Александр Казанцев Пустоши Альтерры. Книга 4

Глава 1

Погоня

Пыльная полоса тянулась позади, и за ней цеплялись тени. Туман лип к броневику, как мокрая марля к свежей ране. Восемь часов без сна. Погоня держала ровный ритм, неумолимый, словно часовой механизм.

В кабине слова давно иссякли. Новости рассказаны, развилки обговорены, призрачные выходы отвергнуты. Остался только путь да надсадный вой двигателя в красной зоне. Коробку заклинило на третьей ещё в начале, и сколько Мрак ни дёргал рычаг, всё без толку.

Караванщик глянул в зеркало. Сзади тянулись чёрные силуэты, держались на той же дистанции.

– Не отстают. Солнце садится, а им нипочём.

Грач провёл пальцами по приборке, и панель дрожала в унисон с мотором.

– Думал, отвалят. Хрен там.

Мрак перевёл внимание на напарника. В тесной кабине, в этом надсадном гуле и дрожи железа Никиту легко было узнать: тот самый, с которым почти три года отпахали Пустошь. Нагловатый, с пацанским жаргоном на языке, но следом вдруг проскакивали точные слова, в которых слышалось образование и привычка думать шире, чем требует дорога.

И всё же сейчас в нём проступило новое. Мрак подметил это невольно, почти со злостью, и тут же отвёл мысль в сторону, вернувшись к зеркалу. Никита принял свою судьбу офицера Кодекса и, похоже, особо не жалел – по крайней мере на первый взгляд.

Анесса оторвала голову от коленей, лицо её побледнело.

– Мы ведь попытаемся прорваться?

Троица пыталась уже дважды. Мрак знал: стоит неудачно войти в поворот, завязнуть, и это конец. Завести машину уже не выйдет, останутся посреди пустоши. Потому и выбрали выжидать, да только ожидание затянулось.

Салон замолк. Ветер просвистывал в щелях, мотор работал на износ.

Мрак коротко указал на гранатомёт.

– Тянуть некуда. Полбарабана дым, остальное фугасы.

Грач склонился к прицелу, проверил рычаги, коснулся кнопки, перетянутой изолентой.

– Вон гряда, там песок плотнее. Сместимся – и рванём.

– Фугас в центр, дым по флангам, – уточнил Никита, снова проведя пальцами по спусковому. – Должно сработать.

– А если нет? – спросила Анесса ровно.

– Ну… – Грач не закончил.

Мрак вдавил стрелку тахометра в красную зону. Скорость приросла на пару километров, но важнее было не завязнуть в песке.

Рой заметил манёвр. Первые монстры вылетели из пыльной завесы, за ними хлынула река чёрных фигур. Дистанция таяла, в висках нарастал гул крови.

– Начал! – рявкнул Никита.

Фугас сорвался из трубы сухим хлопком. Вспышка пронзила пыль, броню встряхнуло, что-то впереди разлетелось на куски. Следом ушла дымовая, правый фланг накрыло облаком, и монстры растворились в серой толще.

Ещё хлопок. Впереди вспыхнула взвесь, силуэты отбросило вбок, новая завеса легла сверху, и мир превратился в молочное марево. Пауза так и не наступила: сквозь туман прорезалось движение. Одна из тварей прорвалась, вытянутая тень метнулась к кабине.

Мрак дёрнул руль, но броневик шёл в слепом коридоре. Всё случилось за миг, чужая масса летела прямо в лицо. Усталость взяла верх, и караванщик не успел увернуться.

– Пекло!

Удар пришёлся сбоку. Кабина содрогнулась, металл застонал, колёса на миг потеряли сцепление. Броневик занесло, подвеска взвыла. Внутри всё слилось в звон и скрежет, потом резкий хруст.

Мрак знал свой броневик до последнего винта, и этот треск говорил о худшем: лопнула тяга, рулевое теперь держалось на честном слове. Колесо ещё катилось, но каждый поворот грозил сорвать остатки, и тогда машина станет неуправляемой.

Караванщик держал руль крепко и мягко, миллиметр за миллиметром выжимая из броневика остатки послушания, возвращая его на прежнюю траекторию. Пятнадцать лет рейдов, опыт, вбитый в мышечную память, позволяли управлять машиной как собственным телом. Чутьё подсказывало, где можно отрулить, а где дать подвеске отыграть самой.

– Ходовая! – процедил он сквозь зубы, когда броневик дёрнулся и всё-таки взял старый курс.

Машина понеслась дальше, упрямо, с заклинившей коробкой и хрустящей подвеской, которая больше не позволит повернуть. Теперь дорога вела сама.

Мрак не смотрел на приборы, он считывал всё кожей. Топил и бился с железом, а стрелка скорости застыла чуть выше двадцати.

– Всё. Больше не выжмем.

За окнами пыль рвалась клочьями, в зеркале шевелился Рой. Он нагонял.

– Семьдесят метров, не больше, – отметил Грач, скользнув по зеркальцу. – Без дыма давно б сидели у нас на крыше.

– Что теперь? – сорвалось у Анессы. – Мы только глубже в ловушку залезли?

Мрак смотрел вперёд, потом тихо произнёс:

– Всё. Рулевая в клочья. Теперь только прямо, сколько сможем.

– Падаль, – пробормотал Грач.

– Пока движемся – живы, – жёстко отрезал Мрак.

– Может, ещё дыма дать? – спросил Грач. – Хоть миг выиграем.

– Последний остался, – покачал головой водитель.

Анесса поправила ремень и крепче прижала сумку.

– Двадцать пять… – негромко сказал Грач, глядя на спидометр. – Как у Вулканиса, помнишь?

– Было дело, – коротко ответил Мрак.

Броневик полз вперёд медленно, упорно. Рой смыкался, тени шагали почти вровень с бортами.

– Нагоняют.

Грач проверил патронник, рванул люк и, полуприсев, высунулся по пояс, без единого лишнего движения.

Выстрел. Гильза звякнула об броню, брызнула чёрная кровь. Тварь, шедшая вплотную, перелетела через морду, сбив ещё двоих. Грач захлопнул люк ровно в тот миг, когда следующая рухнула сверху. Быстрая, мелкая: когтями скребанула крышу и сорвалась вниз. Под колёсами хрустнуло.

– Минус две.

Так шло каждые несколько минут. Стоило очередной твари вырваться вперёд, Мрак командовал «Работай!», и Грач вскидывал винтовку, стрелял, снова захлопывал люк.

Минуты растянулись в вечность, сорок мучительных кругов секундной стрелки. Пустошь дрожала в мареве, горизонт расплывался. Машина стонала, но вдруг в пепельном закате прорезался силуэт.

Сначала виднелась дрожащая линия, мираж над раскалённым камнем. Потом проявились очертания, похожие на стены, вывороченные пустыней наружу. Сквозь пыль проступала форма, напоминавшая руины. Мгновение казалось: древний форпост с башнями и укреплениями. Обман рассеивался с каждым метром. Перед ними зиял разрыв в каменной гряде, скала была разодрана, края торчали наружу неровными зубьями, истёртыми временем.

Мрак прищурился: объехать не выйдет, нагонят. Значит, судьба уготовила въехать в эту гряду.

– Туда, – сказал водитель, и прозвучало это велением судьбы.

Сбоку бросились новые твари. Одна ударилась о борт, оставила тёмную полосу, другая ушла под колёса, и корпус прошёл по ней катком.

– Работаем!

– Всё, нечем, – зло бросил Никита, отшвыривая бесполезную винтовку.

Скорость упала до пятнадцати. Броневик гремел на кочках, рычания в нём больше не осталось: теперь он стонал, выжимая из себя последние крохи. Всё, что мог отдать, давно осталось позади, теперь железные внутренности работали на износ, протаскивая машину вперёд лишь на маниакальном пристрастии Мрака к отличному состоянию техники.

Чёрные твари теснили со всех сторон: когти скребли по броне, удары били в корпус, и весь этот грохот сплетался с хрипом двигателя в один отчаянный хор.

Впереди зиял узкий разрыв между скалами. Снаружи солнце палило прямо в глаза, внутри пряталась непроглядная тьма. Никто не знал, что там: тупик, узкая выемка или каменная ловушка. Если это всего лишь игра света и тени, броневик разобьётся о скалы.

– Сейчас.

Выстрел гранатомёта ушёл по дуге, и узкое ущелье содрогнулось от взрыва. Пыль и каменная крошка взметнулись, передние твари разлетелись в стороны, одна взвилась вверх тряпичной куклой.

На миг дорога очистилась. Броневик, дрожа всем корпусом, вцепился в землю колёсами и рванул в разрыв, ныряя из ослепительного солнца в чёрный зев скал.

– Даю дым в створку, – произнёс Грач почти с облегчением, нажимая на спуск.

Щелчок, тишина. Затем глухой хлопок, будто кто-то саданул по бочке. Грач зло прошипел:

– Твою маааать…

Граната не вышла, но сработала, и из барабана повалил густой белый дым: обратно, прямо в лицо. Капот скрылся под клубящимися волнами белой стены, ветер захлестнул облако внутрь, забивая все щели.

– Видишь что-нибудь?! – крикнул Грач, вглядываясь в молочную кашу перед машиной.

– Нихрена, – процедил Мрак. Щурился, не отпуская руль ни на миг.

Броневик наощупь влетел в расщелину между чёрных скал. Каменные стены нависали с двух сторон и терялись наверху. Толчок: колёса глубоко увязли во что-то рыхлое. Броневик провалился в странную чёрную жижу. Ни песок, ни глина: плотная, маслянистая грязь, земля здесь смешалась с мазутом и прелым камнем. Скорость резко упала: десять, восемь. Двигатель захлёбывался.

– Жижа… – выдохнул караванщик и утопил педаль. – Тяни, зараза!

– Слева! – вдруг закричал Грач. – Что-то есть… сарай или хижина!

– Где?! – откликнулся Мрак, но уже и сам заметил, как между камней мелькнула ровная тень.

Грач быстро защёлкнул пряжку шлема и натянул его, проверяя лямки. Поднялся и упёрся спиной в полуоткрытый люк, правая рука легла на сечь, а пустую винтовку он давно пихнул Анессе.

Девушка сидела, склонив голову. Губы шевелились беззвучно: упрямая молитва, полная тихого надрыва.

– Метров сорок… – хрипло бросил караванщик, впиваясь глазами в странное укрытие, которое тут же скрылось под клубами удушливого дыма.

Дальше тянуть было некуда, выбора не оставалось. Мрак выхватил револьвер, тяжёлый, потёртый, но ещё верный, а в другую руку взял нож. Рывком распахнул дверцу и шагнул прямо в чёрную жижу. Под ногами чавкнуло, плотная слизь облепила обувь, глубина оказалась небольшой, по щиколотку, местами до икр.

– ВЫХОДИМ! – взревел Мрак, перекрывая гул двигателя и липкий туман ужаса. – БЫСТРО!

Грач уже был снаружи. Плащ мягко лёг на спину складками, лицо скрывал шлем без единого отблеска. Он шагнул вперёд, по колено в жиже, изготовившись к бою.

Мрак, захлёбываясь смрадом гари и слизи, обернулся к распахнутой двери:

– Давай! – рявкнул, протягивая руку внутрь и одновременно нашаривая под сиденьем рюкзак на самый крайний случай.

Анесса не стала спорить. Позволила вытянуть себя наружу и тут же увязла в болоте. Грач перехватил её под руку, удерживая на ходу, левой рукой закинул ей на плечо медицинскую сумку, а винтовку решили бросить: сейчас не до неё.

Броневик позади гудел умирающим животным. Белый дым ещё стлался вокруг, растекаясь по склонам и странной жиже. В этот миг судьба дала шанс, который выпадает раз на сотню. Дым скрыл машину и сбил тварей с толку. Хищники, полагавшиеся на нюх, дыхание и страх жертвы, вдруг ослепли.

– Вон туда! – резко бросил Мрак, разворачивая голову. – К укрытию, живо!

Слева, между камнями, угадывался вдавленный в склон контур. Возможно, брошенный фургон, может, контейнер. В любом случае, шанс.

Караванщик мёртвой хваткой схватил Анессу за запястье.

– Держитесь друг за друга! Бегом! – бросил он.

Шаги вязли в болоте, чавкая с каждым движением. Топь хватала за ноги, срывала обувь, засасывала подошвы. Связка из трёх человек не распадалась, они брели, соединённые общей волей.

Грач что-то услышал и остался последним, пятясь. Поворачивал корпус степенно, каждым нервом ловя приближение твари. Одна вынырнула из тумана, и офицер уже знал, куда бить: сместился на полшага вбок. Клинок рубанул вниз, с влажным хрустом отсекая лапы. Существо взвизгнуло, пыталось свернуть. Второй удар снизу вверх, сечь вошёл в брюхо и вышел между лопаток.

В болотном сумраке силуэты терялись, дым редел, воздух сгущался тяжёлой пеленой. Укрытие было настоящим. Сначала казалось просто тенью, затем проступили очертания: металлический корпус, побитый временем, покрытый пылью и шрамами ржавчины. Стальные стены целы. Ни щелей, ни окон, только глухие железные листы под слоем копоти.

Мрак первым подскочил к двери и дёрнул ручку. Металл жалобно скрипнул, но не поддался. Рванул ещё раз, бесполезно: замок приржавел, створка срослась с рамой. Караванщик впился пальцами в зазор, ещё рывок, раздался хруст, и дверь наконец подалась в сторону.

Тем временем Грач прикрывал спину. Встал спиной к входу, выставив вперёд окровавленный клинок. Воздух вокруг дрожал. Из молочного тумана одна за другой выпрыгивали тени: чудовища чуяли близкую цель.

Новую тварь Грач встретил коротким выпадом. Шаг в сторону, бесшумный разрез по горлу, и существо захрипело и осело, добивать не пришлось, он закончил тем же плавным движением.

– Живо внутрь! – прокричал Мрак.

Дверь была распахнута. Грач отступил к входу и одним прыжком скользнул внутрь, чуть не поскользнувшись на мокром полу. Сразу за ним Мрак рывком втолкнул Анессу в проём, и Грач перехватил девушку за плечи, увлекая глубже в отсек. Караванщик лишь оглянулся и, вцепившись в створку, с силой захлопнул дверь. Железо сомкнулось с оглушительным скрежетом, отрезав от внешнего мира, и тьма поглотила всё.

Несколько мгновений слышно было лишь судорожное дыхание. Они заперлись в собственных гробах, и каждый ловил воздух ртом, боясь, что тот вот-вот закончится. Мрак нащупал внутренний засов и сдвинул, раздался тяжёлый железный лязг. Замок стал преградой между ними и Роем.

Анесса привалилась к стене и медленно сползла на пол, прижав руки к груди, пытаясь удержать внутри тянущий холодный страх. Снаружи раздался истошный вой, кто-то с рёвом метался у стен укрытия, царапая металл когтями: Рой не понимал, куда исчезла добыча.

Вслед за воем послышался новый звук, гулкий металлический грохот. Мрак похолодел: двигатель броневика всё ещё работал, и Рой нашёл новую цель.

– Наш броневик… – прошептала Анесса, с трудом сглотнув комок. – Они же его разорвут…

Никто не ответил. Снаружи доносились лишь уродливое чавканье да скрежет, будто чудовища выдирали из машины даже память о людях.

– Тихо, – отрезал Мрак.

Он не повысил голоса, но звук прорезал темноту, и все разом умолкли. Даже дыхание стало тише, осторожней.

– Свет есть?

В ответ что-то звякнуло: Грач нащупал в кармане старую зажигалку и передал вперёд.

– Держи.

Мрак чиркнул раз, пусто. Другой, и наконец вспыхнуло дрожащее жёлтое пламя. Слабый огонёк выхватил из угольной тьмы жуткую картину. В дальнем углу отсека, распластавшись по полу и стене, застыло нечто чёрное. Толстая изогнутая конечность упиралась в перегородку. Вытянутый силуэт, покрытый пепельно-серой коркой, напоминал уродливого таракана: с лишними сочленениями и переломанным хребтом.

– Твою ж… – Грач инстинктивно отпрянул к стене.

Анесса вскрикнула коротко, надтреснуто. Дрожащей ладонью зажала рот, глаза расширились до предела. Мрак уже вскинул револьвер. Рука не подвела, дыхание оставалось ровным, и он прицелился точно в центр этой мёртвой массы.

Грач двинулся вперёд бесшумно, будто вода. Пара шагов, и он заслонил товарищей от чудовища, но монстр не шевелился.

– …стой, – выдохнула Анесса, но Мрак уже понял.

Грач замер, склонившись ближе и тыкая острием, осторожнее, чем при работе со взрывчаткой.

– Труп, – тихо подтвердил офицер Кодекса. – Давно высох.

Все разом выдохнули. В замкнутом пространстве этот вздох прозвучал взрывом.

– Чёрт… – Грач привалился к стене, ощущая, как сердце понемногу возвращается на место. – Штаны сушить теперь.

Мрак медленно опустил револьвер, не спуская глаз с омертвелого чудовища. Пламя снизу освещало лицо, придавая ему потусторонний оттенок.

– Проверяйте помещение, – бросил караванщик.

Жёлтый огонёк высвечивал лишь узкие полосы, но постепенно глаза привыкали. По бокам виднелись рёбра жёсткости, металлические ниши, крепления. Похоже на боевой отсек, только непривычно большой.

– Фура… – тихо пробормотал Мрак. – Странная.

– Шире обычной раза в два. И длиннее раза в четыре, – отозвался Грач, медленно ведя ладонью вдоль стен.

На дальней стене виднелись массивные створки. Мрак дёрнул ручку, не поддалось.

– Заперто.

Вокруг снова воцарилась тишина. Огонь зажигалки трепетал на исходе горючего. Мрак отпустил кнопку, пламя дрогнуло и погасло, и темнота накрыла отсек без пощады.

За пределами укрытия что-то пронзительно зашипело, точно вспарывали брюхо. Вслед раздался хлопок, металлический, с глухим эхом. Из далёкого броневика вырвались пары пироцелия. Через миг послышался сбой мотора. И всё. Двигатель захлебнулся и стих, будто ему свернули шею.

Наступила тишина, настоящая: ни рёва, ни скрежета. Только чпок-чпок, хлюп-хлюп: десятки лап осторожно ощупывали жижу снаружи, коротко дёргались, глухо стучали когтями по пропитанной маслом грязи.

В отсеке все застыли.

– Вскрыли машину, как консерву, – прошептала Анесса.

– Шум пропал. Теперь будут искать, – так же тихо ответил Мрак.

– Но нас же не слышно? – Анесса старалась сдержать дрожь.

– Чуют что-то, – прошептал Грач из-под шлема.

Мрак молчал, и напряжение читалось даже в ровном дыхании, туго натянутая струна. Тварей больше ничто не отвлекало. Если хоть одна задержится у корпуса, учует вибрацию, дыхание или слабый запах…

– А если найдут?.. – едва слышно спросила Анесса. – Если…

– Створки надёжные, – жёстко оборвал Мрак.

Он пресекал панику.

В темноте казалось, отсек дышит вместе с ними. Стены постанывали под собственным весом. Где-то далеко за пределами хребта выл ветер, сюда он не добирался. Только чпок, хлюп да изредка скрежет когтя. А внутри трое. И страх сидел четвёртым, дышал с ними, слушал, ждал. Прошло несколько часов или больше, никто не знал. Время стало густым, каждая минута растягивалась.

Шлёпанье лап постепенно редело, затем стихло. Рой выдохся, тьма насытилась… никто не спешил верить.

– Ушли? – хрипло прошептала Анесса. – Они ушли?

– Не все, – ответил Мрак глухо. – Ждут.

Анесса крепче прижалась к нему, и только рука, обнимающая её плечи, напоминала: девушка не одна.

– Думаешь, большинство ушло за хребет? – вдруг спросил Грач, не отрываясь от двери. – Искать добычу снаружи?

– Скорее всего. Скучно им тут. Нужен шум, запах, цель. А мы… пропали.

– Они могут караулить? – прошептала Анесса, боясь представить такое.

– Могут. И караулят, – отозвался Мрак. – Пока кто-нибудь не шелохнётся.

Никто не знал точно, сколько прошло времени. В кромешной тьме часы потеряли смысл, и каждый сидел, застыв в янтаре страха.

Расположились на старых железных ящиках, ржавых, но ещё крепких. Снаружи вновь доносились остаточные звуки. Шлёп. Шкряб. Фыр-фыр.

Анесса съёжилась, плечи подрагивали вместе с каждым вздохом. Потом, не сказав ни слова, прижалась ближе к Мраку. Тот не отстранился, лишь обнял, просто был рядом в ожидании, когда мир снова тронется.

Девушка спрятала лицо у него на груди. Мрак глядел в темноту, не мигая. Глаза ничего не различали, но всё равно смотрел вперёд, туда, где начиналось будущее.

В противоположном конце отсека, прислонившись к стене, сидел Грач. Перед ним, в пределах руки, лежало оружие. Никита не двигался, лишь изредка склонял голову, прислушиваясь к тишине, да проверял дыханием, жив ли ещё. Шлем снял, но и без него лицо оставалось каменным.

Один раз Анесса вздрогнула: рядом послышался шаг. Мрак только крепче прижал её к себе и тихо сказал:

– Спи, если сможешь.

– А ты?

– Рядом буду.

И снова воцарилась тишина. Так прошла ночь без сна и покоя, только тусклое, упрямое существование в стальной коробке.

Они выстояли. Никто не произнёс это вслух, но все почувствовали: первая волна схлынула. Снаружи, по команде, раздалось новое шуршание, скрежет, хлюпанье. Но теперь в этих звуках не было ярости. Это была рутина: твари прочёсывали территорию, бродили, уже без прежней одержимости.

Мрак понял, что пересидели засаду, теперь твари действительно разбредались. Первый раунд остался за людьми.

Глава 2

Депо

Не имело значения, минули сутки или несколько часов. За стенами укрытия стоял ясный день, солнечный свет пробивался сквозь узкие щели. По яркости было понятно: полдень.

Мрак чиркнул зажигалкой. Маленькое пламя подняло в воздух кружащуюся пыль, выхватило из темноты рёбра металлических ферм, суровые стены и ряды ящиков, на которых они провели ночь.

Крышка первого ящика поддалась с трудом, со скрежетом сдвинув вековую ржавчину. Внутри лежала старая портативная горелка в потрёпанном кожухе, на вид целая. Рядом теснился мелкий скарб: жестяная миска, туго свёрнутый бинт, засохшая банка консервов, кусок грубой ткани. Всё покрывал толстый слой пыли.

– Горелка, – тихо произнёс Грач. – Топлива нет. Без масла бесполезна.

Осмотрев находку, Мрак погасил огонь, экономя горючее. Опустился на колени и двинулся вдоль стены, ощупывая углы и кромки. Первый ящик, второй, третий: везде холодный металл, вмятины, трещины. В четвёртом под пальцами оказалась мягкая упаковка, внутри что-то густо перекатывалось.

– Есть кое-что.

Нож уверенно надрезал край, и резкий запах прокисшего варева ударил в нос. Никто не стал уточнять, что именно было в упаковке. Мрак выдавил на ладонь пригоршню скользкой массы и растёр пальцами.

– Масло. Сгодится.

Размеренно и аккуратно смазал фитиль, втирая густую смесь, выдавил немного в бак. Щёлкнула кремнёвка, вспыхнула искра, после мгновенной паузы огонь занялся. Пламя получилось небольшим, свет мягко лёг на стены, отбрасывая глубокие тени. Напряжение внутри укрытия окончательно отпустило.

Мрак поднёс горелку к внутренней стенке.

– Гляньте.

На почерневшем металле под слоем копоти проступили выцветшие буквы и цифры: ЖД-0615.

– ЖД… – Анесса прищурилась. – Завод какой-нибудь? Жилищно… что?

Грач подошёл ближе, провёл пальцем по бледной краске. Заговорил тише, будто вспоминал что-то давно забытое:

– Нет. В архиве Кодекса видел похожее. Рисунки на пожелтевшей бумаге. Было время, когда по земле ходили стальные змеи. Без рулей, без колёс. – Офицер на мгновение замолчал, подбирая нужное слово. – Железная дорога.

– Дорога из железа… – Анесса покачала головой, снова всматриваясь в потускневшие буквы. – На дурной сон похоже.

– В старых легендах говорилось: она не петляет, идёт прямо от точки к точке, – задумчиво пробормотал Грач.

Мрак поморщился, пытаясь представить себе металлическую линию, протянутую сквозь камень и песок. Мысль казалась чужеродной, и караванщик вернулся к осмотру ящиков. Они продолжали перебирать содержимое, двигаясь неспешно.

Большая часть вещей давно превратилась в прах: обломки деталей, проржавевшие болты, тёмные лоскуты ткани рассыпались от малейшего прикосновения. Среди этого хлама Грач наткнулся на нечто иное. В глубине ящика лежал плотно запечатанный тубус, стянутый металлическими лентами, а рядом кожаный планшет с качественным тиснением, говорившим о ценности вещи.

Они переглянулись. На рынке такая находка стоила бы целое состояние, но рынок был теперь так далёк, что сама мысль о сделке казалась нелепой шуткой.

Мрак провёл ладонью по гладкой коже, задержал пальцы на краю и указал на тубус.

– Сначала это.

Нож поддел застёжку, металл неохотно поддался с тихим скрипом. Из тубуса выскользнул свёрток ламинированного пергамента, туго стянутый проволокой. Развернули прямо на полу: перед ними предстала карта с потёртостями и пятнами времени, но линии ещё можно было разобрать, а среди извилистых очертаний скал темнела жирная точка.

– Карта… – тихо выдохнула Анесса.

Грач наклонился ближе, внимательно изучая изображение.

– Карта каньона. Мы, похоже, здесь, – офицер коснулся едва заметной точки. – А вот это – депо «5-РД».

– Далеко? – тихо спросила Анесса.

– Прилично. С Роем на хвосте даже Вулканис ближе покажется.

Воцарилось молчание. Все смотрели на тонкую зелёную нить, что вела сквозь прошлое и предлагала выход.

– Пойдём туда? – в голосе Анессы прозвучала сдержанная надежда.

Мрак прибавил пламя горелки.

– Деваться некуда. Но сначала осмотрим остальное.

В следующем ящике нашёлся обрывок бронеткани, будто вырезанный из старого жилета. Вся поверхность была испещрена разрывами и тёмными пятнами. Из-под ткани вывалилась металлическая фляга и покатилась по полу. Звонкий стук разнёсся по отсеку, заставив всех вздрогнуть.

Анесса подняла пустую флягу, медленно поворачивая её в руках.

– Здесь кто-то бился?

– Без сомнений.

Следующий ящик преподнёс неожиданную находку. Под мутным исцарапанным стеклом лежала фотография, когда-то цветная, теперь почти выбеленная временем. На снимке стояло человек сорок в одинаковой форме, у одних фуражки, у других голые торсы. Молодые лица размылись, утратив черты. Позади виднелся такой же каркас с теми же бойницами. Внизу едва читалась процарапанная подпись: «ДМБ-2144».