Виктор Муравьёв Судьба, жизнь и идиоты

— Твою ж дивизию.

Вадим выключил прожектор.

Потом сразу включил обратно, словно надеялся, что за секунду темноты берег успеет передумать.

Не успел.

Михаил поднял на него глаза.

— Наряд надо вызывать.

Вадим посмотрел на него с таким выражением, будто именно эта очевидная мысль окончательно испортила вечер.

— Это понятно. Сначала понять бы, что мы вообще сейчас будем объяснять.

Кирилл всё ещё разглядывал берег.

— Что объяснять? Михаил Сергеевич решил порыбачить.

Вадим повернулся к Михаилу.

— Ну ты совсем кукаджамба.

Михаил нахмурился.

— Чего?

Кирилл тут же оживился и, покачиваясь в такт одному ему слышимой музыке, затянул:

— Я-я-я, кукаджамба, я-я-я...

— Да заткнись ты, кукаджамба, — раздражённо бросил Михаил.

Кирилл перестал петь.

— Ладно.

Михаил потёр лицо ладонями и снова посмотрел на берег.

— Давайте думать.

Вадим покосился на него.

— Плохое начало.

— Почему?

— Потому что каждый раз, когда ты сегодня предлагаешь думать, у нас появляется новая проблема.

Михаил хотел возразить, но посмотрел на гарпунный линь и передумал.

Кирилл тем временем снова включил прожектор и направил его немного ниже.

— Подождите.

Он прищурился.

— А он вообще на гарпуне висит?

Вадим подошёл ближе.

Теперь было видно лучше: одежда мужчины действительно держалась главным образом на куске старой арматуры, который торчал из разрушенного бетонного края.

Михаил мгновенно оживился.

— Во!

Вадим посмотрел на него.

— Что «во»?

— А может, это вообще не мы.

Кирилл медленно повернул голову.

— Миш.

— Что?

— Ты гарпун видишь?

— Вижу.

— Он в нём?

Михаил поморщился.

— Ну не надо сразу вот так всё упрощать.

Вадим цокнул языком.

— И много у нас, по-твоему, таких совпадений накопилось?

Кирилл задумчиво посмотрел на Михаила.

— Может, у нас район вообще сложный. Люди постоянно гуляют возле воды, а потом в них прилетают гарпуны.

Михаил поднял палец.

— Вот. Между прочим.

Вадим медленно перевёл взгляд с одного на другого.

— Вы оба сейчас серьёзно?

Кирилл пожал плечами.

— А что? Всякое бывает.

Михаил снова посмотрел на берег и вдруг нахмурился.

— Подождите.

Он указал рукой куда-то вниз.

— А почему он тогда так высоко?

Вадим ничего не ответил.

Михаил продолжал рассуждать вслух:

— Смотрите. Ноги до земли не достают нормально. Значит, в момент... этого всего он был выше.

Кирилл прищурился.

— Прыгал?

Михаил посмотрел на него.

— Вот.

Вадим закрыл глаза.

— Нет.

— Что «нет»? — обиделся Михаил. — Нормальная версия.

Кирилл уже вошёл во вкус.

— Может, зарядку делал.

Михаил резко повернулся к нему.

— Точно!

Вадим открыл глаза.

— Господи.

Кирилл поставил ноги пошире и начал показывать прямо на палубе.

— Ну смотри. Раз — руки в стороны.

Он развёл руки.

— Два — вверх.

Поднял их над головой.

— Три — подпрыгнул.

Михаил внимательно следил за демонстрацией.

— И в этот момент...

Кирилл хлопнул ладонями.

— Фьюить!

Он замер, изображая человека, внезапно столкнувшегося с крайне неудачным завершением утренней гимнастики.

Михаил кивнул.

— Логично.

Вадим смотрел на обоих.

— Нет.

— Почему нет? — спросил Михаил.

— Потому что нормальные люди ночью возле пристани зарядку не делают.

Кирилл опустил руки.

— А ты всех нормальных людей опрашивал?

Вадим некоторое время молчал.

Потом устало потёр переносицу.

— Хорошо. Допустим, он делал зарядку.

Михаил удовлетворённо кивнул.

— Уже лучше.

— Допустим, он подпрыгнул.

— Так.

— Допустим, ровно в этот момент ты случайно выстрелил с катера.

Михаил посмотрел на него с надеждой.

— Ну?

Вадим выдержал паузу.

— Это не оправдание, Миш.

Над водой снова стало тихо.

Где-то далеко за деревьями проехала машина, и на несколько секунд по тёмному берегу скользнул свет фар.

Кирилл первым перестал улыбаться.

— И чего делать будем?

Михаил посмотрел на берег, потом на Вадима.

— Не знаю.

Вадим тяжело вздохнул.

— Вот это первый разумный ответ за вечер.

Некоторое время они ещё стояли, глядя на бетонную стену, и постепенно приходили к единственному решению, которое в их нынешнем состоянии казалось хоть сколько-нибудь приемлемым.

Через несколько минут катер снова отошёл от берега.

На этот раз никто не пел.

Даже Кирилл.

Некоторое время они шли молча.

Катер снова оказался посреди тёмной воды, берег постепенно отдалялся, а вместе с ним отдалялось и то место, где ещё совсем недавно Михаил собирался доказать окружающим своё врождённое умение чувствовать рыбу.

Доказывать больше ничего не хотелось.

Кирилл сидел у борта, положив локти на колени, и задумчиво смотрел в воду. Вадим стоял возле рубки и курил, хотя ещё час назад торжественно объявил, что бросил. Михаил устроился напротив и время от времени тяжело вздыхал, будто происходящее прежде всего утомляло его своей организационной сложностью.

Первым заговорил Кирилл.

— А если просто выкинуть?

Вадим повернул к нему голову.

— Кого?

Кирилл посмотрел на него.

— Карася, Вадик. Кого ещё?

Михаил нахмурился.

— В воду, что ли?

— А куда?

Вадим докурил и щелчком отправил окурок за борт.

— И что дальше?

Кирилл пожал плечами.

— Ничего. Вода большая.

— Очень хороший план, — сказал Вадим, кивнув. — Особенно если ты хочешь, чтобы через пару дней его нашли и начали выяснять, откуда в нём взялся гарпун.

Михаил болезненно поморщился.

— Не называй его гарпуном.

Вадим посмотрел на него.

— А чем мне его называть?

— Не знаю. Предметом.

— В нём предмет торчит?

— Уже лучше.

Кирилл некоторое время молчал, после чего предложил привязать что-нибудь тяжёлое.

Вадим посмотрел на него так, что Кирилл сам понял: мысль не получила поддержки.

— Да понял я, — пробормотал он. — Кино пересмотрел.

Михаил постучал пальцами по колену.

— Вообще всё это глупость.

— Наконец-то, — произнёс Вадим. — Продолжай. Мне нравится направление.

Михаил поднял голову.

— Мы же сами прекрасно знаем, как такие вещи потом раскручиваются. Найдут его, начнут смотреть, кто где был, кто куда ездил. Камеры, машины, телефоны...

Он задумался.

— Ещё этот...

Михаил поводил пальцем в воздухе, вспоминая слово.

— Интернет.

Кирилл кивнул.

— Опасная вещь.

— Очень, — согласился Михаил. — Там всё есть.

Вадим сел напротив них.

— Значит, в воду не бросаем.

Кирилл вздохнул.

— А я уже почти привык к плану.

Несколько минут они перебирали варианты, и каждый следующий оказывался либо хуже предыдущего, либо требовал такого количества усилий, что Михаил начинал заранее скучать.

Потом Вадим неожиданно замолчал.

Кирилл заметил это первым.

— Чего?

Вадим смотрел куда-то мимо него.

— Геннадий сегодня дежурит.

Михаил нахмурился.

— Какой Геннадий?

Вадим перевёл на него взгляд.

— Наш Геннадий.

— А.

На лице Михаила постепенно появилось понимание.

— В морге?

Вадим кивнул.

Кирилл сначала посмотрел на одного, потом на другого.

— Вы сейчас о чём?

Михаил уже выпрямился.

— Кирюха, иногда ты меня разочаровываешь. У нас есть морг. В морге есть Геннадий. У Геннадия сегодня дежурство.

Он развёл руками.

— Всё.

Кирилл подождал.

— Что всё?

Михаил посмотрел на него с раздражением.

— Ну не заставляй меня всю мысль самому думать.

Вадим усмехнулся.

— Они предлагают отвезти тело Геннадию.

Кирилл несколько секунд молчал.

— В морг?

— Нет, в пекарню, — ответил Вадим. — Конечно в морг.

Кирилл снова задумался.

Идея была настолько нелепой, что после всего произошедшего начинала казаться разумной.

Михаил тоже это почувствовал.

— Вот! — сказал он, хлопнув ладонью по колену. — Человек должен быть где?

Вадим вздохнул.

— Миш...

— В морге! А мы куда его отвезём?

Кирилл осторожно ответил:

— В морг.

— Логично?

Кирилл нехотя кивнул.

— Пугающе.

— Но логично.

Вадим посмотрел на обоих.

— Геннадий нас убьёт.

Михаил улыбнулся.

— Сначала выслушает.

— Потом убьёт.

— Значит, сначала выслушает.

На этом, как ни странно, и остановились.

Остаток пути ушёл на обсуждение того, как именно сообщить Геннадию о неожиданной просьбе так, чтобы он не бросил трубку раньше времени.

Ни одного удачного варианта они не придумали.

Когда они добрались до машины, ночь уже перевалила далеко за середину.

Разговаривали мало. Веселье с катера куда-то исчезло, а вместо него пришла тяжёлая сосредоточенность людей, которые окончательно убедили себя, что действуют разумно.

Михаил сел за руль.

Вадим посмотрел на него.

— Ты уверен?

Михаил повернул ключ.

— В чём?

Вадим хотел уточнить, но передумал.

— Ни в чём.

По дороге им попался пост ДПС.

Михаил заметил его заранее и сразу сбросил скорость.

На несколько секунд в машине стало настолько тихо, что Кирилл перестал даже дышать через нос.

Один из сотрудников у поста посмотрел на номер автомобиля, потом на водителя.

Михаил выпрямился.

Сотрудник узнал его.

Коротко поднял руку в приветствии.

Михаил ответил таким же жестом.

Они проехали дальше.

Кирилл ещё некоторое время смотрел назад.

— Это сейчас всё?

Михаил пожал плечами.

— А что должно быть?

Вадим отвернулся к окну.

— Ничего. Просто очень люблю систему.

Геннадий встретил их у служебного входа.

Он был в тёмных брюках, медицинской куртке поверх футболки и выглядел человеком, которого разбудили не столько физически, сколько морально.

Сначала он увидел Михаила.

Потом Вадима.

Потом Кирилла.

После этого посмотрел в машину.

И снова на Михаила.

— Нет, — сказал Геннадий.

Михаил ещё не успел открыть рот.

— Гена...

— Нет.

— Ты хотя бы выслушай.

— Нет.

— Ты даже не знаешь, что случилось.

Геннадий показал рукой на автомобиль.

— Я примерно догадываюсь, что вы приехали не анализы сдавать.

Вадим подошёл ближе.

— Ген, ситуация нехорошая.

— Удивил.

— Но решаемая.

Геннадий некоторое время смотрел на него.

— Почему всякий раз, когда вы говорите «решаемая», мне хочется увольняться?

Михаил положил руку ему на плечо.

— Потому что ты ответственный человек.

Геннадий убрал его руку.

— Не трогай меня.

Кирилл тихо добавил:

— Он сегодня особенно ответственный.

Геннадий перевёл взгляд на него.

— Ты вообще молчи.

Кирилл послушно замолчал.

Разговор продолжался ещё долго. Михаил объяснял плохо, Вадим поправлял его, Кирилл периодически добавлял подробности, после которых Геннадий просил Кирилла снова замолчать.

Когда история наконец закончилась, Геннадий несколько секунд просто смотрел на них.

— То есть вы хотите, — медленно произнёс он, — чтобы я сделал вид, будто ничего из этого разговора не слышал.

Михаил улыбнулся.

— Уже хорошее начало.

— И принял вашего... знакомого.

— Мы с ним не знакомы, — уточнил Михаил.

Геннадий прикрыл глаза.

— Конечно.

Он развернулся и сделал несколько шагов к двери, но Михаил окликнул его.

— Ген.

Тот остановился.

Михаил достал телефон.

— Мы понимаем, что просьба необычная.

Геннадий медленно повернулся.

— Необычная — это когда сосед просит кота покормить.

Вадим кашлянул.

— Мы отблагодарим.

Через несколько минут телефон Геннадия коротко завибрировал.

Он посмотрел на экран.

Потом ещё раз.

Поднял глаза на Михаила.

— Вы ненормальные.

Михаил пожал плечами.

— Двести пятьдесят.

Геннадий снова посмотрел на экран.

— Я вижу.

— Значит, договорились?

Геннадий долго молчал.

Потом убрал телефон в карман.

— Я вас ненавижу.

Михаил облегчённо улыбнулся.

— Взаимно, Гена. От души.

— Я серьёзно.

— Я тоже.

Геннадий открыл дверь и устало махнул им рукой.

— Давайте сюда вашу проблему.

Кирилл оживился.

— Видишь, Миш? Я же говорил, всё схвачено.

Геннадий остановился в дверях.

— Кирилл.

— Что?

— Ещё одно слово — и я передумаю.

Кирилл задумался и почтительно кивнул.

Михаил посмотрел на Вадима и впервые за последние несколько часов позволил себе нормально выдохнуть.

Им казалось, что самое сложное осталось позади.