операций лишними не были.

– Что ж. Это твое право. Бойцы готовы к решению задачи?

– Так точно!

– Добро!

Генерал посмотрел на время:

– Давай, Пашин, начинай посадку.

Григорий передал командование отрядом его непосредственному командиру, и двадцать два человека быстро заняли места на борту транспортной «вертушки».

Возле вертолета остались лишь Луганский с Пашиным.

Генерал приобнял заместителя:

– Ты вот что, Григ, организуй у Туры все, как надо! Задача отряду вполне по силам. Главное, нейтрализовав банду, не допусти потерь среди бойцов «Скорпиона».

– Это уж как сложится, генерал!

Но Луганский был категоричен:

– Не как сложится, подполковник, а не допусти! Даже если каждый боевик будет нести на себе пояс шахида. В случае малейшей угрозы жизни кому-то из ребят «Скорпиона» – вали «духов» всех! Не возьмем Омара, черт с ним, да он нам особо и не нужен. Без него знаем, кто стоит за данной попыткой совершения террористического акта. Береги людей!

– Все я понимаю, Борис Ефимович!

– Ну, ладно! Время вылета! Держи меня постоянно в курсе всех событий. Удачной охоты тебе, Григ!

– Спасибо!

– И удачного возвращения вместе с отрядом!

– Благодарю, генерал! Разрешите занять свое место в вертолете?

– Давай!

Подполковник скрылся в люке десантного отсека.

«Вертушка» тут же увеличила обороты несущего винта, мягко оторвалась от бетона площадки и, взмыв вверх, взяла курс на север.

Генерал проводил ее взглядом и направился к служебному автомобилю только тогда, когда во тьме пропали отблески огней винтокрылой машины.

Приказал водителю ехать домой.

Полет длился чуть более двух часов. В 0.35 «Ми-8» благополучно приземлился на грунтовой взлетно-посадочной полосе аэродрома малой авиации города Горный.

Бойцы «Скорпиона», покинув борт, выстроились в две шеренги. «Ми-8» вновь поднялся и ушел на восток, на военный аэродром в ста пятидесяти километрах от Горного.

Пашин приказал отряду спецназа перестроиться в походную колонну. Сориентировавшись по карте, обходя окрестности города, отряд начал первый этап марша до деревни Барской.

В 2.35 подразделение остановилось. Через поредевшие заросли кустарника на фоне светлого, в отличие от Подмосковья, неба отчетливо были видны развалины села и несколько более-менее сохранившихся зданий.

Глебов выслал вперед разведывательный дозор, который через пятнадцать минут доложил, что брошенное селение пустынно. Подполковник объявил привал на полчаса. Бойцы быстро рассредоточились по лесу, опустившись для отдыха на покрытую начавшей увядать, но еще густой травой землю. Как профессионалы, они умели ценить каждую минуту отдыха.

Пашин вызвал к себе Затинного.

Тот подошел, опустился на траву рядом с подполковником.

Григорий указал на селение.

– Останешься тут, Зорро. Обоснуешься на северной окраине за остовом фермы, одного бойца поставишь здесь, где мы сейчас находимся, второго направишь к водоему так, чтобы ему были видны все развалины восточной окраины села. Задачу знаешь!

Затинный спокойно ответил:

– Знаю! Обнаружение банды Омара. Или той его части, которая может объявиться здесь.

– Вот именно. Обнаружение и доклад мне! Дальнейшую задачу поставлю по обстановке.

– Я все понял, Григ! О передвижениях какого-либо транспорта, возможно, непричастного к делам Омара, как-то: подвод или автомобилей местных жителей, тоже докладывать?

– Обо всем сообщать мне, Зорро! Даже если вдруг Карлсон прилетит в село или пацан какой объявится на велосипеде. Обо всем!

– Без вопросов!

– Найди Воронцова, забери у него наблюдателей и занимай позиции!

– Слушаюсь, господин подполковник!

– Иди, фермер! Слушай, а чего я тебе позывной прежний оставил? Надо бы обозвать Фермером. Как ты на это смотришь?

– Никак! На Фермера не отзовусь! Пошел я!

По истечении получаса Пашин поднял отряд и так же походной колонной повел к следующему селению. Теперь идти было труднее. Отряд старался держаться подальше от дороги, и поэтому приходилось продираться через густые полосы кустарника, причем стараясь не оставлять за собой видимого следа. Второй отрезок шли тяжело. Но вышли к селу Ильинское в назначенное время, 5.30! И хотя тут привал не был предусмотрен, Пашин и здесь решил дать полчаса бойцам на отдых. После второй деревни, где также был оставлен на этот раз уже сдвоенный наблюдательный пост, марш пошел веселее. Смешанный лес сменился сосновым бором, и спецназ легко преодолел семь километров до деревни Черной, идя в основном по мягкому мху.

У развилки дорог, одна из которых уходила непосредственно к плотине, а вдоль второй отряд и шел до Черной, Пашин отдал команду: «Стой».

Подозвал к себе майора Глебова, капитанов Воронцова и Скоблина и прапорщика Щурина. Провел инструктаж на дальнейшие действия оставшимся личным составом отряда:

– Макс! Берешь резерв и выдвигаешься на установленные позиции. Воронцов, ты с остатками своей группы – на восточную оконечность лесного массива. Позиции занять строго по схеме! Скоблин, свою группу окапываешь здесь. Зарыться так, чтобы птицы вашего присутствия не замечали. Туалет только ночью и по одному! Разошлись!

Пашин повернулся к Щурину:

– А мы, Шунт, как всегда, будем работать в паре!

– Не привыкать!

– Схрон, где начальник караула Васильевич миловался со своей замужней любовницей, помнишь?

– Что ж я, совсем без памяти? Конечно, помню! А что?

– А то, что возле этой землянки мы с тобой и организуем временный командный пункт. В кустах, прямо напротив этого самого схрона.

 

– Ясно! Вопросов нет!

– Это хорошо, что нет! Значит, двигай туда по-тихому, а я посмотрю на объект. Может, что и изменилось за время нашего отсутствия. Только ты позицию-то по всем правилам сооруди. И на двоих. Понял?

– Чего не понять?

Подполковник бесшумно скользнул в заросли кустарника.

На объекте за время короткого отсутствия здесь спецназа ничего не изменилось. Та же местами порванная колючая проволока, закрытые на защелки ворота, спящие часовые на вышках, кажущееся необитаемым здание караульного помещения. Идеальная цель для нападения. Пашин дождался смены постов. Во двор вышли две женщины. Среди них была и та, что миловалась с начальником караула Васильевичем. Сейчас подполковник знал, что «начкара» полностью звали Басов Федор Васильевич, а его подругу, сейчас направляющуюся к дальней вышке, Лисицыной Валентиной Сергеевной. Пашин подумал: интересно, ныряла сегодня в свой любовный схрон эта сладкая парочка? Хотя это к делу никакого отношения не имело. Главное в том, что объект практически не охраняется, а о защите от нападения боевой группы и говорить нечего! Дождавшись, пока на плотине все стихло, Григорий вернулся к Щурину. Тот в поте лица продолжал обустройство позиции ожидания и наблюдения, ловко орудуя малой саперной лопаткой.

Пашин присоединился к подчиненному, и через час укрытие, с которого просматривался схрон и через просеку часть плотины, точнее, вышка первого поста, было готово.

Закончив работу, офицеры закурили.

Щурин, откинувшись на земляную стену временного командно-наблюдательного пункта, спросил:

– Интересно, Григ, сколько времени нам предстоит просидеть в этой берлоге?

– Думаю, недельку!

– Нормально!

– Ты, как покуришь, аппаратуру свою разверни. Мне нужна устойчивая спутниковая связь с Управлением!

– Сделаю, Григ! Я, копая яму, о соседе своем по гражданке вспомнил.

– С какой стати?

Щурин погасил окурок, положил его в нагрудный карман.

– Однажды этот чудик Витюша решил во дворе какую-то хреновину соорудить. Вытащил на улицу табурет, ножовку и лист фанеры. Я как раз подъехал пообедать. Ну и гляжу, Витек приноравливается пилить. Спешить мне было некуда, присел на скамейку и наблюдаю за соседом. А он, в натуре, с головой не дружил. Чудик, одним словом. Ну, кладет лист фанеры на табуретку, ногой его прижал и… погнал ножовкой туда-сюда. Работа сначала спорилась, да и что, в конце концов, распилить какую-то фанеру? А потом, гляжу, что-то с трудом дело у него пошло. Витюша аж вспотел, но работу не бросил. Пилит беспрерывно. А толку мало. Где-то на середине листа остановился, чертыхнулся: «Что такое, не пойму, ножовка притупилась, что ли? Пиляю, пиляю, и ни хрена!» Сдвигает фанеру и охает: «Ну не мать твою?» Я смотрю, а полудурок этот вместе с листом уже добрую половину табуретки распилил.

Пашин повернулся к Щурину:

– И к чему ты мне эту историю рассказал?

– А к тому, что и мы ерундой занялись. Вместо того, чтобы зарываться в землю, установили бы под елочкой видеокамеру, а сами поднялись в лес поглубже. Оттуда и смотрели бы за обстановкой, пользуясь полной свободой передвижения.

– Да? А если «гости» раньше срока пожалуют? Подвалят к объекту на какой-нибудь местной «Газели» и с ходу атакуют плотину вместе с караулом! Или вопреки расчетам и логике начнут действовать с противоположной стороны дамбы. Пока мы прочухаемся, находясь на удалении от объекта, они тут все к чертям и подорвут!

Щурин не сдавался:

– Я же не о всем отряде говорю. Ты и так ребят плотно усадил. Я о командном пункте говорю. О нас с тобой!

– Закройся, Шунт! И кончай базар! Налаживай аппаратуру и следи за обстановкой!

Щурин, обреченно вздохнув, принялся раскладывать и настраивать средства специальной связи.

Спустя полчаса Пашин запросил посты:

– Зорро! Я – Григ! Как дела?

– Я – Зорро! Какие могут быть дела? Все тихо и чисто!

– Селение полностью под контролем?

– Так точно!

– Добро! До связи!

– До связи, Григ!

Подполковник вызвал посты в Черной и Ильинском. Те также ответили, что позиции заняли, контроль над объектами осуществляют в полной мере. То же самое ответил и Глебов. Резерв занял установленные позиции, имея в секторе наблюдения развилку грунтовых дорог. Воронцов доложил, что контролирует восточную окраину лесного массива, включая въезд в него и проход на склоны водостока с самим отводным от шлюзов каналом. Последним Пашин вызвал капитана Скоблина:

– Плотина! Я – Григ, прошу ответить!

– Плотина на связи!

– Группу укрыл?

– Так точно! Только закончили маскировку!

– Добро! До связи!

– До связи, Григ!

Григорий отключил рацию.

Щурин спросил:

– С Луганским сейчас будешь связываться?

Пашин посмотрел на часы:

– Да! Давай-ка связь с Москвой.

Прапорщик-связист передал подполковнику аппарат спутниковой связи, напоминающий обычную трубку радиотелефона, только с антенной большего сечения и длины.

Пашин бросил в эфир:

– Катрана вызывает Григ!

В ответ молчание, правда, недолгое. Затем:

– Катран на связи!

– Докладываю, московское время 10.12, отряд «Скорпион» позиции на рубеже ожидания занял!

– Добрались до места без проблем?

– Без проблем!

– Как у Туры с погодой?

– Лучше, чем в Москве! По крайней мере, сухо!

– Да? А у нас опять дождь! А синоптики обещали прояснение, вот и верь им. Отряд рассредоточил по плану, без изменений?

– По плану! Приступаем к этапу наблюдения. Но, похоже, мы с вами, генерал, одну немаловажную деталь упустили!

– О чем ты?

– Она касается замены местного караула на бойцов отряда. Выпускать стрелков с объекта до завершения акции нельзя. Это понятно. Вопрос, как удержать их на плотине и, главное, где?

Генерал ответил спокойно:

– Не вижу в этом никаких трудностей! В здании караульного помещения есть приличный подвал. Это тебе на вопрос, где укрыть караульных. Теперь о замене. Банда Омара, скорее всего, попытается нанести удар по объекту ночью. Посему меняешь наряд часа через два после заступления. И в подвал! А как отработаешь Омара, выпустишь! Пусть несут службу дальше!

– Откуда у вас данные о подвале?

– Из проекта, по которому строилось Туринское гидротехническое сооружение. В нем подвал отмечен как помещение обеспечения автономного освещения. Значит, в нем пара движков с генераторами, остальное пространство свободно! Размеры подвала соответствуют размерам здания.

– Ясно! Вопросов нет!

– Ну и хорошо! До связи, Григ!

– До связи, Катран!

Пашин, вернув трубку Щурину, сказал:

– Вот и поговорили! А теперь, Шунт, смотри за обстановкой, особое внимание схрону у ели! А я, пожалуй, подремлю немного!

– Когда вас разбудить, подполковник?

– По необходимости!

– Хороший ответ! А главное, понятный! Сон командира неприкосновенен!

– Да не ной ты, Шунт! Через пару часов сменю тебя.

– Вот это другое дело! Спокойного тебе отдыха, Григ!

– Да иди ты, Олег!

Пашин удобнее устроился на плащ-палатке, накрывавшей дно временного командно-наблюдательного пункта, представляющего собой обычный окоп на двух стрелков, замаскированный сверху жердями с дерном и имеющий несколько щелей для ведения наблюдения, а если потребуется, то и огня. Укрытие было устроено умело. И со стороны его не видно, и бойцы, находящиеся в окопе, могли легко вести наблюдение и так же легко покинуть его для проведения захвата нужных лиц.

Но уснуть подполковнику не пришлось. Уже в 10.35 рация Пашина завибрировала сигналом вызова.

Подполковник ответил:

– Григ на связи!

– Это Ворон!

– Слушаю тебя, капитан!

– Восток сообщил о въезде в лесной массив колесного трактора «Беларусь» с прицепом. В кабине один тракторист. Следует по грунтовке в сторону развилки!

– Доклад принял! Продолжайте наблюдение!

Как только Пашин отключил станцию, Щурин спросил:

– Что там, Григ?

– Появился наш старый знакомый!

– Кто такой?

– Тракторист.

– Опять подался лес воровать?

– Что-то часто он ныряет в массив!

– Хозяйство!

– Возможно!

Подполковник нажал клавишу общего вызова:

– Внимание всем, кто контролирует дорогу и населенные пункты. В лес вошел колесный трактор с прицепом. Обратить на него особое внимание. О всех его перемещениях и действиях тракториста доклад мне! Как поняли?

Подчиненные ответили, что приказ наблюдать за одиночным передвижным объектом к исполнению приняли. И уже через пятнадцать минут пошли доклады.

Первым после Воронцова на связь вышел Глебов. Макс сообщил, что трактор миновал развилку и пошел глубже в лес. Вскоре Пашина вызвал пост, находящийся в ближайшей брошенной деревне:

– Григ! Я – Селение-1!

– Слушаю тебя!

– Трактор медленно проследовал через деревню Черную.

Подполковник спросил:

– Проследовал не останавливаясь?

– Нет! Но медленно, тракторист очень внимательно осматривает прилегающую к дороге местность.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20 
Рейтинг@Mail.ru