Алекс Куверн Память Риверфолла

Глава VIII. Дорога домой

Городская стража нашла их примерно в миле от северо-западного моста.

Сначала из вечерних сумерек донёсся топот лошадей, затем между деревьями появились фонари. Обычный золотистый свет показался почти ослепительным после серебряного мерцания Исчезнувшей мили. Каэл остановился посреди дороги и поднял свободную руку, только потом вспомнив, что другой поддерживает Аэрина. Старший брат тяжело наваливался на его плечо, хотя продолжал утверждать, что способен идти самостоятельно. Тарен и Бранн Хесс тянули волокушу с Дейром, Эллиан нёс завёрнутый осколок дорожного камня, а остальные караванщики двигались тесной усталой группой, словно боялись снова потерять друг друга, отойдя хотя бы на несколько шагов.

Передовой всадник резко натянул поводья. Лошадь шарахнулась от внезапно появившейся на дороге толпы, всадник выругался, справился с ней и поднял фонарь выше. Свет прошёл по лицам вышедших из леса людей, задержался на окровавленном плаще Аэрина, перевязанной ноге Дейра и Галлене, которого Сейна Марр вела, крепко ухватив за пояс его собственного плаща.

— Нашли! — крикнул стражник через плечо. — Здесь караван! И Ривены!

За ним показались ещё семь всадников и небольшая крытая повозка. В центре группы ехала крепко сложенная женщина в тёмно-синем плаще городской стражи. Короткие седые пряди выбились из-под шлема, лицо было усталым и сосредоточенным. Каэл знал капитана Мирену Дорр с детства главным образом как человека, способного одним взглядом заставить Элину перестать уверять окружающих, будто разбитое окно «само выбрало неудачную вероятность». Сейчас Мирена спешилась прежде, чем конь полностью остановился.

Капитан не знала, что именно произошло за пределами обычной дороги. Когда раненый конь Аэрина вернулся к северо-западным воротам без всадника, дежурный стражник отправил к ней гонца. К тому времени Каэл, Тарен и только что приехавший из Астрария Эллиан уже ушли по следу, пообещав не удаляться дальше ближайшего поворота. Первый дозор обнаружил оставленные повозки, кровь, следы борьбы и слишком очевидную цепочку отпечатков, уходившую к старому речному тракту. Второй — выяснил, что следы каравана, троих друзей и нескольких лошадей обрываются в одном месте, будто дорога проглотила всех сразу.

После этого Мирена подняла свободных стражников, вызвала лекаря, приказала предупредить семьи и разделила людей на три поисковые группы. Одна шла вдоль Сарвена, вторая проверяла лесные тропы, третья — та, которую капитан повела сама, — раз за разом возвращалась к месту исчезновения, пытаясь найти проход, невидимый для обычного взгляда.

Поэтому сейчас Мирена знала только несколько вещей: караван пропал, Аэрин мог быть ранен, трое молодых людей отправились за ним без разрешения, а на старой дороге произошло нечто магическое и достаточно серьёзное, чтобы скрыть следы десятка людей.

Всё остальное ей ещё предстояло услышать.

Она быстро осмотрела спасённых.

— Аэрин Ривен?

Аэрин приподнял голову.

— Здесь.

— Каэл?

— Тоже здесь.

Мирена посмотрела на обоих братьев.

— Разумеется.

— Это прозвучало так, будто вы разочарованы, — заметил Каэл.

— Я буду разочарована, когда узнаю, сколько приказов вы проигнорировали. Пока я занята тем, что рада видеть вас живыми.

Она произнесла это совершенно ровным голосом, однако ладонь на мгновение легла Аэрину на здоровое плечо. Затем капитан оглядел остальных.

— Кто может говорить связно?

— Я, — ответил Эллиан.

— Это ещё предстоит проверить, — пробормотал Каэл.

Мирена перевела взгляд на молодого мага. Она узнала его не сразу: высокий, перепачканный кровью и дорожной пылью Эллиан мало напоминал болезненного мальчика, которого она помнила учеником Риверфолльской башни. Однако серо-голубые глаза, серьёзное выражение лица и привычка держать опасный предмет так, словно он одновременно являлся угрозой и сложной задачей, сомнений почти не оставляли.

— Эллиан Торвис?

— Да.

— Ты вернулся сегодня.

— Формально я всё ещё возвращаюсь.

Каэл коротко хмыкнул.

— Он даже дома не успел побывать.

Мирена посмотрела на завёрнутый свёрток в руках Эллиана.

— Кратко. Что произошло?

Эллиан на мгновение замолчал, отделяя важное от того, что могло подождать до письменного отчёта.

— Возле оставленных повозок находился скрытый древний путь. Он искажал расстояние, время и возможные исходы событий. Караван оказался разделён между несколькими вариантами одной дороги. В центре аномалии находился повреждённый дорожный камень и повторяющаяся временная петля. Мы закрыли путь и вывели тех, кого смогли найти.

Мирена несколько мгновений смотрела на него.

— Это было кратко?

— В академическом понимании.

— Боюсь спрашивать полную версию.

— Она потребует схем.

— Разумеется.

Капитан указала на свёрток.

— Это камень?

— Его фрагмент. Сейчас он связан удерживающими знаками Тарена и моими, но всё ещё может быть опасен.

Мирена перевела взгляд на Галлена.

— А он?

Дейр приподнялся на локте, поморщился от боли и заговорил раньше остальных:

— Галлен Роуд. Бывший городской землемер. Пришёл к каравану с поддельным распоряжением и потребовал передать ему камень. Он начал ритуал.

— Я начал, — подтвердил Галлен, не поднимая глаз.

— Зачем? — спросила Мирена.

Галлен посмотрел на пустую дорогу за спиной.

— Искал сестру.

Капитан задержала на нём взгляд, но расспрашивать дальше не стала.

— Остальное расскажете в Риверфолле.

Она повернулась к караванщикам.

— Сколько вас должно было быть?

Люди переглянулись. Ответили сразу трое, и названные числа не совпали.

Мирена нахмурилась.

— Почему разные ответы?

— Дорога смешивала воспоминания и возможные жизни, — объяснил Тарен с края волокуши. — Некоторые из них до сих пор не уверены, что происходило на самом деле.

— Имена помогали удерживать людей в настоящем, — добавил Эллиан. — Лучше записать каждого найденного и сразу сверить списки между собой.

Мирена развернулась к стражникам.

— Двое осматривают раненых и помогают лекарю. Ещё двое записывают имена всех найденных: отдельными списками, не подсказывая друг другу. Потом сравните записи. Если кто-то назовёт другое имя, другую профессию или другую семью — ничего не исправлять, отметить оба варианта.

Она указала на Галлена.

— Его отделить от остальных. Руки поверх ожогов не связывать, но не позволять касаться камня, оружия или любых магических предметов.

— Он не сопротивляется, — сказала Сейна Марр.

— Сейчас — нет. Это не отменяет осторожности.

Капитан посмотрела на дорогу, ведущую обратно к месту исчезновения.

— Первый дозор останется здесь до рассвета. Никто не возвращается к повозкам в одиночку и не сходит с тракта. Если увидите неизвестную дорогу, собственные следы впереди себя или услышите голос человека, которого рядом нет, не проверяйте, настоящий ли он. Отступаете и зовёте мага.

Каэл посмотрел на Эллиана.

— Нам стоило получить эти указания утром.

— Мы получили указание не уходить далеко, — напомнил Эллиан.

— Оно было менее подробным.

— Зато значительно проще для исполнения.

— И всё же мы не справились, — заметил Тарен.

Мирена услышала.

— Именно поэтому ваше объяснение будет особенно длинным.

— В Астрарии считали, что первый день после долгого путешествия следует проводить спокойно, — сказал Эллиан.

Капитан посмотрела на его грязную одежду, перевязанные ладони и опасный артефакт.

— Хороший совет.

— Уже поздно ему следовать.

— Зато можно включить в письменный отчёт. В раздел «Решения, которые следовало принять раньше».

Каэл тихо фыркнул.

Мирена повернулась к нему.

— Твоё объяснение будет отдельным.

— Я ничего не делал отдельно.

— Это меня и тревожит.

Только после этого из крытой повозки выбрался молодой лекарь с такой огромной сумкой, что сам казался приставленным к ней вспомогательным предметом. Он попытался начать осмотр с Дейра, но охранник указал на Аэрина. Аэрин, в свою очередь, указал на Дейра. Каэл вмешался и заявил, что оба спорят из упрямства и поэтому лекарь должен осмотреть того, кто выглядит хуже.

Лекарь посмотрел на них по очереди.

— Вы все выглядите плохо.

— Тогда начни с него, — одновременно сказали Аэрин и Дейр, указывая друг на друга.

Мирена закрыла глаза.

— Мастер Фаррен, начните с человека со сломанной ногой. Аэрин Ривен не умрёт в ближайшие пять минут исключительно из страха, что младший брат использует это как повод рассказать всем, будто оказался выносливее.

Каэл поднял брови.

— Я бы никогда.

Аэрин посмотрел на него.

— Ты уже рассказываешь это лицом.

— Я спас тебя из временной петли. Мне позволено немного гордости.

— Немного.

— Уточни количество.

— Позднее.

Лекарь склонился над Дейром. Стражники помогли Аэрину сесть в повозку, хотя для этого Мирене пришлось приказать ему трижды, а Каэлу — пригрозить поднять старшего брата на руки. Угроза подействовала мгновенно.

— Ты не поднимешь, — сказал Аэрин.

— Проверим?

Аэрин самостоятельно забрался внутрь.

Тарен наблюдал за ними с едва заметной улыбкой. Потом пошатнулся, и улыбка Каэла исчезла.

— Садись, — потребовал он.

— В повозке нет места.

— Найдём.

— Я могу идти.

— Ты говорил то же самое перед тем, как волк отбросил тебя через половину дороги.

— Это преувеличение.

Эллиан перевёл взгляд на Тарена.

— Примерно через треть.

— Спасибо, — сказал Каэл. — Это полностью меняет ситуацию.

— Я стремился к точности.

Тарен вздохнул и сел на край повозки рядом с Аэрином. Каэл снял с себя плащ, который после когтей, грязи и серебряного тумана едва сохранял право называться одеждой, и набросил его другу на плечи.

— Он весь в крови, — заметил Тарен.

— Большая часть не моя.

— Это не делает его чище.

— Зато делает теплее.

Тарен перестал спорить.

Эллиан стоял рядом, всё ещё удерживая завёрнутый камень. Он хотел помочь лекарю, проверить Аэрина, осмотреть Тарена и убедиться, что Галлен действительно передан страже. Вместо этого продолжал держать осколок, потому что любое неосторожное движение могло снова разбудить то, что они с таким трудом остановили.

Мирена заметила его напряжение.

— Что у тебя?

— Фрагмент древнего дорожного камня. Он был центром аномалии.

— Опасен?

— Сейчас не проявляет активности.

— Это не ответ.

— Да, — признал Эллиан. — Опасен.

Капитан посмотрела на свёрток, затем на него.

— Куда его?

— В городской архив. Мой отец сможет подготовить защищённое хранилище. Но прежде нужны дополнительные печати. Желательно пригласить кого-нибудь из магической башни.

— Я отправлю человека к старшему магистру Дейн.

— И к Серелии Торвис, — добавил Тарен с повозки. — Её магия клятв может удержать намерение камня лучше обычного барьера.

Мирена кивнула одному из всадников.

— Магическая башня, архив и дом Торвисов. Скажи, что Эллиан вернулся и принёс с собой древнюю угрозу.

Эллиан посмотрел на неё.

— Моя мать может неверно расставить смысловые акценты.

— Пусть считает это подготовкой к разговору.

Всадник умчался к городу.

Галлен стоял немного в стороне под охраной двух стражников. Его лицо после удара Сейны распухло, руки были перевязаны, а взгляд оставался опущенным. Он не пытался бежать. Когда Мирена подошла к нему, мужчина назвал имя, профессию и признал, что использовал поддельный городской приказ, вмешался в перевозку камня и провёл ритуал без разрешения.

Капитан выслушала, не перебивая.

— Остальное расскажете в Риверфолле.

— Я расскажу всё.

— Надеюсь. Это не отменит того, что вы сделали, но избавит нас от необходимости угадывать.

Галлен посмотрел на караванщиков.

— Они будут жить?

Мирена перевела взгляд на лекаря.

— Большинство — да. Окончательно станет ясно после осмотра.

— А те, кто остался на дороге?

Наступившая тишина оказалась тяжелее предыдущей. Среди спасённых не было всех, кто отправился с караваном. Дейр назвал имена нескольких людей, которых они видели лишь как непройденные жизни или неподвижные фигуры внутри петли. Эллиан не мог сказать, существовали ли они ещё где-то среди разорванных вероятностей или погибли до появления Исчезнувшей мили.

Мирена не стала лгать.

— Будем искать.

Галлен кивнул.

— Я помогу.

Сейна Марр, стоявшая неподалёку, стиснула губы.

— Поможешь, — сказала она. — Но не потому, что это вернёт твою сестру и не потому, что мы обязаны простить тебя.

Галлен поднял взгляд.

— Знаю.

— Хорошо. Начинаешь понимать быстрее, чем на дороге.

Стражники посадили его на отдельную лошадь, закрепив повод за седлом одного из дозорных. Руки оставили свободными, но вокруг запястий Мирена велела затянуть мягкий удерживающий ремень, чтобы Галлен не мог коснуться другого магического предмета.

Когда все были готовы, отряд двинулся к Риверфоллу.

До моста оставалось меньше часа, однако путь показался длиннее. Усталость превращала каждый шаг в отдельное решение. Каэл шёл возле повозки, время от времени проверяя Аэрина, Тарена и Дейра, хотя каждый раз делал вид, будто просто осматривает дорогу. Эллиан двигался по другую сторону, обхватив свёрток обеими руками. Серебряные знаки на ткани оставались тусклыми, но иногда камень внутри чуть менял вес, словно вспоминал другое расстояние.

Тарен заметил это.

— Он снова движется?

— Нет. Скорее пытается определить, где находится.

— И где он находится?

Эллиан посмотрел на дорогу, мост и стены города впереди.

— На пути в городской архив.

— Это ответ для нас или для камня?

— Для обоих.

Каэл повернулся через плечо.

— Скажи ему, что, если снова откроет дорогу, я выброшу его в Сарвен.

— Угрозы магическим предметам редко эффективны, — заметил Эллиан.

— Ты спорил с пространством и временем. Позволь мне попробовать собственный метод.

— Я не спорил.

Тарен приподнял бровь.

— Ты буквально сказал дороге, что событие уже произошло и она обязана продолжить его.

— Это было аргументированное утверждение.

— Значит, спор, — заключил Каэл.

— Успешный спор, — уточнил Эллиан.

Аэрин из повозки тихо произнёс:

— Два года учёбы пошли ему на пользу.

Каэл посмотрел на брата.

— Не поддерживай его.

— Почему?

— Их и так двое.

Тарен поправил окровавленный плащ на плечах.

— Мы всегда были вдвоём против тебя.

— Неправда.

— В большинстве содержательных разговоров, — уточнил Эллиан.

— Вот поэтому я скучал по вам значительно меньше, чем думал, — объявил Каэл.

— Неправда, — спокойно сказал Тарен.

— Я стараюсь сохранить достоинство.

Эллиан покачал головой, но улыбнулся. Их привычный ритм вернулся настолько естественно, что два года разлуки впервые показались не стеной, а длинной паузой в разговоре, который никто из них на самом деле не закончил.

— Попытка неудачная, — заметил он.

— Видишь? Именно по этому я и не скучал.

— Разумеется, — сказал Тарен. — Поэтому пришёл встречать его за три часа.

Каэл улыбнулся шире и отвернулся к городу.

У северо-западных ворот их ждали.

Сначала Каэл увидел Элину. Она стояла за поднятой решёткой, всматриваясь в дорогу и подпрыгивая на носках, словно это могло помочь различить людей раньше. Рядом находились Элвар, Мара, Арден, Серелия, Лорен, Иара и Элдан. За ними собрались стражники, городские служащие, родственники караванщиков и несколько любопытных, которых никто не сумел отогнать.

Когда повозка приблизилась к мосту, ожидание разом превратилось в движение.

Мара первой бросилась навстречу, хотя Элвар попытался удержать её за локоть, напомнив о лошадях и узком проходе. Она вырвалась без единого слова. Аэрин только успел открыть глаза, прежде чем мать добралась до повозки.

— Живой, — произнесла она.

Это не было вопросом.

— Живой, — подтвердил Аэрин.

Мара взяла его лицо обеими руками, быстро осмотрела кровь, порезы и бледность, а потом прижала к себе так резко, что он поморщился.

— Рёбра, — тихо сказал Аэрин.

— Потом пожалею.

— Хорошо.

Следующим она увидела Каэла.

Он стоял возле колеса, грязный, с порванной курткой и перевязками, и явно не мог решить, следует ли попытаться исчезнуть за лошадью. Мара отпустила старшего сына и подошла к младшему.

— Я могу объяснить, — начал Каэл.

Она обняла его.

Все приготовленные объяснения исчезли.

Каэл застыл, затем медленно обнял мать в ответ. Мара держала его недолго, но крепко. Когда отступила, её глаза блестели, а выражение лица уже становилось опасным.

— Ты ушёл проверить ближайший участок дороги.

— Технически сначала так и было.

— Потом?

— Участок оказался длиннее ожидаемого.

— Насколько?

Каэл бросил взгляд на Эллиана.

— Расстояние там измерялось не совсем обычно.

Мара повернулась к молодому магу.

— Эллиан?

— У дороги была повреждена связь между расстоянием, временем и вероятностью.

Мара посмотрела на сына.

— Ты выбрал правильного человека для объяснения. Я ничего не поняла, но уже слишком устала, чтобы спрашивать дальше.

Каэл облегчённо выдохнул.

— Однако, — продолжила она, — завтра утром ты расскажешь всё сначала. Медленно. Без слов «технически», «почти» и «сначала всё было нормально».

— Можно послезавтра?

— Нет.

— Тогда после завтрака?

— До.

— Жестоко.

Элвар подошёл без спешки. Он сначала положил ладонь Аэрину на плечо, потом обнял Каэла. Его объятие было коротким и почти сдержанным, но Каэл закрыл глаза и на мгновение прислонился лбом к отцовскому плечу.

— Ты нашёл его, — произнёс Элвар.

— Да.

— Хорошо.

В одном слове оказалось больше гордости и облегчения, чем Каэл смог бы выдержать в длинной речи.

Элина ждала, пока родители закончат. Потом подлетела к братьям и обняла обоих одновременно, совершенно не обращая внимания на раны.

— Вы отвратительно выглядите, — объявила она.

— Это уже сказали, — ответил Каэл.

— Тогда почему ничего не исправили?

— Мы были заняты возвращением из несуществующей дороги.

Элина отступила и осмотрела его.

— Топот, ты умудрился потеряться на дороге, которой нет?

— Я никого не терял.

— Тебя искала половина стражи.

— Я знал, где нахожусь.

Эллиан, проходя рядом, заметил:

— Это утверждение верно только для отдельных промежутков времени.

Элина мгновенно повернулась к нему. На лице появилась широкая улыбка.

— Сноска!

Она обняла Эллиана прежде, чем тот успел подготовиться. Свёрток с камнем оказался зажат между ними, и Эллиан поспешно отвёл его в сторону.

— Осторожно. Это опасный артефакт.

— Ты вернулся с опасным артефактом в первый же день?

— Не намеренно.

— Я горжусь тобой.

— Не уверен, что это подходящая реакция.

— Значит, ты действительно вернулся.

Она отпустила его, задержав руки на плечах, и внимательно посмотрела в лицо. Шутливость на мгновение исчезла.

— Ты цел?

— В основном.

— «В основном» — это не ответ.

— Сегодня это самый точный доступный ответ.

— Тогда придётся поверить.

Элина перевела взгляд с Эллиана на Каэла, затем на Тарена и Аэрина. Каэл продолжал проверять состояние каждого из них, словно за последние несколько минут кто-то мог незаметно получить новую рану.

— Ты собираешься пересчитать всех ещё раз? — спросила она.

— Проверяю, что никто не исчез.

— Топот, вас видно от городских ворот.

— Это не доказательство. Сегодня я уже видел слишком много людей, которых одновременно было видно и не существовало.

Элина ненадолго утратила насмешливое выражение.

— Хорошо. Все здесь. Но теперь твоя очередь позволить кому-нибудь проверить тебя.

Тарен всё ещё сидел на краю повозки. Иара подошла к нему тихо, но он заметил её сразу. На лице матери не было ни паники, ни упрёка. Она лишь положила ладонь ему на щёку, и Тарен прикрыл глаза.

— Ты видел её, — сказала Иара.

Каэл, стоявший неподалёку, напрягся. Эллиан тоже услышал.

Тарен открыл глаза.

— Да.

— На дороге?

— Несколько раз.

Иара перевела взгляд на серебряные нити, которыми был перевязан свёрток в руках Эллиана, затем на сына.

— Она говорила?

— Да.

Элдан встал рядом с женой. Чем сильнее он тревожился, тем спокойнее становилось его лицо.

— Что сказала?

Тарен помолчал. Привычка спрятать ответ возникла сама собой: не здесь, не перед всеми, не сейчас, когда никто не выспался и рядом стоял опасный камень. Но Каэл и Эллиан уже знали. Он пообещал не принимать решения за них одним молчанием.

— Сначала потребовала выбрать между ней и друзьями, — ответил Тарен. — Позже сказала, что с пути, который выбирают вместе, труднее свернуть.

Элдан нахмурился.

— Ты уверен, что это была Лирантэль?

— Нет.

Отец кивнул.

— Хороший ответ.

Каэл тихо сказал Эллиану:

— Наконец кто-то одобряет его неопределённость.

— В данном случае она точна.

— Не поддерживай эту привычку.

Иара обняла Тарена. Он сначала замер, потом опустил голову ей на плечо. Элдан положил руку ему на спину, и несколько мгновений трое Вейлов стояли отдельно от шума ворот, словно создавали вокруг себя маленькое тихое пространство.

Арден тем временем подошёл к Эллиану. Он остановился в двух шагах, посмотрел на сына, на свёрток, снова на сына и снял очки, чтобы протереть их краем рукава, хотя стёкла были чистыми.

— Ты должен был приехать перед закатом, — сказал он.

— Повозка прибыла раньше.

— Я вижу.

— Потом появился конь Аэрина.

— Разумеется.

— Мы нашли поддельные следы нападения.

— Разумеется.

— Затем дорогу, которой не было на картах.

Арден снова надел очки.

— На этом этапе я перестаю считать происходящее естественным продолжением путешествия.

Эллиан попытался улыбнуться и обнаружил, что лицо слушается хуже, чем хотелось.

— Прости.

Арден подошёл и обнял его, осторожно обходя свёрток.

— За возвращение не извиняются.

Эллиан сжал пальцы на ткани. Он не позволял себе думать о доме, пока они шли по Исчезнувшей миле. Дом был целью, которая могла превратиться в очередное видение. Теперь рядом пахло бумагой, древесной пылью и знакомыми травами, которыми отец защищал книги от сырости.

Арден был настоящим.

— Я скучал, — тихо сказал Эллиан.

— Знаю.

Арден отступил и посмотрел на камень.

— А теперь покажи, что ты принёс в мой архив.

— Сначала защитное хранилище.

— Уже готовят. Серелия заставила двух стражников освободить нижнюю комнату ещё до того, как они успели объяснить, что произошло.

Серелия подошла следом. Она выглядела безупречно собранной, но Эллиан заметил, как побелели пальцы, сжимавшие край плаща. Мать коснулась его лица, затем внимательно осмотрела руки.

— Ожоги?

— Следы ремня.

— Который удерживал Каэла внутри временной петли, — с готовностью пояснила Элина.

От неожиданности Каэл повернулся к сестре.

— Откуда ты знаешь?

— Стражник успел рассказать часть дороги. Остальное я восстановила по твоему лицу.