– Чушь собачья. Но Кассара стоит послушать – Илисон отправится на восток, и ты с ней.
Этого следовало ожидать. Холлан подавил разочарование, мысленно попрощался с ярмаркой и кивнул, но тут подала голос Илисон.
– Ты не прав, Шейн.
Холлан взглянул на женщину с удивлением, а начальник – неодобрительно. Она всё ещё была в немилости. Но Илисон, как всегда, было плевать на чужие чувства, а своих у неё, по мнению Холлана, и вовсе не было. Говорили, что когда к Илисон придёт князь Пустоты, она и с ним станет спорить до последнего вздоха – своего собственного или его.
– Это объясняет поведение Милифри. О ярмарке спрашивала, о жизни в дороге, карты изучала. Не сбрасывай так просто со счетов эту версию, Шейн.
– Что же, – повысил голос начальник, – хочешь увильнуть от работы и заодно погулять на ярмарке? Это больше на Холлана похоже, но никак не на тебя!
Холлан пригладил волосы и быстро стёр с лица явственно проступившее на нём раздражение. Илисон спокойно ответила:
– Я отправлюсь на восток, тут согласна с Кассаром. Тем более, у меня есть конь. А Холлан пускай прочешет ярмарку.
Шейн задумчиво погладил бороду.
– Чушь. Как он опознает наследницу, если он её не видел!
– Я захватил из Стэн-Ноута мальчишку, который знает Милифри и видел того телохранителя,– подал голос Холлан.
Шейн стукнул кулаком по столу.
– Да как я должен работать, если вы мне рассказываете тут кусок, там кусок! Что за сраные игры!
Мужчина вскочил, подошёл к окну. Многие жители Порт-Акара посещали ботанический сад, чтобы понаблюдать, как по пруду курсируют завезённые с островов карпы с золотой и красной чешуёй. Шейна же успокаивал нестройный ритм, который каблуки прохожих отбивали по брусчатке. Наконец, всё ещё громко сопя, он вернулся за стол.
– Денег нет. Пойдёшь пешком, как и хотел, – Шейн скривился от неодобрения. Ему совсем не нравилось, когда наёмники мало того, что имеют свою точку зрения, так ещё и активно её навязывают, а в итоге приходится с ними соглашаться.
– Ты ходишь быстро. Если она не нашла повозку, то ты её легко догонишь. Если добралась на экипаже – то на ярмарке смотри во все глаза и не отвлекайся, понял! Знаю я тебя. И спрашивай в поселениях по пути, ну это сам понимаешь.
У Холлана как будто камень с души свалился. Повезло, что Илисон поддержала!
– А ты – руки в ноги и на восток.
Илисон коротко кивнула, а Холлан пошёл собирать вещи. Это не короткая поездка до Стэн-Ноута и обратно, нужно подготовить одежду, припасы и вооружиться.
Как первый этаж был на самом деле полуподвалом, так и третий по сути являлся чердаком под скошенной крышей. Единственным источником тепла зимой были проходящие через него трубы от печки на кухне и от камина на втором этаже, где жил Шейн. Илисон называла комнату Холлана скворечником и ненавидела всей душой, помня, как им пришлось провести там свою первую зиму в Порт-Акаре, заворачиваясь во все одеяла, не снимая уличной одежды, тесно прижимаясь друг к другу по ночам. Эта комната была одним из того немногого, что удостоилось от Илисон сильных чувств. В отличие от неё, Холлан почти не помнил ту зиму. Это было двадцать лет назад, он был почти в два раза моложе. Горе пожирало его.
Холлан потряс головой. Не время для воспоминаний. Наёмник покидал в кожаный мешок кое-какие вещи, приладил на талию пояс с карманами, удостоверился, что взял нож, сунул за пазуху кошель и покинул скворечник. Нужно ещё успеть побриться.
Во дворе Базиль, длинный, нескладный, махал ножом, уворачиваясь и нанося удары невидимому противнику. При появлении Холлана он спрятал оружие, подбежал к мужчине и, подпрыгивая от нетерпения, словно ему было не четырнадцать, а максимум восемь, спросил:
– Ну?
Холлан не успел ответить – во двор вышла Илисон. Она смерила Базиля тяжёлым взглядом, и мальчишка поспешно скрылся в конюшне.
– Холлан. Мне эта история с телохранителем совсем не нравится. Найдёшь девчонку – не спеши тащить её домой. Лучше проследи. Понял?
Женщина стояла, повернув к нему левую щёку со знаком мира, но её глаза блестели войной. Нехорошие чувства вернулись.
– Ты что-то знаешь? – спросил Холлан.
– Инстинкт. Ты давно видел членов Лиги?
– Меня это не касается, – сказал Холлан и отвернулся, чтобы выбрать меч по руке.
Илисон обошла его, прислонилась к стене и наблюдала.
– Когда Союз племён перетащит на свою сторону ещё десяток княжеств и пойдет на Земли, тоже скажешь, что это тебя не касается?
– Чушь, – ответил Холлан любимым словом Шейна.
– Козлиное дерьмо ты, а не человек. Я тебя другим помню. Подумай.
Илисон сплюнула и покинула двор. Холлан выбрал лук, набрал колчан стрел, сунул за пояс пару коротких ножей и задумчиво взвешивал на руке меч.
Базиль высунулся из конюшни и заявил:
– Я её боюсь.
Холлан промолчал.
– Эй, Холлан, а почему через лес? Ну Холлан!
Мальчишка выглядел несуразно в кожаной жилетке Холлана. Она была велика в ширину, а соломенные волосы придавали Базилю сходство с пугалом. У него были длинные ноги, длинные руки с крупными кистями, и казалось, что с возрастом он ещё вытянется.
– Учитель!
Холлан шагал быстро, но Базиль не отставал.
«Не отвяжется же», – с досадой подумал наёмник и опустился на корточки у края дороги.
– Урок географии, – сухо произнес он, когда Базиль уселся рядом прямо на пыльную землю.
Холлан нарисовал палочкой на земле три крестика и несколько линий.
– Это Стэн-Ноут. Это Порт-Акар.
– А это Римерфар, понятно. Ты за кого меня принимаешь?
– Милифри должна была покинуть границы княжества пешком, затем нанять экипаж или…
– …или продолжить путь на своих двоих. В любом случае её путь лежит по большому конному пути, разве нет?
Холлан медленно выдохнул сквозь зубы.
– Это что? – он указал на линию, которая разделялась на две и упиралась в точку Порт-Акара.
– Великая Ара, конечно!
– Это?
– Галара, не такая великая.
– А где ближайшая переправа через неё, знаешь?
Базиль почесал голову и ткнул наугад.
– Нет. Вот здесь. Большой конный путь делает крюк, огибает леса по краю и проходит через крупные города. Мы пойдём через лес, сократим дистанцию и догоним наследницу.
– Если она вообще добралась до переправы, – кисло сказал Базиль, озвучив мысли Холлана с тем лишь отличием, что наёмнику было по большому счёту плевать.
Они некоторое время шли по дороге, но когда она отклонилась направо, западнее, они сошли с утрамбованной щебёнки и свернули на тропу, ведущую сквозь молодую поросль в лес. Холлан повесил на Базиля лук, колчан со стрелами и короткий меч, а сам закрепил большой меч в ножнах на спине и нёс ножи и мешок с припасами. Перед отправлением в путь он хорошенько пошарил в кладовке у Шейна. Там обычно было вдоволь продовольствия на случай долгих походов, но сейчас, в самом начале лета, ничего особенного ожидать не приходилось – вяленое мясо, сухие лепёшки и мешочки с заготовками для супа, которые делала Аниша – смесь чечевицы, бобов, сушёной моркови и лука. На кухне Холлан прихватил свежий хлеб и сыр на первые дни. Потом можно будет поторговаться с крестьянами. Лес был прочерчен ручьями, так что насчёт воды Холлан не беспокоился, а вот бутылку самогона наёмник откупорил и заполнил большую флягу – исключительно для обработки ран.
Природа цвела всеми возможными цветами, пахла медовым запахом припозднившейся белой акации, шуршала молодыми листьями и пела на все птичьи голоса. По лесу вела утоптанная тропа, но Холлан знал, что здесь опаснее, чем кажется на первый взгляд. Раньше местные жители смело в одиночку ходили в лес запасать древесину на зиму, а теперь держались группами. Междоусобицы в пограничных княжествах, разорённые северные племена – беженцы стремились в Объединённые земли, но не все мечтали зарабатывать на жизнь честным трудом. Кто-то уходил в разбойники от безысходности, а кто-то хотел лёгких денег.
– Холлан, ты когда меня будешь учить?
Наёмник стиснул зубы и продолжил идти, игнорируя мальчишку.
– Ну Холлан!
Наёмник развернулся и сунул Базилю мешок.
– Учись. Воин таскает на себе всё необходимое сам.
Базиль сначала надулся, но его настроение быстро улучшилось.
– Думаешь, не дотащу? Думаешь, ныть буду? Как бы не так! Я как-то дровосеку помогал: берёшь топор, и дерево – у-ух! Хрясть! Ба-бах! А потом – у-ух! – и на части. А потом тащишь… и тащишь…
Холлан зашагал настолько быстро, насколько это было возможно, не переходя на бег, и мальчишка наконец заткнулся, только бормотал что-то под нос и пыхтел, стараясь не отставать от наёмника.
Разбойник появился на тропинке внезапно. Плотный бородатый мужчина был облачён в одежду серо-зелёных тонов. Он держал меч наготове. Холлан остановился и, ругая себя последними словами за потерю бдительности, быстро осмотрелся. Базиль опустил на землю мешок, лук и колчан и поднял руки. За его спиной стоял второй мужчина, моложе и крупнее первого, но с такой же густой бородой.
– Тебе лучше последовать примеру мальчишки, – дружелюбно посоветовал первый разбойник Холлану, – Эман стреляет метко.
Холлан посмотрел вверх, куда указывал бородач. На дереве, едва заметный среди листвы, устроился лучник. Холлан приподнял ладони на уровень плеч.
– Мы с ребятами шли по своим делам, – продолжал главарь, – смотрим – сворачивают двое вооружённых людей в лес! Ну, думаем – наверное, воины на ярмарку идут. А потом присмотрелись: молодой человек уж очень молод для воина, а ты, господин, до неприличия беспечен. Вот мы и рассудили, что надо вам помочь, избавив от лишнего груза. А за оказанную услугу – жизненный урок – вы нас щедро вознаградите.
Главарь улыбнулся, а сзади раздался короткий смешок его сообщника.
– Сними оружие и положи на землю. И про деньги не забудь.
Наёмник так и стоял, приподняв руки.
– Похоже, у господина какие-то затруднения. Норм, оставь этого доходягу и помоги господину воину с мечами.
Молодой разбойник подхватил лук и стрелы из-под ног Базиля и направился к Холлану. Он был уже у наёмника за спиной, когда тот проговорил:
– Хорошо.
– Холлан! – жалобно воскликнул Базиль.
Наёмник медленно опустил руки, отстегнул пояс, бросил на землю и начал шарить во внутреннем кармане в поисках кошеля. Молодой разбойник наклонился, чтобы поднять пояс, и в тот момент, когда он поднимался, Холлан кинул развязанный кошель в лицо главарю. Фонтаном разлетелись серебряные сонты. Главарь от неожиданности загородился, отступил, а в это время Холлан ударил здоровяка локтём между лопаток, выхватил у него из-за пояса нож и рукояткой ударил по голове. Здоровяк рухнул.
– Базиль, сюда! – прорычал Холлан, бросаясь на главаря.
– Стреляй! – крикнул тот лучнику и замахнулся на Холлана мечом.
– В кого?! – раздался крик сверху.
Холлан, отклонившись от неуклюжего удара, услышал вскрик и звук падающего тела.
– Эман!
Главарь, отвлекшись, неловко махнул мечом, и Холлан ударил мужчину ногой в живот. Тот согнулся пополам, и наёмник выбил у него из руки меч.
– На землю, – приказал Холлан.
Базиль связывал молодого бородача, который уже приходил в себя, его же собственной верёвкой. Главарь стал медленно опускаться вниз, но последним движением резко метнулся к мечу. Холлан прыгнул на него, сбил с ног и сомкнул руку на шее. Бородач захрипел, а потом вытаращился на щёку Холлана, разглядев, наконец, татуировки.
– Базиль, – не отрывая взгляда от главаря бросил Холлан. – Закончил? Проверь лучника.
Мальчишка нырнул в кусты, откуда раздавались стоны, и через минуту появился, таща за собой худощавую девушку. Она держалась за плечо и прыгала на одной ноге. На лбу у неё была ссадина, обещавшая превратиться в шишку. Базиль с гордостью заявил:
– Это я камнем попал!
Здоровяк уже пришёл в себя, перевернулся на бок и пытался сесть, неловко перебирая ногами и напоминая выброшенную на берег рыбу. Девушка помогла ему и опустилась рядом на землю, поглаживая ушиб на лбу. Холлан собрал монеты с земли, а затем ощупал карманы главаря, вытащил мешочек. Денег было немного, но хватит, чтобы оплатить переправу через Галару.
– Плата за жизненный урок, – сказал Холлан.
Базиль хотел было что-то возразить, но встретившись взглядом с наёмником, замолчал на полуслове. Наёмник запустил нож молодого бородача в заросли, туда же отправился меч главаря. Лук и стрелы девушки он вручил Базилю, и тот сразу же перестал хмуриться.
– Встать, – коротко сказал Холлан.
Главарь поднялся на ноги, его примеру последовали остальные разбойники.
– Порт-Акар в той стороне, – указал наёмник.
Он так и стоял на дороге, глядя им вслед, пока незадачливые разбойники не скрылись за очередным изгибом дороги.
– Пойдём.
– Они не будут нас преследовать? – спросил Базиль, устраивая на плече свежеприобретённый колчан со стрелами и подбирая остальное оружие.
– Это станет их последней ошибкой.
Они шли без перерыва несколько часов. Дневная жара спала, а солнце двигалось в сторону горизонта, но Холлан собирался идти до самой темноты. Лес стал плотнее, дорога несколько раз разветвлялась, и от неё уходили всё более узкие тропки. Холлан про себя отметил, что мальчишка оказался выносливым и даже послушным: он держался позади и перестал донимать наёмника вопросами, только иногда вслух произносил названия деревьев, цветов и даже птиц, которые таились в ветвях, но не спешили улетать, даже услышав шум шагов. И всё же небольшой привал не помешал бы им обоим.
Один из многих мелких ручьёв, которые пересохнут к середине лета, пересекал тропу и бежал дальше среди подступающих к руслу деревьев. Холлан расчистил место для костра, набрал воды в походный котелок и устроился на сочной траве, пока Базиль собирал ароматные травки. Чай получился кислый, освежающий, но наёмника всё равно клонило в сон. Холлан прикрыл глаза и мечтал о том, как на ярмарке первым делом поучаствует в состязаниях, чтобы заработать денег. Метание ножей подойдёт. Потом заказать пива, картошку, которую готовят в углях, и мяса. Последний раз он был на ярмарке лет пять назад – больше Шейн не пускал.
Наёмника вырвал из полудрёмы голос мальчишки:
– Эй, учитель, ты что, спишь? Поспишь потом, лучше научи меня чему-нибудь.
Базиль выхватил из-за пояса нож и махал им перед собой, делая вид, что нападает. Холлан сощурился, наблюдая, а потом встал:
– Вперёд.
– А тебе оружие не нужно?
Холлан улыбнулся и ладонью поманил мальчишку. Тот прыгнул вперёд, осторожно махнул ножом, чтобы не задеть Холлана, и тут же отскочил. Шагнул вбок, потом в другой, не решаясь напасть.
– Что за танцы? – выкрикнул Холлан любимую присказку Тимара Акруса.
Базиль взлохматил волосы свободной рукой, а потом с воплем кинулся на наёмника.
Холлан сделал шаг в сторону, схватил мальчишку за запястье и вывернул его руку. Базиль вскрикнул и выронил нож.
– Ты убит, – сообщил Холлан.
– Пусти уже!
Наёмник оттолкнул Базиля и поднял нож. Илисон любила обматывать рукоятки цветными нитями, и этот клинок не был исключением.
– Как он у тебя оказался?
– Отдай! – Базиль попытался отнять нож, но Холлан снова оттолкнул его. Он бросился на мужчину с кулаками, и Холлан, усмехнувшись, отбил неумелую атаку и подсёк ногу мальчишки, ударив по щиколотке. Базиль рухнул на землю. Наёмник нагнулся и приставил ему нож к горлу.
– Ты убит второй раз. В жизни так не бывает. Ну?
– Я не украл, не думай!
– Что, Илисон сама подарила?
Базиль аккуратно отвёл руку наёмника от горла и неохотно признался:
– У неё было поручение, и я его выполнил. Отдай!
Холлан, не вставая, примерился и метнул нож в ствол дальнего дерева. Базиль присвистнул, вскочил и побежал вытаскивать.
Поручение от Илисон? Что же это могло быть, что она расплатилась оружием, которое любила и берегла? Впрочем, незачем забивать голову. Есть дела поважнее. Тем более, что ничем хорошим для Илисон эта история не закончилась. Холлан собрал вещи и, не дожидаясь мальчишку, вернулся на тропу.
Вечером пришлось свернуть с дороги, которая начала забирать западнее, и углубиться в гущу леса. Идти стало тяжелее, и если бы Холлан шёл один, он бы уже плюнул и устроился на ночлег. Хоть он и любил пешие походы, но уже добрых полгода не получал заданий, предполагавших перемещения за пределы Порт-Акара.
Ноги с непривычки ныли, но Холлан не собирался останавливаться прежде, чем его попросит мальчишка. Тот шёл сзади, постоянно перевешивал мешок с одного плеча на другое и тихонько ворчал себе под нос. Птицы и растения перестали занимать его.
Когда стемнело, Холлан понял, что мальчишка будет идти, пока не упадёт. Если он сейчас устанет, то завтра помощи от него будет мало. А путь станет тяжелее. Пришлось объявлять остановку на ночлег. Лес поредел, а потом взбежал на небольшую возвышенность и расползся по ней отдельными островками деревьев, потеснённый полосой луговых трав. Здесь даже встречались старые яблони с перекрученными стволами и персиковые деревья, на которых уже завязались плоды. В сумерках Холлан наткнулся на разрушенную хижину. Три стены обвалились, четвёртая кособоко опиралась на их остатки, чудом сохраняя вертикальное положение. Солому с крыши птицы давно уже растащили на гнёзда. Базиль, заговоривший впервые за несколько часов, предположил, что здесь полвека назад, до объединения, жили люди. Холлан пожал плечами. Какая разница, что здесь было. С объединением мелкие войны на этих территориях прекратились, а когда был проложен большой конный путь, вдоль которого активно развивалась торговля, деревни постепенно опустели. Путники предпочитали комфортную дорогу с трактирами и гостиницами, выросшими, словно грибы после дождя. Местные жители постепенно остались без источника доходов.
Как только рассвело, Холлан растолкал Базиля, и тот сонно принялся шарить по земле в поисках растений для чая. Наёмник подстрелил из лука двух кроликов. Они были мелкие, совсем молодые, и вместо того, чтобы нестись со всех ног подальше от опасности по примеру своих старших товарищей, замирали в траве в надежде, что охотник примет их за кочку.
Пока Холлан свежевал кроликов, Базиль сбегал к ближайшему ручью и набрал воды, а заодно принёс сладких корешков, чтобы добавить в похлёбку. Холлан не разбирался в том, сочетаются ингредиенты или нет, просто последовательно закидывал их в воду. Главной премудростью было не пересолить, с чем наёмник чаще всего справлялся. У паренька же получилось что-то не только съедобное, но и вкусное.
Холлан собирал вещи, а Базиль отошёл к дереву, чтобы у корней закопать кроличьи шкурки и косточки. Наёмник хмуро наблюдал, как мальчишка засыпал ямку землёй, сверху положил камушки, но не просто так, а в определённой последовательности, и, начертив знаки на земле, что-то пробормотал. Последний раз Холлан видел нечто похожее в детстве, когда деревенская знахарка задабривала духов после охоты. Наверное, показалось. Да и сами воспоминания больше походили на яркие предрассветные сны. Деревни давно уже нет. Тогда никто не воспринимал войска Серого князя как угрозу, а он планомерно, шаг за шагом, захватывал поселение за поселением, перетаскивал на свою сторону племя за племенем. Когда остальные племена сообразили, что происходит, а министры Объединённых земель наконец-то внимательно посмотрели на карту, заполнившуюся серой штриховкой, было уже поздно.
В полдень Холлан устроил привал и отметил, как изменилась местность. Равнина плавно, почти незаметно шла под уклон с запада на восток, снижаясь к уровню моря. Почва была влажной, целые участки покрывал мох, придавая воздуху характерный запах. Ручейков стало больше, но часть уже иссякла, оставив после себя сырой след, присыпанный веточками вперемешку с ракушками и галькой, принесённой от русла большой реки. Далеко на западе, в горах, брала своё начало Великая Ара. Она устремлялась на восток, к морю, по пути разделившись надвое – спокойные воды Ары, широкой, полноводной, текли севернее, и у места её впадения в море уже много сотен лет стоял Порт-Акар. Галара, южная река, была непригодна для судоходства. Её русло с неожиданными мелями и участками трясины извивалось зигзагами между холмов и впадало в море у скал, о которые в давние времена разбилось немало судов. До реки ещё полтора дня пути, нужно спешить.
Сапоги Холлана неприятно хлюпали, и он мысленно проклинал чёртовы болота и раздражённо думал о том, как глупо он будет выглядеть, расспрашивая воинов на ярмарке о сбежавшей наследнице Стэн-Ноута. Будто желая задобрить мужчину, лес разбежался в стороны и открыл небольшое озерцо. Ранней весной оно, должно быть, разливалось на много метров вокруг, сейчас же всё пространство от деревьев до воды было покрыто глинистой почвой, в которой застыли коряги, камни и мелкие ветки. Тут и там на поверхности, бывшей совсем недавно дном озера, пробивались пучки травы и мелких белых цветов. Вода лежала зелёно-голубым зеркалом, отражая небо и листву, и мерно покачивалась там, где в неё впадал очередной ручей.
– Холлан, стой!
Наёмник обернулся. Базиль осматривал землю.
– Тут кабаны.
Холлан взглянул под ноги и удивился, как сам раньше не заметил острые следы копыт, отпечатавшиеся на влажной земле. Совсем отвык от походов!
– Я наполню бурдюк водой, – спокойно сказал Холлан, – а ты пока спой что-нибудь.
– Спеть? – удивился мальчишка.
– Они боятся громких звуков.
– Знаю, – пробурчал Базиль, – но может я просто покричу и похлопаю в ладоши?
Холлан не ответил. Базиль вдохнул побольше воздуха и, прихлопывая, проорал предельно похабный куплет незнакомой Холлану песенки. Речь шла о некоей Кинни, которая скучала по жениху, отправившемуся на заработки, и спасалась от грусти в объятьях других мужчин. В кустах поодаль что-то зашуршало, птицы снялись с ветвей и перелетели на другую сторону озера, но и там не было спасения от певческого таланта мальчишки.
Базиль так и продолжал орать и хлопать, пока они обходили озерцо. Второй куплет оказался похлеще первого и повествовал о том, как именно Кинни справлялась с печалью. Противоположный берег отделяла от леса такая же протяжённая полоса глинистой почвы, а на полпути к лесу росло старое дерево, покрытое мелкими, ещё не поспевшими плодами, напоминавшими сливу. Базиль остановился, разглядывая ил, покрывающий ствол дерева до той высоты, которой раньше достигала вода. Потом мальчишку заинтересовал островок мелких белых цветов у корней. Он продолжал тихонько напевать третий куплет, отличавшийся от второго только тем, что Кинни совсем затосковала и стала более изобретательной.
Холлан, не дожидаясь мальчишку, миновал дерево и уже подходил к лесу, как вдруг из кустов выскочил молодой кабан. Наверное, испугавшись шума, он спрятался в кустах, и теперь, решив, что на него нападают, первым ринулся в бой.
– Базиль! – крикнул наёмник и бросился прочь от зверя.
Мальчишка мигом сориентировался, бросил мешок и оружие и вскарабкался на дерево. Зверь, ослеплённый яростью, гнал Холлана к озеру. К счастью, места было недостаточно, чтобы кабан разогнался, но единственной надеждой Холлана оставалось то, что зверь не поплывёт за ним, а тяжёлый меч, который не было времени отстегнуть, не потянет на дно.
Холлан пронёсся рядом с деревом и был уже у кромки воды, когда сзади раздался визг. Холлан обернулся. Базиль успел прыгнуть на кабана, когда тот поравнялся с деревом, чудом удержался и всадил в шею животному нож Илисон. Зверь завизжал, замедлил бег, но не остановился. Холлан метнулся в сторону, а Базиль, вцепившись зверю в холку, вытащил нож и ударил зверя второй раз. Кабан повалился набок, чуть не придавив мальчишку, который едва успел спрыгнуть. Зверь повизгивал и хрипел, дёргался, пытался встать на ноги, забрызгивая всё вокруг кровью. Нож так и торчал у него в шее.
Базиль словно разом потерял все силы. Холлан достал тяжёлый меч из ножен за спиной, осторожно подошёл к зверю – тот ещё был достаточно силён, чтобы ранить наёмника – и с размаху ударил по шее. Кабан затих, но его ноги продолжали конвульсивно подёргиваться. Холлан ударил второй раз, и голова отделилась от тела. Кровь стремительно покрывала илистую землю.
– Это очень плохо, – прошептал Базиль.
Холлан обернулся, подошёл к мальчишке и рявкнул:
– Ты о чём думал?!
Базиль поднял на него свои васильковые глаза.
– Это самка. Она бы не отстала. Они плавают хорошо… – Базиль запнулся.
– Я тоже, – отрезал Холлан. – А теперь представь: ты не удержался, упал, а эта тварь затоптала тебя копытами. Ближайшее поселение в сутках пути. Что будет делать наёмник, у которого с одной стороны прибившийся к нему бесполезный мальчишка, раненый по собственной дурости, а с другой – задание от князя. Думаешь, я повернул бы назад?
Базиль опустил голову. Холлан ушёл к воде, чтобы отмыть меч. Базиль осматривал кабаниху.
– Смотри, Холлан, – у парня была удивительная способность в мгновение забывать плохое. – У неё рана на боку. Поэтому она не убежала, когда мы шумели.
Наёмник подошёл и осмотрел рану.
– Похоже на волков, – озвучил Базиль его мысль и тут же пояснил: – Я с охотником одно время жил.
Холлан кивнул.
– Лучше нам убраться отсюда.
– Подожди! Нельзя!
– Что ещё? – недовольно спросил мужчина.
– Это плохо, очень плохо, понимаешь?
– Плохо будет, когда волки почуют запах крови, – огрызнулся наёмник и пошёл собирать брошенные вещи.
– Кабаны мирные, лесу не нравится такое, – Базиль в отчаянии развёл руками, как будто пытаясь охватить сразу всё – деревья, озеро, затихших птиц в ветвях. – Духи будут злиться. Дай мне несколько минут!
Холлан неверяще уставился на мальчишку. Значит, утром не показалось.
– И где ты этого набрался? – спросил наёмник. – У охотника?
– И у него тоже, – с вызовом крикнул паренёк. – Какая разница!
Он сжал свои большие кулаки и стоял, в упор глядя на Холлана. Тот махнул рукой. Не стоит того. Пускай занимается своей ерундой.
– Быстро, пока я собираю вещи.