В доступе отказано

Владимир Леонидович Шорохов
В доступе отказано

3. Лояльность

Через несколько дней Евгений влетел в аудиторию, он опоздал на лекцию, уже думал, что все студенты разбежались, но стоило открыть дверь, как удивился, что все на месте.

– Прощу прощения за задержку, сегодня у нас тема «Меметическая инфекция». Существует три способа «подцепить» новый мем. Сначала расскажу о них вкратце, а потом опишу каждый более подробно. Во-первых, нас можно инфицировать путем психической обработки такого рода, которая осуществляется посредством повторения какой-либо информации (conditioning). Если много раз повторить нам какую-то информацию, она войдет в состав «программного обеспечения» нашего сознания. Рекламщикам и менеджерам по продажам это прекрасно известно. В каждом учебнике по организации продаж говорится, что большая часть покупателей не решится на покупку, если к ним не обратиться с соответствующим предложением, причем эта просьба должна быть выражена от пяти до семи раз. Нужно несколько раз повторить призыв, чтобы имплантировать в сознание покупателя мем «купи меня».

Евгений подошел к доске и стал писать, и тут до него дошло, что студенты как-то странно себя ведут. Обычно они шушукаются, но сейчас была идеальная тишина, он повернулся и посмотрел на сидящих. Почти каждый смотрел в свой смартфон, кто-то набирал текст, кто-то в был наушниках и похоже, слушал музыку.

– Вторым путем инфекции служит механизм, известный под названием когнитивного диссонанса, или внутреннего конфликта. Когда какие-то явления или события лишены смысла, разум пытается их «осмыслить». Представьте, например, что ваш друг по какой-то причине на вас рассержен, но вы не знаете, из-за чего. В вашем сознании присутствуют сразу два мема, которые находятся в конфликте друг с другом: «он – мой друг» и «он на меня злится».

Евгений продолжал читать лекцию и в то же время внимательно наблюдал за студентами, как они себя вели.

– Третий способ проникновения мемов в человеческое сознание основан на использовании наших генетических «чувствительных точек» – назовем его методом троянского коня. Как мы отмечали ранее, люди по своей природе склонны уделять самое серьезное внимание сообщениям об угрозе, крику детей и сексуальной привлекательности. Поэтому наше сознание уязвимо для атак совокупности мемов, и пока одни «нажимают на наши кнопки», чтобы отвлечь внимание, другие беспрепятственно инфицируют программы сознания.

Он не выдержал, подошел к своему столу, открыл ноутбук и быстро ввел пароль доступа к «Самум».

– «Запрограммировать» свое сознание новыми мемами – далеко не то же самое, что «подцепить» зрелый и развитый психический вирус, однако описанные способы усвоения новых мемов используются психическими вирусами для успешного вторжения в наше сознание.

Евгений читал ту часть лекции, которая была связана с программой «Око», именно она через самообучающуюся нейросеть «Самум» уже повлияла на поведение студентов. Он открыл отчет и увидел 100% загруженность испытуемых, теперь каждый из них как минимум час проводил с телефоном.

Лекция закончилась, студенты молча разошлись, он еще раз проверил отчеты по эксперименту и решил созвониться с Оксаной.

– Это не телефонный разговор, – сказала она. – Приходи.

Уже через час он был в ее лаборатории, она проводила его в свой кабинет, плотно закрыла за собой дверь.

– Что происходит? – первым делом спросила Оксана.

– Ты не поверишь, раньше такого не было, многие на моей лекции даже не оторвались от экрана, он их словно загипнотизировал.

– Я тебе говорила, что результат не заставит себя ждать, они внушаемы и как губка все впитывают. Меня интересует другое: количество скачиваний увеличилось. Ты решил продолжить первую стадию эксперимента?

– Нет, у меня только две группы, а что?

– Вот, смотри, – Оксана включила монитор, там появилось несколько окон. – Первоначально 98, потом мы с тобой смотрели 186, а теперь…

Евгений и так уже видел цифру 375, и пока он думал, показатели изменилась на 376.

– И что все это значит?

– Сперва подумала, что кто-то из твоих студентов решился на свой эксперимент, но не зная, что это, он не стал бы этого делать. И все же я дала поиск в интернете, совпадений не обнаружила, но скачивания идут только на телефоны и никаких хвостов по ссылкам.

– Ты хочешь сказать, что их даже не устанавливают, а она сама закачивается?

– Я этого не говорила, вчера попросила своих разобраться. Может все же есть тот, кто решил поиграть с тобой?

– Зачем? Что это ему даст, ведь я работаю только со своей аудиторией и только с первыми данными 98.

– Ладно, я разберусь, это не секретная информация, а всего лишь тестовая загрузка. Значит ты удивлен результату?

– Да, не ожидал такой прыти от твоего «Самум», для проверки я увеличу время контакта с телефоном в три раза. Интересно, повлияет?

– Еще как.

– Ладно, я тогда пойду, зайду в пятницу.

Евгения не интересовало количество скачиваний, это проблема лаборатории и возможно ошибки в коде программы. Он рассчитывал на результат только к концу сентября, но прошло всего две недели, и улучшения на лицо.

Оксана осталась одна в кабинете, отключила монитор, подошла к столику и налила себе кофе. Она прекрасно помнила, как два года назад впервые была запущена программа «Лояльность», это было за полгода до выборов в президенты. Конфликт в Европарламенте, цены на нефть рухнули ниже 20$. Новые санкции, жаркое лето, неурожай, пожары, а к августу рубль обвалился. Бюджет трещал, кредиты почти перестали выдавать, проценты поползли вверх и, соответственно, в народе пошли разговоры, что власть ворует. Экономика – тонкое дело, но кому какое дело, когда завод останавливается и зарплаты нет, а тут еще осенью выборы в президенты.

Лаборатория Оксаны – одна из многих, которая отвечала за кибербезопасность, вот к ней и обратились за помощью. Но в этот раз нужно было сделать кое-что более тонкое, чем блокировать сеть. Ей выделили Дальневосточный край, один из проблемных регионов, вот там и было решено провести испытание программы «Лояльность».

Программа была не нова, в ее основе был использован алгоритм рекламы, который вроде как незаметно навязывал нужный товар. Но в этот раз сочетание «Лояльность» и «Око» дали результат. Именно тогда и была испытана нейросеть «Самум», она еще не была готова, только начала самообучаться, а перед ней уже поставили задачу сделать благодарными избирателей. «Самум» проанализировала буквально каждого, к кому была загружена программа «Лояльность». Теперь она знала, почему тот или иной человек был против власти и, подбирая нужную информацию, она через «Око» стало как бы случайно сбрасывать короткие, всего в несколько абзацев, статьи, фотографии, анекдоты и т.д. Вот Китай и его конфликт с США, Вьетнам и опять США, Турция и США. Конфликт России ушел на задний план, и «Лояльность» показала, что в США проблемы и для их решения нужен конфликт. Это была точечная работа, с каждым избирателем отдельно, кто-то злился, что деревня разваливается, и он получал информацию по дорогам и газификации. Кто-то страдал от маленькой пенсии, и вот он уже обладал данными по налогам в Германии и Франции. Кто-то злился, что вырубают тайгу, и тогда к нему приходила информация, что происходит с лесом в других странах, а у нас в это время было высажено 6 миллионов саженцев кедра. Постепенно избиратель изменил свое мнение, и не потому, что его перепрограммировали, просто раньше не обращал внимание на достижения в своей стране. Он верил, что все плохо и тому виной власть.

Осенью прошли выборы, Оксана волновалась, все предвещали провал, но когда объявили результат, это было как бомба. 75% за нынешнего президента, а ведь этого никто не ожидал. Она даже подумала о подтасовке данных, но проверка этого не подтвердила.

– Значит мы победили? – неуверенно спросила Жанна, свою начальницу.

– Да, мы справились и, как обещала, всем десять дней отгулов.

– А можно две недели, я бы съездила к родителям.

– Десять дней – это рабочие, значит две недели. Все! А теперь сделайте так, чтобы я вас не видела, отдохните как следует, вы этого заслужили.

Ее небольшая команда радостно разбежалась, затихли голоса, и в офисе наступила тишина. Вошел Базанов Егор Эдуардович, он больше походил на юношу, что только закончил институт и пришел устраиваться на работу, чем на главу службы безопасности.

– Мы его нашли, вчера арестовали, – сказал он и, отодвинув кресло, сел за стол.

Хакеры, возомнив себя гениями цифрового мира, вечно пробовали свои силы, но в большей части это были безобидные программы, которые легко вычислялись и устранялись. Но были и посложнее, которые качали телефонный трафик, выставляли компаниям счета за несовершенные работы, перегружали корпоративные сервера или взламывали базы данных. Это происходило ежедневно, Оксану это не касалась, она не фискальный орган, но ее заинтересовала одна рекламная программа «Око», которую они, переделав, запустили с «Лояльность» перед выборами. В основе программы лежало запускать текст или накладывать изображение поверх существующего изображения на экране. Само изображение «Око» для владельца телефона не было заметным, всего на 0,25% имела контраст, его даже на белом фоне не видно. Но человеческое зрение так устроено, что оно следит за движением, вот и вылавливало медленно меняющийся текст или простые картинки. «Око» запускала информацию не более 15 секунд, после перерыв и опять. Если вы будете внимательно смотреть на экран, то все равно ничего не заметите, ваш мозг примет это за шум и сотрет его, как бы подправив зрительную картинку. Но мозг ничего не забывает, он все анализирует, а в совокупности с частотой изображения, примет это во внимание.

– Кто он? – хотя Оксана уже и так догадывалась, что это наверняка бывший студент, которого наняла рекламная компания.

– Глазков Тарас, он же Куим, что взломал и скачал телефонные номера абонентов МТС и Билайн, а через сеть в Алитус, это в Литве, загрузил свою программу. Зарубина уже подготовила иск и готова передать его в суд. Может тебе он будет интересен?

 

– Его можно контролировать?

– Мальчишка напуган, не думал, что все так серьезно, посчитал это игрой…

– Да-да, все так считают, пока не в камере. Хорошо, я поговорю с ним, ты сильно не наседай на него. Он сейчас где?

– В изоляторе.

– Шустро, думала у нас. Когда выпускают?

– Зарубина подсуетилась, и суд арестовал на три месяца.

– Ладно, тогда пусть посидит, я хочу отдохнуть, а в понедельник съездим, посмотрим на твое чудо.

Найти толкового программиста можно, но гения трудно, чаще всего они не могут ужиться в простой компании. У нее была девушка Раиса Щукина, любила коллекционировать мягкие игрушки. Вся квартира была заставлена ими, идеальный порядок, ни пылинки. Она какое-то время встречалась с мужчиной, думала, поженятся, а он ее бросил, вот тогда Раиса и взломала программу транспортного узла, где работал ее бывший ухажер. Приговор – три года условно и запрет работать программистом, ну и штраф, который девушке придется выплачивать лет пять.

Оксане удалось договориться с Раисой, и теперь она в ее команде, точно так же, как и Жанна Никишина, что продавала пароли от школьных серверов. Ей нужны были такие сумасшедшие гении, и теперь уже знала, что в ее команде появится Тарас Глазков. Подошла к столу Раисы, как всегда идеальный порядок, ручки, папки, клавиатура, все как на рекламе, и только толстый голубой бегемот оживлял эту скучную картину.

Новые сотрудники в компании появлялись редко, тут платили хорошо и позволяли делать то, за что в обычной жизни можно получить реальный срок. Тарас первое время с опаской смотрел по сторонам, все никак не мог понять, где очутился. Но сразу осознал, что с ним никто шутить не будет, везде электронные пропуска, камеры, шлюзы для досмотров, а при входе сдаешь свой сотовый телефон. Но он быстро освоился, втянулся в работу и ему даже понравилось взламывать, сперва базу данных МЧС, потом распределительный железнодорожный узел, мосты, газовые турбины, светофоры. Мир погружался в цифру, и с каждым годом люди все больше и больше передавали свои функции программам. Это облегчало им жизнь, но в то же время повышало риск обрушения.

4. Вилма

Тарас любил не только программировать, но и экспериментировать, этот навык он сохранил еще с детства, когда с отцом придумывали соковыжималку из старой дрели. Вот и в этот раз он начитался статей, что внутреннее ухо человека можно расстроить звуком. В домашних условиях он создал магнитные кольца, они надевались как наушники.

– Я упаду, больше не хочу экспериментировать, ты так сожжешь мне мозги, – возмущалась Алла, его соседка, с которой учился еще в школе.

– Это наука. И чему тут жечь, это магнит, а завтра я попробую с простыми наушниками, думаю, получится.

Тарас не знал для чего это надо, но так прикольно получалось, вот Алла встала, пошла, он включил свой прибор и подал сигнал на правое ухо. Девушка тут же закачалась, словно ее кто-то потянул за руку, и пошла вправо. Было видно, что она сопротивляется, хочет вернуться обратно и пойти по прямой, но не могла этого сделать.

– Устала. Что я тебе, мышка подопытная?

– Ты творишь будущее, потерпи еще немного, мне надо настроить и на сегодня все.

– Точно все?

– С меня пицца.

– И кола, – тут же добавила девушка.

– Ладно, будет тебе и кола.

Уже через неделю Тарас смог избавиться от больших наушников и, надев простую гарнитуру от телефона, загрузить частотный резонатор. В этот раз девушка морщилась, но слушалась, ей вроде как и самой стало интересно. Но он хотел добиться иного эффекта, чтобы шумы не были слышны в наушниках.

– Все, я ушла в институт, – сняв наушники, сказала Алла. – Сегодня лекция про мемы.

– Худяков читает?

– Да, очень интересно, ты же раньше ходил и слушал его, говорил, что он гений, а теперь значит нет?

– Мне некогда его слушать, хотя ладно, схожу, все равно делать нечего.

– А почему не на работе, еще не выгнали?

– Уж три года точно не выгонят, в случае чего, заставят мыть полы.

Тарас вместо условного срока за взлом сотовых компаний согласился работать на Оксану. Да он и не был против, побывал на курсах, где узнал то, что обычно скрывается. Секретные коды, формулы, правила взлома, вспомогательные программы. Он зашел в аудиторию, нашел свободное место у стены и, устроившись поудобнее, приготовился слушать.

– Всем доброе утро. Итак, начнем, – громко, чтобы все слышали, начал Евгений Худяков свою лекцию. – Помните ли вы процесс обучения в начальной школе? Как учились читать и писать, запоминали таблицу умножения? Это было скучно, утомительно, повторять одни и те же арифметические упражнения. А потом писали примеры с правилами грамматики. Нам было скучно, но не это важно, повторение помогало нам усваивать информацию, что этот метод срабатывает.

Евгений вот уже как неделю назад перешел к пятой фазе эксперимента, теперь он настроил «Око» на спокойствие, отрешенность. Ему было любопытно наблюдать за студентами, теперь они не пялились в свои смартфоны, их взгляды стали туманными, словно о чем-то постоянно думали.

– В начальной школе мы не только учились читать, писать и решать арифметические задачи. Каждый день мы проходили психическую обработку, объектом которой была Россия. Повторение. Психическая обработка. И сегодня нет ни одного россиянина, который не знал бы наверняка: Россия – это единая и неделимая нация, страна свободы и справедливости для всех. Не так ли?

Евгений смотрел на студентов, он ходил вдоль сцены, а они поворачивали за ним головы, словно совы. Это было странное зрелище, еще месяц назад студенты галдели, шушукались, а теперь как первоклашки внимательно слушали его.

– Эти патриотические чувства не возникли в нашем сознании на пустом месте по причине нашей «предрасположенности» к ним – мы были ими запрограммированы! Более того, нам не было предоставлено никаких взвешенных логических обоснований этих концепций. Просто мы повторяли их и слышали их от других так часто, что в конце концов они стали нашими убеждениями, нашими ценностями, нашими собственными мемами.

Евгений остановился, ему стало не по себе смотреть на студентов, которые словно все разом чего-то обкурились.

– Как правило, религиозные убеждения закладываются в сознание детей подобным образом – путем повторения проводится обработка их психики. Независимо от вероисповедания, дети проходят путь от отсутствия убеждений до истовой веры. Пока они растут, им рассказывают о сверхъестественной природе Бога, Иисуса или еще кого-то. Повторяют столько раз, сколько нужно, для того чтобы эта божественность стала реальной, – когда это произойдет, мемы будут запрограммированы.

Антон не пропускал лекций Худякова, если раньше на них присутствовало человек тридцать, то теперь весь зал был забит до отказа. В его телефоне сгорела батарея, а вместе с ней и сам телефон. Он долго ругался, но потом пришел к выводу, что это и к лучшему. Достал из тумбочки свой старый, еще кнопочный, поставил новую симку, телефон его устраивал, вот только не было камеры и возможности выйти в интернет. Во время перерывов между лекциями по привычке доставал телефон, хотел зайти на свою страничку, просмотреть новости, но вспомнив, что он допотопный, прятал обратно. Первое время было тяжело, хотелось пойти и взять в кредит телефон, но понимал, что денег нет и придется выпрашивать у родителей, а этого не хотел.

Самое тяжелое – это первые пять дней, Антон не находил себе места, после института бежал домой, включал компьютер и с блаженством погружался мир соцсетей. И вдруг понял, что-то не так! Это произошло в институте, он пришел на пару и увидел, что почти все сидели со своими смартфонами. А через неделю все резко изменилось, теперь они смеялись и шутили, складывалось ощущение, что он один трезвый, а все остальные выпили. Прошло еще какое-то время, и стал замечать, что его друзья замкнулись в себе, приходили на пары и молчали. Именно тогда и завел тетрадь, стал отмечать периоды изменения, описывать, что видит. Что-то с его друзьями происходило неладное, но что не понимал.

– Ян, помнишь, я тебе давал ссылку на программу «Ноль»?

– Да, а что?

– Ты ее скачивала?

– Ага, понаблюдала, но так ничего не поняла, а потом, знаешь, что странное, она исчезла, но я точно помню, что не удаляла ее.

– А может тогда другая программа закачалась, и ты ее не заметила?

– Может, но я не разбиралась, да и некогда было, сейчас работаю над сайтом, заказ поступил. А тебе это зачем, ты же говорил, что эксперимент закрыли.

– Да, закрыли, но вот, посмотри, – Антон достал свою тетрадь и показал ей график изменения в поведении однокурсников.

– Бред какой-то.

– Это происходит каждую неделю, в понедельник они уже не те, что были в пятницу, порой словно обкурились.

– А ты?

– А что я?

– Ну ты сам себя как чувствуешь?

– Я как раз нормально, и они тоже, просто мой телефон сдох, вот и думаю, может тому виной та самая программа. Хотя мы ее удалили, но может кто-то и нет.

– Но все же не могли не удалить. А ты не мог бы принести телефон, ну, кого-то из своих зомби.

– Они не зомби, но как я его тебе принесу?

– Не знаю, подумай. И если это происходит с пятницы на понедельник, то постарайся в это время не пользоваться телефоном и не включать компьютер. Кто его знает, что там ваш профессор наэкспериментирует.

Антон вернулся домой, его младшая сестра Лада уже пришла из школы, сидела в зале и смотрела на стенку. Он сходил на кухню, достал из холодильника кастрюлю и поставил разогреваться. Вернувшись в зал, остановился, Лада сидела в той же позе и смотрела на стену.

– Ты что там увидела?

– А! – вскрикнула она от испуга. – Ты уже пришел, не заметила. Мама оставила суп, он в холодильнике, будешь есть?

– Уже поставил разогреваться, хорошо себя чувствуешь?

– Нормально, а ты заболел?

– Нет, просто пришел, а ты смотришь на стену, вот и спрашиваю, может там что-то увидела?

– Задумалась, с Артуром переписывалась, он приглашал в кино.

– Ну, это хорошо, значит больше не ругаешься? Идем, наверное суп уже подогрелся. Ты сейчас куда-то пойдешь?

– Нет, только вечером к Лили, она тебе передавала привет.

– Спасибо. Если ты не против, дай мне на пару часов телефон.

– Это еще зачем? У тебе все горит, чайник, плеер, фонарик, а теперь еще и смартфон, я завидовала, такой приятный в руках. Не дам.

– Да мне он и не нужен, сейчас вирус ходит в телефонах, его антивирус не видит, наши на кафедре замаялись с ним бороться.

– Не дам, – опять сказала Лада и пошла на кухню. – Уже кипит.

– Я тебе его в шесть принесу, к Яне зайду, она проверит.

– Кстати, это не после ее посещения твой перегорел?

– Да брось, я хочу как лучше, обещаю, переписку не буду читать.

– В шесть?

– Ну да, к шести принесу, где он?

– Но не позже, а то я уйду. Ой, а если Артур позвонит…

– Отвечу, тогда я пошел.

– А обедать?

– Потом.

Антон схватил телефон сестры и быстро убежал к Яне. Ему не понравилось, как она себя вела, это было похоже на то состояние, чем страдали его друзья в институте, сидели и внимательно слушали лектора.

– Вот, на, он сеструхи, у меня только два часа в запасе, смотри что с ним, – и протянул телефон.

– А что с ним, глючит?

– Нет, но мне кажется, она того, тю-тю как в институте.

– Она скачивала?

– Нет, но проверь.

– Давай, итак, значит «Око», – Яна быстро застучала пальцами по экрану, Антон залюбовался, он так быстро никогда не мог. – Ее нет, но я скачаю всю платформу, а уже после поковыряюсь и сравню со своим, может, что и нарою похожее.

Уже к вечеру она позвонила и взволнованным голосом сказала:

– Я нашла ее по дате обновления, называется «Вилма», он есть как на моем телефоне, так и у твоей сестры. Посмотрела код, он связан с графикой и ничего более, значит, все команду поступают извне. У твоей сестры ведь есть интернет?

– Да.

– Выходит, получив команду, «Вилма» начинает что-то показывать. Ты сам не обращал на это внимание?

– Нет, а тогда что твой телефон делает?

– У меня то же самое, я не висну в нем, у меня комп всегда под рукой, но он так же что-то показывает, графика идет.

– А можно удалить?

– Пробовала, дважды удаляла, но она практически многоценно восстанавливается, словно кто-то цепляется к моему телефону и проверяет, на месте она или нет, а если нет, то загружает. Я отключила интернет и удалила, все было чисто до момента подключения, прошла всего минута, и «Вилма» тут как тут.

– Чертовщина какая-то.

– Слушай, если в этом виноват твой профессор, я его порву на кусочки.

 

– А если это не он? Ладно, не грузись, можешь разобраться, что за графика? Лично я ничего не видел. Может это 25-й кадр, помнишь сублиминальную рекламу, ее придумал Джеймс Викери, нам про него Худяков читал лекцию.

– И это разрешено?

– Ее даже не применяли, но запрет все же есть.

– Хорошо я пороюсь, но ты повнимательней к сестре отнесись, мне что-то это не нравится. Может и ей сломаешь телефон?

– Она меня убьет.

– Или дай свой, а все чаты пусть перенесет в компьютер. И кстати, меня заинтересовал еще тот факт, что если твоя сестра не скачивала «Око», то как появилась «Вилма»?

У Антона было много вопросов и ни одного ответа, он достал свою тетрадку и, открыв новый лист написал: «Лада», а после как можно подробней описал, что удалось узнать.

– Мам, ужин будет?

– Котлеты уже готовы, сейчас салат порежу, зови отца и сестру, не забудьте руки помыть.

Лада вечером никуда не ушла, она закрылась в своей комнате и так просидела целый час. Антон постучал в дверь, но ответа не услышал. Набравшись смелости, повернул ручку, открыл дверь. Сестра сидела и не шевелясь смотрела на стену.

Рейтинг@Mail.ru