Яника Келли Безмолвное сердце

Глава 18

— Мама, — озвучила вслух Изабель, пока направлялась к подъездной дорожке, где остановилось такси. Иза улыбнулась, радостная от встречи с Шарлоттой.

Из машины вышли Шон и Вайолет, помогли выйти Шарлотте, и в этот момент Изабель обняла мать. На мгновение ей так полегчало на душе, словно с плеч свалилась тяжелая ноша.

— Здравствуйте, мисс Эшборн, — поздоровались ребята синхронно.

— Привет, дорогие. Спасибо, что захватили нашу бабушку с собой, — Иза по-доброму усмехнулась, взяла у матери сумку — боже, там что, хлеб? — и проводила всех в дом.

На крыльце их встречала дочь. На несколько секунд Изабель застыла на ступеньках, когда заметила ее.

Мия улыбалась.

***

— Мам, может останешься у нас на праздники? Будет очень здорово, — спросила Изабель, делая глоток чая. Шарлотта оглядывалась по сторонам, рассматривая дом с самого приезда.

— Изабель права, вам надо остаться, — поддержал Аларик. Они сидели за столом после ужина, пили чай с яблочным пирогом, пока дети отдыхали в гостиной.

Мама отпила чая и обхватила ладонями чашку. Иза заметила, что ее руки еще сильнее постарели, словно прошло несколько лет с их отъезда. Мать не выглядела разочарованной и усталой, но в ее глазах уже не было прежнего блеска. Она все равно печалилась, и это нельзя было скрыть.

— Хорошо, останусь с вами, — ответила она, и Иза с Алариком довольно улыбнулись. — Ужин был такой вкусный, Изабель. Ты каждый раз превосходишь себя.

— Ой, мама, не преувеличивай. Это все твой кукурузный хлеб. Кстати, зачем ты везла его с собой? Можно было испечь у нас.

— Это совсем не то, — усмехнулась Шарлотта и опустила взгляд в чашку.

— Как вам дом, миссис Локридж?

— Он совершенно мне не нравится!

Изабель округлила глаза, а затем рассмеялась, когда увидела улыбку матери. Она просто не привыкла к такой обстановке, это нормально.

— Ох, мама!

***

Когда фильм по телевизору закончился, Мия решила, что должна показать друзьям ее стену с фотографиями.

— Уже поздно, и… — начала Вай, Шон тоже собрался что-то сказать, но Мия жестом попросила их остановиться, потом позвала за собой, махнув рукой. Они прошли в ее комнату. Мия включила свет и указала ладонью на стену, затем подошла ближе к кровати. Вайолет замерла. Ее взгляд медленно прошелся по стене, задерживаясь на фотографиях. Шон остановился рядом, чуть позади, и посмотрел туда же. В комнате стало тихо.

Мия не смотрела на друзей, только на фотографии. Вайолет сделала шаг первой. Подошла ближе, подняла голову и стала рассматривать снимки.

— Это… — тихо начала она, но не закончила.

Шон подошел следом, остановился рядом с ней. Он смотрел, задерживаясь на каждом лице, а на Нэвиле чуть дольше. Он вдруг усмехнулся.

— Ты помнишь это? — он кивнул на одну из фотографий.

Вайолет прищурилась, подошла ближе и всмотрелась.

— О боже… — выдохнула она и тут же тихо рассмеялась. — Это же тот день у озера, да?

Шон кивнул и добавил:

— Когда он решил, что умеет прыгать с дерева.

Вайолет прикрыла рот рукой, сдерживая смех. Мия тоже рассматривала фото, а в этот момент перед глазами были живые кадры того дня. Она помнила его смех, его шутки и все, что он тогда говорил. Словно это было вчера.

Давай прыгнем вместе?

— И свалился с него в воду, — сказала она. — Я думала, он себе что-нибудь сломает.

Шон коротко хмыкнул.

— А он вынырнул и начал смеяться, как будто так было задумано.

Вай снова посмотрела на фотографию, и улыбка у нее стала мягче. Мия перевела взгляд на этот снимок. На нем Нэвил стоял с растрепанными волосами, щурился от солнца и улыбался, широко и беззаботно. В кадре была жизнь, которая в тот момент казалась бесконечной. Она слушала их и вдруг поймала себя на том, что не отталкивает слова о прошлом, как раньше. Воспоминания больше не давили так резко. Мия не сразу поняла, что тоже чуть улыбнулась. Всего лишь легкое движение губ, которое тут же исчезло, но она успела его почувствовать. Шон перевел взгляд на нее.

— Ты сама это повесила? — спросил он негромко.

Мия кивнула.

— Красиво получилось, — сказала Вай.

Шон провел рукой по затылку.

— Ему бы понравилось, — сказал он.

Мия на секунду сжала пальцы, но в этот раз внутри не появилась привычная тяжесть. Только мимолетное тепло, которое почти сразу исчезло.

Вайолет подошла ближе, остановилась рядом, касаясь плечом Мии.

— Мы тоже по нему скучаем, — сказала она тихо и осторожно, будто боялась навредить этими словами.

Мия закрыла глаза всего на мгновение и кивнула. Комната снова погрузилась в тишину. За дверью слышались приглушенные голоса родителей и бабушки — они поднялись на второй этаж, в ванной зашумела вода. Мия сделала шаг назад, давая друзьям еще раз посмотреть на стену. Потом перевела взгляд на них и, чуть поколебавшись, махнула рукой в сторону выхода.

Она не хотела оставаться здесь долго. Вайолет поняла сразу, коротко кивнула и направилась к двери. Шон еще на секунду задержал взгляд на одном снимке, затем тоже развернулся.

Свет в комнате остался включен.

***

Стрелка часов медленно двигалась по кругу, издавая жужжание. Казалось бы, его никто не слышит, но до слуха Мии оно доносилось слишком отчетливо. Друзья остались на ночевку под уговоры родителей. Вайолет разместилась в гостевой спальне, а Шон в одной из гостиных. И когда все легли спать, Мие стало не по себе. В доме было так тихо, словно тут совершенно нет жизни и нет дыхания. Она чувствовала себя одиноко, хотя еще недавно мечтала остаться одна. Так всегда было проще. Но с каждым днем ей сильнее казалось, что быть рядом с кем-то лучше. Пространство заполняли знакомые улыбки, голоса, разговоры, и было не так пусто. Было спокойно, и Мие не верилось в это.

Ей становилось страшно от того, как быстро меняется самочувствие. Каждый день она ощущает себя по-новому. Должно ли так быть? Как вообще правильно? Что с этим делать?

Она не могла говорить, но это препятствие почти ушло на задний план. С семьей и друзьями она общалась жестами, взглядами и записками, и все к этому привыкли. Ни для кого это не было проблемой.

Стоило представить любую ситуацию за пределами дома, и все сразу становилось сложнее. Мия не сможет сходить в магазин, потому что придется объяснять что-то на пальцах или каждый раз писать в телефоне. В кафе нужно сделать заказ. Даже просто что-то спросить у прохожего. Мия пыталась представить, как будет «разговаривать», и внутри все сжималось. Это казалось глупым и неловким. Словно она маленькая и ничего не умеет. Как работать, в конце концов? Мия задумалась о том, что она просто не может и дальше сидеть дома. Она должна что-то делать, приносить в семью деньги или хотя бы не быть полностью зависимой. Или… когда-нибудь уехать.

От одной мысли об этом живот скрутило и под ребрами неприятно кольнуло. Мия просто не знала, как ей быть.

Как вернуть этот чертов голос!

Вокруг ее молчания строилась вся жизнь, которая каждый день менялась, но вместе с тем и рушилась на маленькие части.

Когда клубок кадров и мыслей запутался и распутался снова, до Мии дошло: через несколько дней Рождество, а в их доме ни малейшего намека на праздник. Пока она ходила и смотрела на огни соседей, ей это и в голову не пришло, а сейчас…

Шон и Вайолет вряд ли смогут остаться с ними, но бабушка согласилась пожить до праздников.

Может быть, они съездят вместе за подарками и украшениями?